Форум » Школа Ксавьера » Медпункт 0.9 » Ответить

Медпункт 0.9

Lady Deathstrike: Здесь проходят лечение и осмотр все жители школы Ксавьера. После очередной миссии некоторые из иксменов попадают именно сюда, отлеживаются несколько дней под чутким присмотром Зверя и быстро встают на ноги. Просторное помещение с перегородками и персональными мини-палатами, оснащенными по последнему слову медицинской техники. ______________________________________________________________ Некоторые достижения медицины, используемые здесь: Биоповязка для заживления ран [more] Размер: 30x30см Показания к применению: раны различной степени тяжести, кровопотеря, ожоговые раны, нагноения и воспалительные процессы, рекомендована для стабилизации больных, находящихся в тяжелом или критическом состоянии. Состав: - первичный слой ( саморассасывающийся верхний слой) - середина (специальный белок с заданными свойствами, медицинские наноботы с заданными функциями управления) - третий слой ( глюкороновая кислота, анаболические вещества) Принцип действия: При наложении на поврежденную поверхность анаболические вещества поступают в поврежденную область, оказывая расслабляющий эффект на пострадавшего. Действие глюкороновой кислоты используется как маскирующее поле, создающее временный барьер для иммунных тел пострадавшего, позволяя не вызывать отторгающих процессов. Специальный белок с заданными свойствами распадается на микроэлементы, а нанороботы начинают процесс восстановления поврежденных тканей, используя части уцелевших тканей и фильтруя рану от омертвевшей ткани, и предотвращая процессы гниения и разложения, выполняют функцию дезинфекции. По истечении пятнадцати минут повязка рассасывается, создавая на поверхности раны преграду в виде накладки серого цвета, полностью рассасывающейся через тридцать минут. Время восстановления: 5- 10 минут, зависит от степени ранения. После процесса лечения рекомендован сон и хороший отдых. [/more] Био-нано паста. [more] Показания к применению: всевозможные переломы различной степени тяжести, повреждения костной структуры любого характера. Состав: шпатлевка для переломов (или био-нано-каркас), состоит из факторов роста клеток (протеины), входящих в состав композитного материала. Препарат в виде густой пасты, хранится в тюбиках. Принцип действия: Композитный материал стимулирует клетки к росту, являясь одновременно несущей структурой, принимая на себя распределенный вес тела так, что пациент может ходить в продолжение процесса заживления. Шпатлевка усваивается клетками, которые начинают строительство новой кости. Одновременно начинается постепенный процесс деградации шпатлевочного композита. По мере рассасывания шпатлевки, вес постепенно все больше и больше переносится на регенерированную кость, способствуя функциональному восстановлению ноги. Через несколько недель после повреждения архитектура и функции кости полностью восстановлены. Время восстановления: 2-3 недели, возможно больше в зависимости от степени повреждения. [/more] Медицинские нано-боты [more] Размер: менее 100 нм (условное обозначение) Показания к применению: производство устройств и их компонентов, необходимых для создания, обработки, ремонта и манипуляции молекулами, поврежденными клетками и микроорганизмами. Извлечение вирусов и клеток раздражителей, борьба с вражескими нано-ботами введенными в кровь человека. Считывание сигналов с коры головного мозга (помогает спроецировать картинку на голографический дисплей и получить всю информацию которую видел носитель даже если сам он без сознания). Состав: Время восстановления: от 15 до 150 минут. В зависимости от сложности операционных действий. [/more]

Ответов - 26

Acid: /Тюрьма>Холл/ Темнота и неподвижность... Тело было сковано, а сознание билось, как птица в клетке, запертое где-то между сном и явью. Странные видения, не то кошмары, не то галлюцинации беспрерывно атаковали мозг, и не было никаких возможностей избавиться от них. Аманда бежала по коридору, вперёд, вперёд, поворачивая то вправо, то влево, словно кто-то вёл её... Коридор всё петлял, разветвлялся, и, казалось, ему нет конца... Но внезапно из-за поворота вынырнуло огромное, в полный рост, зеркало. Ами едва не врезалась в него и, инстинктивно выставив ладони вперёд, упёрлась в холодное стекло. Но вместо холода она вскоре почувствовала тепло кожи, как будто прикасалась к кому-то. Девушка испуганно отдёрнула руки, и отражение в зеркале сделало то же самое. Аманда сделала шаг назад, и та, что была по ту сторону зеркала, отступила синхронно с ней. Но всё же Кислота чувствовала, что в ней, то, что стоит за стеклом, что-то не так... Она шагнула вправо, затем вернулась... протянула руку вперёд... Отражение делало всё то же самое. Но внезапно Аманда заметила злой блеск в глазах своего двойника в зеркале. Увидела, как она злорадно улыбнулась и помахала рукой... Ами отшатнулась, и девушка в зеркале расхохоталась - дико, бешено, так что звон стоял в ушах. Её безумный смех наполнял коридор. Кислота прижалась к стене и вновь ощутила стеклянный холод. Обернувшись, она в ужасе увидела, что стена так же стала зеркальной, и дьявольское отражение теперь подмигивает ей оттуда... Стены коридора превращались в зеркала, коридор становился гигантским зеркальным лабиринтом... Тысячи зеркал, тысячи отражений, и каждое из них смеялось над Амандой... Девушка чувствовала, как её сердце леденеет от ужаса. Она кинулась бежать, но повсюду были лишь зеркала... Они начали сдвигаться. Двойники, ухмыляясь, манили её пальцами к себе. Однако Ами понимала, что если она коснется стеклянной поверхности - произойдёт нечто ужасное... Что именно - она не знала, но и не очень стремилась узнать. Она бежала вперёд, путаясь в поворотах и развилках, а зеркала сближались... Наконец они обволокли её, как будто стекло превратилось в воду, и Аманда ощутила, как её схватили чьи-то руки. В ушах стоял пронзительный хохот. Ей ужасно хотелось закричать... Она изо всех сил рванулась вперёд, и послышался звон. Зеркала разлетелись на миллиарды осколков, а Аманда оказалась посреди пустоши. Вокруг ничего не было, только растрескавшаяся земля, уходящая к горизонту... И лишь странный силуэт какого-то строения, показавшегося девушке знакомым, вырисовывался вдали. Ами пошла в его направлении. Чем больше она приближалась, тем явственнее вырисовывался дом, и тем сильнее было ощущение того, что она знает его... Подойдя вплотную, Ами остановилась.В голове её, как молния, сверкнула мысль: это же её дом! Тот, в котором она жила до того, как попала в школу Ксавьера. За дверью слышались весёлые голоса. Разве там кто-то жил? Ведь он был почти разрушен... Девушка решительно толкнула дверь и вошла. Перед глазами её возник накрытый стол в празднично убранной гостиной. Отовсюду свешивались шарики. Вокруг стола суетились мужчина средний лет и парень лет 17-ти. Это были отец и Джейсон... - Папа! - крикнула Ами. Но её никто не услышал. - Ну и где наша именинница? - весело спросил отец, зажигая свечки на торте. - Да у себя, прихорашивается до сих пор, пёрышки чистит, - хихикнул Джейсон. - Ох, женщины... - Да ладно тебе, Джей... Всё-таки её праздник! - Но это не значит, что я должен умереть с голоду... Ами! - крикнул он, подняв голову вверх. - Если ты через пять минут не спустишься, я тут без тебя сейчас всё сожру! - Только попробуй! - ответили сверху, и вниз по лестнице начала спускаться светловолосая девочка лет пятнадцати, одетая в красивое платье. - Слипнется кое-что, ясно? - Да тебя пока дождёшься... - Ладно, сейчас не время, - отец надел на шею девочки изящный серебряный кулон и нежно поцеловал в лоб. - С днём рождения, принцесса! - Спасибо! Какой классный... Далее последовал набор косметики от Джейсона (Ами улыбнулась, вспомнив, как он потом рассказывал, сколько парился, подбирая то, что нужно). Она продолжала наблюдать за собой, счастливой, повиснувшей на шее у брата. - Джейсон, хоть ты и бываешь порой ужасно вредным, я тебя всё равно люблю! - А теперь внимание - праздничный торт! - отец пододвинул к виновнице торжества торт с уже горящими пятнадцатью свечками. - Давай, загадывай желание! - хихикнул Джейсон. - Пожелай себе принца на белом мерседесе... - Так, тихо все! - Ами замахала руками. - А то я сейчас забуду, что хотела... Она склонилась над свечками, приготовившись задуть их... - Нет!!! - бешено закричала Аманда и кинулась навстречу, пытаясь помешать... Она-то знала, что за этим произойдёт. Но было поздно. Свечки не потухли, как ожидалось бы, а наоборот - их пламя взвилось до потолка, и из него вышли солдаты с автоматами в руках. Аманда хотела кинуться к своим, но точно невидимый барьер возник на её пути. Она кричала и колотила кулаками в незримую стену, глядя, как расстреливают отца, как бросившийся на нападавших Джейсон скривился от боли, когда ему заломили руки назад... - Отлично поработали, ребята! - раздался знакомый голос, и вперёд вышел Джад Сандерс. Он одобрительно похлопал по плечу стоящего рядом спецназовца. Тот снял маску, и по его плечам рассыпались светлые локоны. Двойник Аманды снова мерзко ухмылялся ей. - Ты! - Ами наконец смогла кинуться к своей копии. Та, смеясь, ринулась вверх по лестнице. Кислота проследовала за ней на второй этаж, но вместо привычных комнат увидела хранилище банка. - Давай, поймай меня, если сможешь, маленькая глупышка! - она влилась в стену. Ами - за ней, вновь путаясь в лабиринте стен и коридоров, которые теперь были проедены кислотой и из-за зияющих дыр напоминали огромный кусок сыра. И вновь всё вокруг наполнял этот издевательский смех. - Ами! Ами! - хохоча, звало её отражение. - Я здесь, лови! Ну давай, просыпайся! - Ами! - голос неожиданно трансформировался. Аманда была готова поклясться, что слышит Джейсона. - Ну просыпайся же! Голос становился всё явственней, а изъеденные стены таяли в воздухе, глаза заливал яркий свет... Аманда открыла глаза и увидела склонившиеся над ней лица Джейсона и Линдси. - Слава богу, кажется, пришла в себя, - облегчённо вздохнув, произнес Муха. Рубашки на нём не было, плечо и рука были забинтованы. Одно крыло свисало вбок и стелилось по полу. Оглядевшись, девушка увидела знакомое помещение медпункта. А спустя пару секунд к ней подошёл Хэнк. - Очнулась? Ну вот и хорошо... - он обернулся к Криду. - Джейсон, а ты сядь на место. - Тот парализующий нейротоксин, что тебе вкололи, ещё не совсем рассосался. Жди, пока противоядие подействует. Ещё хорошо, что Ворон притащил тебя так быстро. Ещё бы пара минут - и ты бы остался парализованным на всю жизнь, вводить антидот было бы поздно. - Да я рукой пошевельнуть не могу... - проворчал брат. - И крыло чёрта с два уберёшь... - Терпи! Нечего было подставляться. - Кто ж знал, что этот рыцарь долбаный... Надо было их обоих пришибить. - Ну-ну, полегче. Поменьше кровожадности. - Да это ещё не кровожадность. Ты видишь, что они с ней сделали? Да я их... - Всё, всё. Успокойся. Поворачивайся лучше, я тебе ещё один укол сделаю... Муха поморщился, но указаниям Хэнка внял. Аманда огляделась, пытаясь найти свой блокнот. Что произошло? Как я оказалась здесь? Она напрягала помять, но ничего после отъезда Кости и своего возвращения в школу вспомнить не могла.

Wanderer: Парень просто тихо посидел какое-то время, отрешенно, с некоторой тоской наблюдая за происходящим и творящимся подобием суеты. Должно быть, всерьёз не самый приятный сюрприз Зверю они устроили в такой час... но что уже поделаешь? Так уж получилось... Главное, чтобы всё обошлось. Оглядываться не было необходимости, хотя самому было не очень приятно опять здесь находится, чувствуя себя при этом какой-то амёбой. Вспоминалось то, что хотелось забыть, хотя на сей раз он (на удивление) припёрся сюда относительно целым - в отличие от предыдущих случаев, отделавшись лишь специфическим переутомлением. Даже удивительно, при его-то хронической аварийности. Немного переведя дух, Джон, желая потом всё же нормально передохнуть и совершенно не хотя иметь перспективу вспоминать об этой процедуре еще и утром, всё-таки взялся за весьма малоприятный, но необходимый перебор нанесённого стараниями Сью урона, состроив при этом откровенно несчастную мину - а по ходу дела и окончательно убедившись в том, что полёты ему на какое-то время совсем заказаны. Мучительно ощипывать себя пришлось долго. От большей части первостепенных маховых перьев, не считая одного-единственного на самом конце, и какой-то части кроющих там же, остались разве что облезлые и обугленные легко ломающиеся "стволы", в целом же оперение несчастного крыла поредело минимум на треть. Глянув на это дело в расправленном его виде, Айрен совсем погрустнел и уже безжалостно выдернул последнее из несущих маховых, длинной казавшееся чуть ли не больше его вытянутой руки; пусть уж тогда все заново отрастают... - Прости мне мою вездесущность, но наверняка ведь после этого больше не будешь поворачиваться спиной к недоброжелательно настроенным людям, намерения которых даже эмпаты до конца разгадать не могут. - осторожно заметил чуть оживший Ворон, сползая с кушетки и осторожно складывая ноющее крыло. Действия медиков он вообще даже про себя комментировать отказывался, ибо всё можно было объяснить с самых разных точек зрения и правд - причём как минимум в одной из них именно они (по крайней мере, некоторые) выходили по всем понятиям жертвами. Сейчас это всё уже было позади, но вот что его всерьёз беспокоило, так это то, что они всё же засветились, а обозлённые сотрудники "полиции" могли оказаться и злопамятными... - Ну как ты, Ами? "Наверное, долго приходить в себя после такого будет.." - сочувственно подумал парень, остановившись неподалёку от её койки. Попытался ей улыбнуться, чувствуя, что девушка понемногу оживает и ничего страшного ей уже не грозит, пусть она сейчас явно в смятении и с трудом понимает, что происходит. Наверное... "Ёлки, я и забыл уже..." - спохватился парень, спешно призвал вспомнившуюся тетрадку и ручку из своей комнаты и положил их на столик рядом. Вспомнилось и то, что они вообще-то машину с мотоциклом оставили в далеко не самом цивильном районе... видимо, полагалось надеяться, что до утра они достоят в том же проулке, в тех же виде и состоянии, потому что Джею с Лин явно не до того, да и у него не было желания куда-то далеко сейчас переться. Надо бы, конечно, но.. Хотя изначально ведь думал просто подняться к себе и отоспаться... - По правде говоря, очень хочется предложить вариант по крайней мере до рассвета не вспоминать ничего грустного. - зевнув, негромко и неловко признал парень. С одной стороны - да, важно и никуда от этого не денешься, но другой - обоим пациентам хотябы для начала отдых и покой полагался. А так как маньячка на свободе, прочее в любом случае никуда своим ходом не уйдёт и наверняка даже ожидает в самом ближайшем будущем, а вот здоровье стоит всё же поберечь.

Pixel: /Тюрьма/ Невероятным образом переместиться в совершенно другое помещение, каким-то странным образом, к которому еще не совсем привык... А в голове чтобы пульсировала мысль о том, что Джейсон, что с ним, все ли с ним в порядке, хотя он тут, рядом - протяни руку и дотронешься. Но нет, надо продолжать себя накручивать, потому что ты видела, что они с ним сделали, что они его... ранили? Почти... но ему было плохо... Ему и сейчас плохо. Линдси стояла посреди коридора, придерживая парня, чтобы тот совсем не упал. Рядом стоял Джон, который вскоре помог как отнести Аманду в медпункт, так и помочь ей дотащить Джея все туда же. Она смотрела на лицо парня, такое любимое и родное, но сейчас такое измученное... Сколько им вместе пришлось пережить? Всего и не упомнишь... Каждый раз кто-то из них рисковал жизнью, подставляясь то под пули, то под что-то другое, порой даже гораздо худшее, чем просто какая-то железка, летящая на огромной скорости по воздуху... Порой даже трудно представить, что может быть еще хуже, но всегда надо знать, что может случиться еще что-то... так ты будет предупрежден. -Все в порядке...-она дотронулась до волос Джея, убрав с его лица непослушную прядь, а на ее лице появилась улыбка, встревоженная, даже немного виноватая, но улыбка,-с ней все будет в порядке... Как и с тобой. Хенк поможет... Трудно даже представить, сколько раз этот мутант помогал им. Огромный синий увалень, кажущийся таким грозным и нетерпимым к своим врагам, к ним почему-то относился лояльно. Может быть потому что Джей был братом Аманды? А может и потому, что они уже столько раз попадали в безвыходные ситуации, что он понял, что они неисправимы? Так значит не надо позволить, чтобы этих двоих только могила исправила... Девушка отошла в сторону, стараясь не мешать манипуляциям доктора, потому что знала - она только под ногами мешаться будет. Она ведь не врач и даже не имеет малейшего понятия об этом, что уж говорить о тех сложностях, которые Хенку предстоят? Лучше об этом и не думать... Брюнетка молча сидела на стульчике в углу и наблюдала за манипуляциями врача, за пикающими приборами, один звук которых нагонял тоску, как внезапно кое-что изменилось. Она конечно ничего не смыслила в этих приборах, но когда на одном из них начались какие-то перемены, то что-то заставило девушку вскочить на ноги и подойти к любимому, глядя как и он на лежащую доселе недвижимо Ами... Девушка кажется приходила в себя... Целая гамма эмоций отобразилась на лице Линдси, глядящей на то, как младшая Крид приходит в себя. От всех этих внезапно нахлынувших чувств Джексон вцепилась в руку Джейсона настолько сильно, что казалось бы еще чуть-чуть - и она превратит ее в пластилин, но похоже он этого даже не заметил - это все позитивный фактор, последствие того, что их любимая Ами наконец-то возвращается... Еще немного - и она снова будет с ними, у них снова будет семья... -Привет, Аманда...-проговорила девушка, глядя в открывшиеся глаза юной блондинки и доброжелательно улыбнулась, хотя улыбка получилась какая-то уставшая и вымученная, как она ни старалась, но с другой стороны - что еще могло выйти после всего случившегося,-с возвращением тебя... Однако радостная встреча не была столь долгой - вскоре молодым людям пришлось потесниться, чтобы пропустить к Аманде Хенка. Ну да, конечно... проверить реакции, рефлексы, ну, как это обычно бывает у врачей... Ведь уже одно то, что Ами смогла прийти в себя после всего того, что с ней делали (она конечно не знала, что конкретно с ней там делали, но догадывалась, что ничего хорошего), было чудом... Но чудо-чудом, а все-таки надо убедиться, что здоровью девушки больше ничего не угрожает. Лин понимала это, поэтому не стала даже противиться, как она обычно любила, когда Хенк сказал ей подождать рядом с Джеем. Брюнетка присела рядом с любимым и положила свою руку на его, заглянув парню в глаза и ласково улыбнувшись: -Теперь уже все позади,-негромко произнесла она,-наверное нам лучше забыть о том, что произошло там... в тюрьме... Ами с нами, это главное. А тебе сейчас лучше не злиться, в этом Хенк прав. Возьми тайм-аут на пять минут... Она погладила парня по руке и положила голову ему на плечо, стараясь не думать о прошлом, а о прекрасном будущем... И тут кое-что произошло. Внезапное головокружение застало девушку врасплох, заставив резко поднять голову и глубоко вдохнуть воздух. Перед глазами поплыло, но буквально через несколько секунд все вновь нормализовалось, вот только... тошнило немного. Лин поморщилась и приложила руку ко рту, краем глаза поглядывая на парня, который наверное был все еще в своих мыслях и не замечал ее действий. Это было хорошо... нечего его волновать лишний раз. Однако это-то хорошо, а вот все остальное не очень - ведь Джексон уже было думала, что период токсикоза должен был пройти... или еще не должен был быть в принципе? Она совсем запуталась... Видимо это только обычные мамы читают всякие журналы и знают, как развивается плод, а ей это делать просто некогда. Но все же Лин была немного взволнованна, даже несмотря на то, что мысленно она уже попыталась себя несколько раз переубедить, что все в порядке. Не выходило... Поэтому рука Джейсона вновь оказалась сжата рукой девушки.

Star Dust: /Издалека.../ Знакомый для необычного здания школы одаренных подростков Ксавье мотоцикл остановился у ворот. Лицо водителя скрывал шлем, а под тяжелой кожаной курткой ничего не было понятно. Крепкие руки твердо сжимали руль. Ворота открылись, мотор на секунду рванул, а затем плавно проехал по территории особняка. Я дома... Капли дождя разбивались о мой шлем, образуя назойливое тук-тук-тук, но сейчас меня это совершенно не тревожило. Напротив, я неоохотно сняла шлем, позволив влажным кашатновым волосам, которые за время моего "путешествия" еще сильнее отрасли, рассыпаться по узким плечам. Запах влажного воздуха ударил мне в лицо. Я радостно сощурила глаза, наслаждаясь ароматом дождя, но лишь на мгновение: у меня нет времени на романтику. Может быть позже... Мотоцикл я загнала в гараж, нагло припарковавшись поперек чьей-то машины. Мне было наплевать, Наглость - мое второе имя. Наглость, хамство и ненависть - три сопровождающие, которые за это время, казалось, сильнее въелись мне в душу, отравляя и разрушя ее, подобно яду, разъедающему материю. Мне было плохо одной, мне было плохо наедине со своими старыми проблемами, мне было плохо без него... Я знала зачем приехала. Школа, двор, Ксавье - мой названный отец - все это было замечательно конечно, но увидеть я хотела только одного человека или не человека, смотря с какой стороны взглянуть на это дело. Прошло около месяца с того момента, как мне пришлось бросить радостную и счастливую жизнь с любимым ради того, что побежать спасать задницу своего названного брата. Так мало того, после спасения моя собственная задница оказалась в смертельной опасности! Брр. Идя по школьным корридорам я невольно поморщилась от неприятных воспоминаний. Плечо, будто напоминая, неприятно заныло в том месте, где сустав рассекал все еще свежий шрам. Но самое ужасное было не это... Самым ужасным было потерять связь с ним. Чувствовать, как после столь долгого пребывания в его мыслях, его сознание угасало в моем. Он верно решил, что я умерла... А стоило ли теперь заявляться и портить ему жизнь заново? Я ведь однажды ушла именно потому, что хотела пресечь все его чувства ко мне, не хотела порочить столь чистую, невинную и милую душу, как его. Но потом понадобилась моя помощь, его душа перестала быть невинной и мне пришлось вмешаться, чтобы он не оборвал собственную жизнь. Но теперь-то он давно восстановился, с ним все в порядке, я знаю. Ксавье нашел меня, связался ментально, а потому я даже знала где он сейчас, где мой любимый, милый, хороший Ворон. Теперь уже я не могла без него, а потому позволила эгоизму накрыть меня с головой. Проходя по знакомому корридору в сторону медпункта, я почувствовала как у меня защемило сердце. Даже остановиться пришлось, потому что дыхание сбилось от волнения и голова закружилась в невидимом "па" на пару с вестибулярным аппаратом. Что я ему скажу? Привет, Джон, я жива?! Глупее не придумаешь. Какая же я тварь, эгоистка и просто порядочная сволочь! Заявляться и снова портить его жизнь, как я только еще не сгорела в Аду раньше времени? На миг в голову прокралась мысль попросту развернуться и уйти, но бесконечная тоска по Джону немедленно поглотила слабую попытку Совести. Я сделала глубокий вдох в попытке успокоить скачущее сердце, но оно отказывалось слушаться. Хотя чему там отказываться? Сердца-то там уже и нет: обе половинки разделены и благополучно розданы на руки в чужое личное пользование. Я, наконец, отлипла от стены, поправила куртку и слабо двинулась дальше. Раз шаг, два, и как это я раньше не замечала за собой такой медлительности? Кто бы придал пинка для ускорения... Ну вот, опять! Чтобы успокоиться я принялась ругать себя по чем зря, но от этого только сильнее заводилась. Надо успокоиться. Я уперлась носом в закрытую дверь медпункта, слыша там какое-то шевеление, но не решаясь войти внутрь. Там Ворон, там Джон, там любимый. Кончиками пальцев я коснулась закрытой двери и подняла серебрянные глаза. Мутно, все так мутно видно. Неужели я плачу? Я даже не заметила. К горлу подступила горечь, я с размаху развернулась и ударилась спиной о закрытую дверь, чувствуя, что перенервничала и ноги отказываются меня держать. Чтож, раз так... Я попросту сползла спиной по двери, глотая собственные слезы. Я слишком слаба, я ничтожна. Мысль о собственной слабости надавила мертвым и невидимым грузом мне на плечи, отсекая все мои попытки встать и войти. Я просто не могла войти в эту дверь! Я не могла заставить себя разрушить Айрену жизнь заново, но при этом не хотела уходить, делая разрушения неизбежными. Я ужасное существо, я ненавижу себя за это. Но я осталась сидеть под грузом собственной ненависти, ничтожности и слез.

Wanderer: - Могла бы вслух и не говорить, - с лёгким укором заметил Ворон, кивая на Аманду. Пусть в самом деле отдохнёт, придёт в себя, а потом уже они красочно перескажут о её и их неведомых приключениях во всех подробностях, если сама спросит и, конечно же, вообще захочет. Хотя он подозревал, что Ами сама догадается как минимум о половине произошедшего. Впрочем, у Джона был повод и порадоваться, тихо так, про себя - кажется, Пиксель впервые за всё это время с ним согласилась, а не попыталась оспорить и приструнить - словесно или морально. Но довольно скоро, вспомнив кое-что, он снова погрустнел, под тяжкий вздох покачав головой, думая, что делать теперь с тем, что говорил ему Чарльз. Ни Джей, ни Линдси не спрашивали о Константине. Но и не говорили ничего, явно вообще о нём не вспоминали, хотя он тут сейчас, по идее, должен по праву находиться в первую очередь - даже не смотря на то, что за окном глубокая ночь. Но никакого сожаления или сочувствия с их стороны не было, лишь волнение и радость о настоящем, вперемешку с некоторой злостью - явно на копию-маньячку. Ничего не знают? Вспомнят поутру коллективно с очухавшейся Амандой и тогда спохватятся? Не дело это... Лин вообще волноваться нельзя, причём даже больше, чем Ами. Потому что она сама стала объектом для переживаний номер один. Может, врача и жениха своими мнимыми убеждениями она какое-то время могла проводить, но от эмпата не укрылось ничего. В конце концов, ей не спроста запретили куда-либо лезть, а она зачем-то явилась едва ли не в пекло, как раз для того, чтобы увидеть, как Джейсона кольнули каким-то ядом. Хорош шок, но совсем не к месту, и Джон, недолго думая, решил отбросить формальности, а заодно и как-то "глаже" решить мучивший его колкий вопрос. - Ну нет уж, Лин, пока вы у врача, высказывай всё так, как есть. Чтобы потом же, в случае чего, не жалеть о своём молчании! - строго сказал Джон, тем не менее, открыто потянув за собой Джейсона в противоположную сторонку - подальше и от Хенка, и от Ами, и от Пиксель (надеясь, что внимание первого переключится всецело на здоровье обеих девушек). - Прости, но поговорить нужно... и желательно, чтобы наши впечатлительные дамы этого сейчас не услышали... Вообще-то Айрен намеревался вывести возмущающегося "подбитого" в коридор, но в какой-то момент замер, не дойдя до двери, будто наткнувшись на невидимую стену. Немое ошеломление, должно быть, отразилось на его усталом лице, но выхода чувствам он не дал - вовремя взял себя в руки. Но нет, правда, чтоли? Быть не может... или может? Или из-за силового перенапряжения и тоски у него уже галлюцинации пошли? Так, надо поскорее разобраться с терзающими вопросами тут и проверить... В общем-то не желая убеждаться ни в том, ни в другом, парень постарался собрать мысли в кучу и сменил направление - не в коридор вышел, а заговорщицки отвёл Муха в дальний конец помещения. - В общем, это касается Аманды... - начал он через силу тихо, так и продолжил - стараясь говорить ровно, хотя к тому же голосу предательски подмешивалась горечь. - так получается, что насолила ей не только Сью... я не знаю всех подробностей случившегося, но.. погиб Костя. Попозже... как-то осторожно ей сообщить об этом придётся.. лучше не сегодня, хотя её реакции я опасаюсь в любом случае, но будет лучше, если скажет ей это не чужой человек... Да и с Лин тоже надо что-то думать, её вообще сейчас другое в первую очередь волновать должно, с переживаниями и плохими новостями по минимуму. - Айрен косо глянул в направлении упомянутых девиц, проверяя дистанцию - в основном из-за любопытных ушей одной, особо непоседливой. - Поберечь бы их, да уже не представляю, как с такими новостями это сделать... Джон помолчал немного, раздумывая над дальнейшем.... хотя всё так или иначе сводилось к одному... или уже двум вопросам, равнявшимся по значимости с серьёзными проблемами. Прямо сейчас всё равно ничего уже не сделаешь ни по одному пункту... - Я пойду к себе. С утра на трезвую голову попробую поискать эту гадину... Если вдруг чем-то понадоблюсь - вторая дверь за первым поворотом коридора. Помогу, чем смогу. - Джон отошел от стенки и, поколебавшись немного, добавил: - Удачи вам.. - "И.. до завтра... до утра вернее, чтоли..." Ворон с самого начала не горел желанием коротать тут остатки ночи, понимая, что при таком вряд ли отдохнёт и нормально восстановит силы, а теперь хотелось проверить еще кое-что... хотя по мере приближения к двери он только окончательно убедился в том, что ему это не приглючилось. Но не сказать, что эмпат не был крайне удивлён такому явлению - значит, вообще ничего не сказать. На счастье Звёздной, дверь была двойная; Ник потянул на себя ручку не той половины, прислонившись к которой сидела девушка, так что если у неё и было где-то в уме намётано эпично ввалиться в медпункт спиной вперёд, затея с успехом провалилась. Прикрыв за собой дверь, парень какое-то время глядел сверху вниз на всхлипывающую подругу, затем присел на корточки вровень с ней. Из-за того, что одно крыло заметно и непривычно поубавило в весе, он чувствовал себя немного кособоким, но это совсем не мешало внимательно и оценивающе глядеть ей в глаза, показывать которые она будто бы не хотела и хотела одновременно. Забавно, последние два дня из него морально выжали все соки, а теперь у самого внутри осталась лишь какая-то печальная, жалостливая и истосковавшаяся пустота с ордой сдерживаемых, противоречивых одно другому чувств, наружно выражавшаяся в отчуждённом и будто бы даже безразличном спокойствии как в поведении, так и во взгляде. Должен был бы радоваться, но не понимал сам себя, не ожидавши её возвращения в принципе. Николь же пребывала уже даже не в тихой истерике - хуже. Ворону не потребовалось долго разбираться в её истерзывающих изнутри противоречиях, потому он просто дал волю своим чувствам, заключив любимую в крепкие объятия и едва не плюхнувшись на колени, не удержавшись в изначально принятом положении. Посидел так немного, помолчал... спросил, постаравшись придать голосу хоть сколько-то подбадривающий тон: - Долго плакать будешь? - чуть отпрянув, парень взглянул на неё уже как-то иначе, теплее. - И корить себя? Вставай давай... Легко сказать. И сам-то встал чуть ли не с дедовским кряхтением, помог подняться Звёздной. За валерьянкой, наверное, надо было свернуть обратно к Хенку, но идти туда сейчас не хотел уже Джон. К себе... наверное, придётся пункт "отоспаться" отложить еще на полчасика. Потому потянул заплаканную подругу он совершенно в ином направлении. /Кухня/

Fly: - Прости мне мою вездесущность, но наверняка ведь после этого больше не будешь поворачиваться спиной к недоброжелательно настроенным людям, намерения которых даже эмпаты до конца разгадать не могут. - Спасибо, я в курсе, - хмыкнул в ответ Муха. - Как говорится, хорошая мысля приходит опосля. Порвал бы их в лоскутки, ничего бы не было. Злость насекомого понемногу проходила. Главным образом оттого, что он наблюдал, как приходит в себя Аманда. Иначе бы точно взорвался и высказал бы Ворону... ну, почти то же самое, но в более резких выражениях. А потом опять пришлось бы себя винить. Нет, Джейсон был занят сестрой и одновременно успокоением насекомого, поэтому и в самом деле не замечал, как сильно вцепилась в его руку волнующаяся Лин. Вдобавок ещё и приходилось постепенно втягивать онемевшее крыло. Оно с трудом, но поддавалось. К руке также медленно возвращалась чувствительность. Крид не переставая пытался шевелить пальцами. Хэнк не возражал, даже настаивал, чтобы Муха побольше двигал рукой, чтобы функции скорее восстановились. Слишком много всего происходило... Тут ещё Джон огорошил тем, что, видимо уловил что-то в самочувствии Линдси. И, судя по всему, не очень хорошее. - Лин? - Джейсон обернулся к ней. - Что-то произошло? Тебя тоже ранили? Но Айрен опять не дал всё выяснить до конца, зачем-то утянув в сторону. Ну блин... Уж сам обратил внимание, так уж не отвлекал бы... Только, как выяснилось, Джону было что ему сообщить. Муха прикрыл глаза. Сердце словно провалилось куда-то. Конечно, кто сейчас должен находиться тут прежде всех, как не Драммер... И если Аманда ещё не вспомнила о нём, то это лишь потому что не до конца пришла в себя. - Говорил я ему не соваться никуда... - пробормотал Муха. - Сказать ей, ясное дело, придётся. Но не сейчас. Хотя, я даже не представляю, как и когда ей это выложить. Но и обманывать её и оставлять в неведении нельзя... Ладно, пока она о нём не вспомнит, я ей напоминать не стану. Тем более, ей сейчас не до того. Даже если спросит - выкручусь как-нибудь. Прежде всего решим проблему под кодовым названием "Сью". А потом уж всё остальное... Рассуждаю, чёрт возьми, как автомат.Или всякие переделки меня уже так закалили? Однако в главном он был прав. Существовала угроза, и немаленькая. Следовало отбросить всё лишнее и сосредоточиться на ней. А в лишнее сейчас, увы, попадала и весть о смерти Драммера. Как бы ужасно это ни звучало. Хэнк тем временем оставался подле Ами. В себя она приходила на удивление быстро - после столь долгого пребывания под действием усыпляющих препаратов. Хэнк отнёс это к свойствам организма девушки - кислота, из которой она состояла, видимо, быстро нейтрализовывала токсические вещества. - Ну, как мы себя чувствуем? Помнишь что-нибудь? "Очень смутно", - ответила Ами. - "Всё как в тумане". - Попытайся вспомнить, это очень важно. Кто на тебя напал? Девушка напряглась, пытаясь снять со своих воспоминаних завесу неизвестности. Перед глазами всплыла камера хранения банка... Полицейские сирены... голоса... Чей-то смех... И вдруг - словно фонарь, вспыхнувший на ночной улице, память высветила перед неё смеющееся и торжествующее лицо Сью. Её собственное лицо. С этого момента пелена упала. Всё стало ясно. Впервые она увидела это лицо здесь, в школе. Обернулась, отпрянула, подумав, что видит зеркало... Потом удар электрошокера - и пробуждение только в банке. В камере хранения, у ног Сью, притащившей её туда, чтобы Ами схватили вместо неё... "Она не сказала, как её зовут", - быстро начала писать Кислота. - "Сказала, что делает это, чтобы восстановить справедливость... Чтобы занять моё место..." Лицо Аманды становилось всё более испуганным. Она заново проживала то, что с ней было... "Она читала мои мысли... Не знаю, как. Мне казалось, всё как в страшном сне. Линдси, она была так похожа на меня! И говорила, что у меня есть всё, а у неё ничего... И теперь она будет с Костиком..." Последние слова, вновь прозвучавшие в голове Аманды будто выстрелили током. "Костя! А где он? Его здесь нет? Она что, уже добралась до него?" Почерк её сбился, руки дрожали. Хэнк мягко взял её за руку, намереваясь забрать у неё блокнот с карандашом. - Ну, довольно, довольно... Вот старый дурак... Не нужно было так сразу снова на тебя всё это вываливать! Идиот... Но Кислота противилась ему. Она вспомнила самое важное. То, что больше всего и повергло её тогда в ужас. "Она сказала мне, что мстит за своего отца. Джада Сандерса..." - успела вывести она. Тут вернулся Муха. - Ну, что тут у вас? Аманда! - он кинулся к сестре. - Что с тобой? Ты чего с ней сделал? - обернулся он к Зверю. - Сглупил, признаться, - развёл руками Маккой. - Причём по-крупному. Хотел попытаться заставить её вспомнить, что именно произошло с ней. ну и... Она вспомнила. - Судя по всему, ничего хорошего, - кивнул Крид. - Молодец. - Сам знаю... - вздохнул Хэнк. - Посиди с ней. ты ей сейчас нужнее. Мне нужно ещё переброситься парой слов с Линдси... Муха присел рядом с койкой и обнял сестрёнку. - Ами, всё уже прошло, - шептал он, гладя её по голове. - Ты здесь в безопасности... Аманда резко отстранилась и покачала головой. - Не надо паниковать. Самое страшное позади. Ты в школе, тут тебя никто не достанет. "Она достала меня именно в школе", - быстро черкнула Ами и подала брату блокнот. Муха вздрогнул, когда взгляд его заскользил по прерывающимся строчкам, написанным размашистым, нервным почерком. - Сандерс... - злобно прошептал он. Ами кивнула. - Сволочь ты полосатая, и после смерти вредишь нам... Зверь отвёл Лин в сторону и озабоченно взглянул на неё. - Линдси... Ты, конечно, можешь сейчас изо всех сил отпираться, но лучше этого делать не следует. Я не слепой, заметил, как Ворон ощутил нечто, происходящее с тобой. Что-то с твоим здоровьем? люююдиии, громаднейший пардон, работа совершенно запарила, не думал что так конкретно пропаду(((

Pixel: Рано или поздно мы понимаем. Рано или поздно мы осознаем, насколько действительно ценно понятие, которое мы обычно называем "семья". Быть одним или быть одиноким... на самом деле это разные понятия... Я одна, но я не одинока... Хоть кто бы что не говорил... Порой судьба была ко мне жестока, но главное, чтобы ты меня любил... Каждый имеет право выбирать сам. Можно быть среди людей, но чувствовать себя действительно одиноким, понимать, что никто тебя не услышит, даже если ты будешь кричать во весь голос... Не услышит. А ты можешь быть один посреди поля, стоять и наслаждаться шумом ветра в своей голове, а на твоем лице будет улыбка. Счастливая улыбка... Потому что ты будешь счастлив и одному тебе будет ведомо, отчего у тебя так на душе... Но каждому выбирать. Рано или поздно мы все становимся перед выбором. Мы должны решить, мы должны осознать свои стремления, должны понять сами себя и наконец просто понять, что нам действительно нужно. Каждому, что бы кто не говорил, все равно нужно это - нужно быть нужным кому-то. Порой появляется даже желание зависеть... И это приходит со временем... Все-таки это нам нужно и это не зависит от национальности, не зависит от расы и вероисповедания... Не зависит от возраста... Неважно - большой ты или маленький, худой или толстый, умный или не очень... Нам всем нужно любить и быть любимым. Линдси понимала это, находясь сейчас рядом с Джеем. Что бы она делала, если бы его вдруг не стало? Она осознала, как это страшно еще тогда, когда парень чуть не погиб, то же самое состояние она ощутила и совсем недавно. Да, ведь она снова могла его потерять, а это не должно было повториться вновь, иначе это было бы слишком жестоко по отношению к ним обоим... Но она прекрасно понимала его чувства насчет Аманды, ведь девушка уже стала дорога и для самой Линдси, будто бы она всю жизнь была ее сестрой. Сестрой не по крови, но по духу. Да, и такое бывает... И сейчас девушка наблюдала за всей этой суетой, за радостью от того, что Ами пришла в себя... Она наблюдала за тем, как Джейсон реагирует на каждое ее движение, на каждое слово, которое кто-либо говорил ей... И улыбалась. Потому что все было позади... Может быть самое худшее, этого ведь точно никто не знает... И даже не было самым главным то, что сейчас происходило внутри нее. Она только лишь кивнула в ответ на слова Джона, который вскоре ушел к себе, оставив молодых людей тут, а затем едва среагировала на обращение к ней Хенка, подойдя к нему только тогда, когда он подозвал ее второй раз. -Все в порядке,-она сложила руки на груди и пристально посмотрела на врача, как будто продолжая что-то скрывать не желая раскрываться,-все правда в порядке, Хенк... Я просто... беременна, ты же знаешь,-девушка улыбнулась уголками губ,-у беременных свои причуды, так что нет смысла на это реагировать. Джексон всегда была упрямая и это ни для кого не было секретом. -Ворон много чего ощущает, но это не означает, что все, что он чувствует, действительно стоит такого пристального внимания. Поверь, если бы мне действительно было бы плохо, разве бы я не сказала? Она вопросительно посмотрела в глаза мутанта и перевела взгляд на встревоженного Джейсона, улыбнувшись ему ободряющей улыбкой, а затем, кивнув МакКою, пошла в сторону любимого и пройдя мимо него дотронулась до его плеча ладонью, произнеся негромким голосом: -Мне нужно отлучиться... сам знаешь куда... Уборная была тут недалеко и Лин быстро дошла до нее, зайдя внутрь и закрывшись на щеколду. Брюнетка запустила руки в волосы и замерла в таком положении, глядя на себя в зеркало, а через несколько секунд наконец выдохнула и повернулась боком, подняв футболку и пристально начав разглядывать свой живот. Выпуклость была довольно отчетливой... Джексон провела по ней рукой и снова перевела на себя взгляд. Разве на этом сроке это должно быть так отчетливо видно? Она удивленно нахмурилась. Сомнения закрадывались в голову девушки, но она все еще продолжала держать это в себе... Наверное это было действительно глупо, но иначе не выходило - не хотелось волновать Джея и Ами раньше времени.

Beast: Зверь находился в размышлении. Конечно, процесс размышлений Хэнка всегда приводил к более успешным результатам, когда сам Генри висел вниз головой, зацепившись ногами за специальную штангу, приделанную между двух боковых стен. Хэнк вспоминал последние происшествия и медленно, но верно приходил к выводу, что институту срочно нужны новые лекарственные препараты. Об этом говорил даже тот последний случай с Росомахой. Тогда зверю понадобилось все его мастерство и умение врача и хирурга что бы спасти жизнь друга. Но это не могло продолжаться вечно. - Странно. Я мог бы использовать кровь Росомахи и на основе его клеток создать лекарственную сыворотку. Возможно, для этих целей подошла бы так же кровь Архангела.- Покрытая мехом рука Хэнка задумчиво почесала подбородок. - Однако, здесь есть лишь одна, но очень большая проблема. Клетки Росомахи в отличии от крови Архангела не будут спокойно усваиваться в организме. Точнее организм будет попросту отвергать клеточный состав крови, и считать это чужеродными элементами. Что, несомненно, приведет к тяжелейшим последствиям. Записывая свои слова с помощью маленького записывающего устройства прикрепленного к шкуре, Зверь одновременно с этим продолжал рассматривать несколько важных элементов, с помощью планшета данных, сравнивая различные варианты решения проблемы. Ответ на свой первый вопрос насчет отторжения клеток иммунной системой Хэнк решил с помощью гиалуроновой кислоты, выступающей самым совершенным маскирующим элементом для обогащенной белковой массы. Этот специальный белок оказалось достаточно легко синтезировать из специально подобранных микроорганизмов , затем же, полученную с использованием клеточных технологий матрицу можно использовать как отличную био- повязку. Эта повязка необычайно быстро прилипала к поврежденной открытой ране и служила сразу для двух целей. Во- первых она предотвращала попадание в рану враждебных бактерий, и к тому же ее не нужно менять, что значительно облегчает процесс оказания помощи некоторым категориям людей когда на операцию или пере бинтовку просто нет времени. То есть армейским частям, и команде Икс . Часть вещества этой повязки самостоятельно начинает построение новой кожи, усиливая процессы человеческого метаболизма в несколько раз. Полученная по расчетам Хэнка повязка имела достаточную площадь что бы собой закрыть ранения легкой и средней тяжести, а так же ожоги даже тяжелой степени тяжести . В таком случае правда пришлось бы использовать несколько повязок одновременно. В это же время верхний слой повязки защищал рану от попадания инфекций, тем самым предотвращая дальнейшее заражение и снижая риск осложнений различной степени тяжести. Глюкороновая кислота выступала в качестве средства маскировки белка, а сама белковая масса делилась на десятки мельчайших сегментов используемых в качестве строительного материала для быстрого заживления ран и повреждений. Как только процесс заживления будет закончен повязку даже не нужно удалять. Остатки ее вещества будут отличной белковой добавкой для организма человека, восстанавливая внутренние слои Эпидермиса и помогая восстановить слои Дермиса и даже нижние слои нервных окончаний. В любом случае био – повязка оказалась полезным материалом для внутреннего строительства новых клеток и ускорения процесса регенерации тканей. Полученные результаты заставили Зверя испытать гордость за свое маленькое научное открытие и тотчас заняться процессом обработки данных, дабы в скором времени создать первую партию таких повязок. В качестве же строителей, которые будут вести восстановительные работы, Хэнк выбрал обычных медицинских нано роботов с заданными функциями программы. Эта работа была уже куда более легким процессом и спустя какое-то время первая био-повязка была готова к употреблению. Наладив синтез белка с заданными свойствами, и прикрепляя к каждой повязке порцию нано организмов, Хэнк с удовольствием переслал все необходимые данные профессору, а сам отправился вознаграждать себя чашечкой горячего кофе. переход Кухня, далее Лаборатория или Гараж.

Beast: Био-нано-шпатлевка или Система ограниченной регенерации и восстановления. Совсем неадвно Зверь серьезно задумался о медицинском уходе за своей командой. Ведь каждый член команды может получить очень серьезные повреждения связанные с их борьбой против самых опасных созданий планеты и даже самой Вселенной. Поэтому так велика возможность получить перелом или сломать какую - то конечность а то и жизненно важные элементы костной системы ( хребет, ребра, шейные позвонки ). Поэтому Хэнк взялся за исследования обратившись к нано технологиям помогающим ему в исследованиях. Маленькие помощники под руководством Хэнка смогли сотворить еще одно маленькое чудо, которое наверняка найдет свое применение. Для удобства усвоения этого материала на будующих лекциях Хэнк даже записал свои исследования в форме слайдового шоу с пояснениями. Композитный материал – шпатлевка для переломов (или био-нано-каркас) имплантируется на этой стадии в зону сильного разрушения кости. Факторы роста клеток (протеины), входящие в состав композитного материала, стимулируют клетки к росту. Шпатлевка является несущей структурой, принимая на себя распределенный вес тела так, что пациент может ходить в продолжение процесса заживления. Шпатлевка усваивается клетками, которые начинают строительство новой кости. Одновременно начинается постепенный процесс деградации шпатлевочного композита. По мере рассасывания шпатлевки, вес постепенно все больше и больше переносится на регенерированную кость, способствуя функциональному восстановлению ноги. Через несколько недель после повреждения архитектура и функции кости полностью восстановлены. Эти файлы так же были отправлены Профессору, с рекомендациями использования такой системы сращивания кости во всех медицинских учреждениях Америки.

Fly: - Сандерс, Сандерс... - бормотал Муха, снова и снова скользя взором по выведенным Амандой буквам, словно это могло бы привести его к разгадке тайны. В душе поднималась буря чувств. Негодование - они что, всю жизнь обречены на этого гада? Роковая тень, блин, нашлась... Оно смешивалось с недоумением и растерянностью - что же Джад на этот раз натворил? И как ему удалось? Откуда он взял эту копию ами, как заставил её сражаться против Кридов? Вопросов было много, вот только где найти ответ... Видимо, только у этой самой Сьюзен. Да и то не факт. Что, если она - всего лишь орудие? - В любом случае, пока мы не найдём её, ничего не выясним... - задумчиво произнёс Джейсон. Карандаш Аманды вновь заскрипел по бумаге. "Не нужно искать", - прочитал парень. - "Я её слышу". - То есть как? "Я вспомнила... Она читала мои мысли. Говорила, что мы связаны. Я подумала, что эта связь может быть двусторонней, и я тоже могу слышать, о чём думает она... И, кажется, я была права. У нас телепатическая связь". - В самом деле? - Муха подскочил на кровати и придвинулся ближе к сестре. - И что ты слышишь? О чём она думает? "Я могу прочесть не только её мысли, но и эмоции... Она рада. Довольна, что ей удалось задуманное". - Что именно? Аманда некоторое время не отвечала. Затем на её лице отразился ужас. "Джейсон, она завладела каким-то амулетом! Прочитала о нём в той библиотеке, помнишь, которую нашли вы с Лин?" - Ещё бы не помнить, - пробормотал Муха. "Этот амулет хранился у Агаты. Она смогла туда пробраться и выкрасть его! Воспользовалась тем, что Агаты больше нет, и её сила уходит..." - Но зачем? - прошептал Джейсон. - Зачем ей всё это нужно? Ежу понятно. что эта зараза что-то спланировала, и теперь уверенно движется к цели. Но к какой? Ответ вскоре последовал. И у Мухи пробежал холодок по спине, когда он читал его. "Она хочет с помощью магии амулета вернуть Сандерса в наш мир. Она слышит его голос в своей голове. он указывает ей, что делать". - Да, вот только его нам сейчас и не хватало... Кусочки мозаики понемногу складывались. - А где она сейчас? Можешь понять? Ами вновь помедлила. "Она выбирает место... Нигде не останавливается, ездит по городу. Я примерно могу сказать, где она ездит". - Значит, нельзя терять ни минуты! - Муха соскочил с койки. - Чёрт, мне ужасно не хочется брать тебя с собой... а уж Линдси тем более. Может, вы останетесь? Ты вычислишь её, когда она точно осядет где-нибудь, а я полечу туда? Сестра отрицательно покачала головой. "Ты один с ней не справишься. У неё такая же сила, как у меня. А вдобавок ещё власть медальона..." Ну вот, опять мне приходится втягивать народ в неприятности, - с тоской подумал Джейсон. Сейчас быстренько доиграем и свалим ;))

Beast: - Да чтоб тебя расплющило волновым излучением! Зверь был простов бешенстве. Сейчас его огромная фигура склонилась над микроскопом подключенным к целой системе различных датчиков и мониторов. Однако первоначальная идея Хэнка терпела полное и окончательное фиаско. Все дело в том, что Хэнк всерьез задумал создать медицинского наноробота общего применения. Это стало бы последней точкой в совершенствовании медицинского обслуживания. Однако перед Зверем в процессе создания наноробота предстало огромное количество самых различных проблем. Во- первых, Хэнк попытался определить какие именно подсистемы должен иметь робот ? Через несколько минут, в планшете данных уже появилась новая запись. Основные подсистемы медицинского нанобота. Так как основная функция наноробота - передвижение по кровеносной системе человека, то он должен иметь мощную навигационную систему. Устройству необходимо иметь несколько типов различных сенсоров для мониторинга окружающей среды, навигации, коммуникации и работы с отдельными молекулами. Также нанороботу необходима мощная транспортная система, доставляющая отдельные атомы и молекулы от хранилищ к наноманипуляторам, и обратно.. Для работы с пораженными структурами устройство будет оборудовано набором телескопических наноманипуляторов разного применения. Материал, из которого будет изготовлен наноробот - алмазоид или сапфироид. Это обеспечит биосовместимость человека и большого количества наномашин. Также необходимо наличие приемо - передаточных устройств, позволяющих нанороботам связываться друг с другом. И, наконец, для удержания крупных объектов необходимы телескопические захваты. Общий Эскиз же такого бота, у Хэнка получился таким. Схематично новый медбот состоял примерно из следующих компанентов. Хэнк специально заносил все свои результаты исследований, что бы потом можно было с помощью их закончить создание своего проекта. Хэнк так же продумал схематические данные о двигательной, сенсорной и транспортной подсистемах. Это помогло бы понять, как именно нано робот будет передвигаться в теле человека, и заложит основные принципы взаимодействия машины и человека. Электромагнитные волны, которые смогут распространяться в теле человека не затухая, будут по длине волны сравнимы с нанороботом. Поэтому приемно-передающие антенны будут иметь вид диполей, выступающих за пределы корпуса. Наноманипуляторы, механические захваты и жгутики должны быть телескопическими, и при необходимости должны складываться в корпус робота для того, чтобы робот смог лучше передвигаться в кровеносном русле. Иммунная система, в основном, реагирует на «чужеродные» поверхности. Размер наноробота также играет важную роль при этом, так же как и мобильность устройства, шероховатость поверхности и ее подвижность. Ряд проделанных Зверем экспериментов подтвердил, что гладкие алмазоидные структуры вызывают меньшую активность лейкоцитов и меньше адсорбируют фибриноген. Поэтому кажется разумным надеяться, что такое алмазоидное покрытие («организованное», т.е. нанесенное атом-за-атомом, с нанометровой гладкостью), будет иметь очень низкую биологическую активность. Благодаря очень высокой поверхностной энергии алмазоидной поверхности и сильной ее гидрофобности, внешняя оболочка роботов будет полностью химически инертна. Для такого наноробота, можно будет использовать нанокомпьютер, производящий ~106-109 операций в секунду для исполнения своей работы . Это на 4-7 порядков меньше вычислительной мощности человеческого мозга, составляющей ~1013 операций в секунду. Так что этот наноробот к сожалению Хэнка, не смог бы обладать искусственным интеллектом. По первичным результатам Хэнка, работа над основными системами нано робота была еще впереди. Однако вооружившись микроскопом, и целой системой различного оборудования зверь продолжал свою работу часами просиживая за тем ил иным результатом очередного эксперимента.

Beast: Многие часы прошли в медицинском блоке. Запах, каких - то едких субстанций. Постоянный поток высоколитературных выражений негативного смысла и электрических иск уже наверняка покрыл бы собой весь медицинский сектор, но зато Хэнк все ближе и ближе подбирался к завершению очередной своей работы. Наука сродни природе. Все процессы в ней подчинены каким то обстоятельствам , и точно так же в процессе эволюции или искусственного эволюционирования Хэнку было суждено совершить множество ошибок на начальной стадии, которые он же исправлял тем самым приближая себя к правильному решению. Этот универсальный медбот по окончательным решениям Хэнка должен был быть саморепликантом. Репродуктивные системы таились в сущности медицинского бота, а без функций саморепликации было попросту невозможно достичь нужной для эффективной работы концентрации нано роботов в крови. Из источников энергии Хэнк выбрал жировую прослойку, которая в том или иным количестве присутствовала в теле любого человека. Ироничным стало то, что медицинские роботы, по сути теперь становились еще и лучшим средством для похудания - это явилось позитивным побочным эффектом, так как боты пожирали не активные слои жира человека улучшая кровоток по телу и лишая организм носителя нескольких лишних килограммов. Навигационная система строилась на ориентации на определенные химические маркеры - это было достаточно несложно. Медицинские боты могли так же поддерживать между собой коммуникативное общение, с помощью радиочастот или центрального компьютера. Тема самым пока центральный процессор работал исправно, мед боты послушно выполняли его команды. ну а если же даже весь медблок поместился бы во тьму, то мед боты просто продолжили бы выполнять набор операционных действий заданного характера. Сенсоры биомолекул Хэнк выбрал прошитые. Это вызывало некоторые дополнительные сложности, но зато результат был на лицо и оба эксперимента завершились удачно. Ремонт клетки. Операция по удалению лишних носителей в вене.

Pixel: Чудесно, просто прекрасно... Линдси вновь опустила футболку и грустно посмотрела на себя в зеркало. И ведь все вроде бы то же самое и она не изменилась ни на долю, вот только лицо все равно было какое-то другое. Может быть все дело в тревоге, стоящей в глазах и никак не желающей оттуда уходить? Девушка улыбнулась своему отражению в зеркале. Запомни эту улыбку... Надо постараться удерживать ее на своем лице все последующее время, потому что... так надо... Джей волноваться будет, а это лишнее, он сам только-только после боя, раненый, оно ему нужно? Мне-то проще... это всего лишь беременность... Всего лишь. Да вот только она сейчас все больше и больше говорит о правдивости своего названия... Бремя под сердцем становилось тяжелее и недавние толчки свидетельствовали об этом... Становилось все труднее, но это совершенно не влияло на желание Лин продолжать помогать своим близким, все-таки она дала себе слово, что будет это делать до конца, а слово девушка сдерживала всегда. Брюнетка облокотилась руками об умывальник и чуть вздохнула, опустив голову вниз и глядя на струйку воды, стекавшую по спирали, а затем кинула на себя последний взгляд, встретившись глазами со своим отражением и ткнула в него указательным пальцем, после чего указав им же на себя реальную. Ты есть я... Поняла? Будь собой и улыбайся... Ага, ясно, будет сделано. С этими мыслями Джексон наконец открыла дверь и вышла наружу, бодрым шагом направляясь к своему любимому и его сестре. Она надеялась, что они не простояли все это время под дверью уборной вместе с самым главным паникером Хенком, который первее всех заподозрил что-то неладное и теперь скорее всего еще не раз попытается допытаться у девушки в чем дело. Но только не сегодня, на сегодня хватит... Все понятно, все хотят чем-то помочь, но не нужно... -Вот и я,-громко привлекла к себе внимание Линдси, входя в белый кабинет и окидывая взглядом Джея и Ами, которые в это время о чем-то разговаривали,-заждались? Пришлось немного задержаться, знаете, мысли в голову пришли и я совершенно забыла о времени... Брюнетка внимательно посмотрела на любимого, который выглядел немного взволнованным и был как будто наготове - того и гляди сорвется с места и понесется куда-то в неизведанную сторону... Аманда была на него сейчас похожа как две капли воды - вся такая же, как на шарнирах... Похоже, пока Джексон отсутствовала, они успели о многом поговорить, теперь бы только узнать, о чем... Лин перевела взгляд с одного на другую и чуть поежившись подхватила со стула свою куртку, которую она на время сняла, накинув ее на свои плечи - в помещении стало чуть прохладно, быть может все это из-за того, что это медицинское помещение, а в них всегда отдает холодом. О том, что это может быть из-за ее положения, девушка даже задумываться не стала - недаром она пообещала себе это около пяти минут назад, а значит так и будет. Сейчас - никаких лишних тревог, никаких лишних мыслей... -Что у вас тут произошло?-вопросила она с легкой улыбкой на губах,-никак снова куда-то собираемся? Хотя я и не думала, что мы теперь всю вечность просидим в медпункте... С этими словами Лин слегка хихикнула и переступила с ноги на ногу. Что же, если пора уходить, значит пора... Не стоит задерживаться здесь надолго, время остановок не терпит... /Крыша небоскреба/

Fly: - Ничего хорошего, - пробормотал Муха. - Хотя... Хорошим можно считать то, что мы теперь знаем, как найти Сью... Ты-то как? Что, дитё начало заявлять о себе и начались традиционные недомогания будущей мамы? Он улыбнулся и обнял Линдси. Но чего уж зубы заговаривать... Надо рассказать всё как есть. Джейсон протянул ей записи Аманды и вкратце объяснил, в чём дело. - Так что это опять наш старый приятель нам пакостит. Не знаю, правда, как... Но факт остаётся фактом. Лицо парня помрачнело. - Я в курсе, что ты здесь не останешься, даже если тебя верёвками связать. Так что не буду тебя отговаривать, время дорого. Но - пожалуйста! - постарайся не соваться туда, где сильно жарко? Ну боюсь же за вас... - рука Мухи нежно легла на живот Лин. Почудилось, или он на самом деле почувствовал маленький толчок? - Ами, с тобой точно уже всё нормально? - ну да, так она честно и ответит. Джейсон вздохнул. - Ладно, амазонки, пошли, пока Хэнк занят и не заметил, что мы опять в пекло полезли. А то ведь костьми ляжет. Компания тихой сапой выбралась из медпункта и направилась к выходу. - Так, сейчас подождите здесь, пригоню наш транспорт... если его не обнаружили. Джип с мотоциклом ведь так и остались в районе тюрьмы, когда Ворон перенёс всех посредством телепортации. Расправив крылья, Муха устремился вверх... Очень большим искушением было уехать и не возвращаться, когда доберётся до машины. Но Аманда была права - без её связи со Сьюзен ту не достанешь. Джейсон раздражённо надавил на педаль газа, даже не обрадовавшись тому, что с транспортом, как оказалось, всё в порядке. То ли слишком далеко его поставили, что у доблестных представителей закона не возникло подозрений, то ли везение снова сработало. Впрочем, Криду сейчас было не до угадывания причин. Он сердито крутил руль и смотрел на дорогу. Сколько же ещё ему придётся подвергать опасности близких? смогут ли они с Лин и Ами наконец насладиться спокойной жизнью? При мысли об Аманде вспомнились слова ворона о Драммере. У них-то с Линдси всё складывается - свадьба, ребёнок... А Ами ещё предстоит узнать страшную новость... - Погружайтесь, - Муха открыл дверцу, подъехав к школе и заметив ожидающих его девушек. - Так, Ами, теперь тебе все карты в руки. Чувствуешь её? Сестра замолчала, некоторое время сидя неподвижно и закрыв глаза. "Я знаю, где она" - вывела она наконец. - "Она определилась... Ей нужно было открытое место. Она на небоскрёбе, на самом верху. Поезжай, я буду тебя направлять. Только быстрее, кажется, она уже начала, что задумала..." /Крыша небоскреба/

Wanderer: \Церебро\ Are you ready to go when they call your number, Can you turn back time when the any's there? Do you close your eyes when the show is over And they came to take your soul away? После полумрака их неожиданно встретила почти непроглядная темнота. Словно осадок тех ужасов, которые недавно наводняли умы всех присутствовавших в школе. И такое хрупкое, зыбкое, ничем неописуемое ощущение одиночества, тоски... вроде бы редко где оно встречалось в школе, но чтобы здесь и сейчас... Ему уже начинало это не нравиться... - Хэнк! - в пустоту крикнул Айрен, чувствовавший присутствие только полуживого Джеймса и перенервничавшей Звёздной. И ни Хэнка, ни Эрика, ни Леннон, ни банально даже включенного света. Не было и этой везучей на приключения компании, которую он ночью оставил здесь и которая, по логике, всё еще должна бы быть здесь. Не все, так по крайней мере Аманда. Но нет, и они куда-то свалили. Впрочем, вовремя, только ужасов им сейчас не хватало. - Зверь! Пустота никак и ничем не ответила. Только еще более грустно стало. Почему ему в последнее время так везёт попадать сюда именно тогда, когда врач не на месте? Хотя сейчас, кажется, мало у кого всё в порядке. После такого-то. Так чего удивляться? - Чёрт... - парень неуверенно повертелся на месте, затем, поняв, что до выключателя сам в ближайшем времени не доберётся, а Николь, в отличии от него, в темноте не видит, создал небольшой переливающийся сгусток энергии, который давал хоть сколько-то света. Небольшая голубовато-золотая "звезда" светящимся мыльным пузырём отлетела чуть вверх и плавно поплыла по воздуху, держась сравнительно стабильно и явно не собираясь гаснуть без приказа. Правда, такое освещение медпункта навевало ассоциации и мысли, сравнимые лишь с фильмом ужасов наяву, что было сейчас ну очень некстати. И без того ситуация была не из приятных. - Никки, помоги мне... Единственное, чем? Разве что воду принести, нельзя его так оставлять - всего в крови. Почему-то эта мысль во всей череды показалась странной и даже немного неуместной. Через неимоверные усилия, с помощью своего дара Джон как-то приподнял Джеймса, правда, хватило его сил ровно на то, чтобы доволочь тяжеловесного пострадавшего до ближайшей кушетки. От одного взгляда на наставника при свете становилось как-то совсем нехорошо. "Не был бы регенератор, точно бы после такого ноги протянул." - невесело подумал про себя Странник, внимательно осматривая Роса. Дышать - дышал, но совсем слабо и прерывисто, сердце билось еле-еле, словно экономя оставшиеся силы. Больше всего крылатому не понравились его пустые, налитые кровью глаза и то, что текли бордовые ручейки как из носа, так и из ушей, что могло говорить лишь о кровоизлиянии в мозг. Ладно регенерация слепо восстановит сосуды по известной ей одной-единственной схеме, если уже это не сделала, но что она может поделать против пролившейся не там крови и сильно повышенного внутричерепного давления? Ворон сам плохо представлял, может ли тут чем-то помочь - ведь нужно знать наверняка, в чём тут проблема. При коматозных состояниях вообще катетеры всякие ставят в поддержку организма, что он делать не умел... не то, что не умел - даже не представлял, как, ибо самому как-то раз довелось только их сдирать с себя, когда оклемался и после чуть со Зверем не поругался из-за этого. Вариант, конечно, имелся - попробовать проделать нечто похожее на то, как он приводил в чувства Чарльза. Но то была ментальная сила, едва касающаяся физических аспектов, и в этом он за последние полгода как-то научился разбираться больше, да и анатомию знал не так хорошо, как сейчас хотелось бы... Так или иначе, озарение озарением. А ведь стоило попробовать... Разве есть что терять, кроме его жизни, когда без помощи он неясно, за какую сторону грани, на которой сейчас балансирует, зайдёт? Когда не знаешь, в пользу чего склонится чаша весов? Может, Хоулетт и не обычный человек, но это волнение, страх за него всё равно будто кричали о том, что лучше не терять зря времени... - Вот что... - парень бесцеремонно разорвал и стянул то, что после взрыва осталось от куртки и рубахи, теперь казавшимися насквозь пропитанными алой жидкостью лоскутами, и приподнял Джеймса до полусидячего положения, подперев собой: после чего ясно стало и то, что глубоко засевшим металлом и пластиком утыкана не только израненая грудь. - Можешь с помощью частиц обломки извлечь, как ты тогда это с пулей проделала? Пока раны не затянулись, всяко легче ему будет... я другим займусь.

Red Queen: /начало/ Девушка медленно брела по темным коридором, пытаясь не врезаться во что-то или кого-то. Почему у них нет запасного выключателя на случай аварийного происшествия. «Зачем я это все делаю? И все из-за этого Ксавье, все он устроил». *** Девушка лежала мирно на кровати, обдумывая свои последующие действия. «Может прийти и нанести визит эту старикашке и его детишкам. Мало ли кого я там встречу, возможно, того же самого Скотта? Черт, я снова о нем думаю. Он причинил мне боль, а я продолжаю лелеять себя мыслями, что еще не все покончено. Нет, точно, все хватит думать. Надо просто отдохнуть, вздремнуть». Не заметив, Прайор на самом деле прикрыла глаза и уже погрузилась в сон на двуспальной кровати. Пусть это всего лишь на несколько часов, но зато ей станет легче. А вот после и дельные мысли придут в ее голову, и она будет думать, куда отправится. Но не успела Прайор увидеть и середину сна, как от хлопка окна проснулась. - Даже спать нормально не могу, - простонала Мадлен, снова прикрыв веки. «Расслабься, просто успокойся и не думай ни о чем». «Мадлен»… «да-да и о самой себе не надо думать». - Что? – резко подскочив с постели, Мадлен огляделась вокруг, пытаясь понять, кто это ей сказал. Какого? Мадлен снова огляделась вокруг, но ничего кроме пустой комнаты так и не заметила. «Мадлен»… Невольно вздернув плечами, бестия отошла на шаг назад, понимая что это у нее в голове. Да и голос очень знаком, где-то она его уже слышала. "Что тебе нужно от меня" Но дальше не прозвучало ответа, снова тишина. - Уже галлюцинации, - прошептала Мадлен и отправилась на первый этаж своего особняка, чтобы глотнуть обычной минеральной воды, а то от алкоголя и так голова разошлась по швам. Спустившись, девушка налила в стакан в оды и начала жадно делать глотки, будто не пила уже три дня. «Кто же это мог быть, что потребовалось?» « Иди, тебе нужно идти. В институт». «Снова этот голос, который явно действует на нервы. Куда идти?» Но дальше в голове был лишь шепот, который невозможно разобрать. Прайор поставила стакан на стол и притронулась двумя пальцами к виску. Мадлен хотела связаться с этим неизвестным мутантом телепатически, но все это заканчивалось тем же шептанием и словом институт. «Так не может продолжаться, я сойду с ума». Быстрым шагом она покинула свой дом и отправилась по дороге, которую сама не знала. Короткого пути Прайор помнила, но стоило ей остановиться на каком-то перекрестке, как голос мужчины указывал ей направление. Та слушалась, но только для того, чтобы разобраться с тем смельчаком, который потревожил ее. По времени ей казалось, что идет целую вечность, терзания внутри "кто же это мог быть" не прекращалось ни на секунду. Пройдя еще пару метром, шептание пропало, словно его и вовсе не было. Это заставило остановиться Прайор и оглядеться вокруг. Тут ее взору престал тот самый институт, прок который твердил так мужской голос. «Не может быть». Перед глазами показался особняк профессора Чарльза Ксавье. Мотнув головой, Мадлен все-таки решила ждать голоса, чтобы убедиться туда ли она попала. Но тщетно, опять тишина. «Ну ладно, сам твердил, не дай Бог хоть один из твоих отпрысков нападет на меня. В живых не оставлю никого». Сделав пару шагов навстречу неизвестному, ворота сами распахнулись и пропустили Прайор внутрь. Вот так просто? Откинув все мысли за железными старожилами, бестия прошла по тропинке и оказалась возле главного входа в особняк. - Ну, встречайте меня, - Мэдди взмахом руки открыла дверь и вошла внутрь помещения, оглядываясь по сторонам. Второй этаж. Не раздумывая, Прайор отправилась наверх, поднимаясь по ступенькам лестницы, пока не дошла до нужно цели. Перед ней находилась дверь, за которой были ответы на ее вопросы и тот самый мутант, что тревожил ее. Конечно, Мадлен уже догадалась ,кто ее призывал прийти к ним в гости, но все-таки открывать двери она почему-то не торопилась. Что-то ее останавливало, но что? «Хватит страхов, пора уже разобраться что здесь, черт возьми, происходит». Мадлен прикоснулась к ручке двери и повернула ее в сторону. Когда дверь распахнулась, Прайор увидела на кровати лежащего мужчину с прикрытыми глазами. "И это Ксавье, что с ним произошло?"Проделав пару быстрых, но неуверенных шагов, девушка оказалось возле его кровати и смотрела, как тот неподвижно лежит. Казалось, он умер, но вздымающаяся грудь опровергла тот факт. - И что тебе от меня понадобилась? – изогнув бровь, спросила рыжеволосая особа. На ответ она и не рассчитывала, так как в таком состоянии говорить что-либо очень трудно или вообще невозможно. Но тут к ее изумлению губы профессора зашевелились. - Помощь, - хриплый голос еле-еле раздался из уст Ксаьвте, глаза же его по-прежнему были закрыты. Да, пусть Прайор и была беспощадной стервой, но что-то в груди у нее сжалось, королеве стало даже немногое …жаль? – Помоги Логану. - Этому зверю? С чего это вдруг, у него и так регенерация на высоком уровне, - усмехнулась бестия, продолжая стоять на месте и смотреть на бедного Чарльза, который не шевелился и мирно лежал в своей кровати, больше не издав ни звука. – Если ты позвал меня для этого, то я, пожалуй пойду. Развернувшись на пятках, Прайор пошла обратно и уже хотела дотронуться рукой до ручки двери, как снова слабый голос остановил ее. - Ты хочешь что-то изменить, так вот тебе шанс. Попробуй помочь, - прошептал телепат. Его хриплый голос заставил вздрогнуть . - Не смей лезть ко мне в голову, - прошипела Прайор и повернулась в сторону Чарльза, который даже не отреагировал на ее предупреждение. Хотя внутри она осознавала, что он прав, ведь жизнь для нее стала такой скучной, но сразу измениться невозможно. – В чем заключается помощь? - После уничтожение Церебро, его мозг полностью разрушен, нужен сильный телепат, - закончил профессор и выдохнул. Значит, и память тоже. «Ведь это может сыграть мне на пользу: зверь даже про свою Джин может не вспомнить и про то, что мы с ним враждовали». - Уговорил, так уж и быть, помогу, - словно одолжение сделала ему, вымолвила Прайор и пошла вниз, почувствовав, что сильный поток идет из нижних этажей. *** Только Прайор хотела кого-то позвать, как услышала голоса в одном из помещений . Не долго думая, бестия вошла в комнату, в которой находилась три мутанта: парень с девушкой и Росомаха, который явно был в том состоянии, о котором говорил Ксавье. Свет также отсутствовал, но все-таки какая-то энергия, видимо кем-то созданная из молодых мутантов, слабо освещала комнату. На лице была кровь, на теле тоже.."Ох, главное, чтоб мне поверили и голову сразу не разбили" Прайор скинула с себя куртку и подошла к Логану, взглянув ему в лицо. То, что Мадлен увидела, шокировало. В глазах кровь, из ушей и носа шли тонкие струйки алой жидкости. Внутреннее кровоизлияние. - Я помогу ему избавиться от ран и кровоизлияния, только не вмешивайтесь, - быстро проговорила Мадлен, посмотрев снова на раненого Логана. «Тяжелый случай, слава богу, что в медицине я разбираюсь, но память можно потом восстановить, для начала нужно начать с ран». Медлить было нельзя, пусть и регенерация и была у него на высшем уровне, но давление она не могла убрать. Приподняв руки и откинув голову назад, девушка сконцентрировалась, и Росомаху охватило оранжевое свечение, которое прошло по всему его телу. Дальше, словно они с Мадлен были связаны неразлучной нитью, свечение охватило и ее тело, прожигая насквозь. Раны начали медленно испаряться, а от тела мужчины начал подниматься пар, охватывая пол мед. пункта. Своей способностью Прайор раньше не очень-то пользовалась, поэтому голова начала болеть раньше прежнего, а руки затряслись. Постепенно кровь испарилась с глаз, а ее потоки из носа и ушей прекратились, оставляя слабые следы, а металл и пластик сами падали на пол, оставляя Росомаху в покое. Через минуту, когда раны были окончательно испарены, а кровоизлияние успешно остановлено, красная королева выдохнула и убрала руки. Свечение прекратилось, а сама повелительница гоблинов пошатнулась и прижалась к стене, чтобы окончательно не упасть. «Да, не думала, что это так болезненно пройдет». - Это должно помочь, сейчас ему должно быть легче, - прошептала Мэдди, вытерев капельку крови со своей губы, которая появилась из носа. «Не выдержала, надо же, впервые такое».

Star Dust: /Церебро/ Джеймс пребывал в плачевном состоянии, чего нельзя сказать обо мне. Хотя слабость и мутность еще присутствовали, я ощущала уничтожение Церебро и была счастлива, что собственный характер и личность возвращается ко мне. Я была полна сил, но еще слаба морально и духовно. Наверное, только время могло помочь мне восстановиться полностью... Если поставить меня, Джона и Джеймса на шкалу пострадавших от этой адской машины (которая мне, кстати, никогда не нравилась), то я окажусь в серединке, а вот Росомаха... Увы. Однако то, что сделал Хоулетт, его спокойствие на лице, прежде, чем он исчез ради спасения всей школы, надежно запечаталось у меня в голове, заставив задуматься о кое-каких вещах. Примерно так же было у меня с Натаниэлем и Джоном... Поначалу они встали на общую планку, получали свою порцию моего негатива и ненависти, а затем, стоило мне только рассмотреть их получше, как все встало на свои места. И вот сейчас Судьба заставляла меня задуматься: а так ли ужасен характер Джеймса Хоулетта? Он суров, готов рваться сломя голову ради спасения других6 но при этом, что было для меня куда весомее, он не позерствовал при этом ради славы и шел, зная, что ничего взамен не получит. Правда уничтожение Церебро было необходимо и для него самого, ведь у него галлюцинации судя по всему были ничуть не менее реалистичными, чем у остальных, но почему-то мне казалось, что на тот момент Джеймс не думал о личной выгоде. Обладая внешней суровостью, но внутренней отзывчивостью, он невольно напоминал меня, что было огромным плюсом для кого угодно в моих глазах. Я задумчиво поглядела на окровавленное тело и разбитое лицо. Сквозь кровь и скулы блестел металл, из ушей и носа капала кровь, а Джон рядом места себе не находил. - Чёрт... В медпункте было темно и безлюдно. Пустота и безнадега, по-другому и не скажешь! Я не видела ровным счетом ничего, но об этом очень быстро позаботился Ворон, избавив нас от необходимости рыскать в поисках выключателя. Хотя я провела в этом месте столько времени, что каждый закоулок казался мне знакомым, но в плохом смысле, потому что от таких воспоминания на лице не появляется блаженная улыбка. Кажется, я здесь едва не умерла... Не дожидаясь, пока Джон донесет тело до кушетки, я создала вокруг себя ауру из частиц, которая мягко светилась в темноте серебритым лунным светом, и побежала в поисках емкости для воды. Времени было мало, необходимо было срочно помогать Хоулетту. Почему-то я чувствовала по атмосфере, что простой регенерацией здесь дело обойтись никак не может. В воздухе висело жуткое напряжение, которое передавалось и мне, хотя привычные частицы и успокаивали никому неслышным перезвоном. Я принялась шарить по полкам, послышался стук, что-то упало и разбилось. В конце-концов мне удалось найти медный тазик и какую-то марлю. С найденным я кинулась к раковине, местонахождение которой в медпункте могла бы найти с закрытыми глазами. - Никки, помоги мне... С тазиком я примчалась обратно, плюхнув его на тумбочку у кушетки и швырнув в воду марлю. Пригодится так или иначе... Джон к тому времени дотащил тяжеленного Джеймса до горизонтальной мягкой поверхности. Я видела, как тяжело Айрену это дается, но могла только предполагать насколько тяжел Росомаха. Адамантиум в теле Джеймса делал его гораздо тяжелее обычного рослого мужчины его "возраста". Хоулетт выглядел ужасно, мне пришлось сглотнуть ком в горле, невольно образовавшийся от слабости и страха. Мне стало не по себе, но я быстро взяла себя в руки, как умела это делать в критических ситуациях. Так, Норвильт, сейчас не время разводить нюни! Рыдать и наматывать сопли на кулак будешь позже, а сейчас, будь так добра, помоги раненому. И я, выдохнув, собрала остатки воли в кулак. Получился внушительный ком, который я не постеснялась немедленно использовать. Пока Джон рвал рубашку, я выжимала на Джеймса марлю. Кровавые ручейки потекли с двух сторон, обрызгав мне и без того испачканную в крови майку и джинсы, капая на любимые кеды. У меня Судьба такая постоянно пачкаться в чужой крови! Ужасно. Внезапно Джон бесцеремонно поднял тяжелого Хоулетта, приведя меня поначалу в недоумение. Кровавая марля едва не выпала у меня из рук, но очень скоро я услышала пояснение. Все на что меня хватило, так это слабый кивок. Марля была немедленно отправлена в таз с водой, окрасившейся в розоватый цвет, а мне потребовалась концентрация. Прежде, чем мои глаза закрылись, они успели ярко вспыхнуть холодным серебром, и я ушла в частицы. Зрение скакнуло и резко уменьшилось до микроскопического уровня, я видела "глазами" своей звездной пыли. Любой другой сошел бы с ума, но это было мое, я знала, как это делать... Мои ладони легли на окровавленные плечи Хоулетта, а аура из частиц внезапно взбунтовалась. Находясь в состоянии медитации я не услышала и не увидела, как дверь открылась и вошла Мадлен. Я вообще ничего не видела, а потому прродолжала. мне хотелось помочь... Частицы быстро проникли в тело Росомахи, и я начала путешествие. Благо, с учебой у меня всегда было все в порядке и в анатомии я разбиралась, правда на непрофессиональном уровне, но этого было достаточно. Эпителий, мышцы, кости... Мне стоило огромных трудов не задеть уже поврежденные ткани. Внутри все было перемешано, сосуды лонули и клетки крови постоянно встречались мне на пути. Проходя мимо них я начала испытывать странное ощущение легкости... Я действовала больше интуитивно и сама не знаю почему, но меня потянуло к больным клеткам. Точнее часть меня, потому что остальные частицы проследовали дальше, с легкостью обнаружив инородные тела. Растворить их, расщепить на молекулы и прицепить к звездной пыли было несложно, я проделывала подобное миллион раз. Большая часть внимания оказалась сосредоточена в области разрушенных клеток. Почему-то я поняла, что могу их восстановить... Тепло, странный процесс, который я раньше никогда не совершала... Я могла поклясться, что дело тут было не в физике, но толком понять что-то в таком состоянии я не могла, да и не было времени. Меня вытолкнуло чужой силой, так и не дав закончить начатое, от чего и меня и Джеймса пронзило яркой болью. В таких делах никогда нельзя прерывать начатое, я это прекрасно знала. Малейшее отклонение или ошибка может стоить жизни, ведь, находясь в другом организме на клеточном уровне, я могла сделать что угодно! Только что было это? Как только меня вытолкнуло из Джеймса, сила частиц будто взорвалась, втянувшись обратно в мое тело. Меня отбросило на несколько шагов, шумно грохнув об пол медпункта. Голову и зрение словно взорвало, на миг перед глазами заплясали искры. От сильного удара у меня из легких выбило воздух и потребовалось огромное усилие, чтобы вспомнить как дышать. Боль прошла немедленно, но ее отголоски дизориентировали меня. В голове пронеслась мысль о том, что я сделаю с нарушителем, столь бесеремонным и неизвестным, но она блекла по сравнению с тем, что я испытала, излечивая чужие клетки. Да-да, излечивая... Вопрос был лишь в том, как же мне это удалось? Валясь на полу, я пребывала в полнейшем смятении, но не от боли, а от непонимания...

Wanderer: Признаться, удерживать Логана в одном положении оказалось не так-то просто - а всё из-за того, что Никки как-то нужно было добраться и до спины. Как Рос вообще живёт с тем, что из-за металла в костях его вес не соответствует внешнему виду? Рослый парень, кое-как усевшись спина к спине, упёршись всеми руками и ногами как только можно, чуть не пополам согнулся, свесив крылья, и нужно было на какое-то время удержать одно положение, еще как-то сосредоточиться при этом... но не хватало еще "уйти в себя", вернее в полуотключку, и попутно свалиться из-за этого. Потому он хотел подождать, пока Звёздная по большей части закончит с возложенной на неё задачей, а после уже браться за свою; по крайней мере, у него было дополнительное время на раздумья и более детальную оценку сей печальной ситуации. А она впрямь была печальная. Крайне. Обычно и от спящих, и от коматозных исходит хоть какое-то чувственные колебания, здесь же не было почти ничего. Да, Странник чувствовал, что командир жив, но он будто не ощущал его самого рядом. Словно тот ушел куда-то очень далеко... туда, откуда так просто не выбраться. Джону потребовалось какое-то время, прежде чем он понял, на что сразу не обратил внимания, что мог не заметить, упустить... Зверь. Внезапная догадка посетила его вместе с воспоминаниями. Он просто припомнил то, что Джеймс когда-то рассказывал про себя, про свою вторую сущность, которая вроде и дремлет, но не упускает шанса вырваться наружу. И обычно вырывается после особо сильных встрясок. А Церебро-то запросто всей школе разом как следует надавил на психику, сознание. По логике в самом сферообразном помещении из-за его устройства всё это концентрировалось и многократно усиливалось. Учитывая, какой эффект был и без этого, то при одной мысли о том, что могло быть С ЭТИМ фактором, стало просто страшно. Не может ли эта пустота значить то, что Росомаха больше пострадал скорее умственно, а не физически? Или ослаб от этого настолько, что очнётся уже будучи не собой? "...Знаешь, со мной часто бывало такое, особенно после каких-либо жизненных переломов. Из этой трясины беспамятства не так-то просто выбраться, черт возьми..." - Никки... у нас, кажется, еще проблемы... От тяжких дум его поначалу отвлекла даже не незваная гостья. Николь и то, что от неё исходило, пусть она явно не слышала, что он сказал. Но подивиться как следует парень не успел: он мог только кое-как обернуться, чтобы через плечо глянуть на пришедшую, и в первый миг ему показалось, что это Джин, но, прислушавшись к себе, понял, что крупно обознался. Не Феникс это, точно. Но кто тогда? Впрочем, не важно. Важно то, что она сразу рубанула с плеча, не успели они толком отреагировать. Звёздная и подавно. - Куда не вмешиваться?.. Да погоди ты, чёрт подери!!! Всё равно поздно. Может, сделала она это и с благими намерениями, но могла этим и навредить. Пока что Ворон твёрдо знал и понимал две вещи - кем бы ни была эта дама, она сейчас правда лечит Роса, а не убивает его; кем бы она ни была, при всём при том от неё больше веяло мраком, нежели чем-то положительным. Что, надо сказать, сильно настораживало и крайне сильно подрывало всё доверие. Учитывая, что эта женщина, по видимому, и не знала, куда лезла. Или не настолько хорошо знала Роса. Чего такой вообще взбрело в голову помогать? - Ты в этом уверена? - мрачно пробурчал Айрен, кое-как изловчившись вывернутся и не уронить при этом пострадавшего. Он и сам порядочно перепачкался чужой кровью, но сейчас по крайней мере обрёл возможность разглядеть пришелицу получше. Отчего-то захотелось выставить её за дверь. Николь, видимо, тоже была недалека от этого, и будет, если теперь сумеет с мыслями в скором времени собраться. - Чем-то помогла, а чем-то могла только хуже сделать - и ей, и ему. Особенно если он вдруг в себя придёт после такого мгновенного выздоровления. Может понадобиться его ловить. Понимаешь, к чему я сейчас клоню? "Кто она такая?!" "Мадлен." - сам собой прозвучал в уме голос Профессора, ответившего вдруг на вопрос, брошенный, в общем, в пустоту. "Чарльз, думаю ты понимаешь, что мне это ни о чём не говорит." "Долгая история, не это сейчас важно. Джеймсу нужна в первую очередь помощь псионика, желательно сильного, а она, как и Джин, телепат." "А где сама Джин бродит в ответственный момент, интересно? - кисло поинтересовался Айрен. В общем-то он и рассеянную Феникс недолюбливал, но знакомый помощник так или иначе надёжнее незнакомого. Тем более, что Грей была не так уж и плоха - просто так получилось, что с самого начала между ними будто чёрная кошка пробежала. - Это, выходит, её подозрительная сестра-близнец? Почему раньше тут не появлялась, а только после этого саботажа? Я ей не верю. И тем более не позволю чёрт знает кому копаться у Джеймса в голове." "Тогда помни, о чём я тебе говорил, - с замедлением последовал ответ. Вряд ли приглядывающему за ними Ксавьеру нравилось решение парня, но банально еще сил на споры не было. - Не ошибись." "Понимаю, постараюсь..." - Спасибо и на этом. - проговорил крылатый, пожалуй, жестче, чем следовало бы. Но чем-то эта женщина ему совсем не нравилась. Совсем. - Вот сейчас я вас точно попрошу не вмешиваться, тем более без предупреждения. Ворон глянул на потерянную подругу, помог ей подняться. По правде говоря он всё равно надеялся, что на Мадлен она не набросится после такого. А ведь веский повод дала... В одно мгновенье пришлось вспомнить сразу все наказы, рассказы, уроки и советы Ксавьера, который периодически с ним занимался по части телепатии. Правда, на других экспериментировать в самом начале этих встреч запретил, аргументировав это в первую очередь тем, что чем слабее и неопытнее телепат, тем грубее и болезненнее будет его вмешательство, а проверить уровень способностей, как правило, можно только на практике. Айрен и не баловался особо с этой частью своих сил - причин на то не было. Так, изредка мысленно сказать что-то кому-то, когда вслух не хочется - бытовые мелочи, которые и упоминать при существовании Джин Грей и Ксавьера как-то смешно. Это вам не по-настоящему в чьей-то памяти копаться... Парень, прислонившись к койке, закрыл глаза и попытался сосредоточиться на том, к чему до сих пор всерьёз совсем редко когда прибегал за последние полгода. Мельком скользнул мысленным взором по Николь и Мадлен и остановился на Джеймсе, проникнуть в сознание которого не составило практически никакого труда. Просто ничто не проявило сопротивления, не было уже никакой защиты - хотя будь он в себе, Странник вряд ли так просто пробился бы. Чего-то подобного он ожидал, но царящему у него в голове бардаку всё равно удивился. Казалось, что окружали его не только обрывки воспоминаний, а вообще всё его "я", разодранное на части. Осталось только что-то блеклое, тусклое, примитивное, лишь отдалённо напоминающее разумное существо. Так даже не с ума сходят, хуже... Какое-то время парень просто изучал все эти лоскутки сознания, ни к чему особо не притрагиваясь, просто разбирался, что к чему относится. Затем, более-менее разобравшись, принялся собирать части его личности, словно огромную пёструю мозаику: можно было это так же сравнить с тем, как из мельчайших прозрачных осколков склеивают разбитый грубым обращением бокал - по сути своей, ювелирная работа, требующая точности. Но как и на мозаике, так и на бокале после этого так или иначе останутся какие-то трещины, изломы, выбоины - вроде и целая картина, но видно, что когда-то она таковой не была. Ворон старался максимально бережно сглаживать эти углы, когда соединял их друг с другом, делал по максимуму невидимыми, но в данном случае совсем сравняются они только со временем. Или Чарльз позже поможет разобраться с этими мелочами, или же они будут настолько незначительны, что сам Джеймс не обратит на них внимание. Как и предположил Странник, в отличие от Логана и в сравнении с ним же, живущий в нём зверь пострадал в значительно меньшей степени - не он подставлял всё своё существо под воздействие машины... если бы он вдруг оклемался пришел в себя, опираясь на одни только первобытные инстинкты, то от Джеймса как от человека могло окончательно ничего не остаться... С разбросанной памятью пришлось сложнее. Джон плохо знал его жизнь, тем более хронологию тех событий, которые стали откровенным сюрпризом, потому выстроить всё мог лишь примерно, опираясь лишь на логику и саму чужую память. Обычно мозг и подсознание любят порядок, потому сами притягивают к себе то или иное в той или иной последовательности, считаемой верной, тем самым всё упорядочивая. Но на всё это мозгу требовалось какое-то время. Меньше всего Ворону нравилось бродить по потёмкам чьей-то души, пусть в данном случае выбор и был невелик: не будешь внимателен, не будешь вдумываться, прежде чем что-то сделать - наделаешь ошибок. Но тяжело становилось осознавать, насколько тяжелой была у него жизнь, последние события так и вовсе выбивали из колеи... Странник лишь теперь понял, почему Джеймс без колебаний согласился на то, что сделал чуть ли не ценой собственной жизни. Просто ему было особо нечего терять. Осталось поклясться, что всё это так и останется между ними... Долго. Долгий процесс. Тяжкий. Но Ворон мог полагаться еще и на свою эмпатию, благодаря которой обычно чувствовал подобные неполадки и был более-менее уверен в том, что сделал всё как надо и как лучше всего мог. Единственное, что он не сумел, так это посадить зверя в клетку, мог лишь помочь его удержать. Но всё равно это не давало никаких гарантий, что он первым не полезет, когда сознанию Хоулетта еще нужно было время, чтобы окончательно после такого оклематься. - Всё. - выдохнул Странник, возвращаясь в действительность.

Wolverine: /Церебро/ Считается, что дух бессмертен. Чушь. Люди во все времена не теряли надежду на жизнь после того, как их время подойдет к концу. Вот и придумали это вечное существование души. На самом деле, ее уничтожить ненамного сложнее, чем тело. Достаточно особенной машины или не слишком талантливого, но сильного телепата. И если бы сейчас о Хоулетте кто-то сказал «он умирает», то утверждение касалось бы в первую очередь его духовной составляющей. Тело не получило такие уж критические повреждения, с которыми невозможно было справиться, а вот разум… Ничто, происходившее рядом с ним, не оставалось незамеченным – его тело ощущало все: и как Джеймса вытащили из-под обломков, и как перенесли в другое место, и как держали, подперев в спину. Физически: кожей, мышцами, прочими тканями он реагировал на все так, как реагировал бы свежевыпавший снег, по которому кто-то идет. Следы остаются, но снег ничего не чувствует. Он просто поддается всему, что влияет на него извне. Можно сказать, Росомаха превратился в снег. Сознание было фактически уничтожено. Некуда было идти импульсам нервных окончаний, ничто не обрабатывало информацию, не регулировало процессы самого организма. Еще каким-то чудом держались легкие и сердце, по всей видимости, регенерации удавалось поддерживать их работу, но без координации головного мозга фактору было сложно. Такое вегетативное состояние усугубляло еще и то, что мутант ослеп и оглох – участки, отвечавшие за эти органы чувств, были разрушены. Хоулетт оказался в особом вакууме, невольно отстраненный от внешнего мира, самостоятельно он просто не нашел бы дорогу обратно. Ему нужна была помощь, срочно, ведь чем быстрее начнется процесс активного восстановления, тем проще ему потом будет справиться с другой частью души, которая пострадала менее серьезно, чем сознательная. Зверь просто впал в коматозное состояние, испытав сильный шок, но по сравнению с осколками разума, это было не так уж страшно. У него было больше шансов очнуться первым. И полностью подчинить себе тело. Как-то Ксавьер предложил Джеймсу избавить его от животной части, которая нередко мешала контролировать себя, провоцировала на агрессию и насилие, жаждала крови, мести, удовлетворения самых низменных инстинктов. Одаренный задумался над идеей Чарльза, а на следующий день пришел и положил ему на стол ключ от своей комнаты. - Вы хотели бы видеть меня другим, Профессор. Я понимаю это. Вы так активно защищаете человечество, что думаете иногда как люди. Я не болен. Меня не нужно лечить, избавлять от меня самого же. Он – это я. Так же, как ваши ноги – это вы, пусть они давно уже для вас лишь ненужный груз. Вы ведь не думаете над тем, чтобы отрезать их, не так ли? Тогда не нужно предлагать меня уничтожать часть себя. Примите меня, какой я есть. Или нам придется разбежаться. С того дня прошло немало лет, а Хоулетт не раз еще вспоминал эту беседу. У него была возможность измениться, но он предпочел оставаться собой. Он выбрал свободу. Для него это был вопрос именно свободы – делать то, что ты хочешь, быть тем, кто ты есть на самом деле. И молча мучиться с собственным животным «я». Пока оно не победит тебя. Телу стало легче, сердце забилось увереннее, дыхание окрепло. Ему помогли. Его вылечили. Фактор заработал быстрее, латая ткани и органы, усердно занимаясь восстановлением мозга. Точнее, только ячеек, где хранилась память. Сознание находилось за пределами возможностей регенерации. За физическое выздоровление пришлось поплатиться: острая боль пронзила ослабленный, еще только реанимировавшийся мозг, и по всему мощному телу прошла крупная дрожь. Несколько судорог, и он вновь замер. То был момент, когда Николь помешали. Все, что происходило с организмом далее, можно было чувствовать лишь по усиливавшемуся теплу и ускорению фактора. Работа Мадлен не была напрасной – она вернула ему ячейки для памяти, привела в порядок все системы: нервную, сердечно-сосудистую, дыхательную, восстановительную. Хоулетт был физически полностью здоров. Снег просто выровняли, избавив от следов. Если бы он понимал, что происходит, то наверняка поблагодарил бы их, как только очнулся бы. Росомахе повезло, что спасавшие его одаренные не стали дожидаться, когда он просто придет в себя, а полезли глубже – в его сознание. Джон, рискуя собственным разумом, забрался в то, что осталось от души Джеймса, который, кстати, смутно ощущал чье-то присутствие. Впервые после взрыва Церебро. Он был практически невидим для Айрена, настолько ослаблено было сознание, но здесь, внутри себя, Хоулетт уже постепенно начинал осознавать все, что происходило. Он видел, как Ворон склеивает обломки памяти, как пытается восстановить хронологию его прошлого, кое-где путая дни, недели, месяцы… Да, жизнь продолжительностью более века трудно распределить по порядку. Тело получило особенный импульс от мозга, когда Джон коснулся его воспоминаний о недавней трагедии. Росомаха, не приходя в сознание, изогнулся и дернулся, тут же обмякнув снова. Это было больно: заново пережить уже разрушенное и потому забытое. - Все. – донесся откуда-то издалека знакомый голос. Короткая фраза вселила беспокойство в доселе не подававшего признаков ментальной деятельности мужчину. Он вновь непроизвольно шевельнулся, выдохнул чуть сильнее обычного, и медленно открыл глаза. Темнота. Слабый свет где-то позади. Он еще не до конца восстановил зрение или это тут так темно? Где он? Разум пытался заработать полноценно, и сейчас судорожно искал в памяти какие-либо ассоциации с тем немногим, что окружало в этот момент Хоулетта. Присутствующих он не узнал: только три неявных очертания рядом с собой, ничего более. Сознание победоносно подкинуло ему ситуацию, очень напоминавшую эту, и Джеймс ухватился за нее, как тонущий за обломок корабля. - Сержант Уокер, отступайте до самой деревни, бой уже проигран. Нет, показной героизм вам ни к чему, выполняйте приказ. Я не хочу терять наших ребят лишь потому, что запаздывает реакция начальства. Я останусь здесь. Прикрою вас. – хрипло, шепотом произнес Джеймс, вновь прикрыв глаза и опять потеряв сознание. Разум ошибся, сбился, отключился. Через несколько секунд он снова попытался заработать нормально, и на этот раз подкинул Росомахе другую историю из его прошлого: - Sie irren sich so stark, dass sie ganz nicht verstehen, was wirklich unsere Freunden machen wollen. Gehen sie zum Teufel, ich werde ihnen nichts sagen*. – по-немецки, с глухой яростью прошипел он, глядя куда-то сквозь склонившегося над ним Джона и видя перед собой только полумрак и помещение, где его допрашивали в сорок третьем агенты гестапо. Неделю назад он попал в плен: подорвавшись на мине, он был подобран немецкими солдатами. Еще через неделю он перерезал всем, кто находился в том помещении, глотки, и сбежал. К своим. Разум снова ошибся, неправильно определив время и местонахождение своего хозяина. Джеймс опять потерял сознание. «Логан, ты в школе. Я – Чарльз Ксавьер. Постарайся вспомнить. Твои друзья беспокоятся. Соберись.» - его разбудил тихий, но очень настойчивый голос, доносившийся из ниоткуда и звучавший… в его голове. Росомаха буквально подскочил, отпрянул от Айрена и, с изумлением озираясь по сторонам, глухо прохрипел: - Кто лезет в мои мозги? – он почувствовал, как некий Ксавьер вновь пытается сказать что-то, тихо зарычал и, схватившись за голову, почти коснулся пола лбом, сжавшись и с ментальным усилием вышвырнув из разума всех, оборвав нити со всеми. Полностью закрывшись блоками. Один, другой, третий, он баррикадировал измученный мозг с такой скоростью и упорством, словно был уверен в том, что его странное нынешнее состояние – результат постороннего вмешательства. Хоулетт был недалек от правды, но он все еще не вспомнил, что именно послужило причиной его почти полного морального уничтожения. И что за люди его окружали. На всякий случай, не разгибаясь, не поднимаясь с колен, он медленно выпустил когти, которые теперь блестели над его головой, словно предупреждая, что любой, кто рискнет подойти, будет тотчас же разорван в клочья. Только сейчас появились отголоски боли, которую ему пришлось испытать за последние пару часов. Эхо нарастало, усиливаясь: боль дошла до него, как круговые волны, разбегающиеся от удара камнем, добираются до берега. Он глухо застонал и безвольно опустил руки. Медленно поднял на присутствующих изучающий взгляд, без эмоций скользя им по плохо освещенным лицам всех трех незнакомых людей. Пока наконец не уставился на показавшиеся крылья. Парень, который был ближе всех к нему, смутно напоминал кого-то. Эти крылья он точно уже видел, и совсем недавно. Первой ассоциацией почему-то был большой бурый медведь. Тряхнув головой, Хоулетт тяжело вздохнул и шепотом произнес: - Тебя я знаю. Ты Джон. Снег, медведь, куртка, огонь, боль в плече. Хотел убить меня недавно? – последние ассоциации во всем всплывшем в памяти ряду заставили мутанта напрячься. Он не мог вспомнить, почему оказался ранен, и чем все закончилось, поэтому не был уверен, может ли сейчас доверять этому парню. Пусть тот и единственный, кого он вообще вспомнил. * Вы настолько сильно ошибаетесь, что даже не можете себе представить, что на самом деле хотят предпринять наши друзья. Идите к черту, я ничего вам не скажу.

Wanderer: Пишу, исходя из ситуации. Red Queen, я тебе в лс писала, что да как. =\ Какое-то мгновение Ворон бездумно таращился в пол, пытаясь привести в порядок теперь уже свои мысли. Почему-то начинала гудеть голова... впрочем, учитывая, что он только что проделал, это было не так уж удивительно. Он вообще не знал, сколько прошло времени, и тот самый миг потребовался, чтобы сориентироваться в пространстве. Одно утешало - теперь лежащий рядом Логан по крайней мере воспринимался как мыслящее существо, наделённое чувствами, разумом, душой. Джон не мог сказать наверняка, то ли Росомаха понял, что с ним делали, то ли самому стало легче соображать, когда "пришелец" в лице крылатого покинул его голову, но довольно скоро после окончания этих технических работ он начал подавать признаки жизни. Парень, правда, не торопился радоваться - всё еще были сомнения в том, что это именно Джеймс, а не бездушное кровожадное чудище, которое замахнётся когтями, не подумав. Он немного отошел от койки, только осторожно спросил: - Как ты себя чувствуешь, Джеймс? В ответ Росомаха выдал что-то такое, что у парня чуть было не опустились руки. Он чуть не взвыл от досады. И испуга. "Вроде он, но... Уокер? Деревня??? Я что, закинул его не в тот век или еще хуже всё сделал?!" "Не ругай себя раньше положенного. Мозг сам заново перебирает и параллельно восстанавливает память. Он может ошибаться." - последовал незамедлительный ответ. Похоже, Чарльз всё же не оставался в стороне, тоже пытался помочь ему сориентироваться, опомниться. Джон рискнул подойти поближе к обмякшему на секунду одарённому, а тот уже разразился хриплой тирадой на немецком, пусть никто явно и не понял, что он сказал. Но тут же снова отключился. "И долго это может продолжаться?" "Пока не найдёт нужные воспоминания." "Мда..." - с его-то памятью и жизнью эти разборки с собственным сознанием обещали быть крайне долгими. Джон решил не оставаться в стороне, хотя ментально больше не лез и не планировал. Сомневался, что это чем-то поможет. - Джеймс, ты меня слышишь? Ответа не последовало, если не считать ответом то, что подопечный шарахнулся в сторону, дёрнулся, чуть только его взгляд пал на крылатого. Задал вполне резонный вопрос, Ворон же на автомате честно на него ответил: - Не я. "Чарльз, видимо..." - парень косо зыркнул в сторону Мадлен, но та, кажется, ничего не предпринимала. "Да, но он меня больше не пускает." Джон никак уже и не пытался пробиться, пока что молчал, только с сочувствием и жалостью наблюдая за мучениями одарённого, которые прекрасно осознавал и в какой-то мере разделял. Просто не понимал, что еще может тут поделать, оставалось только ждать и надеяться на лучшее. И быть крайне осторожными. Но по тому, каким отрешенным взором он на них посмотрел, всё становилось сравнительно ясно. "Не подходите к нему, - мысленно бросил Айрен обеим девушкам, отдельно Николь пояснил. - держись на расстоянии. Это он, но он не понимает, где находится и кто мы такие..." Взгляд на какое-то мгновение задержался на нём, Ворон тут же напрягся, прикидывая: а хватит ли у него оставшихся сил на то, чтобы сдержать его в случае чего? Он порядочно измотался и не был уверен, что потянет еще что-то серьёзное без вреда для себя или обоих. Несерьёзное - значит почти наверняка навредить Джеймсу и только подорвать доверие. Агрессией от когтистого вроде бы не веяло, но от этой подозрительной настороженности уже становилось немного не по себе. Следующие слова Росомахи его несколько удивили, но в то же время заметно успокоили. Ну хоть что-то верно ассоциирует... "Месяц назад... что ж, уже ближе." - То была тренировка... я попросил тебя о помощи как учителя, попросил о проведении практических занятий. Превращался тогда в медведя и случайно тебя ранил. - неторопливо пояснил Ворон, постаравшись настроиться на как можно более миролюбивый и обеспокоенный тон. Хотя и не знал, повлияет ли на Джеймса эмпатия сейчас, или тот забаррикадировался настолько, что и пытаться бессмысленно. Оставалось полагаться лишь на слова, которые Джон старался подбирать с особой тщательностью: - Это было уже какое-то время назад. Сейчас ты в школе, уже всё хорошо, никто не желает тебе зла. Скажи, пожалуйста, что ты помнишь? О себе, о месте, вообще. Ворон не был уверен в том, что стоит так прямо сразу говорить, что произошло, особенно учитывая, что Логан слегка запутался во времени. Пока стоило прощупать то, как он соображает, как реагирует, что понимает, что нет, так как говорил, как показалось, немного односложно. То, что по крайней мере часть памяти он не утерял, было уже ясно, правда, меньше всего Айрену хотелось, чтобы тот пошел дальше по временной петле и так вот резко просто вспомнил о гибели своей семьи, произошедшей от силы пару недель назад - примерно после того, как он уехал. Это известие и Странника сильно шокировало: он сам с трудом верил, не хотел верить в то, что Тесса мертва, пусть и знал её... их далеко не так хорошо. Не хватало только того, чтобы сейчас он на этой трагедии зациклился и не пошел дальше, но вот как это миновать?.. Морально Ворон настроился на любой возможный результат, которого мог добиться одним лишь своим вопросом. Не спугнуть бы удачу...

Wolverine: Джеймс опустил взгляд и замер. Молчание длилось несколько минут, и за это время тишину в помещении ничто не нарушило. Вопросы Айрена повисли в воздухе без ответа. Наконец зверь поднялся, выпрямился, убрал когти, дотянулся до выключателя рядом с собой, и медпункт залил белый, достаточно яркий после полумрака, свет. Задумчиво осмотревшись, будто проверяя, все ли в этом помещении на месте, Росомаха отвернулся к одной из больничных коек, провел рукой по холодной клеенчатой ткани и, коротко усмехнувшись, наконец прошептал: - Я уже все помню. Кажется. Просто пока еще в тумане. – Он умолк, незаметно для остальных сморщившись от чудовищной головной боли, которая мешала нормально говорить и думать вообще. Кроме того его клонило в сон, и он с радостью прилег бы даже тут, если бы не было зрителей. Что-что, а характер у Хоулетта менялся меньше всего, независимо от степени тяжести перенесенных несчастий. Словно вспомнив, что помимо Джона здесь находятся еще и девушки, одаренный обернулся, приблизился ко всей троице и оценивающим взглядом изучил Мадлен с головы до ног. - Чудовищно похожа на Джин. У меня даже что-то шевельнулось внутри. Но… Я помню тебя, Мадлен. Удивлен, что ты здесь. И что ты помогла мне. Спасибо. Но злодейка из тебя была более… мм… привлекательная. – последнюю фразу он почти прошептал ей на ушко, подойдя еще на несколько шагов к клону Феникс. - Если профессор и твое истинное я найдут общий язык, у нас, похоже, будут жить сразу две рыжие телепатки. Черт, на кухню вообще не попаду. – Он пытался шутить, тем самым реанимируя собственное моральное состояние. Сейчас он чувствовал себя абсолютно выжатым и опустошенным. Хоулетт покосился на Николь и, чуть наклонив голову, уставился на нее, вспоминая их недавнюю встречу. Он не стал комментировать ее, так как уже высказался в коридоре, но хитрую слабую улыбку не удержал. Впрочем, она быстро исчезла с его лица, так как дальнейший поток воспоминаний заставил его мысленно повернуть от двери комнаты Ксавьера до лесной поляны. Мутант пошатнулся, глухо выдохнул и на миг прикрыл глаза. Вот так отрезвление. Туман в голове исчез, все прояснилось, и Джеймс не был уверен в том, что сейчас это ему пошло на пользу. Слишком уж яркими казались теперь некоторые особенно неприятные моменты прошлого. Все еще держа себя в руках, он исподлобья посмотрел на Джона и негромко добавил: - Все в порядке. Спасибо за помощь. Я к себе. Отсыпаться. – Он не обманывал: ему действительно очень хотелось прилечь, но еще больше – остаться наедине с собой. Тогда можно будет расслабиться и не прикладывать титанических усилий, чтобы не перепугать никого. Проходя мимо Айрена, Росомаха коснулся ладонью его плеча, что подразумевало под собой призыв не волноваться за него, и нетвердым шагом покинул медпункт, поднимаясь к себе в комнату. Едва он добрался до спальни, то буквально ввалился внутрь и, захлопнув за собой дверь, обессиленно опустился на кровать, практически сразу же уснув. Ему требовался отдых, чтобы восстановиться полностью. И покой, чтобы справиться со всеми воспоминаниями, которые из призрачных картин превратились в яркие образы. |Комната Росомахи|

Star Dust: На полу лежать было не очень-то приятно, но я по прежнему была совершенно сбита и дезориентирована, да и вдобавок у меня пропало зрение, а в голове стихал неприятный звон, словно кто-то одел мне на голову ведро, а затем сильно долбанул по нему половником. Но несмотря на отвратительное состояние, голова моя не переставала работать в самом хаотичном и сумбурном направлении. Я испытывала целую кучу противоречивых эмоций, что в свою очередь вызывало радость особенно после выходок Церебро. Только сейчас я поняла, что адская машина наконец уничтожена, а это означало только одно - свобода... Правда колдун-маньяк так и не был отловлен, но я надеялась, что в один прекрасный день Судьба отплатит мне за то, что так и не свела меня с Гидеоном один на один, и на этот раз позволит стечением обстоятельств отомстить за все муки, пережитые за эту неделю.  Что-то начало меняться... В ушах больше не звенело, зато здорово их заложило, словно я только что пережила посадку самолета, а я ненавидела самолеты, стюардесс и в особенности пилотов, искренне считая их бездарными тупицами. Я увидела полумрак, хотя боковое зрение до сих пор отказывалось работать для меня. Чьи-то сильные руки подняли мое тело, и хоть меня слегка качало и я не вполне понимала кто это, уткнувшись взглядом за плечо помощника, я наткнулась на огромное черное крыло, заслонявшее собой весь возможный обзор, делающее меня вновь слепой, правда, ненадолго и это была приятная слепота.  Джон что-то сказал, но я не услышала, потому что сознание мое внезапно наполнилось сначала неописуемой радостью, а затем яростной злостью. А дело было в том, что сначала мой взгляд упал на полностью исцеленное тело Логана, а затем на Мадлен, которая по-прежнему стояла в стороне и явно была слаба, однако я понятия не имела о существовании какого-либо клона Грей. Более того, сама идея того, что эту заносчивую, искусственную дамочку какой-то недоумок мог решить клонировать была мне лично непонятна. Только маньяку-одиночке могло прийти в голову клонировать Феникс и стать отцом еще одной чокнутой рыжей истеричной особы. В общем, я поняла только, что это Грей, наспех поменявшая прическу и переодетая в какие-то не свойственные ей шмотки. Признаться в таком наряде мне Джин нравилась больше - навижу правильных и классических!  Мне было непонятно одно, когда Грей успела поменять прическу? Создавалось впечатление, что пока мы с Джоном рисковали, подставляли свои задницы во имя Всемирного спасения и прочей лабуды, Джин успела сгонять в салон красоты, что по логике вещей было невозможно. Однако, это все сформировалось в моей голове в прекрасную язвительную фразу, а учитывая, что я никого не боялась, включая старушку Смерть, то я не стала себя сдерживать. Бомба зародилась, была брошена и взорвалась в один момент и без ущерба не обошлось бы. Джон был занят Джеймсом, я Айрена больше не чувствовала, да и Росомаху знала не так уж и хорошо, так что я почему-то была за последнего и первого спокойна, мне казалось, что все худшее для них уже позади, а вот для Грей - очень даже впереди. То, что она спасла жизнь Хоулетта в моей голове отошло как-то на задний план, важнее было то как она это сделала... В какой-то степени, наверное, во мне играла ревность, которая зарождалась во мне каждый раз, как я оказывалась связана с кем-то спасением жизни. Так я оказалась в одной упряжке с Элизабет, с Норико, с Джоном, с Натаниэлем... И теперь этот куда более длинный список пополнил Джеймс. Это не означало, что я стану с ним обращаться с большим уважением или как-то по-особенному, но это значило, что в моих глазах он не был на уровне общественной грязи, которую я так ненавидела в людях, только, вот беда, Росомаха об этом не знал и от меня никогда не узнает. Для всех, кроме трех мутантов я всегда Буду желчной девицей с отвратительным характером. Пусть так и остается... Вернемся в буре. Стоило мне встать на ноги, а Джону убежать к Росомахе, как я грозно развернулась в сторону Мадлен. Набрав побольше воздуха в грудь, выпустив частицы, тем самым надежно укрывшись от телепатии-эмпатии, словно дикообраз перед схваткой с тигром, я гневно воскликнула: - Ты что совсем не соображаешь, Грей?! - меня надо было видеть: брови грозно нахмурены, плечи ссутулены, кругом словно дикие осы жужжит звездная пыль, а я делаю шаг вперед в сторону Мадлен - Грей в моих глазах. - Кем ты себя возомнила? Сменила серый костюмчик и все стало возможно? Ты никогда не блистала разумом, но сообразить хотя бы паршивой телепатией, что нельзя прерывать меня, что я могла ему все внутренности к чертям разнести - на это твоих мышиных мозгов должно было хватить?! - да, возможно я перегнула палку... Почему-то в этот момент, когда я шумно и часто дышала от гнева и праведного негодования, на месте Мадлен мне представился Страуд. Я прекрасно знала его реакцию на мои взрывы - он бы спокойно улыбнулся, обнял бы меня и заявил, в свойственной ему раздражающей меня манере, что когда я злюсь, то похожа на крота. Это было обидно, но почему-то я всегда на это улыбалась... А потом я представила Джона, который бы точно обнял бы меня за плечи, правда после того, как оправился бы от страха, навеянного моей яростью, которую милый Ворон ощущал особенно остро, поцеловал бы меня, и назвал бы "Никки", и мне этого было бы достаточно, чтобы успокоиться. А сейчас помимо образов меня остудило резкое пробуждение Джеймса, такое неожиданное. Рефлекторно развернувшись к Росомахе, я невольно задумалась, не воткнет ли мне Грей ножа в спину, но я быстро развеяли эти опасения, зная, что мягкотелая Джин не была на такое способна. Картина голого по пояс Росомахи, стоящего на коленях и приглушенно стонущего, словно боль была сейчас, несколько поразила меня и сбила с толку, ведь он здоров. Внезапно Логан остановился и остановил свой взгляд на моем Вороне. -Тебя я знаю. Ты Джон. Снег, медведь, куртка, огонь, боль в плече. Хотел убить меня недавно? - и на этих словах я напряглась. Мне не нравилось то как Джеймс смотрел на Джона, а по спине пробежал холодок. Частицы перестали гудеть и кружится, а попросту застыли в воздухе, напряженные как и их хозяйка. Росомахе со своими когтями стоило только сделать шаг в направлении Айрена, и мои частицы схватят его, скрутят и никуда не пустят. Джон задал вопрос, но ответ последовал далеко не сразу. Минут пять Росомаха попросту молчал, опустив взгляд в пол. Я по-прежнему была напряжена до предела. Я хмурилась, не понимая что происходит, но ощущая недоброе. Мое напряжение спало только тогда, когда Логан втянул когти, встал и включил свет. Пришлось сощуриться и поднять руку, машинально защищаясь от яркого света медпункта. Как я все-таки не любила этот свет... А между тем Росомаха, казалось, полностью пришел в себя. Я не сводила с него настороженного взгляда пока он ходил вокруг Грей, которая теперь при свете казалась мне совсем другим человеком. Я невольно пригляделась к новой Джин, искренне удивляясь. Моя ярость растворилась и прошла так же быстро, как и родилась, но сожаления не было, только моральное удовлетворение. До моих ушей долетели слова Джеймса, адресованные совсем не мне: - Чудовищно похожа на Джин. Мадлен?! Глаза у меня расширились от удивления. Кто такая Мадлен? И это что, выходит не Грей? И я наорала не на Джин на ее какую-то неизвестную сестру-близнеца?! Куда катится мир? Мне стало как-то обидно. Мне так давно хотелось наорать на Грей, но вот повода не предоставлялось, а тут... Раскаяния тем не менее я не чувствовала и извиняться не собиралась. Вот если бы я ее покалечила, то тогда пожалуйста-извините, но на нет и суда нет. А Росомаха между тем продолжал свой обход. Я давно уже втянула частицы, почти сразу же после того, как он втянул свои когти. Следующей в его непонятном списке по видимому была я, потому что он остановился и уставился на меня, явно вспоминав что-то. Хитрая полуулыбка едва не вывела меня из себя, но я лишь вздрогнула, словно от отвращения. Пускай я одна из тех, кто попытался спасти его никчемную жизнь, это ничего не меняет в моем характере. Я недовольно скрестила на груди руки. - Я тебе не животное и мы не в зоопарке. - сурово объявила я, но мысли Джеймса и так потекли куда-то дальше. Ни прошло и минуты, как он удалился из медпункта, а я, гордо подняв подбородок, проводила его глазами.  - Жаль, что ты не Грей. Как понимаешь мне многое ей нужно сказать. - кинула я Мадлен, в очередной раз расстраиваясь, что Грей так и не услышала моего праведного гнева.  Я повернулась к Джону и выражение моего лица мгновенно изменилось. Еще мгновение и я повисла у него на шее. - Как ты? - прошептала я.  Ты можешь поверить, что это все закончилось и мы свободны? - уже мысленно спросила я, зная, что он меня услышит даже, если связь между нами до сих пор порвана...

Wanderer: Джон не осмеливался нарушать повисшую тишину, какой бы гнетущей она ни была. Стоило набраться терпения и не заваливать Джеймса новыми вопросами, но, к счастью, всё оказалось куда лучше, чем выглядело изначально. И хотя сомнения всё еще оставались - и их было очень много - тут же как гора с плеч свалилась, и Айрен смог наконец вздохнуть свободно, хоть и по прежнему не сводил с командира внимательного, изучающего и слегка настороженного взгляда. То, что тому по прежнему было не очень хорошо, являлось очевидностью, с которой, увы, ничего уже, наверное, не поделаешь. Только отдых да время и нужны. - Ну, слава Богам... Парень вымученно выдавил из себя подобие улыбки, но так и остался пока стоять чуть в стороне, просто наблюдая, думая. Что-то Чарльз приутих, но за него он уже не особо тревожился - всё-таки тому в первую очередь надо было силы восстанавливать, а случись что-либо, интуиция бы кричала об обратном и эта тишина была бы воспринята дурным знаком. Тут же всё было, по сути своей, наоборот. Даже немного повеселело почему-то, видимо еще и потому, что Рос почти напрямую обозвал Мадлен привлекательной злодейкой. Из-за того, что она выглядела почти один в один как Джин, сложно было теперь представить её какой-нибудь маньячкой. В общем-то Ворону так и было интересно, кто она на самом деле, но расспросы, похоже, придётся оставить как-нибудь на другой раз. История, по-видимому, длинная, и он сомневался, что у кого-нибудь для неё найдётся сейчас настроение. Или само желание пересказывать что-либо подобное, тем более, что других оно могло совершенно не касаться. Реакция еще не до конца оклемавшейся и обалдевшей Звёздной Джона тоже повеселила, но тут уже ему пришлось признать собственную вину - надо было ей объяснить сразу же, чтобы не кидалась на вмешавшуюся как на Феникса... Вроде та пока держала себя в руках, но не факт, что она окажется настолько же терпеливой и непонятливой до намёков как сама Грей. Резкая смена настроения Росомахи от Ворона не укрылась, но тот вовремя заявил, что всё в порядке, хоть в это и было сложновато поверить всё равно. Не смотря на все заверения, Айрен так или иначе переживал. А осталось ему лишь кивнуть и глядеть в след, так как понимал, что навязывать тут своё общество уже вряд ли было бы верным решением, да и поступком как таковым. И хоть Джон изначально надеялся на сообразительность Николь, свет додумался включить один только Джеймс. Пожалуй, глупый, но всё же еще один повод не сомневаться в его адекватности после всего перенесённого. У Ворона же всерьёз начинала болеть голова от усталости, потому ненужную уже энергетическую сферу, неспешно продолжавшую парить по воздуху, он не стал просто так гасить - сначала поймал, затем она словно растеклась на отдельные потоки, которые плавно впитались в его руки. Прилив сил от этого бы, конечно, невелик, но хоть что-то. Так или иначе, он погрузился в какую-то прострацию и даже не сразу обратил внимание на то, что на нём повисла Никки. Весила, она, конечно, немного, но забывшегося парня чуть не повалило даже это. - Нормально... устал просто. - неохотно ответил парень, даже не знавший, что его больше измотало - последний опыт с телепатией, активное использование сил в целом или вся эта кошмарная беготня за последние два дня, вся вместе взятая. "- Не могу... - мысленно взвыл Айрен, хотя на самом деле "слышал" лишь конец сказанного, остальное просто угадал. - впечатление обманчивое, к сожалению. На мне всё еще висит поимка этой маньячки Сью." "Впрочем, явно не сегодня за ней гоняться..." - уже про себя подумал парень. - Пошли отсюда... - негромко сказал он, уже ближе к выходу остановился, поглядел немного на Мадлен. - Спасибо и извини, что вспылил. И, не дожидаясь реакции, вышел из помещения, увлекая за собой Звёздную. /Комната Джона и Николь/

Electricity: Парк ---> - Теперь точно конец. Это было похоже на жестокую комедию, в которую все трое попали по воле всемогущей фантазии режиссера, и она очень быстро переросла в драму, далеко не в веселом понятии слова. Именно такой случай, когда зритель понимает, что главный герой не выживет, и фильм не будет идти по банальному шаблону. Время остановилось в тот самый момент, когда канадец озвучил вердикт этой битвы. Как остановилось, скорее даже, наоборот, в реальном времени события стали пролетать перед глазами словно вспышки, хоть каждое движение длилось мучительно долго. Уже через секунду то, что она делала – стиралось с памяти, все собственные чувства исчезли, был лишь Эрих и голос Джеймса, и в любой момент Эль могла лишиться и того, и другого. Пусть девушка отчаянно схватилась за наименьший шанс, под жестким руководством Росомахи, для нее все рухнуло еще до озвучивания результата. Раз за разом, разряды появлялись, будто по собственной воле, исходя из неподвластных хозяйке ладоней, а взглядом она впилась в лицо Эриха, навсегда его, запомнив таким, но, уже не видя, не видя ничего. Раз за разом, снова и снова, Эллоусис не собиралась отступать, даже если бы ее силой заставили сдаться, если бы было уже поздно, и вдруг судьба вдруг сменила свой гнев милосердием, дав немцу шанс. Но даже когда Джеймс подхватил Крамера на руки, для одаренной ничего не изменилось, внутри ею все еще управлял тот дикий, всепоглощающий ужас, который она испытала, поняв, что Эриха нет. Она шла поразительно быстро, не смотря на не самые удобные туфли, обходила препятствия, села, но ее здесь не было. В глазах так и застыли старые слезы, не зная, вырваться им на свободу сейчас, или сохранить горе брюнетки еще на пару минут в тайне. Пустым взглядом она проследила за отцом, вызвавшимся помочь, когда вновь пришли очень даже не плохие новости, каким-то чудом сумев взглянуть на него с благодарностью. Когда же он отозвался, девушка внимательно выслушала его от начала, до конца, и лишь после его прощания, очень тихо отозвалась, скорее обращаясь к себе, чем к нему. - Это не твоя вина. И не его. Спасибо... – Но стоило Джеймсу покинуть помещение, как одаренная плавно, но очень быстро схватилась за голову, до боли вцепившись пальцами в собственные волосы, и беззвучно закричала, не имея ни сил терпеть, ни выпустить все на волю. Она просто рыдала, проиграв пари собственной силе воли, и не могла ничего с этим сделать. – Что же я за чудовище такое? На ватных ногах поднявшись, Эллоусис с огромным трудом заняла место Хоулетта, судорожно сжав ладонь Крамера в своей руке, надрываясь от накатывающей тяжелыми волнами истерики, резко вдыхая и так же освобождая легкие. Это была не просто травма, от которой можно вылечиться при помощи хорошего хирурга в немецком госпитале. У него остановилось сердце. У него остановилось сердце, из-за заряда, который она столь спокойно выпустила прямо ему в грудь, не осознавая, не думая о последствиях. Это все произошло из-за какого-то знакомства, а ведь его запросто можно было перенести на многие месяцы, но нет же, захотелось большего и сразу. Впервые, Эль не хотелось исчезнуть, чтобы избежать всего, что произойдет дальше, когда Рихард откроет глаза. Она должна была остаться, должна выслушать и увидеть все, что ей положено за это, и плевать, выдержит или нет. Девушка пронзительно вглядывалась в лицо немца, насколько позволяли затуманенные слезами глаза, следила за тем, как затягиваются раны на его лице, пусть оно не было столь знакомым и близким душе, как лицо Эриха. Это был он, ее любимый, родной мужчина. Толком, не понимая, что делает, Эль нащупала на столике рядом сверток из марли и небольшую миску с какой-то жидкостью, видимо специально подготовленные для устранения той «красоты», и, смочив получившуюся тряпочку в воде, и с большой долей безумства, но неимоверной нежностью стала стирать с лица Крамера кровь. Вскоре для этого одаренная освободила и вторую руку, и когда Агент стал выглядеть относительно нормально, пусть и не намного чище, девушка неожиданно для всех и себя же, накрыла его щеки ладошками и припала к губам мужчины. После чего, размазывая слезы по своему лицу, она прижалась щекой к его лбу, не желая выпускать из крепких объятий, будто так он действительно исчезнет. Всю ее трясло, не хуже, чем при лихорадке, и шок успел достаточно отразиться на сознании, чтобы его последствия имели еще долгое продолжение. Врачам такое поведение, с точки зрения медицины, должно было быть понятным, но вряд ли в учебниках есть что-то об особенностях Эль, как единственного такого экземпляра, потому были попытки девушку угомонить, и очень зря. В ответ на желание забрать ее от возлюбленного, команда врачей получила лишь кучу осколков от взорванных по всему помещению лампочек, которые были лишь началом всеобщего хаоса комнаты, ведь школа шагала быстрее техники и оборудованная была более чем отлично. Приборы сходили с ума ровно до тех пор, пока медики не отстранились на должное расстояние, но и дальше некоторые из них не собирались подчиняться людской воле, вместе с оставшимся в помещении светом. - Прости меня, пожалуйста, я не хотела так…

Ermittler: /Парк/ Там, за пеленой, окутавшей сознание и неимоверной тяжестью век, что-то происходило. На уровне инстинктов мужчина чувствовал чью-то дрожь, слышал шум разбивающегося стекла, тихий голос, улавливал запах. Анализировать информацию не получалось, словно мозг устроил забастовку и отказался работать, и это должно было пугать даже больше, чем сильные приступы мигрени. Уж лучше боль, чем абсолютная пустота и бездействие. Из этого тупика бессознательного состояния его вывело очередное, на этот раз более длительное прикосновение, и наконец-то найдя в себе силы, Крамер медленно поднял веки, непроизвольно возвращая себе привычный образ – внешность Эриха. Он рисковал, так как еще не знал, где именно находится, и если бы ему было суждено очнуться в обычной больнице и так резко сменить облик, вряд ли персонал обрадовался бы. Но сейчас для Агента это было крайне важно, словно, избавляясь от образа Рихарда, он тем самым окончательно подводил черту под случившимся. Около минуты немец смотрел мутным взором куда-то вперед, ни на кого не реагируя – разуму требовалось время для обработки воспоминаний, которые ждать своей очереди не собирались и нахлынули на него единым мощным потоком. Дойдя до момента, когда он в парке потерял какие-либо связи с внешним миром, Крамер тяжело выдохнул и медленно перевел взгляд на девушку, только сейчас заметив ее присутствие. Он бесконечно долго смотрел на нее, без упрека, гнева или обиды, просто смотрел, внимательно и спокойно, и одновременно прислушивался к своему организму, собирая внутри остатки биокинетической энергии, чтобы с ее помощью проверить свое состояние. Наконец, когда немец заметил, что одаренной стоит немалых усилий окончательно не сорваться, он занял более удобное, сидячее положение, подвинулся так, чтобы находиться прямо напротив нее и, молча осмотрев себя – голый торс и брюки, которые когда-то были белыми – устало покачал головой. - Я боялся, ты бросишь меня, когда встретишься с моей семьей и узнаешь об отце-тиране и моей бурной молодости. Теперь все это кажется детским лепетом. Ты меня переплюнула. Отец – Росомаха. Вашу ж мать. – он сдавленно выдохнул и закрыл рот рукой, большими зелеными глазами пронизывая Эль насквозь. Ничего более не говоря, Крамер осторожно спустился на пол, выпрямился и неторопливо направился к выходу мимо Эллоусис, с достоинством и уверенностью, как и подобало барону. Любой медик, который собирался приблизиться к нему, тут же получал мощную порцию гипноза и приказ забыть о присутствии немца в помещении. Он добрался до дверей, в последний момент остановился и наконец-то повернулся, взглянув на Эль и протянув в ее сторону раскрытую ладонь. - Идем. Будем налаживать отношения. Раз уж он твой отец. Да еще и меня спас. – с помощью биокинеза Крамер определил наличие в организме чужой, но целебной крови, и нетрудно было догадаться, как и почему она туда попала. Похоже, своими действиями мужчина ввел девушку в ступор, но чтобы убедить ее в искренности слов и отсутствии злого умысла, Эрих спокойно улыбнулся, терпеливо дожидаясь ее. Когда наконец они поравнялись, прежде чем идти, он наклонился к ней и прошептал на ушко: - Не бери себе в голову. Одним рубцом на сердце больше, ничего страшного. От такой девушки у любого оно остановилось бы. Но на будущее… Раз уж мы хотим чего-то достичь вместе, и я как-то ограничиваю себя, то…Никогда не используй электрокинез против меня. Никогда. В следующий раз я бороться за жизнь не стану. Это очень утомительно. – он беззлобно усмехнулся, взял Эль за руку и зашагал вперед. Двигался немец еще неуверенно, нетвердо, выглядел очень бледным и болезненным, так как все ресурсы организма, весь запас энергии был потрачен. Возможно поэтому сейчас он не испытывал даже намека на злость и не выяснял отношения. Однако рубец на сердце остался скорее не физический, а духовный. Его сознание отказывалось принимать факт, что девушка выпустила в него тысячу-другую вольт так, будто он счастливый обладатель регенерации. Ситуация была чрезвычайной, и пусть лучше так, чем если бы он травмировал ее «отца», но теперь Крамер как-то резко понял, что смерть гораздо ближе, чем он предполагал. Если на работе он всегда был начеку и держался до последнего, то перед любимыми людьми он был беззащитен. А, как известно, тема смерти была одним особенно крупным скелетом в его шкафу. /Коридоры второго этажа/

Wolverine: /Подземные коридоры/ Без каких-либо долгих прелюдий, страдальческих вздохов, томного открытия глаз Росомаха подскочил на больничной койке, втянул носом воздух, быстро огляделся по сторонам и, с досадой подметив, что находится в медпункте, принялся наверстывать упущенное время. Оказавшись на ногах, он жестом остановил приближавшихся к нему врачей, рыкнул, что в полном порядке и кивнул в сторону Ампера. - Позаботьтесь лучше о нем, санитары. Какого черта Зверя нет? Он бы сразу меня растормошил. – мельком взглянув на часы на правой руке, Хоулетт мрачно усмехнулся, стремительно покинул помещение и, вернувшись к тому самому месту, где отключился – а именно к двери Церебро – с плохо скрываемым недовольством оглядел пустую шарообразную комнату, остановился неподалеку от вырванного им же куска металла и принюхался. Взяв след любителей самодеятельности, он без труда догадался, что в школе их уже не сыщешь, и вместо того, чтобы подниматься в гараж, куда вел запах, завернул в раздевалку команды Икс, быстро сменил рубашку со штанами на свою форму и в одиночку направился в ангар. Выбор оказался невелик – из пяти мини-джетов один был почти полностью уничтожен кем-то ранее, еще трое не могли взлететь, остальные были не заправлены. Пообещав себе по возвращении разобраться с творящимся в школе бардаком с казенным транспортом, Хоулетт, разочарованно фыркнув, покосился на Черного Дрозда. Он не был фанатом полетов, и перспектива управлять этой махиной без второго пилота тоже не радовала, но других вариантов просто не было. Тем более, их главный самолет был оснащен лучше любой другой техники, а это перевешивало все остальные минусы перед лицом неизвестного врага и скрытой от глаз Джеймса опасности. - Росомахи не летают. Но сегодня сделаем исключение. – заняв кресло главного пилота, он с непроизвольной осторожностью работал с панелью, включая пока лишь самое необходимое для взлета. На предложение системы включить автопилот он лишь криво усмехнулся, сам еще не представляя, куда именно ему направляться. Для начала нужно было поднять птичку в воздух, и с этой задачей он справился весьма успешно. Барахлил один из двигателей, правда сейчас это уже не имело значения – самолет набирал высоту, а Хоулетт тем временем пытался отследить местонахождение членов команды. Если хотя бы один из них надел униформу, особых проблем не возникнет. К облегчению отставшего от Иксменов командира три точки замигали на карте, и поймав след, Росомаха направился к ним навстречу, интуитивно чувствуя, что его помощь лишней не будет. Вопрос, почему именно он с мальчишкой подвергся повторной телепатической атаке, его интересовал мало, несмотря на ощутимую головную боль, которая осталась как напоминание о его отключке. Возможно, им не повезло потому, что они ближе всех находились у двери в момент, когда канадец вырвал оттуда внушительного размера кусок, и эхо первой волны настигло их. Довольствуясь этим более-менее адекватным объяснением, Росомаха прибавил скорость и включил режим невидимости для радаров, не желая светиться перед диспетчерами всего округа. До цели ему оставалось всего несколько минут. /Нью-Йорк/



полная версия страницы