Форум » Школа Ксавьера » Комната Ксавьера 0.1 » Ответить

Комната Ксавьера 0.1

Wanderer: Просторная комната, принадлежащая директору школы. Обставлено всё в сравнительно скромном и невызывающем стиле, оформлено в пастельных, мягких тонах. В стороне имеется так же письменный стол и книжный шкаф.

Ответов - 8

Wanderer: \Коридоры - первый этаж\ Не успел Ворон вдоволь подивиться новости о нашедшемся Церебро, не успел сделать и пары шагов в намеченном направлении, как перед глазами вдруг всё поплыло, появилось ощущение подкошенности, неустойчивости - хотя буквально только что крепко стоял на ногах. Еще спустя секунду голову молниеносно словно пронзило острой иглой. Будто насквозь. Наученный горьким опытом и догадавшийся, отчего так может быть, Ворон, так же поняв, что подруга чувствует примерно то же самое, всё же не растерялся и прежде чем Николь додумалась бы ограждаться от этого с помощью своих сил, сам оборвал связывающую их ментальную нить - иначе в довесок схлопотал бы еще и откровенный удар по мозгам. Приятного мало. Когда-то так уже было, так он вообще поражался потом, как в сознании остался. Но от всего прочего эта мера предосторожности его, тем не менее, всё равно не спасла. Джон никогда в своей жизни никого не ненавидел, а лёгкую неприязнь вряд ли можно счесть за сильное чувство даже в гипертрофированном понимании, потому система быстро сменила тактику и взялась за другую возможность довести одарённого до ручки. Это можно было назвать не иначе как галлюцинациями - причём настолько реальными, что парень поначалу только и сумел, что сдавленно икнуть и вжаться в стенку. От испуга. Все его кошмары, сны, которые оставили его уже около полугода назад, нынче вернулись в весьма материальном виде. В коридоре, теперь похожим на бесконечный тёмный тоннель, появились призраки тех, которых он когда-то, поддавшись своему звериному "я", загрыз. Полупрозрачные, безмолвные, но в то же время голосящие всевозможные обвинения чуть ли не в унисон. Странник даже не подозревал, что в память так крепко врезались лица солдат Оружия Икс - или же это можно было списать на игру воображения, не важно. Результат всё равно был один. - Прочь... уйдите, - выдохнул Ворон, мотнув головой и схватившись за неё руками. Было такое ощущение, будто на неё навалилось такой силы давление, измеряемое разве что тоннами. Мощным прессом. Но его поглотил страх, отчаяние, чувство вины, непоправимого. Даже закрывать глаза, дабы не видеть этого, было бесполезно. - Прочь!!! Казалось бы, против этого даже убеждать себя в том, что он всего-навсего защищал своих, было бесполезно и даже абсурдно. А к видению присоединился еще один кошмар - последний из тех, который он видел и пережил. Всё те же живые мертвецы, лес, гибель любимой, её последующая пропажа, страх, что она снова куда-то исчезнет и вообще, что её возвращение ему только померещилось... Он словно просматривал обрывки своей жизни, повторяющиеся замкнутым кругом снова и снова. Брешь во всём этом была одна - по крайней мере Звёздная находилась сейчас рядом, живая и более-менее здоровая. Но, насколько он мог судить, не менее тяжело страдающая от этих непонятных иллюзий, чем он сам. Надо было как-то убедить себя в том, что всё это было ненастоящим. Спрятать своё сознание за неприступную каменную стену, как он иногда уже делал, но с непривычки это получалось сейчас с трудом. И то - лишь ослабляло воздействие этого неведомого, оставляя часть галлюцинаций и ощущения этого жуткого давления на голову. Сколько времени продолжалась эта немая борьба с собственной памятью? Наверное, зря он отказался, когда Феникс предложила просто стереть эти воспоминания. Впрочем, что-то ему подсказывало, что в таком случае неведомая Сила, чем бы это ни было, придумала бы что-нибудь другое... "Церебро?.. Всё началось с его находки..." - Никки... - как-то совсем жалким, дрожащим голосом позвал Странник, но это было лишним. За иллюзиями, с трудом видя реальное положение вещей, он всё равно всё чувствовал, как оно есть. Получалась каша из существующего и несуществующего, но через которую еще как-то можно было пробиться. По правде говоря, он с трудом понимал, что ему помогает этому противостоять, но всё стало постепенно проясняться. На время хватит. Не взирая на роящуюся вокруг "пыль" Звёздной, оставляющей на теле многочисленные царапины, парень как-то ухитрился поймать отбивающуюся девушку, крепко прижав к себе и положив ладонь ей на лоб, в попытке внушить то самое, что всё это - всего лишь навязанный обман. Хотя и не знал, что она видела, но догадывался. - Держись, успокойся. Этому должен быть конец... Не совсем понимая, каким образом вообще не забыл, куда им нужно было, Ворон рефлекторно переместился к самым дверям комнаты Чарльза, чудом фатально не промахнувшись - совсем рядом была стенка. В комнату же он буквально ввалился, увлекая за собой и настрадавшуюся подругу. Странно, но стоило им пересечь порог этого помещения, как жуткое давление стало слабее, пробивающиеся в голову иллюзии так и вовсе почти исчезли - настолько ослабли, что теперь от них можно было свободно огородиться. Какие-то мгновения прошли в немом молчании, затем всё, что смог выдавить взъерошенный Айрен попавшейся на глаза Феникс, было следующее: - Что это за хрень?!

Star Dust: /Коридоры - первый этаж/ Ярость, наполнившая меня внезапной "догадкой" исчезла так же быстро, как и появилась. Так со мной было всегда, я приходила в бешенство и автоматически слепла, теряя весь ум и способность аналитически мыслить. Ведь действительно, хоть Гидеон и силен, но он никогда не был магом, так какого черта? Я делала слишком поспешные выводы, но и этому могла найти оправдание: загадка сводила меня с ума. "По поводу Церебро у меня другая догадка..." - осторожно подумала я, пренебрегая речью. Последнее время из-за этой связи мы с Вороном вообще стали мало говорить вслух, что в общем-то было нам двоим свойственно. Мы были тихими, не особенно общительными... Однако Джон был дружелюным и не испытывал раздражение ко всему что двигается, чего категорически нельзя сказать обо мне. Правда, за последние два года мой характер сильно поменялся. "Мне кажется, его украли не для того, чтобы использовать. Сколько я не ищу, второй теории у меня не появляется. С нами кто-то играет, при чем очень жестоко. Псих, маньяк, извращенец как угодно, суть не меняется. Кто-то очень могущественный решил над нами поиздеваться..." Все больше и больше все мои мысли сходились к этой одной весьма неприятной догадке. Это было отвратительно, ужасно и что самое мерзкое для меня - унизительно. Мы не могли дать отпор, мы как крысы в клетке в лаборатории сумасшедшего ученого, который решил проверить силу созданных им препаратов. Одна только разница - крысам бежать некуда, а мы же наоборот пытаемся защитить свою клетку. Мои мысли снова вернулись к Гидеону... Если он сгинул, то почему же меня это отнюдь не радует, а даже наоборот - огорчает? Наверное потому, что я мечтала сама с ним расправиться, сама научить эту тварь что нельзя вставать у меня на пути, нельзя трогать человека, которого я считала отцом. Если Гидеона и вправду больше нет, то в этом больше недостатков, чем преимуществ. Хотя теперь я даже почувствовала себя свободнее, когда объект такой сильной ненависти попросту пропал. Я словно сбросила тяжелый груз, который несла почти год... Перед глазами замелькали полупрозрачные буквы, но стоило мне моргнуть, как они исчезли. Однако информация не вышла из головы, хоть и была чужой. Мои серебристые глаза, сейчас мягко поблескивающие от переполнявшей меня энергии, с удивлением расширились. В следующий момент я уже сорвалась с места и вместе с Джоном ринулась к Чарльзу. - Это только доказывает мою теорию! - глаза мои бегали, в голове оправдывалась догадка. Кто-то играет! О, Боги! - Сошедший с ума маг, что может быть хуже? Но пройти далеко мне не удалось... Голову взорвало дикой болью, словно из воздуха мне в череп со стороны затылка вонзилось копье. Мне стоило огромных трудов не закричать. Частицы рефлекторно вылетели из тела и словно злобные пчелы принялись роится вокруг, сжимаясь плотнее. Сама того не подозревая, я пыталась выставить ментальный щит, который позволял защититься от телепатии/эмпатии. Разумеется наша с Джоном связь оборвалась немедленно... Мне оставалось только надеяться, что в этот раз я не причинила ему много боли. Внезапно все прошло. Прошло так же быстро, как и началось. Частицы успокоились, я удивленно открыла глаза. Потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что рефлекторно я уселась на корточки, сжавшись в комок и зажав рукой голову. Однако вместо боли появилось что-то гораздо более ужасное... У меня на глазах мой отец дал пощечину моей матери. Я снова была в проходе нашей светлой гостинной в Торонто, мама кричала, что уйдет. От удивления я вскрикнула и мой отец резко обернулся. Его глаза казались даже ужаснее, чем в детстве, и хоть я и знала, что сейчас он ринется на меня, от страха я не могла сдвинуться с места. - Нет! Он быстро приближался, дергая себя за пряжку ремня. Я в ужасе попятилась, частицы кружились и дрожали, словно даже "звездной пыли" было страшно. - Папа, нет! И внезапно обстановка сменилась. Вместо отца передо мной очутился Майкл - одноклассник, пытавшийся изнасиловать меня на выпускном. Он что-то говорил, но я не разбирала слов, понятен был лишь смысл. Жуткий страх охватил меня, потому что внезапно стало ясно, что я не могу ответить. Весь мой яд растворился, словно я вновь вернулась в свои 12 лет, полунемая, неспособная защититься. А Майкл все бросался и бросался в меня оскорблениями, пока по щекам не потекли слезы. Тогда он улыбнулся ужасной улыбкой и растворился в воздухе, вместе с обстановкой. Кошмар сменял кошмар. Теперь в темноте я видела Джона и Натаниэля. Они смотрели друг на друга с такой лютой ненавистью, что у меня перехватило дыхание. - Джон, - дрожащим от отчаяния голосом крикнула я, и оба обернулись. У обоих были бездонные черные глаза Натаниэля, а присмотревшись, я поняла, что это не люди. Из ниоткуда выросли деревья, туман, земля и тот ужасный запах, который до сих пор преследовал меня в моих кошмарах... Рядом с зомби я видела два трупа - Ворона и Духа - окровавленных, бездыханных, мертвых... - Нееееет!!! - боль пронзила меня насквозь. Я развернулась и побежала в темноту, сама не видя куда. Я отбивалась от воздуха, рвала волосы, лишь бы только этот кошмар закончился, лишь бы только это вышло у меня из головы. А зомби преследовали меня, явно собираясь прикончить окончательно. - Убирайтесь прочь! Оставьте меня! За что? - за короткие выкрики голос мой изменился три раза... От ярости к тихому отчаянию и плачу. Я больше не могла, не хотела, боль пронзала все тело. Из ниоткуда возник Максима и схватил меня за горло. Я даже не сопротивлялась. Лицо воина пробудило во мне ту боль, которую он причинил мне своей любовью, ту, что навсегда забрала у меня половинку сердца, оставив раненной, окровавленной, разбитой... Второй рукой Максима потянулся к моему лбу, видимо, собираясь уничтожить меня псионикой. Я лишь закрыла глаза, чтобы не видеть его лица, но даже сквозь веки древний воин смотрел на меня, одним только взглядом принося боль. Из глаз моих давно уже текли слезы бесконечным потоком, а Максима все не исчезал... Мне оставалось только хватать ртом воздух и молить о пощаде. - Пожалуйста... И внезапно, все закончилось... Максима пропал, оставив обжигающе холодный амулет гореть у меня на животе и следы несуществующих пальцев жечь мне шею. Это было слишком для моей психики. Невозможно описать словами все, что я почувствовала. Все мужчины моей жизни успели принести мне столько боли, причинить столько вреда. А ведь все что сделала - это родилась, но уже тогда началось проклятие длиной в жизнь. Я не видела куда мы попали, я не слышала кто там был, я лишь почувствовала, что в щеку мне упирается такое знакомое крыло, такой знакомый голос прокричал что-то совсем не мне, такие приятно-прохладные руки держали мои. Я поняла лишь одно, Джон жив и он здесь. Я не поняла как, что случилось и почему. Я разрыдалась на ощупь находя плечи Айрена и буквально повисла на его шее, с закрытыми глазами целуя щеки, губы, лоб, нос, все до чего могла дотянуться. - Жив... Ты жив! - только и сумела прохрипеть я, разлепляя глаза. Голос прыгал, я задыхалась, ноги стали ватными и подкашивались. А в голове вместе с осознанием реальности просыпались все мои прежние адекватные мысли и чувства. Оставалась только одна старая и пугающая: Натаниэль... - Когда все это закончится, - прошептала я, - Напомни мне найти Джона Блэка и надрать ему задницу. Шмыгнув носом, все еще не в состоянии взять себя в руки, я, наконец, обернулась, не отпуская при этом шею Айрена, словно отпустить его означало вернуть жуткую иллюзию. К моему счастью мы были в комнате профессора, и к собственному ужасу я обнаружила, что мы там были не одни... - А что, кстати, это было? Откуда эти... видения? Связать в голове все логически я просто не могла. На миг у меня даже выпали все события и тревоги прошедших дней. Стоило больших трудов вспомнить свое имя и то, что произошло в школе. И еще меня тошнило...

Wolverine: /Коридоры/ Он уже подходил к спальне Ксавьера, делая последние несколько шагов, как вдруг что-то мощным ураганом ворвалось в его сознание, разрушив стандартный, обыденный ментальный блок и сотворив из мыслей Джеймса за долю секунды такой хаос, что он не удержался, пошатнулся и прижался плечом к стене, тяжело дыша. Коридор менялся на глазах, превращаясь в лесную поляну, на окраине которой, опираясь теперь уже о ствол дерева, стоял сам мужчина. С первых же штрихов он узнал это место, оно снилось ему в кошмарах последнее время, и от одного только воспоминания о нем Хоулетт терял над собой контроль. «Нет, нет, нет! Этого не может быть! Я опять здесь, о нет!» - мысли метались от одного ужаса к другому, картина сменилась, теперь это была лаборатория Оружия Икс. Он взвыл, когда увидел себя лежащим на решетке над резервуаром с водой, куда его вот-вот будут опускать. Дернулся, с силой рванул влево, и впечатался в противоположную стену коридора, которая тут же превратилась в блиндаж времен Второй мировой. Через несколько секунд сюда должна была попасть бомба, и вместе с Хоулеттом это место взорвалось бы. Как тогда, в сорок третьем. Зарычав от злости и бессилия, явно сходя с ума от того бардака, что творился в его голове, мутант по памяти сделал несколько неуверенных шагов правее, закрыл глаза и, изнывая от невыносимой мигрени, нащупал в реальном мире ручку нужной ему двери, дернул ее вниз, вырвав с корнем, и завалился внутрь спальни Ксавьера. Он едва удержался на ногах, но от морального истощения опустился все же на одно колено, закрыв лицо рукой. Дыхание было прерывистым, а пульс бился с такой скоростью, словно он бежал без остановок целый день. Что-то прохрипев себе под нос, Джеймс наконец поднял голову и с немым удивлением взглянул на уже находившихся здесь Джона и Николь. Они явно испытали совсем недавно похожие ощущения – оба бледные, напуганные и такие же растерянные, как и сам Росомаха. - Что за хер… хрень? – совсем уж ругаться в комнате Профессора он не мог позволить себе даже после пережитого коктейля ужасов. Он знал, что ответ на вопрос ждать не следует, так как вряд ли Айрена или Звездную внезапно осенит, что именно случилось там, в коридорах. Джеймс с опаской покосился на неплотно прикрытую дверь и с силой захлопнул ее. Закрылась. С треском. И только сейчас он обратил внимание на неподвижно лежащего в постели Чарльза, покой которого они бессовестным образом нарушили. Тяжело вздохнув, Хоулетт заставил себя позабыть об увиденном несколько мгновений назад, собрал остатки сил, выпрямился и подошел к кровати телепата, опустившись на оставленный рядом стул. Удивительно умиротворенное выражение лица для сломленного болезнью человека. Казалось, что Ксавьер выше любого недуга, и все свои невзгоды он переживает снисходительно, мудро принимает их и никогда, никогда не дает слабину. - Что же случилось с тобой, дружище… - грустно и устало прошептал одаренный, с тоской взглянул на опущенные веки старика и накрыл его ладонь своей рукой. Чарльз был единственным, кто мог понять здесь Хоулетта. Более-менее близкий по возрасту, он в то же время был невероятно умным и добрым человеком, способным найти подход даже к такому дикому, необузданному зверю, которым не так давно был Росомаха и каким в глубине души остается и по сей день. Он задумчиво перевел взгляд на оставленные на тумбочке часы, записную книжку и ручку – личные вещи Профессора. Все лежит так аккуратно, будто он просто прилег отдохнуть… - Сколько он уже в коме?.. – не оборачиваясь, тихо спросил Джеймс у Джона, - Хэнк или Джин осматривали его? Диагноз поставлен?

Wanderer: Джон сморгнул несколько раз, отгоняя наваждение и осадок тех чувств и воспоминаний, которые всё еще заставляли его мелко дрожать. Сначала ему показалось, что Феникс здесь, но после всего того и это было лишь иллюзией. - Дела-а... - протянул Айрен, думая о том, что крыша в конце концов уехала. И эта "хрень" тому точно поспособствовала. Понять бы еще, что это было... О доведённой до ручки Звёздной парень даже так не забыл, но всё равно был крайне удивлён её бурной реакции - такого наплыва чувств он никак не ожидал, а она на нём буквально повисла. И всё это последовало после сдавленного плача, который заглушили разве что слова "ты жив". Да-а, навидалась она всякого. Похоже, что он перенёс это всё куда легче, хоть его и трясло до сих пор... Или же он просто ничего не выказывал... - Что там этот хам натворил т-такого, что меня восторженно кличут живым, а ему грозят задницу надрать? - без особого интереса пробормотал парень, обнимая перепуганную девушку и придерживая её, чтобы не потеряла равновесие и его не потянула за собой - итак еле на ногах держался. Но на пару шагов от двери всё же пришлось отойти - подальше от порога, за которым был кошмар, и от которого его словно отталкивало. "Дай мне несколько мгновений..." - немного жалобно подумал он, разгоняя все мысли, лишние - в особенности. Но не успел он издать и звука, как в комнату влетел Джеймс - тоже в том еще настроении. А за непонятным феноменом, тем временем, явно уже укоренилось одно конкретное название. Хотя можно было бы в его адрес и что-нибудь грубее сказать. Ясно было, что все переживали какие-то связанные или надуманные кошмары, но - почему?.. - Х-хотел бы знать, ... - продолжение Джон предпочёл не озвучивать, а оставить при себе. Благо и Звёздная сейчас его мыслей видеть не могла. Но пустоты для него по прежнему не было - твое дорогих людей, а за дверью и стенкой - как стена пронизывающего до костей ужаса... Еще одна причина, почему эмпат тихо рвался от неё подальше, да откровенно дёрнуться в другой конец помещения из-за неустойчивой подруги не мог. Парень молча проводил Джеймса взглядом, после чего сам внимательно вгляделся в лицо Ксавьера. Всё-таки неожиданно он свалился и, видно теперь, дело серьёзнее, чем всем казалось изначально... Жалел, что всё-таки раньше до него не дошел. - Не знаю... - растерянно сказал Джон. - Ему всю неделю слегка нездоровилось, но совсем свалился он вчера к ночи. Так Джин сказала... она с ним и сидела, но про кому не звучало ни слова. По правде говоря, я думал, что она и сейчас здесь. "Видимо, из-за Чарльза это помещение глюки и не затронули... а вообще, что-то слишком много мне мне в последнее время кажется, много думаю, а вот чтобы точно... - про себя проворчал Ворон, уже и не поминая то, что в последние дни на него вправду многое навалилось. Вся эта история с Кридом и его сестрой, каким-то съехавшим с катушек двойником, который тоже теперь чёрт знает, что на самом деле затевает... - А ты, Никки, права была изначально. Кто-то сторонний затеял и подстроил всё это специально в одно время, чтобы поизводить... или избавиться от нас." - Можно? - осторожно освобождаясь от объятий Никки, негромко произнёс Странник, подходя к кровати подтащив еще один стул - от рабочего стола - на который и сел, напротив Джеймса. - Может, смогу чем-то помочь... По правде говоря, Ворон так еще никогда не делал и плохо представлял, с какого края к проблеме подходить в данном случае - всё-таки одно дело открытые, видные и невооруженному глазу раны залечивать, другое - то, что даже не определено. Просто теоретически знал, что на практике это провернуть возможно и безо всякой аппаратуры. Так или иначе, попытка - не пытка. Джон легко опустил ладонь на лоб Профессора и закрыл глаза, прислушиваясь теперь к иным ощущениям, отстраняясь при этом от Николь и Джеймса. Как бы входя в своего рода транс - пространство, где могли быть только его ощущения и Ксавье. Не астрал - этот мир не зависел от телепатических способностей и наличия к ним предрасположенности. Всё, что касалось себя самого, он отмёл сразу, но вот к нему стал приглядываться как можно более внимательно, выискивая жизненно-важные ниточки, которые имело каждое живое существо - токи сил, действий, команд, относящиеся к той или иной системе организма и отвечающие за неё... Чуть добрался до жизненной - повеяло холодом, чужеродной чернотой... - Его отравили, - внезапно дёрнулся парень, одёргивая руку. - Энергетически.. "Да уж, сразу убивать его явно не хотели... а ведь могли.." - В моих силах его вылечить.. - задумчиво изрёк Айрен, глядя в закрытые глаза Профессора и пытаясь просчитать все возможные варианты. - Но на это потребуется время, возможно длительное, а полностью он оправится далеко не сразу даже так.. - Уничтожьте Церебро. - Чего? - опешил на какой-то момент парень. Что-то он меньше всего верил теперь в кому Профессора - всё он отлично знает и слышит, просто сил вообще нет ни на что реагировать. Пояснения не последовало. Вернее, последовало, но далеко не сразу - обрывистая фраза после затянувшейся паузы, прозвучавшая всё тем же слабым, бесцветным голосом. Ворон от него невольно поёжился - тяжело было просто видеть Чарльза таким, не то, что слышать. - Оно создаёт иллюзии. Джон вопросительно поглядел на Джеймса, Звёздную в расчёт не беря с ходу - похоже, из здесь собравшихся на её вся эта психоделика сильнее всего действует, потому как за глюками и испугом сразу же последовала истерика, из-за чего её пришлось чуть ли не ловить. И это ведь им еще, на счастье, не пришлось преодолевать весь путь от холла до этой комнаты пешком... Да и решение читалось в глазах Роса даже и без слов. А побледневшему в миг Джону вдруг прямо на глазах поплохело вдвойне - он вспомнил, что в том зале незадолго до начала этой катавасии находилось двое одарённых. - Я тогда займусь Чарльзом... - парень в раздумьях прикусил поднесённую ко рту руку. - Вот что еще могу предложить. Чтобы не переть по коридорам, перекину тебя прямо туда, если не против. Но проблема - я там никогда не был и знаю лишь образно, как тот зал выглядит. Так что сделаем иначе - попытайся как можно чётче представить себе это помещение и сосредоточиться на нём. На каком-нибудь свободном пространстве там. Это будет направлением, я тебя лишь в дорогу отправлю. Только если будешь думать не о том, улетишь, соответственно, тоже куда-нибудь не туда. Получив согласие, Ворон встал со стула, подошел к Джеймсу и крепко ухватил того под локоть, сам же сконцентрировался на давно знакомой уже формуле, лишь слегка переиначив её. - Готовься, перемещу по команде. Сосредоточься. Раз, два... Как давно проверенный временем механизм сработал, только на сей раз какой-то иной своей полярностью. Росомаха с негромким хлопком и вспышкой исчез, "телепортатор" же остался стоять на месте со слегка дурацким и обеспокоенным видом. - Удачи ему.. - Айрен перевёл взгляд на Николь, ментальную связь с которой не собирался восстанавливать по крайней мере до тех пор, пока не станет ясно, что подобных сюрпризов с галлюцинациями больше не будет. Ну, что ж, дело за Джеймсом, может, уже от этого Ксавьеру будет проще... - Будем верить в лучшее.

Star Dust: - Он умер там, у меня на глазах... - прошептала я, не посмев признаться, что то же самое случилось в моих иллюзиях и с Айреном. Я не слышала мыслей или чувств Джона, да и вообще не ощущала его в голове. Однако, несмотря на то, что это было безумно непривычно и даже как-то неприятно, я считала, что лучше не стоит сейчас восстанавливать ссвязь. О чем я и подумала, и почувствовала, уверенная, что будучи эмпатом он это поймет. Не хотелось бы мне, чтобы он ощутил мой бесконечный страх... Что же это такое было? Насколько могущественен этот маг, что сумел меня вогнать в такое состояние, состояние неконтролируемой паники? Меня откровенно трясло, ноги подкашывались, а сердце колотилось так, что трудно было дышать. Боковое зрение от нервов полностью пропало, а жар, исходящий от моей кожи волнами ощущала даже я: амулет на животе казался необычайно холодным, от чего по диафрагме то и дело пробегала дрожь. Словом, мне было плохо от пережитого... Находясь возле двери, повисшей на Вороне, я с ужасом глядела на деревянную поверхность. Чем дольше я на нее смотрела, тем отчетливее мне казалось, что я слышу свой собственный крик, перед глазами мелькнула ужасная картинка, из моего подсознания: я, сжавшись, кричу и плачу, а вся команда Икс стоит и смотрит на меня, но никто не подходит помочь... Наоборот, они злорадствуют, радуются моей проявившейся слабости, им нравится видеть вечно сильную и заносчивую Норвильт в таком ужасающем состоянии, а я никак не могу с собой совладать. От двери я шарахнула как ошпаренная, расцепив руки от шеи Джона. Этот мираж был легким и прозрачным, ослабленным, но открытый барьер в голове, за которым я хранила несметное множество собственных комплексов и страхов, от которых так и не смогла освободится, рванул ужасным потоком, окатив меня с головы до ног. Я дрожала, по щекам вновь покатились слезы, не останавливаясь, лицо мое было однако совершенно не плачущим, скорее, испуганным. Отголоски ужасов давались мне с трудом, теперь, вдали от двери и поближе к Чарльзу я чувствовала себя легче, но освободиться полностью от уже собственного не навязанного влияния я была не в силах. - Хватит, пожалуйста... - а мне все равно казалось, что клетку с собственными кошмарами мне продолжали навязывать, и хоть теперь я не видела иллюзии и ужасающие картинки сознания, но лучше от собственных мыслей и воображения мне не становилось. Даже когда в комнату влетел Росомаха, я все равно не смогла совладать с собой, хотя к этому были призваны все мои усилия. Совершенно безпомощно я посмотрела на Джона полными слез глазами. Мне почему-то в голову внезапно закралась пугающая мысль, что он меня не любит, что я ему не нужна, что я лишь обуза для него, что я вечно раздражаю и принижаю его своим желчным поведением, позорю перед друзьями и коллегами. Эта мысль была практически материальна и мне стоило больших трудов перевести отчаянный взор на профессора. Вот он лежал, такой спокойный и такой безпомощный. Почему-то при виде Чарльза у меня не возникло ни единой жуткой мысли, наоборот, я словно успокоилась, правда далеко не полностью. Пугающие мысли продолжали посещать мою голову, а я никак не могла восстановить разрушенный барьер или хотя бы надеть обратно маску безразличия. От этого бессилия становилось еще гаже, ведь мою истерику имел возможность наблюдать Джеймс и если он кому-нибудь сказал бы... Моя репутация, которую я создавала годами, моя язвительность и вечная ненависть ко всему живому, все это разлетелось бы на куски перед недоумками, которые никогда не были в состоянии видеть глубже, стоит только наткнуться на препятствие в виде напускной грубости. Они немедленно начинали ненавидеть меня и сторонились, что вполне меня устраивало. Джон и Натаниэль были исключением, а про Чарльза я вообще молчу... Оказавшись возле кровати профессора с другой стороны от Джеймса и Джона, я сползла на пол, на моем лице брови были выгнуты жалобной дугой, а нос периодически шмыгал. Я глотала слезы, постепенно успокаиваясь. Теперь я отчетливо понимала, что нужно срочно увидеть Натаниэля... Но вот когда? Я в отчаянием посмотрела на деревянную дверь. За ней таился кошмар, которому объяснения я найти не могла. Неужели сила колдуна настолько велика, что он способен вызвать подобные кошмары? Смотреть на Джона я избегала. Моя голова была отравлена собственными страхами, а его лицо словно возвращало их все обратно. Словно сквозь туман я услышала его слова, вызвавшие приступ новой тревоги, в моем состоянии, только чудом не вернувший меня обратно в истерику: - Его отравили. Энергетически... Слава Богу, Джон добавил, что может вылечить моего названного отца. Не знаю, что бы со мной случилось, если бы Чарльз не поправился... Он заменил мне родного человека, стал наставником и другом. Ради него я готова была на то, чего никогда бы не сделала для своего кровного отца. От внезапного бесцветного я едва не подпрыгнула. Сама того не заметив, я отчаянно схватила Чарльза за руку. Ладонь профессора показалась мне холоднее обычного, хотя, возможно, тут дело во мне... "Церебро?" А вот и отгадка. Эта адская машина все-таки доканала Людей Икс. Интересно, а я ведь всегда считала, что от нее будет больше вреда, чем пользы. Да, маньяк знал по чему бить, Церебро - сердце особняка. Стоит ему выйти из строя и всем крышка... Вот и сейчас. Чтож, мне даже полегче как-то стало. Если причина моего ужаса Церебро, то я страстно желаю уничтожения этой машины. Я неотрывно смотрела на Чарльза, упорно не обращая внимания на отправку Джеймса и слова Джона. Мне было плохо, начинало тошнить. Опомнившись, я отпустила руку Ксавье, оставив на ней розоватый след собственных пальцев, который, в общем-то, быстро растворился. Мы остались втроем в одной комнате, я дрожала, жалобно глядя на отца, упорно не поднимая взгляд на Ворона. Мне было плохо... Нервная система мстила организму и мне, подвергнувшей ее такому стрессу, жуткой слабостью и дрожью во всем теле. Если бы меня могло знобить, то именно так и случилось бы, но слава Богу. Я искала в голове хоть что-нибудь счастливое, положительное, но откапывались лишь более пугающие комплексы и мысли, ранее спрятанные глубоко в подсознании. Платину прорвало и я не в состоянии была справится с собой... Это было ужасно. Когда ты не можешь контролировать собственные эмоции, чувства, мысли, то начинаешь тихо сходить с ума. Особенно это травмировало меня, привыкшую всегда держать себя в ежовых рукавицах, всегда контролирующую свое сознание. Теперь я была потеряна и метания выматывали из меня всю душу...

Wolverine: «Джин…» - с тоской мысленно вторил Айрену Логан, задумчиво глядя на неподвижного профессора. Тот наверняка прекрасно помнил все подробности их с Феникс прошлого. Интересно, она вновь с Циклопом или… Впрочем, это уже неважно. Его беспокоило другое, неужели так сложно было позвонить ему? Грей сделала бы это... раньше. С момента их последней встречи прошло несколько лет, и странно, что они все еще не пересеклись. Словно жили на разных континентах. Будто она избегала его. Не сообщила о проблемах с Чарльзом, прекрасно зная, что для Хоулетта старик очень и очень важен, сколько бы иронии он ни отпускал в его адрес! Впрочем, винить кого-то уже было бесполезно, стоило озаботиться вопросом, как исправлять запущенную ситуацию. Как помочь директору. Как спасти школу. И первый шаг к этому сделал Джон. - Будь осторожен, мозги Ксавьера – не лучшее место для прогулок. – Кто знает, как могло отреагировать сознание сильнейшего телепата, пребывавшего в коме, на постороннее вторжение, пусть даже если это один из близких учеников. Затаив дыхание, Джеймс не отрывал взгляда от лица директора, словно надеясь различить хотя бы малейшие изменения в процессе неведомого для них с Пылью путешествия Крылатого. В комнате повисла тишина, от которой хотелось убежать – гнетущая, вязкая, серая. Ненамного лучше, чем видения в коридоре. - Сделай все, на что способен, Джон. Неважно, сколько дней уйдет на это. Только помоги ему. – Росомаха встрепенулся, услышав первые новости от Ворона, и повернулся к нему. Теперь уже голубые глаза мужчины изучали крылатого одаренного, будто проверяя, способен ли он действительно на такой подвиг, как возвращение их общего мудрого друга в реальный мир. В следующую же секунду зверь чуть не подскочил на стуле: голос Ксавьера послышался так неожиданно, что пришлось мысленно повторить про себя сказанную фразу, дабы ее смысл задержался в голове. - Я сделаю это. – тихо произнес Хоулетт, и в его словах звучало подобие вызова. Он внимательно посмотрел на Айрена, коротко кивнув в знак согласия быть переброшенным сразу из спальни в подземное помещение. Еще одну встречу с кошмарами прошлого сегодня он не вытерпел бы. Не стоило лишний раз доводить себя до полубезумного состояния. Его ужасы и так всегда с ним - по ночам - а бредить наяву ему совсем не хотелось. - Хорошо. Уже представил. Спасибо. - Росомаха поднялся следом за Джоном, позволил схватить себя за руку и с силой надавил на собственные мысли – ему следовало рисовать образ полукруглой комнаты, а не думать о том, что останется от него после уничтожения почти мистического аппарата неизвестной мощности. Вздохнув, он еще раз взглянул на Ксавьера, чувствуя некое облегчение от того, что тот подал признаки жизни, и послал ему ментальную просьбу поскорее вернуться в реальность. Затем искоса посмотрел на Пыль и впервые после встречи в коридоре обратился к ней: - Удачи. Хлопок. Слабая дымка. Все стороны света смешались в единую массу, невозможно было определить направление, место, цель, но уже через мгновение он, целый и невредимый, оказался на узком мостике в комнате Церебро. И к его искреннему удивлению, сферообразное помещение не пустовало. /Церебро/

Wanderer: Ворон молча пожал плечами, не думая, что Чарльз станет как-то сопротивляться. Тем более, что он к нему не в голову лез - пытаться не было и смысла. Если уж даже Джин не пробилась... то что о нём говорить, когда в плане телепатии всё, на что он пока способен, так это только баррикадировать собственное сознание, ментально связывать себя с людьми и изредка удачно обращаться к кому-то мысленно, а не устно? Чарльз вообще рекомендовал ему пока что поменьше с этим экспериментировать, покуда на себе навыки не отточит, иначе можно всерьёз кому-то навредить. Чего, разумеется, делать не хотелось. После отправки Джеймса в неизвестность, Айрен молча повернулся к девушке, упрямо избегающей его взгляда и словно отстранившейся. За вопрос о Духе ему уже было стыдно, но если Николь с обрывом ментальной связи перестала его ощущать, то от Джона обострённое восприятие никуда не делось. Её страх, её внутреннюю панику он всё равно чувствовал так же остро, как и до этого, а если учесть, что от Чарльза не исходило практически ничего, кроме спокойствия, то эта её паника для эмпата становилась чуть ли не осязаемой в закрытом помещении. Бедная, на неё столько навалилось - сначала местные ужасы, потом была почти полгода чёрте где, вернулась вся запуганная, израненная и изведённая, сейчас только наметился просвет и на те вам... снова давление на психику. И еще какое! За всю жизнь у неё накопилось куда больше негатива, чем у него, потому, видя её сейчас такой, Странник всерьёз опасался, как бы она не сошла с ума от этого "всего хорошего", о котором ей сейчас так лихо напомнили... тяжко было осознавать и то, что сейчас он практически ничем не может ей помочь. Хотябы справиться с этим всем... - Никки... - обеспокоенно позвал Ворон, подойдя и мягко приобняв отстранившуюся девушку за плечи. Несильно встряхнул - просто затем, чтобы она подняла на него взгляд. - Возьми себя в руки! Верь, что всё будет хорошо, что кошмара нет, что всё, что бы там тебе ни навнушала эта машина - ложь. Ложь, навязанная иллюзия, нереальность, пережиток прошлого, или что ты там видела... И я тебя не оставлю никогда, и Чарльз, и Джеймс - ты в окружении друзей, никто зла тебе не желает и не будет. Не позволю. И с Чарльзом всё будет в порядке, и Нат найдётся. Успокойся, пожалуйста... и не доводи себя зря, ладно? Всё будет хорошо.. правда. Верь мне. Парень еще какой-то момент глядел на подругу, затем отпустил её и отошел к кровати Ксавьера, заняв своё почётное место на стуле. - Присядь рядом, не отделяйся от сего скромного коллектива, - негромко обратился он к Звёздной, коротко обернувшись. - только одна просьба - пока что мне по возможности не мешай. "Ну, поехали.." Ворон вновь положил одну руку Чарльзу на лоб, вторую - на грудь, и закрыл глаза, вновь погружаясь в то странное состояние. На сей раз это далось уже легче, ровно как и обнаружить источник всех проблем. Несколько минут Ворон ходил вокруг да около этой чужеродной, отравляющей живое энергии, думая над тем, как к этому делу лучше подойти так, чтобы никоим образом не навредить Чарльзу, затем, с помощью собственных сил, начал понемногу очищать струящийся жизненный поток - как установил мелкую сетку в реке, которая удерживала и собирала собой грязь и всевозможный хлам, но пропускала чистую воду. Делал так поэтапно, вбирая понемногу этой самой "грязи" и затем нейтрализуя её. С большим количеством нечисти сразу он мог и не справится, тогда эта тёмная энергия могла бы "заразить" и его самого. Но Ворон чувствовал предел и не переходил грань собственных возможностей. Мало по малу поток чужеродной энергии редел и расплывался, ослабевал; ослабевало и его влияние на Чарльза, что постепенно возвращало ему силы, хотя тот по прежнему предпочитал лежать тихо, подавая признаки жизни разве что дыханием. Понимал, что и сам мог сбить Джона с настроя не совсем вовремя. Часы мерно тикали, дело понемногу продвигалось в лучшую сторону. Странник хоть и устал, но всё же избавил Профессора от большей части насланной на него заразы - осталось всего ничего, тонкие тёмные ниточки среди множества ярких и светлых, уже не могших нанести организму особо сильного вреда. Джон понемногу подумывал сделать пятиминутный перерыв, а потом уже с немного прояснившейся головой закончить дело - дальше организм понемногу восстановится сам, но вдруг переставший молчать Чарльз его опередил, как-то больно резко вернув из аврала на землю. - Джон, помоги Джеймсу. - слабо, но внезапно и достаточно чётко, даже требовательно сказал Чарльз, предприняв попытку приподняться. Если раньше он просто смиренно лежал, глядя в потолок, и понемногу приходил в себя, то тут его лицо резко приобрело обеспокоенное выражение. - Ему сейчас помощь нужна больше, чем мне. - А вы? - поморгав, тупо спросил парень, поднимаясь со стула. Чуть пошатнулся. - Что-то случилось?! - Да... - Чарльз сам предпринял попытку приподняться, но всё же решил, что лучше еще немного полежать. - Ему удалось уничтожить Церебро, но сам он довольно сильно пострадал. Ворон мимолётом переглянулся с Никки. - А... оставлять вас одних... - Обо мне не беспокойся, я справлюсь. Спасибо. - изнурённо, но сравнительно живо и серьёзно сказал Ксавьер. - Тот, кто всё это устроил, уже ушел из школы. Больше нам ничего не грозит... По крайней мере можно надеяться, что он сюда больше не вернётся. "Хотелось бы в это, в таком случае, верить.." - Но как я туда попаду? Доступа в тот зал ни у меня, ни у Никки никогда не было, телепортироваться - так я не знаю, куда перемещаться. Нельзя прыгать в пустоту. - Не обязательно сразу в пустоту. - вымученно улыбнулся Чарльз, и в голове Джона вдруг появилась вполне чёткая картинка шарообразного помещения с боковыми помостами, ведущим к центру мостиком и тяжелой металлической дверью, ведущей в коридор. Наваждение было таким реальным, что парню пришлось мотнуть головой, чтобы зрением вернуться в реальность. "Пейзаж" он в любом случае уже запомнил, не промахнётся и при всём желании. - Скорее. Правда, обо мне не беспокойтесь. - Ты идёшь? - погодя пару секунд спросил Ворон у Звёздной, всё еще не уверенный, что Профессора стоит оставлять одного. С одной стороны он чувствовал, что сильно хуже тому правда уже не станет, с другой - всё равно беспокоился. С третьей же был попавший в беду не менее значимый по жизни друг. Звёздная ответила согласием, после чего Айрен крепко сжал её руку в своей... и отправился в стремительный полёт, а через какую-то долю секунды они уже оказались в полуразрушенном зале. /Церебро/

Star Dust: Оторвавшись от собственных метаний я на секунду посмотрела на Росомаху. Он тоже смотрел на меня всего пару секунд, но во взгляде этом не было враждебности и я почему-то очень четко поняла и осознала, что никто из команды никогда не узнает от него о моей слабости. Джеймс не станет ни с кем делиться абсолютно ничем... Это до боли напоминало меня, да и вообще, если задуматься, то во многом мы похожи. Во всяком случае в жесткости, так это точно, только вот я глупа, ведь моя твердость и сила неоправданы - я слаба на фоне остальных и регенерации у меня нет. Ну чтож... - Никки... Я вздрогнула, мышцы резко сократились. Меня словно дернуло слабым разрядом тока от неожиданности и страха. Взгляд забегал в панике, в голове роились пугающие мысли... Сейчас он скажет, что и вправду меня не любит, что я слишком долго подвергала опасности его и себя, измотав и не оправдав его доверия. Сейчас от это скажет и я потеряю цель жизни, потеряю свою Судьбу и нужду в существовании. Разбита, сломана и никому не нужна. Но Джон сказал совсем другое... Успокойся, пожалуйста... и не доводи себя зря, ладно? Всё будет хорошо.. правда. Верь мне. Он говорил, а я смотрела куда угодно, но только не в спокойные и такие любимые голубые глаза. Не могла. Ему пришлось тряхнуть меня, чтобы сквозь неимоверную тяжесть я подняла мокрый взгляд. И почему я избегала этого? От пронзительного взора мне стало несколько легче и тяжелые мысли, столкнувшись с голубоглазым убеждением, рассеялись в ничто. Влияние Церебро ослабевало с каждой минутой, мне кажется становилось легче, но пока все, на что меня хватило, это шумный всхлип и жалобный кивок. - Присядь рядом, не отделяйся от сего скромного коллектива. Я постаралась не сильно дрожать, хотя колени и подкашывались, а в ногах гудела ватная слабость. Стулом я пренебрегла, скатившись на пол у ног Джона. И все равно мне было плохо и страшно. За все подряд. Слезы не останавливались, а я все смотрела и смотрела на Чарльза. Я видела Джона, но прямо не глядела, мне все еще быол друно и страшно, сознание сорвалось с катушек и на всех парах мчалось к цели свести и меня с ума. Вся моя "броня" исчезла без следа, оставив за собой руины сомнений и осколки ужасов. Такими темпами я и впрямь сойду с ума... Время шло, я сидела на полу, немного успокоившись, обхватив себя за колени. Не помню, но кажется я немного пошатывалась взад вперед... Не уверена. Время текло как-то странно, по капельке. Тиканье часов меня раздражало... Хороший знак! Раздражение к мелочам это моя черта! За всеми кошмарами мне казалось, что я уже потеряла себя, свой характер, свои привычки... В голове царил хаос, а телом правила какя-то непонятная и незнакомая мне особа, которая разводила нюни и страдала на людях. Как я могла до такого опуститься? Проклятое Церебро... Чертов маг! Если бы я только могла узнать кто он, я бы ему шею свернула! О! Да это же прекрасно! Ненависть начинала потихоньку заполнять мое существование и хотя я страдала и от этого противного отягощающего чувства, оно было все же лучше страхов и пустоты. Во всяком случае плакать я перестала, вместо этого безжизненно пялилась в пустоту опухшими глазами с тяжелым выражением на лице. Меня тошнило. Но вот ожидание закончилось. Во-первых, какая-то тяжесть, висевшая в воздухе теперь окончательно растворилась. А во-вторых, я услышала шебуршание на кровати и слабый голос Чарльза, который меня явно не заметил, что в общем-то неудивительно. Я продолжала сидеть тихо, хотя все мое существо призывало к бурной реакции. Но разве в таком состоянии я была на нее способна? - Тот, кто всё это устроил, уже ушел из школы. Больше нам ничего не грозит... По крайней мере можно надеяться, что он сюда больше не вернётся. Тут я уже больше не могла сидеть. Кое-как перекатившись на колени я попыталась слабо улыбнуться, потому что при виде поправляющегося профессора даже в слабом состоянии я радовалась дальше некуда. - Отец... И он улыбнулся мне в ответ. - Как ты себя чувствуешь? - Николь, все хорошо, но на это и вправду нет времени. Обо мне не беспокойся, поговорим позже. Это вселяло в меня какую-то силу. Видеть Чарльза живым и уже активным было как вода посреди пустыни. Я неуверенно встала с колен, выпрямившись рядом с Джоном. - Ты идёшь? - Дай-ка подумать... - да! Я возвращалась в себя! - Спасать члена команды Икс, которого я терпеть не могу? Разумеется! И я протянула ему дрожащую от перегрузки ладошку и попыталась улыбнуться отцу напоследок. - Держись, Николь, - и это было последнее, что я услышала прежде чем умиротворенная комната сменилась дымящимися останками аппарата, которого я никогда не видела... /[url=]Церебро[/url]/



полная версия страницы