Форум » Остальные страны и другие миры » Франция 0.1 » Ответить

Франция 0.1

Cable: Официальное название Францу́зская Респу́блика (République française) — государство в Западной Европе. Столица — город Париж. Название страны происходит по этнониму германского племени — франки. Население 64,5 млн человек, в том числе свыше 90 % — граждане Франции. Верующие — преимущественно католики (свыше 76 %). Законодательный орган — двухпалатный парламент (Сенат и Национальное собрание). Административно-территориальное деление: 26 регионов (22 в метрополии и 4 заморских региона), включающих 100 департаментов (96 в метрополии и 4 заморских департамента)[1]. Столица - Париж.

Ответов - 119, стр: 1 2 3 4 All

Candra: Возможно Кандра и умела убеждать людей в своей правоте, но это порой не на всех распространяется. Среди мтунтов, которые попадали под влияние вестницы - есть те, которые вскоре выходили из под контроля блондинки и давались в бега. Таких довольно не много, может мутантов пять-шесть, но надо отдать им должное, они умели скрываться от второго воздействия. Что же касалось Алекса Саммерса, с ним Кандра знакома уже давно и как видите, он не смог вырваться из под влияния Владычицы, не сумел бы даже если бы захотел, просто Кандра на столько запудрила ему мозги, что хуже уже не куда. Она всячески использовала его, всячески играла им, в общем он был новой игрушкой, на замене у старой, который был наш красноглазенький. Но сейчас это не расстраивало блондинку, а напротив, ей нравилось что есть та самая замена, на которой можно выместить всю злость и мучение. Мстить конечно Хэвоку не было смысла, он собственно не при чем, но вот подергать за его ниточки она была не против. Можете назвать это очень жестоко, но такая была Богиня - жестокая и неприступная. - Ну а почему бы и нет? Вспомни, как весело тебе было все громить, сражаться против своих бывших друзей и семьи - Она вскинула бровью и внимательно посмотрела на блондина - Знаешь Алекс, я же тоже была когда то добрая, вся такая хорошая, но мне это быстро надоело. Толку то от того, что ты делаешь людям добро? Они этого даже не ценя - Пожав плечами, она отвела свой взгляд и посмотрела куда то в темноту. - Если бы в мире не было бы зла, я думаю всем бы надоело уже жить, а так хоть какой то экшен что ли - Улыбнувшись уголком губ, она склонила голову в бок и покосилась на парня. Бинго! Хэвок клюет на удочку, хоть и не так как хотела бы Кандра, но если он уже заикнулся о том что подумает - это хороший знак, по крайне мере если перед ней сейчас прежний Алекс, которого она знала и с которым билась бок об бок. - Конечно подумай - Протянула та своим слащавым голоском и довольно улыбнулась. Лунный свет едва не сошелся на ней клином и выглядела она не то божественно, не то как то по дьявольски. Возможно так на нее повлияли тесные отношения с Мефисто, а возможно дьявольская сущность всегда была внутри нее. Но внезапно победная улыбка сошла с лица женщины и прищурив взгляд, она злобно посмотрела на Саммерса. Да, он был прав по поводу людей икс, судьи действительно будут в ужасных контрах с ними, но а как по другому можно сделать утопию для мутантов, когда эта шайка слабоумных на стороне людей. - Да мы будем против них, хотя скорее это они будут против нас. Ты знаешь Ксавье и его придурковатые мысли по поводу мирного существования рядом с этим ничтожеством, которых называют люди. И кстати, именно что существовать, а не жить. Просто потому, что жизни мутантам нет, пока на земле весь этот бесполезный сброд. - С каким то остервенением проговорила чертовка и ее глаза начали загораться красным цветом. Вообще это одна из ее характеристик, когда Кандра начинает говорить о власти или о Гамбите, то ее глаза моментально превращались из фиалковых, в ярко-красные, в зависимости от возрастания гнева. Сейчас же они пока просто загорались красными огоньками, но если такое напряжение продлиться, то возможно вскоре и правда от великой башни ни чего не останется. - А тебе есть резон, еще какой - Резко заявила та и сжала руки в кулаки - Если не хочешь умереть, то тебе придется либо быть за нас, либо не вставать у нас на пути - В ее голосе звучало железное утверждение, так как она лучше сама лично прикончит парня, чем доверит кому то из других членов организации судей. Но видимо Саммерс не уяснил это предупреждение, так как отвлекся опять на этот телефон - Полярис - Подумала та и ее глаза стали еще ярче. Предупреждение, если вы встречаетесь с Кандрой по какому то делу, то лучше отключите все виды связей и сфокусируйте свое внимание на этой блондинке, она терпеть не может когда что то или кто то посторонний вмешивается. Она едва поборола желание раздолбать этот чертов телефон, но Хэвок видимо просек и во время убрал свою игрушку обратно в карман. Он поднял свой взгляд на нее и она наигранно улыбнулась в ответ. - Ты все понял что я тебе только недавно сказала или твои мысли летают до сих пор в облаках? - Она недовольно скрестила руки на груди и присела рядом. Глупо, очень глупо с его стороны, стараться вернуть какие то отношения с Полярис, да только потому, что он сам виноват в том, что испортил их. - И ради бога, перестань о ней думать, у меня голова кругом - Протянула женщина и облокотилась спиной на спинку скамьи. Нет, ну серьезно, так бы сказал любой телепат, который любит читать чужие мысли. - А что я могу тебе еще рассказать о ней? Я ни чего не могу сказать, пока ты не подпишешь свое согласие на вступление в нее - Вскинув бровью, она внимательно посмотрела в глаза Хэвока, словно заглядывая в саму душу и видимо что то там разглядела, так как на ее лице начала сверкать довольная улыбка. Улыбка победителя, который наконец смог одержать власть над своим противником и повалил его.

Observer: \Дом Себастьяна\ Париж. Вопреки всем надеждам Сабо, раздобыть билеты до Парижа оказалось не так-то просто. Самолёты туда летали почти каждый день, но все рейсы были забиты, в добавок стоил билет N-ную, весьма порядочную сумму. Ладно, билет раздобыли, но до ближайшего рейса всё равно выдалось какое-то свободное время, которое почти всё прошло в раздумьях и просчётах. Ошибся он или нет? Есть ли у них выбор даже в случае, если книгу они найдут? Выбор, конечно же, был. Можно прибегнуть и к хитрости - не вызывать демона напрямую (даже к лучшему будет, если не получится), но запретить ему являться в этот мир, оборвать все его сделки и закрыть двери. Но для этого, опять же, нужна была информация о необходимых обрядах, которой на руках не имелось. Так что, пока что Шаман представлял себе всё довольно примерно. Как у девушек идут дела? Грустно, что не было с ними никакой связи. Мирре Себастьян как-то пытался позвонить - не дозвонился. В случае же с Самантой, то он был в ней уверен - как и в том, что, в случае чего, она убережет мелкую. За те несколько дней, что он сидел дома, зарывшись в другие книги, могущие что-то подсказать, никто не вернулся. Видимо, не справились с задачей еще. А если они не появятся и после его возвращения, надо будет отправляться еще и на их поиски. Словом, только этого сейчас и не хватало. Наконец, настал день перелёта - прошедшего, на удивление, совершенно спокойно. Не придрались и к паспорту, хотя насчёт него у новопоименованного Акселя по прежнему были некоторые сомнения. Да, ему сделали новый "за слово", вписали в него наобум названное имя - лишь бы какое, но не настоящее... Но ведь прокатила легенда! А то, как его звать на самом деле, уже давно никак не проверить. Если до этого Конан редко контактировал с людьми, а если и контактировал, то те звали его исключительно Себастьяном, то теперь же приходилось привыкать и к новому имени. Вся катавасия началась с поиском дороги, потому как французского Шаман не знал совсем, а из англичан долгое время попадались всё те же приезжие. Пожалуй, единственный момент, который он не предусмотрел. В итоге полдня прокатался на всевозможных маршрутах во всевозможных направлениях, добравшись до библиотеки только ближе к вечеру. - Ну что, Ал, идём на абордаж? - усмехнулся про себя забегавшийся Себа, постоявший с какой-то момент напротив внушительного здания. - Сомневаюсь, что её нам так запросто отдадут. Разговор явно предстоял не из приятных...

Observer: Изнутри библиотека была как самая обычная. Только огромная, необъятная одним взглядом - хоть ты по сторонам вертись, всё равно всё не охватишь. И хоть Шаман не был рад тому, что пса пришлось оставить на привязи снаружи, делать было нечего. Нет, он не опасался, что его так просто возьмут и уведут (всё-таки не зря дрессировал - пёс прекрасно знал, кто его хозяин, да и умён в завидный пример), но просто без этого верного товарища было как-то неуютно. Абсолютно незнакомая среда, а тут хоть кто-то почти родной рядом. К тому же, если и придётся в чём-то применять силу, если управляющий этого здания вдруг окажется не настолько сговорчив, как хотелось бы, если окажется и вовсе полным бараном - собака могла бы помочь в поисках, раз уж "компас" он отдал неопытным в этом деле девушкам. Приходилось полагаться на своё чутье и знания, и только. Как и следовало ожидать, народ в Национальной Библиотеке Франции был преимущественно местный, приезжих здесь было по минимуму. Ну как по минимуму? Зашли, посмотрели (часто осмотр заканчивался фотографированием у ворот) и всё, больше здесь делать определённого нечего тем, кто не знает французского языка. Себастьян не знал, потому упрямо обращался к охранникам и сотрудникам на родном английском. - Извиняюсь, могу ли я поговорить с заведующим библиотекой? - в десятый раз подряд механически отчеканил он приевшееся предложение - до этого уже спрашивал пару дядек, тройку тётек, состроивших "некумекающее" выражение лица, и сейчас вот попалась дама солидного на вид возраста, но с личной именной картой на строгом костюме. - А по какому поводу? - насторожилась женщина, а Шаман чуть не подпрыгнул от того, что нашелся всё-таки понимающий человек в этом море принципиальных и патриотичных французов. - По деловому. - как можно более спокойно ответил Себа, опершийся на полусложенный боевой шест - так, чтобы он напоминал солидную трость, хотя вид всё равно был тот еще. Но опирался на него Шаман взаправду, причём всю дорогу до библиотеки, чтобы в образ войти. Меч с собой брать было опасно, а тут самое верное оружие замаскировать проще простого. - Встреч никаких не назначено, но это срочно, и я хотел бы переговорить с ним с глазу на глаз. Моё имя Аксель Роудс, Я слышал, что он коллекционер, и хотел бы сделать ему несколько выгодных предложений. Тётка с сомнением поглядела на рослого длинноволосого дядьку, но всё-таки сказала: - Хорошо, следуйте за мной. Вопреки въедливым подозрениям Себы, тётка повела его не в комнату охраны, а прямиком к кабинету директора, где и оставила наедине с собой и дверью. "Видимо, не впервой к нему заявляются с такими "предложениями".." Постучав, Конан вошел внутрь. Аккуратно, но богато обставленный кабинет мигом ударил в глаза множеством красок, при этом сохраняющих вполне приличную и приятную цветовую гамму. На стенах висели огромные полотна, под ними тянулись стеллажи, в сторонке стоял уютный диванчик и кофейный столик. - Здравствуйте, господин Жан Льюис. - И вас приветствую, мистер Роудс. Меня предупредили. - раздалось с сильным акцентом. Сидевший за рабочим столом мужчина, скрытый за кипой бумаг, встал, подошел и протянул руку. - Думаю, что приятно будет иметь с вами дело - а еще я думаю, теперь можно и уточнить причину вашего визита. - А мне вот кажется, что она вам будет неприятна. - отмёл формальности Шаман. - Я пришел к вам по делу, но женщине правду не сказал. Мне известно, что вы храните у себя экземпляр очень редкой и опасной книги, и я хотел бы его у вас забрать. - Откуда? Зачем? - то ли удивился, то ли испугался Льюис - было заметно, как резко он побледнел. - Речь идёт о древней книге "О девяти вратах в царство теней". Не спрашивайте меня, откуда знаю - я просто умею пользоваться случаем. Но вам нет никакого смысла опровергать достоверность этой информации, потому как в ней я уверен на все сто. Не отнекаетесь. - Зачем она вам и по какой причине я вам должен отдавать её просто так? - Затем, что в мире творится неладное и исправить это что-то можно только с помощью хранящихся в ней знаний. К тому же, вам нет смысла и дальше прятать её у себя - уверен, вы знаете историю этого экземпляра. Мало того, что вы не можете даже прочесть её содержание, так она еще и проклята, и рано или поздно навлечет на вас и ваши головы самые разные несчастья. Предыдущих её владельцев настигла смерть. Нужно уметь сдерживать эту силу. Вы же это не можете и сами это прекрасно осознаёте. - И почему я должен вам верить, в таком случае, позвольте спросить? - вновь занервничал владелец. С одной стороны его распирало любопытство, с другой - опасения и недоверие. - Если вы так хорошо разбираетесь в оккультизме и тем более - верите в него, откуда мне знать, что вы не используете это во вред? Если это, конечно, возможно. - Мсье, ответ банален: мне жизнь дорога! - не выдержав, засмеялся Шаман. - За сделки с дьяволом ты платишь своей душой и жизнью, а цену своей я знаю. И, пробормотав что-то неразборчивое, он сделал пасс в сторону одной из картин. Изображение на ней мигом ожило, задвигалось, разве что звук не издавало как с экрана телевизора. Жан так на неё и вытаращился. - Поверьте мне, я знаю, о чём говорю. - И сколько вы за неё заплатите? - А даром не дадите? - Право, нет. - Ничто в наши дни не делается бескорыстно, я так понимаю? Себа пожал плечами и достал чековый блокнот, на котором вывел номер счёта, сумму, подпись, молча протянул мужчине. Тот поглядел, довольно кивнул, не догадываясь, что значительная часть нолей потом исчезнет сама собой. - Пройдёмте. В итоге он довёл Акселя до самого нижнего этажа, в котором был еще один зал. В него он Шамана не пустил, только зашел сам и долго возился, что-то искал среди кучи редких экземпляров. Себа мельком заглянул внутрь и пожалел, что его попросили подождать снаружи: можно было бы развести этого умника еще на что-нибудь ценное - и ведь не докажет потом какого-либо мухлежа, всё было законно и он сам видел, что подписывал! Но да ладно уж... Из библиотеки Себастьян вышел вполне довольный - настолько, что забыл про "необходимость" опираться на "трость", которую теперь просто нёс в руке, как простую палку. За ним вышагивал верный пёс, в другой руке же была столь непривычная для медиума поклажа - небольшой деловой дипломат, который директор отдал вместе с книгой. Иначе её, хрупкую и ветхую, было бы не в чем нести. И хоть всё было спокойно, интуиция почему-то твердила о надвигающейся буре, и ему это не нравилось.

Nihilist: /Великобритания, Уэльс, Лланголлен 0.1/ - Ты опоздал в германию! Я тебе говорил, что надо торопится! Если ты и тут все провалишь, я уничтожу тебя! Ну что один, один. На территории галльского петуха пройдет реванш, а дальше «Овертайм». Как не крути одна книга уже у нас, а это все же тридцать три процента. – Это вечное бурчаний уже порядком надоело парню. Он не знал, специально ли псих делится с ним своими размышлениями или в своем безумии забыл, что его кто-то слышит. Самого юношу очень радовало опоздание в поисках одной из книг, это значительно сокращало время общения с «контролером». Всю дорогу с Англии через Францию в Германию и обратно во Францию, Микки то и дело пытался себе представить этого чудака который заставил его принять участие в этих гонках. В фантазии вечно всплывал какой-то лысый старик, с добрым лицом и почему-то на инвалидной коляске. Страна романтики, вина, духов и круасанов встретила путешественника отвратительной погодой и очередным караулом, но на этот раз пост был более приятным. Гостиничный номер и кафе напротив неизвестной ранее Нигилисту библиотеки. Ожидание тоже было не долгим, в скором времени перед хранилищем знаний появился довольно необычный человек. На первый взгляд он напомнил обычного панка из родных краев Микки, но явно наигранная хромота и лайка очень хорошо выделяли его из толпы. Ещё одна чашка капучино (пятнадцатая на сегодня), и высокий, жилистый, уже не хромой вновь появился на улице и радостно направился в неизвестном направлении. Квартал за кварталом, шаг за шагом, О'Нил выкуривал сигарету за сигаретой. Пол часа бессмысленного блуждания по городу и они оказались в каком-то переулке. «Тут мы, пожалуй, и начнем» Парень обсмотрел подворотню на наявность полезных вещей и из горы хлама выбрал кусок ржавой трубы и кирпич. «Будем действовать классически» - Сышишь ты!!! Купи кирпич! – Микки не смог скрыть улыбку и с довольным лицом кинул булыжник в обернувшегося парня.

Observer: За день Шаман так изъездил местный транспорт, что связываться с ним больше не хотелось, потому дорогу до станции, откуда можно прямым маршрутом направиться в аэропорт, и близлежащего к нему отеля он выискивал по подробной карте - их забесплатно отдавали в любом туристическом ларьке и справочном пункте, которых везде утыкано было более чем нужно. По картам Себе было легче и привычнее ориентироваться в крупных городах - да и вообще везде, как-никак без них дело нигде никогда не обходится. Смущали французские названия ("абсолютно нечитабельные" - и это при том, что он свободно говорил на языках древних и полузабытых), но сбить с толку они уже не могли. "Почему магия не даёт права учить языки сходу? А ведь так хочется порой..." - про себя подумал Аксель, уже понемногу начиная считать километры - прошедшие и грядущие. Примерно полчаса прошагал, еще минут пятнадцать-двадцать, по его расчётам, оставалось. Не очень далеко, но в нём горело нетерпение: одна книга уже есть, осталось проверить её подлинность и можно приниматься за изучение ритуалов, требуемых для их проведения мер, да и наконец определиться с тем, что вообще нужно - вызывать демона напрямую было и слишком опасно, и безрассудно, и изначальный, брошенный сгоряча вариант ему нравился теперь меньше всего. Имелся, конечно, и второй, и третий вариант, но сначала требовалось узнать, какой из них возможен и наиболее безопасен для них всех. Пёс лениво семенил следом, даже не дёргая поводок, а они, тем временем, свернули в какой-то малоприглядный и безлюдный проулок. На карте он значился как короткий путь, а так как за себя мы всегда уверены... Себа настолько ушел в свои мысли, что его хвалёной внимательности хватало ровно на то, чтобы глядеть на дорогу и по сторонам, но никак не назад. Пёс тоже не проявлял никакого волнения, а если и проявлял, то незначительное. Потому когда кто-то сзади выкрикнул что-то совершенно несуразное, Конан обернулся как раз для того, чтобы увидеть летящий в него кирпич. - А? - безжалостный камень неумолимо приближался. Себа сделал страшные глаза и так резко дёрнул в сторону, что орудие труда по большей части пролетело мимо, буквально самым краем задев плечо. Моментная вспышка, оставившая саднящие ощущения. Не был бы одарённым с развитой реакцией - не увернулся бы... парадокс же был в том, что если бы парень не позвал его, то точно попал бы. - Забавно. Ты сдурел, чтоли? - спокойно сказал Эйвери, теперь внимательно разглядывая хулигана. На первый взгляд молодой неудачник, решивший сойтись на лёгкой наживе, но удивило то, что по ауре он не казался таким уж плохим. Скорее появилось ощущение, что ему самому кинутый в незнакомца - или знакомого? - кирпич тоже был не особо нужен. Говорит он по-английски, в отличие от большей части окружающих, да и на француза как-то не тянул. - И по какому поводу таким образом поздороваться решили? - нарочито-вежливо поинтересовался Шаман, стиснув кулак с поводком и сложенным шестом.

Nihilist: «Вот чёрт! Промазал. Что за привычка…? Сначала делать потом думать. Импровизация это точно не мое, будем считать это разведкой. И что мне это дает? Даже тренированный человек не смог бы так ловко увернуться, а значит это не простой «панк». Да. После знакомства на кладбище странно было бы здесь встретить «ботаника». Эх! Надо было в той забегаловке махануть чего покрепче или даже с собой взять бутылку какого-то винища. Не помешало бы, для образа. Как бы там не было, шоу должно продолжатся». - Твою ж мать… Guten Tag!!! – Вторая часть фразы прозвучала с ужасным акцентом та и слегка наиграно. Микки закрыл глаза, медленно помотал головой и также медленно начел идти к «ловкачу». Парня шатало из стороны в сторону, он то и дело придерживался свободной рукой за стену, пару раз он случайно цеплялся ногой за трубу и чуть не падал по-настоящему. Юноша старался сделать взгляд как можно бессмысленней, не зная насколько хорошо получается, он все время смотрел в низ. Путь на преодоление, которого понадобилось бы максимум секунд тридцать, сейчас растянулся белее, чем на минуту и все это врем, Нигилист что-то бурчал себе под нос. - Не! Ну, это гониво… Какое-то. Я этого лоха уже неделю ищу, а он тут разгуливает. Ты пассажир кого развести захотел?! - Юноша почти в плотную подошел к незнакомцу, схватил его за лацкан кожаной куртки, слегка качнулся назад. - Так, когда долг возвращать будешь?! -

Observer: Себа с удивлением приподнял одну бровь и молча наблюдал за действиями пацана, который теперь старательно косил под "слегка" подвыпившего. Впрочем, спотыкался он натурально, но Шаман всё равно не понимал логики - ну, что, послали, видать, по его душу, а он вместо того, чтобы просто прибить его, или же хорошенько пристукнуть и оставить валяться на обочине, окликает его, предупреждая о том, что сейчас в него вот-вот врежется метко запущенный булыжник. Прячет глаза. Странная аура, атмосфера тоже как-то резко поменялась... Нет, что-то тут определённо не вяжется. Аксель уже с интересом наблюдал за действиями и корявой походкой этого новоявленного актёра. Во взгляде явственно читалось дерзкое и высокомерное "Нет, ну и наглость!", и почти никакой опаски. Почти. Он его не знал, а в пропасть без наличия крыльев за спиной, как известно, не прыгают. Себе же дороже. Мужчина позволил поводу выскользнуть у него из руки, а получившей волю собаке - сделать пару шагов в сторону. Подставлять пса под удар хотелось меньше всего, но, с другой стороны, если это всё правда неспроста, то в стороне он, как последний щенок, стоять не будет. - Верну, когда встретишь именно того, кто у тебя занимал. - короткий смешок. Шаман беззастенчиво дерзко и предельно резко сдёрнул уцепившуюся за отворот куртки руку, вместе с тем сделал деликатный шаг в сторону и выставил полусложенный боевой шест наизготовку. - А сейчас лучше объясни, к чему весь этот маскарад. "Чем от него разит, так это кофе."

Nihilist: - Да, актер с меня хреновый. – Парень тут же перестал кривляться, выпрямился и бегло осмотрел собеседника, немного задержавшись на собаке. – Красивый песик. Благородный. Что-то меня не туда понесло… Я знаю, что у тебя в сумке, я не знаю, зачем она тебе и каким образом ты причастен к этой истории. Отдай мне книгу… - Юноша вновь увел взгляд в низ и начел рассматривать асфальт. Его голос стал тихим, со слабой, едва заметной дрожью, казалось, что он за что-то извиняется - …Эта книга не ценнее макулатуры или рулона туалетной бумаги. Для меня она не дороже мусора, но она мне нужна. – Секундная пауза, глубокий вздох – Я не могу объяснить, я и сам ничего не понимаю но… - Микки резко замолчал, эго дыхание участилось и с каждым вздохом становилось все быстрее, казалось, что он вот-вот начнет задыхаться, а также невыносимо ускорилось и его сердце. Нигилист пытался что-то сказать, бессмысленные обрывки бессмысленных фраз звучали то ели слышно, то слишком пискляво, то громкий, грубый бас. На самом деле он даже не мог открыть рта. Спустя около пятнадцати секунд все прекратилось также внезапно, как и началось. Теперь он выглядел сильно напряженным и больше не прятал глаза. Наоборот его взор был направлен прямо на незнакомства, но глаза были будто из стекла, в них не было ни эмоции, ни мысли, ни жизни. - Ну, здравствуй Себастьян! Или лучше называть тебя Аксель? А может Конан Эйвери? – Эти слова прозвучали достаточно грубо и нагло, а голос стал каким-то другим. – Нас это объединяет! У меня также много имен. Пока есть время, беги, беги обратно в свой лес и снова прячься там. – Тело молодого человека на мгновенье покрылось сталью и снова стало нормальным. Это произошло настолько быстро, что могло остаться и незамеченным, если бы не ещё пара попыток, которые также не увенчались успехом. – Этот сосунок ещё и сопротивляется!!! Справлюсь и так! – Он взял кусак трубы по удобнее и несильно замахнувшись, перешел от слов к делу.

Observer: Пёсику комплимент понравился, потому как рычать он стал заметно потише. Себа же задумчиво - коршуном, готовым в любой момент клюнуть до крови - изогнул бровь, ожидая, когда паренёк перейдёт от пустой болтовни к делу. Ясно ведь, не спроста это всё. Причина "покушения" тоже до ума легко доходила, вот только меньше всего этот парень походил на какого-нибудь киллера или профессионального вора. Просто потому, что они редко когда и парой слов перекинутся со своей жертвой, а не сделают свою грязную работу молча и всё так же - из-за спины. В общем-то, Шамана правда не удивило, что пареньку потребовалась эта... "макулатура" (ничего себе, как эту книженцию назвали!..). А вот то, что он дальше нести начал, его уже стало удивлять... грустно даже стало от того, что не договорил. Пожалуй, впервые за долгие года Сабо всерьёз растерялся - со стороны это походило на какой-то весьма красочный припадок, а с учётом, насколько "мастерски" парнишка минутой ранее изображал пьяного, и тупому было бы ясно, что на сей раз тот не шутит. Кофе перепил? Нет, вряд ли это даёт подобный эффект... Ал жалобно заскулил и, отступив на шаг, разразился громоподобным лаем, эхом зазвучавшим по всему проулку. Себа примерно последовал его примеру, отступив, не опуская оружия. Решил выждать. Просто так собака никогда не лает. На сей же раз перемену в человеке можно было ощутить и не обладая эмпатией, и она медиуму совершенно не понравилась - другой взгляд, тон, пустые глаза... Стало жалко парнишку. Не по своей воле он во всё это ввязался, ох не по своей... Обращение не вызвано в нём никаких эмоций, кроме всё той же выжидательной настороженности и усердно подавляемого интереса, но вот при звуке своего истинного имени Шаман опешил, а затем у него откровенно глаза на лоб полезли. Сколько он уже не слышал этих слов? Тридцать лет, сорок? Это подействовало как-то сильнее, чем посыл в лес. Всё-таки не просто так он его скрывал столь долго. Как-либо среагировать он не успел. По странному "собеседнику" пробежалась волна чего-то серого, серебристого, - что никак не укрылось от зоркого ока - но потом всё вернулось на свои места. Пояснение последовало мигом позже. Хмыкнул. Ясно... - Что ж, ты знаешь, как меня прозвали от рождения. Где я жил. - Себа легко и плавно увернулся от замахнувшейся трубы - как ничего не сделал - и еще раз, и другой, пока не думая переходить в нападение. Неизвестный захватил разум одарённого мальчишки, но, видать, не его силы. А даже если и силы, то скорость среднестатических людей так или иначе была для него медленной. - Значит, знаешь ты меня уже довольно давно. Если глядеть еще шире - по логике ты должен был знать и то, что такой ерундой меня не удивишь. Не хочешь представиться, Безымянный? Честно говоря, он что-то не мог припомнить никого Многоимённого из обширного списка тех, с кем за свою жизнь что-то не поделил. А ведь врагов немало... неплохо бы уточнить. Шаман вдруг перестал издевательски кривляться и уворачиваться, водя их чуть ли не по кругу (пёс скакал вокруг, но без команды напасть не смел), и со всей силы отбил трубу шестом. Звон оказался громче, чем он предполагал, но "жалкая" палка его выдержала. А целью его, в общем-то, было выбить железяку из рук мутанта, потому следом за первым ударом последовала серия из еще трёх - даром, что вторая рука была занята портфелем с ценным грузом. - Сопротивляйся влиянию, парень! - решил схитрить медиум. Даже если действия свои человек не контролировал, он наверняка всё слышал и осознавал. - Продержишься секунд пять-десять, я смогу разбить связь.

Observer: Судя по всему, мальчишке сладить с Безымянным кем-то не удавалось. Тот всецело захватил его разум и теперь предпринимал отчаянные, жалкие — и лишенные смысла — попытки нанести превосходящему по ловкости противнику хоть какое-то повреждение. Шаман перестал пытаться отбивать удары и теперь просто плавно обтекал их, уворачивался, причём так свободно, что создавалось впечатление, что ему это ничего не стоит. Мальчишка на его фоне казался просто жалким и неуклюжим хулиганом и без доли пластики, но так не могло длиться вечно. Рано или поздно он устанет и начнёт спотыкаться на месте, станет мешкать еще больше, теряясь в собственных действиях. Себа не торопился потому, что надеялся — парень еще сумеет выкрутиться из сложившейся ситуации, но ждал он, по видимому, напрасно. По мере того, как истощались силы, усыхала и надежда на то, что мальчишка еще сумеет как-то побороть чужеродное влияние. В конце концов Шаману надоело прыгать вокруг незримой окружности, которую они еще немного, и протопчут в асфальте. Он не намеревался как-либо вредить этому человеку, потому стал вычитывать в уме довольно замысловатую формулу. Подловив момент поудачнее, выкрикнул завершающее её слово на древнем, вскинув руку с шестом. Грянула вспышка, на миг ослепившая даже его, но вскоре всё стало таким же, каким и было. За исключением одного — мальчишка замер в той позе, какую успел занять в момент завершения каста заклинания. Словно кто-то нажал на стоп-кадр. Себастьян обошел его вокруг, внимательно оглядывая. Сочувственно щелкнул пальцем по лбу. — Сожалею, но сейчас я ничем не могу тебе помочь. Минут через пятнадцать разморозишься, как раз к тому времени отдохнёшь, поднаберёшься сил. Авось хватит для еще нескольких попыток сладить со своим неведомым владыкой. У меня ждать этого времени нет, так что, успехов. — и, поудобнее обхватив шест, направился дальше своей дорогой. Нужно было успеть на обратный самолёт, который всего через полчаса отлетает. Хорошо, что он заблагорассудился купить сразу и второй билет. /Дом Себастьяна/

Pointman: /Нью-Йорк/ Леон -Дамы и господа, мы прибываем с вами в Международный аэропорт Лион-Сент-Экзюпери. Температура за бортом самолета 34 градуса тепла по цельсию. Погода ясная, солнечная. Надеюсь вам понравился полет в нашем самолете, будем рады снова увидеть вас на борту самолетов компании American Airlines, хорошего отдыха. Небольшое вздрагивание, когда самолет касается земли. Скорость начинает снижаться. Все это происходит под акомпонимент аплодисментов пассажиров самолета за хороший полет без проишествий. Конечно, все это в основном обычная формальность и правила этикета, нежели настоящая благодарность за безопасное путешествие. Хотя Адам, который за всю свою жизнь летал достаточно большое количество раз, всегда был искренне благодарен пилотам. После нескольких боевых операций, которые стоили некоторым его сослуживцам пониженной работоспособности некоторых конечностей тела, он научился ценить труд капитана воздушного средства, и неважно будь это военный вертолет с повышенной маневреностью, или же обычный гражданский самолет, раситанный на перевоз обычных пассажиров. Тут самолет окончательно остановился. Несколько минут ожидания, пока подъедет трап, и вот он уже снова на земле. Затем проверка личных данных, получение багажа, и спустя какое-то время, Адам сидел в Лионском такси, и любовался видами. После всех недавних событий ему нужен был отпуск. Посему мужчина пришел к начальству и написал заявление. Потом встреча с Алой Ведьмой, и быстрый экскурс в новый мир. Это все здорово, но все это нужно было обдумать. Таким образом начались длительные поиски места для отдыха. Германия, Турция, Испания, Англия, Ирландия. Такой обширный выбор, что аж глаза разбегаются. Но выбор Шепарда остановился на солнечном Лионе, что находится во Франции. Эта поездка стоила ему огромных усилий. Кое-как заказав билеты на нужную дату, мужчина стал искать себе пристанище на время пребывания во Франции. С этим он тоже справился. Конечно, домик загородом Лиона стоил ему практически половины зарплаты, но Шепард был уверен, что оно того стоило. И действительно, его ожидания оправдались. Заплатив таксисту, мужчина потащил свой чемодан к входной двери. Внутри все оказалось точь в точь как на фотографиях: Уютная гостинная, совмещенная с кухней в которой также находилась барная стойка и небольшой холодильник для хранения напитков, просторная спальня с мягкой кроватью и небольшим гардеробом, и с выходом на небольшую терассу с великолепным видом. -И стоит это всего лишь половину моей месячной зарплаты... Шепард оставил чемодан в прихожей, и вышел на терассу, полюбоваться видом. Погода была великолепной, пусть и слегка суховатой. Мужчина глубоко вдохнул свежего воздуха, после чего вздохнул и слабо улыбнулся. Но тем ни менее, это все стоило того Недолго думая, молодой человек решил пойти прогуляться и осмотреть окрестности. Быстро переодевшись в летнюю рубашку и шорты, и не забыв с собой англо-французский словарь, мужчина вышел из домика и отправился любоваться видами. Рядом с его домиком было огромное количество небольших магазинчиков, в основном продающих различные сувениры, куча ресторанов, предлагающих прохладительные напитки и сладкое мороженное, дабы охладиться в сухие летние дни Лиона. Были и небольшие бутики, продающие фирменную одежду за вполне приемлимую цену, за что их так полюбило огромное количество туристок, приезжающих сюда каждый год. Были и различные развлекательные заведения : буквально за углом находился местный бар, кругом были небольшие гаражи, в которых предлагалось арендовать квадроциклы, мопеды и мотоциклы, или же велосипеды или ролики. Чуть дальше находилась небольшая площадь с переливающимися фонтанами, возле которых собралось объемное количество людей. Казалось бы, все идеально. И ничто не сможет помешать такому прекрасному дню. Но увы, без казусов не обошлось. Заглядевшись, мужчина и глазом не успел моргнуть, как тут же вскоре столкнулся с какой-то незнакомой девушкой. Едва не упав, и чуть не уронив девушку, Шепард вовремя успел взять её за руку, и удержать равновесие. Залившись краской, Адам нервно потер шею и начал помогать поднимать пакеты. Простите меня ради бога - извиняющимся тоном произнес мужчина, и посмотрев на девушку слегка обомлел. Так, успокойся Адам. Сделай глубокий вдох, расслабь мышцы, и самое главное не нервничай. Парень так и поступил. Сделал глубокий вдох, расслабил плечи, постарался успокоиться... и тут же виновато покосился на незнакомку. -Вы наверное не понимаете по английски? - Мужчина опять напргяся, слегка нахмурил брови, и начал пытаться изъясниться на французском, лихорадочно листая справочник. -Pardonnez, je suis accidentelle - выдал Шепард фразу из разговорника, и стал ожидать ответа.

Lonely Shepherd: [Аэропорт Нью-Йорка] [Дом Камю в Леоне] Вернувшись в тот дом, где она выросла, Мишель не почувствовала ничего. Абсолютно. Никаких ностальгических уколов души. Ни слащавых воспоминаний запахов, ощущений, просто возвратов в детство. Касания к калитке не навеяли светлых чувств, обрамленных горечью потери и безвозвратности детства - самого дорогого времени. Запах поросшего сорняком и травой двора был таким же, лишь с небольшой примесью ветхости, но никаких чувство он вызвать не мог. Мишель открыла дверь, и вошла в квартиру. Поразительно, но всё было на своих местах. Возникало чувство, что она и не уезжала, а просто уснула на эти долгие для неё почти десять лет, и лишь по этому всё вокруг было покрыто толстым слоем пыли, что мешала дышать. Она провела пальцами по старому комоду, оставляя на серой от пыли поверхности темные следы, и положила на него ключи. Здесь она проживет до тех пор, пока не обнаружит след того, о чем вспомнила ещё в такси, возвращаясь в свой дом на Сассафрас Стрит. Требовались меры предосторожности, и вскоре, они должны были приехать по адресу, отличавшемся от адреса её дом лишь парой улиц и номером. Мишель успела заказать это ещё в аэропорту. О старых связях разумные люди помнят всегда, а с идиотами француженка долго не работала. Именно потому она без труда договорилась со старым знакомым о некой игрушке. - А теперь - горничная. - Произнесла вслух Мишель, доставая из сумочки мобильный, и набирая, по памяти ещё из детства, номер. Мишель переоделась в привезенное из Нью-Йорка летнее платье белого цвета с открытыми плечами, тканевым поясом, тонкими бретельками через шею и неглубоким вырезом, обрамленным черным. Полы платья были свободны и спускались немного ниже колена. На левом запястье француженки виднелись тонкие серебряные часы с ремешком-цепочкой и циферблатом, напоминавшим ромб с вогнутыми и скривленными гранями. На безымянном пальце пальце как всегда поблескивало кольцо Маклуана, а на второй руке, был лишь один довольно симпатичный браслет, что являл собой устройство подавления внешних ментальных воздействий. Медальон, зачастую находившийся на шее девушки, Камю положила в сейф. Оставалось дождаться горничной, и тем временем, француженка уже собиралась выходить в город. Требовалось немного развеяться после перелета, вспомнить город, забрать устройство... Вооружившись сумочкой, спрятанным в кобуру на бедре револьвером, легким макияжем и пышной гривой светлых волос, одаренная вышла за калитку, встречая горничную и кротко говоря ей убрать всё, и ждать её возвращения. Разумеется, радость в черствое сердце одаренной могла прийти лишь в том случае, еслиб ы хотя бы, она смогла найти себе крепкого красавца-брюнета для довольно интересной и длительной беседы. Правда помня свой опыт ещё с прошлого измерения, далеко не каждому она была по силам. Камю успела снять деньги, довольно немалую сумму, обменять их на устройство, пройтись по бутикам в поисках обновления гардероба, зайти в продуктовые лавки, что бы прикупить еды быстрого приготовления, и вернуться к фонтану. Она была едва разочарована тем, что не заметила ни одного интересного мужчины. Как и не заметила иностранца, который чуть не снес Мишель с невысоких шпилек. Камю уронила пакеты с едой и новой одеждой, стараясь не потерять равновесие. Однако сбивший её парень успел подхватить преступницу, не давая ей упасть. Девушка на секунду вспомнила, и убедилась, что устройство было в её сумочке, и уже было хотела бранить неудачливого туриста (Камю поняла его по неестественному для этого города оттенку кожи), однако осеклась, наблюдая его крепкую спину, пока он собирал её пакеты с высыпавшимися упаковками мороженных салатов, рыбы, пакета чая, и всякой прочей еды. Мужчина действительно оказался иностранцем - судя по произношению - американец. Он стал извиняться на английском, и Мишель показалось, что парень был смущен, завидев её получше. Девушка же стояла, приняв пакеты из его рук, и с любопытством смотрела на него с две секунды, после чего, услышав его вопрос, демонстративно хмыкнув направилась дальше, в сторону своего дома. Но пройдя несколько шагов, она на ходу обернулась, и произнесла на английском, обращаясь к мужчине с прохладной ноткой: - Искупить вину ты сможешь лишь угостив меня клубничным сорбе.

Pointman: Как всегда фиаско. Мужчина готов был сквозь землю провалиться. Когда девушка хмыкнула, и с невозмутимым видом отправилась дальше, Адам хлопнул ладонью по лбу, затем закрыл глаза и провел рукой по своим волосам. Вот бы над ним сейчас посмеялись его товарищи по команде. Очередной провал от "Счастливчика", как его прозвали в штабе. Первоначально конечно это произвище появилось после того, как он выжил от пулевого ранения в сердце, а потом уже закрепилось за ним как комическое. И если в бою он показывал чудеса ведения боя, а на тренировках у него всегда были ошеломляющие показатели, но в реальной жизни, во время свободное от службы, он умудрялся удивлять абсолютно всех. Причем удивлять своим умением попадать в различные казусы. Может быть аура у него такая была, кто знает. Родители ему не все в детстве рассказывали, может был какой-нибудь враг у их семьи, который решил сглазить их. А может быть ты просто самый большой балбес на свете... И самое что интересное, провалы всегда случались, когда он встречал какую-нибудь красивую девушку. То он столкнется с кем-то, то уронит вещи, а порой так и вовсе падает в короткотечный обморок (обычно это продолжается около 8 минут), и обязательно на ноги девушки. Любой другой человек никогда бы не попал в такую ситуацию ( ну или по крайней мере так думал Шепард). Более того, он наверняка бы извлек из такой ситуации выгоду. А условия в общем-то были идеальные. Он иностранец, приехал на отдых во Францию, одну из самых романтических стран мира, где каждый год находят пару одинокие люди, а уже давно влюбленные парочки стремятся попасть сюда, и провести отпуск вместе. А уж что говорить о французских девушках. Мужчины во всем мире просто тают перед француженками. И это вполне естественно, ведь девушки этой страны всегда были одними из самых красивейших девушек в мире. И уж точно, это придавало особой романтики отношениям. И незнакомка, попавшаяся Адаму тоже не была исключением. Присмотревшись к девушке, Шепард нервно сглотнул. Белое платье, одетое на ней, очень ей шло, и очень подходило к её милому и немного детскому личику. Мужчина сильно покраснел и опустив взгляд, насупился. делая вид, что проверяет, все ли на месте в пакетах. Когда она пошла дальше, Шепард тяжело вздохнул, и засучив рукава рубашки, засунул руки в карманы, и собирался уже идти своей дорогой, если бы ни одно но. - Искупить вину ты сможешь лишь угостив меня клубничным сорбе. Шепард остановился на полушаге, и резко обернулся. Француженка уже двигалась дальше, даже не посмотрев на него, а голос её звучал холодно и непринужденно. Ошалело поглядев в сторону, мужчина вновь закрыл глаза и глубоко вздохнул. Приключения еще только начинаются. Ну что же, ты сам в этом виноват. Отдувайся. Шепард поджал губы, и прыснул. Да уж, ситуация щекотливая. Но делать нечего. -Э.. Да. Хорошо. Почему бы и нет? Простояв буквально несколько секунд, молодой человек лишь помотал головой самому себе, и отправился вслед за девушкой. Нагнав её, Шепард слегка растерялся, и дабы не показывать вида, подошел к девушке поближе. -Позвольте - произнес Адам, аккуратно забирая пакеты с рук девушки и стараясь особо на неё не глядеть. Правда буквально через пару секунд, парень вновь смутился, и собравшись с силами, посмотрел девушке в глаза. -Э.. меня кстати Адам зовут. Адам Шепард. Рад знакомству. Мужчина тут же отвернулся, и молча двинулся за девушкой, неся пакеты в руках. Последние слова прозвучали как-то глупо и несерьезно, и Шепард это прекрасно осознавал. И он прекрасно осознавал, что в глазах девушки он выглядит полнейшим идиотом. И кстати вполне заслуженно, ибо сам Шепард в мыслях лишь удрученно вздыхал и прыскал. Но ничего не мог с собой поделать. Ну никогда у него не получалось общаться с девушками, как это следует делать. Вместо этого, он всегда нес какую-нибудь чушь, и совершал непонятные поступки. Так. Самое главное это осталось пережить этот день, и тогда все будет в порядке... Тем временем, наступившая тишина сильно затянулась, и буквально просилась на начало разговора. Но начала все не следовало, ибо молодой человек все думал о том, как бы ему завязать разговор, и при этом не выглядеть совсем уж тупицей. Но все получилось диаметрально наоборот. Заняв этими мыслями всю свою голову, парень не заметил, как они дошли до дома девушки. Очнувшись, он тут же приметил, что они были соседями. Вот тебе раз, только этого мне еще не хватало... -Вы живете здесь? - с глупым видом спросил Шепард - Мы с вами получается соседи. Я сам живу в этом доме

Lonely Shepherd: Мишель никогда не занималась творческой деятельностью. Однако играть, играть роль, она любила. На отдыхе. Ведь как можно расслабиться, если ты не можешь вести себя как обыкновенная? У убийц нет возможности провести время с симпатичным парнем, если только не придется удерживать его рядом с собой дулом револьвера. Впрочем, стоит ли удивлятся тому, что Мишель способна прикидываться абсолютно обыкновенной француженкой, если Гитлер писал картины и стихи, а Чарли Мэнсон коротал свободное время, складывая фигурки оригами? Мишель не слишком торопилась в шаге, ожидая, её не нагонит американец. Она бросила короткий взгляд, едва обернувшись, что бы быть в этом уверенной. Идти было ещё с сотню метров, однако Камю любезно свалила свои пакеты в руки мужчине, и стала идти ещё менее неспешно, иногда, будто украдкой, рассматривая незнакомца. Да, внешне он был великолепен, а его слишком несвойственное подобным типажам смущение вызывало не только улыбку, но и желание позволить ему проникнутся. Незнакомец представился Адамом Шепардом. Мишель произнесла в мыслях это имя. - Англичанин? - Вальяжно спросила девушка, демонстрируя ощутимый французский акцент, коим она обладала на год, после переезда в Нью-Йорк. Вопрос был скорее привязкой, нежели на самом деле интересовал одаренную. Уж она то американское произношение различит среди ста тысяч англоязычных. Они шли в тишине после робкого ответа. Да и идти оставалось совсем немного. Вот, они уже подошли к калитке. Мишель присмотрелась к окну, однако не заметила мелькавшей в нем горничной. - Вы живете здесь? - с глупым видом спросил Шепард - Мы с вами получается соседи. Я сам живу в этом доме. - Неужели? - Изображая приятное удивление и улыбку, спросила девушка, имитируя поиск ключей в сумочке. Судя по всему, не найдя их, француженка тяжело вздохнула, показывая этим легкое раздражение, после чего, мелодично затараторила на французском: - Выходит, что моя горничная забыла оставить мне мои же ключи, и вернется только завтра утром. Выходит, что в дом мне не попасть. - Мишель посмотрела на Адама, и уже произнесла на английском. - Можно оставить пакеты у вас?

Pointman: -Англичанин? Голос девушки звучал вальяжно и спокойно. И в нем четко слышался французский акцент, который придавал её голосу особый шарм. Вытерев вспотевший из-за жары и волнения лоб, мужчина слабо улыбнулся, и покачал головой. -Нет, не англичанин. Я канадец.... А вы откуда? В смысле, я понимаю откуда вы, но из какого конкретно города? - поспешно добавил Шепард, чувствуя себя всё глупее и глупее -Вы жили здесь, или может быть где-нибудь в другом месте? Может родились в Париже? Пора бы тебе уже заткнуться... Адам смутился, и кинув быстрый взгляд на девушку, виновато улыбнулся -Простите. Я не должен задавать таких вопросов. Это личное, и это меня не касается... Шепард замолчал, и стараясь сохранять спокойствие, терпеливо ждал, пока девушка искала ключи в своей сумочке. Но судя по всему никак не могла их найти. Тяжелый вздох, и непонятная французская фраза, пробормотанная девушкой на быстрой скорости только пока только говорили о том, что он недалек от истины. И действительно, не успел Шепард глазом моргнуть, как девушка развернулась и посмотрела на Адама -Можно оставить пакеты у вас? -Да... Да. Конечно. Без проблем Шепард быстро улыбнулся француженке, а затем направился к своей двери. Перехватив пакеты на одну руку, молодой человек достал ключи из кармана шорт, и открыл дверь. Положив пакеты на комод, мужчина закрыл за собой дверь, и развернувшись, посмотрел на девушку и слегка нервничая, потёр шею. -Ну что же. Пошли - робко сказал Шепард, и пошел вперед, в поисках близжайшего кафе. *** Адам осмотрелся. Здесь было довольно мило. Даже очень. Небольшое уютное кафе расположилось в конце дороги, и представляло из себя небольшой кафе-бар закусочную, где также была сцена, на которой по вечерам выступали молодые таланты. Сейчас это кафе стало убежищем для местных жителей от неописуемой жары, что сейчас царила на улице ( и кстати говоря, уже успела повыситься до 37 градусов), так что все в срочном порядке бежали в прохладное помещение, и заказывали себе прохладительные напитики. Да и выбор блюд здесь был весьма недурной. Надо будет сюда еще раз заглянуть, оценить их кухню... - подметил Шепард. Официант уже ушел и забрал меню, так что им оставалось только ждать, слушая приятную, расслабляющую музыку на французском. Адам сильно нервничал, и изо всех сил старался сохранить невозмутимый вид. От волнения он даже вспотел, и залился краской. У него не хватало духа заговорить, да и он не знал, как можно завязать разговор, что ставило его не в самое лучшее положение. Девушка тем временем со скучающим видом рассматривала кафе и его посетителей. Итак, расслабься Шепард. Волнение тебе только мешает. Так, отлично. Расслабь плечи, усядься поудобнее, и спокойно начни разговор. И постарайся вести себя естественно. Не нужно зажиматься. Адам сел поудобнее, и откинулся на спинку стула, расположившись поудобнее. Затем он расслабил плечи, и отвел их назад, сложив руки в замок, и опираясь ими о стол. -А вы сюда приехали по делу, или же отдохнуть? - полюбопытствовал Шепард -Я сюда приехал чтобы расслабиться, и привести мысли в порядок. Правда я тут к сожалению ничего не знаю. Я пробовал найти какие-нибудь путеводители, но они все уже были скуплены. Оставались только по Парижу. Может быть вы что-нибудь посоветуете? Голос мужчины звучал чуть более весело чем нужно, что он прекрасно чувствовал. Конечно это было не самым лучшим вариантом, но делать было нечего. Мужчине лишь осталось сохранять невозмутимость и дружелюбие, и самое главное не нервничать, чем он в данный момент и занимался, прилагая все усилия, чтобы быть пораскованее

Lonely Shepherd: А он явно волнуется. Мишель улыбнулась про себя тому, какой потешный экземплярчик ей достался. - Канадец... Никогда не встречала канадцев. - Продолжала Мишель говорить на английском, подмешивая в него побольше французского произношения. Затем, одаренная кротко, и чуть резко ответила на его вопрос о месте рождения, банальным "Нет." - Не волнуйся, ты во Франции. - Слегка улыбнулась одаренная, но не мужчине. Они оставили пакеты у него, но сумочку, естесственно, Мишель взяла с собой. Они вошли в какое-то кафе, название которого Мишель не помнила, и сразу же заняли один, из нескольких свободных столов. Мишель осмотрела заведение, повесив на спинку стула сумочку. Она сидела прямо, выдавая хорошую осанку. Так же, лишь сев, девушка выдала свой невысокий рост, потеряв бонус от каблуков. Снова ,слегка скучая осмотревшись, француженка чуть откинулась на спинку стула, свободно положив руку на на неё, тем самым чуть разворачиваясь, и закидывая одну ногу на другую. Небрежно ведя кистью в такт легкой песенки о измене в Париже, что играла в кафе, судя по всему, не с радиостанции, Камю не слишком навязчиво, но заметно, начинала скучать, едва сдерживая себя от улыбки, глядя на волнение парня. Адам, кажется. - Отдохнуть. - Многозначительно произнесла Мишель в ответ, однако не переспросила. - Так тебе стоило ехать в Рим, или в тот же Париж. Они богаты на экскурсии. - Чуть скучающим тоном, глядя даль помещения, плавно говорила девушка. - Обычно, здесь, в Лионе, люди ищут спокойствия и, - Мишель посмотрела на парня, чуть загадочно улыбнушвись. - Чудо. Почему ты так волнуешься? - С неподдельным интересом спросила одаренная, едва скрывая веселье в голосе. Принесли клуничное сорбе и что то, что было заказно Адамом. Мишель снова села выпрямив спину, и положив одну руку себе на колено. Второй же рукой она взяла маленькую ложечку, и аккуратно принялась за мороженое. - Считай, что Лион это курорт. - Зачерпывая массу. - И судя по всему, ты можешь позволить себе отдых наугад. - Кольнула любопытным взглядом одаренная, отправляя сорбе в ротик.

Mimic: Одежда - Полёт был по-настоящему ужасным. В самолёте жара как Нигерии, а стюардессы – женщины в приличном весе, которые даже не могут подобрать себе подходящую к лицу косметику. Я накрашу губы и ресницы намного лучше, но я же не женщина. У них это должно быть в крови. А когда они нагибаются, чтобы отрегулировать спинку кресла, и из-за двух расстёгнутых пуговиц видна грудь… О, боже… Самолёт аккуратно приземлился в аэропорте Лиона. Как только открылся выход, Кэлвин мигом рванул из самолёта с кислой миной на лице. Выбежав из самолёта, первым делом что он сделал – вдохнул поглубже воздуха этого городка и посмотрел на солнце, после чего начал спускаться. Возле аэропорта стояли таксисты возле своих машин и ждали новоприбывших людей. Кэл обратился к одному из таких. - Bonjour Monsieur, - обратился Ранкин к таксисту с обычным для Франции приветствием, которое знают практически все, - не подбросите до ближайшего летнего кафе? Ответ был положительным. Багажа у Кэлвина не было, потому он сразу сел на заднее сиденье белой машины «Peugeot», типичной французской машины. Водитель сел на своё водительское место, и прежде чем тронуться с места, включил счётчик. По пути, Кэл осматривал улицы Лиона через открытое окно (было ведь жарко). Проехав несколько кварталов, машина остановилась. Таксист потребовал свои честно заработанные деньги. К счастью Кэл подготовился, и покопавшись в бумажнике отдал ему сотню франков одной купюрой, сказав при этом «Сдачи не нужно». Кэл оказался напротив летнего кафе, название которого он не смог прочитать из-за незнания французского языка. Он зашёл в кафе. Там было довольно уютно и главное – мало народу. Кэлвин сразу заметил красивую девушку в компании какого-то мужчины, и что невозможно было не заметить – девушка тоже обратила внимание на вновь прибывшего посетителя. Умеренным шагом, Кэл направился к столику, за которым девушка сидела. Ей явно было скучно в компании её друга (или просто знакомого) и Кэлвин решил к ней подсесть. - Bonjour Mademoiselle, к вам можно подсесть? – обратился Кэл к девушке, таким образом завязав разговор.

Lonely Shepherd: Беседа текла медленно и с рывками, что безудержно скатывало её в пучину скуки и уныния. Юноша оказался слишком стеснительнным, и вытащить из него что либо интересное или забавное, за исключением житейских моментов, ни в какую не удавалось. Мишель заскучала, демонстративно и ненаигранно. Она вялым взглядом обвела полупустое кафе, ощущая пустоту не только в самом заведении, но и в её собеседнике. Веяло прохладой кондиционера и ненавязчивыми приглушенными мотивами из подвешеных к потолку небольших колонок. Сорбе успело подтаять, превращаясь в потеплевшую фруктовую массу. С морозом летнего блюда улетучилась и романтика первых минут знакомства, ведь за горой мышц и смазливым личиком оказалось совсем неожиданное, застенчивое и несговорчивое существо. Нет, он был мил. По своему. Но Мишель требовался не скромный мальчонка, а нечто более импазантное и влекущее. И даже очередной брошеный взгляд на мускуслистые плечи парня не заставили француженку решить провести остаток дня с ним. Откинувшись на спинку стула и закинув ногу на ногу, Мишель со скучающим видом ковыряла ложкой остатки десерта, ещё более смущая своим видом канадца, который и не без того уперто прожигал взглядом дыру в столе. Дверь кафе открылась, и в него вошел молодой человек. Одаренной тут же приглянулся вошедший, и судя по его походке, манере держатся и слегка растерянному взгляду - он не был французом. Хотя на первый взгляд он абсолютно походил на уроженца Франции. Заметив ответный взгляд иностранца, Мишель спокойно повернулась обратно к собеседнику, слыша приближающиеся шаги. Камю изобразила на лице интерес, слушая Адама, однако его прервал подошедший "француз". Он и вправду заговорил на французском, однако лишь первые два слова. Далее до ушей бывшей Мстительницы донесся чистейший американский. Решив, что сегодня ей везет на жителей Запада, Камю спокойно натянула приветливую улыбку, и посмотрела на подсевшего парня, который подтащил к их столику свободный соседний стул, и сел на него. Девушка посмотрела на Адама, однако вопроса в её взгляде не было. - Уж лучше пересядем. Здесь сильный сквозняк. - Мишель проворно встала со стула, ощущая радостный прилив от нового интересного знакомства, и сняла со спинки стула свою сумочку. Что-ж, её еда оставалась у Адама дома, и это значило, что можно будет оставить канадца на вечер, если "француза" не хватит на день. Камю посмотрела на американца, многозначительно улыбаясь. Затем, она, поправив прическу, вышла на улицу. Жар от нагретой мощеной площади сразу же ударил в лицо, однако поблизости было ещё не одно летнее кафе. [Дом Камю - Целая череда событий длиной в несколько месяцев - Латверия]

Doctor Strange: |Резиденция Стрэнджа| Ах, Париж - столица Франции, и город с такой сильной аурой и атмосферой, что невольно начинаешь завидовать жившим здесь парижанам. Этот город буквально был пропитал прошлым, куда не посмотри везде стоят памятники архитектуры и старые дома, ничуть не потерявшие своего изыска и совершенства. Улицы были чистыми, а воздух свежим, вот оно, главное отличие Америки от Европы. Париж мог вдохновлять собой мастеров искусства, мог завлекать сюда представителей самых различных вкусов и предпочтений, в конце концов, в этой столице можно было умереть спокойно. Возможно, многие приезжают сюда под конец жизни, чтобы провести последние года в спокойной обстановке, гуляя по зеленым паркам, аллеям и любуясь разнообразностью культуры франков. Именно поэтому Стивен выбрал Париж в качестве своего первого пункта назначения, чтобы провести как можно больше дней в раздумьях, а быть может еще и встретить старых знакомых магов. Во всяком случае, он посчитал, что вспомнить прошлое можно чуть-чуть попозже, а сейчас неплохо было бы сориентироваться в городе. Он всегда хотел побывать здесь, город был пропитан чарующими местами, к тому же никогда не поздно начинать расширять свой кругозор и совершенствоваться в моральном плане. Стрэндж не так уж и хорошо знал французский, но магия была ему помощников, и в любой момент можно было прибегнуть к ней. Однако, сейчас это ни к чему, ибо маг, наконец, понял, где он находится. Вдали от него виднелись очертания огромной арки, не узнать которую было бы сущим позором. Триумфальная арка, времен Наполеона Бонапарта, и если она здесь, значит рукой подать и до Елисейских Полей. Пройдя несколько десятков метров, Стивен смог увидеть еще и самое выдающиеся творение Франции, ее символ и эталон технической революции - Эйфелеву Башню. Своим видов она поражала даже подготовленных людей, и вызывала внутри самые разные эмоции. -Прекрасное сооружение - впервые за долгое время Верховный Волшебник был немногословен, возможно потому что не испытал дичайшего восторга при виде башни, а лишь насладился ее общим планом. Глядя на то, как к творению Эйфеля подходит все больше людей, Стрэндж решил, что неплохо было бы пойти в другую сторону, прямо к Елисейским Полям, знаменитой улице с широким спектром возможностей и развлечений. Он шел неспешно, ибо торопится было некуда, он никого не ждал, и никто не ждал его. Один в огромном городе, нет, один в огромной стране. Что ж, не привыкать, тем более он сам избрал для себя такой путь. Проходя мимо различных витрин, внимание Стивена привлекло кафе, в котором в отличие от его конкурентов было не столь уж и людно, по крайней мере, так будет минут пять. Не раздумывая ни секунды, доктор вошел внутрь помещения и, выбрав себе место, повесил рядом с ним свой темный плащ. -Черный кофе, два кубика сахара, пожалуйста - заказ был прост и без излишков, стоило все это несколько франков, которые Стив сразу же отдал. Правда, это были не совсем франки, а видоизмененные доллары, однако эквивалент был равный, поэтому все честно.

Lonely Shepherd: [На правах параллельной игры] Воздух был чист и свеж, или так ей казалось. Почему то Мишель замечала качество воздуха в любом новом городе, поселении или на местности, в которые попадала. Возможно, это являлось некоим воспоминанием из прошлого, пахнущего горячей пылью и виноградом, а возможно - лишь повышенным после "перерождения" чувством обоняния. Что Пастушка делала в Париже? Вероятно, она сама не до конца понимала зачем она здесь, а точнее - для чего ей то, ради чего она сюда прибыла. Разумеется, после её невероятных успехов в близком для её новой сущности магическом плане, Плане Теней, Мишель оставила путешествия на каком либо транспорте, предпочитая передвигатся через холодный и тёмный Мир Теней, в котором время шло достаточно быстро, что бы в родной для француженки реальности проходили целые дни, в обмен на секунды Мира Теней. Его и миром назвать было нельзя, и потому Камю предпочитала отзыватся о нем как о Изнанке. Однако какими бы талантами в манипуляции магией теней девушка не обладала, всё же переместится через океан и две страны сквозь Изнанку, было невозможно. Никто, даже её наставник фон Дум, не обладал должным количеством силы и самоконтроля, что бы преодолеть столь большое расстояние через параллель, в которой каждую долю секунды проверяется крепость ума и духа. Именно потому, Мишель пришлось прибегнуть к авиатранспорту, купив билет из Нью-Йорка в Париж, оформив его на давно используемые поддельные документы, ведь она до сих пор находилась вне закона. Однако внешность подареная Эклипсо и давность дела, вместе с не слишком достойной бдительностью и выполнением своего долга, делает полицию абсолютно несспособной узнать в запоминающемся образе девушки бывшую Мстительницу, объявленную грабительницей и убийцей. Лишь два человека на планете знало о причине её поступка, и одним из них была сама Мишель. Весь перелет, занявший несколько часов, Мишель провела в медитации, стараясь рассмотреть и разобрать получше те видения, которые пришли ей в эту ночь. Одинокая Пастушка не редко видела сны, которые давали ей какие либо знаки или указания о том, что ей следовало сделать, или чего следовало опасатся. Собственно, только ради этого француженка и отдавалась объятиям Морфея, поскольку абсолютно не нуждалась во сне физически, за исключением последствий манипуляций огромным количеством собственной магической энергии, за счет которой она и существовала в этом мире. Попытки вновь вызвать спонтанные картины и ощущения в разуме окончились неудачей. Мишель не являлась предсказательницей или кем то, связанным с ясновидением, и не обладала достаточно развитыми навыками в этой сфере, ведь подобные явления больше относились к гену Икс, нежели к способностям магии. Однако не стоило отрицать и то, что некоторые магические практики и вправду позволяли взглянуть в будущее или прошлое, и не только своё. Но Пастушка подобных школ магии не изучала, считая, что её вечность лишает её надобности думать о том, что случится в далеком будущем. А ближайшее, она сама способна предугадать. Такси ловить Мишель не стала, и решила пройтись по городу, в направлении главной достопримечательности Франции, наслаждаясь надписями на родном языке повсюду, и слыша французскую речь ото всех сторон. Хоть Париж и не был родным городом девушки, всё таки народ здесь был подобным, а после стольких лет в Нью-Йорке было невероятно приятно находится в более родной обстановке. Большое Яблоко так и не стало для магессы вторым домом, и никогда им не станет, потому что она не любила его. Не любила не только за ту грязь, что была на улицах и в душах живущих в нём людей, но и за то, что мало что хорошего с ней там случалось, а серые стены зданий и вечный дым выхлопов превращали повседневную жизнь в отвратительно тянущееся время. И не важно, что времени у Одинокой Пастушки было очень много. Прогулявшись в течении сорока минут по бульварам и улочкам, Мишель всё же дошла до Триумфальной Арки, к которой её тянуло, словно скрытым в глубине души магнитом. Подле, она должна была увидеть фигуру в темном плаще. Она была ключевой в её видениях - не слишком навзячивых, но спасающих от тоски. Тёмной фигуры не было в округе, и Мишель не поленилась поискать её через Изнанку. Расстворившись в ближайшей к ней тени, не слишком волнуясь о том, заметит ли это кто либо, Мишель в первую очередь осмотрела ближающую местность. Она чувствовала, что объект её поисков находится здесь, рядом. Перемещаясь в тёмной реальности, что являлась отражением той, в которой жила Пастушка, она ощущала себя подобно птице в небесах. Двигалась быстро и проворно, выискивая нужного ей человека и благодаря судьбу за то, что в нынешней тенденции моды тёмные плащи не занимали никакого места. Не найдя фигуру снаружи, Камю решила смотреть внутри, посетив всё ещё через Изнанку все находящиеся по близости кафе и рестораны, пока в одном из них не рассмотрела застывшего за столиком Доктора Стрэйнджа, в руке которого была белая чашечка для кофе, поднесенная к губам. Кто бы мог подумать, что один из сильнейших магов планеты будет сидеть в этом маленьком кафе в Париже? После того, что случилось с ним в ближайшем прошлом... Что ж, Мишель давно желала познакомится с этим мужчиной. Девушка неторопливо приблизилась к столику, за которым сидел маг. Она улыбнулась ему, слегка отчужденно, после чего вальяжно села напротив. Она внимательно смотрела на его застывшее лицо, в его глаза. Глубокие и полные тайн и тяжелой судьбы. Этим он был похож на неё. Разве что, они отличались цветом. Пастушка едва сдерживала себя в том, что бы не прикоснутся к его покрытой недельой щетиной щеке. Да, от этого прикосновения сквозь другую реальность, она бы не почувствовала ни его тепла, ни колкости. Словно все нервы на её пальцах отмерли и не способны передать и толики каких-либо ощущений. Желание прикоснутся было некием ребячеством, которое являлось неизбежным для существа наделенного столь большими возможностями, и как бы Мишель не старалась контролировать себя и свои желания, с мыслями она не могла ничего поделать. Одинокая Пастушка вытащила из внутреннего кармана зимнего пальто небольшой блокнотик и гелевую ручку. Она неспешно пролистала блокнот, рассматривая старые записи и ища нетронутый чернилами лист. Найдя его, девушка написала калиграфическим почерком с наклоном следующее: "Arc de triomphe de l’Étoile" Затем она аккуратно вырвала лист с новыми словами и мягко провела им по своей шее, придавая бумаге тонкий аромат её духов. Мишель плавно встала из-за стола, уже не глядя на Стрэйнджа. Мишель подошла к единственному висящему на вешалке тёмному пальто, и заставив тень падающую от той же вешалки и пальто упасть на последнее, опустила в карман записку. Тени, надетые на пальто, что было не слишком заметно, так как оно уже было темным, вернулись в свои исходные размеры, а француженка направилась к месту встречи. Подождет, а если не явится, значит не стоило всё это затевать. Она стояла под аркой, без каких либо эмоций на лице или в глазах, рассматривая её красоту и нюансы, пока не услышала за спиной чьи то шаги. Мишель неспешно обернулась. Она держала руки в карманах пальто, которое делало её ещё более мрачной, и так подходило под цвет её волос. - Сомневаюсь, что вы знаете кто я такая, мсье Стрэйндж. - Мишель решила говорить на английском, хотя желание держать речь на родном языке было довольно ощутимым. Да и её американский английский был не намного хуже французского. - Имени я говорить не буду, однако, если желаете, то можете называть меня Одинокой Пастушкой. - После этого, Стрэйндж мог либо вспомнить что-нибудь связанное с этим псевдонимом бывшей Мстительницы, одной из немногих, что не скрывала свою личность ещё до принятия Акта о Регистрации и не редко показывающуюся по телевизору, либо же маг мог впасть в ещё большее замешательство в представлении о том, с кем он имеет честь беседовать. Ведь прочитать что либо с девушки перед ним он не мог. Пастушка обладала технической и ментальной защитой от телепатии, а её астральное тело было практически безупречно скрыто. - Я не стану обсуждать с вами местные памятники, - Произнесла Мишель, посмотрев куда то за спину Стивена, после чего добавила. - Пока что. - Пусть француженка и скрыла своего астрального двойника, однако сво ю магическую силу, которой она была пропитана, магесса не скрывала, что и мог почувствовать Стрэйндж. - Я хочу предложить вам союз. - После этих слов, Мишель посмотрела на Стивена. Да, она выражалась слишком лаконично и по деловому, даже не смотря на задавленный, тихо трепещущий где то в глубине души восторг от того, что она общалась с самим Доктором Стрэйнджем, о встрече с которым мечатала ещё будучи Мстительницей. Однако сейчас, всё впечатление от беседы портило её отношение к подобному. Ведь Пастушка редко к кому обращается с подобными предложениями, и можно сказать, что этот деловой диалог является для неё в некоем смысле испытанием. Ведь не так то просто поставить ногу на горло собственной гордости. - Спросите зачем? - Мишель медленно, приближалась к Стрэйнджу. - А я отвечу тем, - Она говорила медленно, с расстановкой. - Что не все тайны известны мне, и не все тайны, - Она уже стояла вплотную к Стрэйнджу, рассматривая что то у него на груди. Ненавязчиво взяла в пальцы воротник пальто мага, и посмотрела ему в глаза. - И не все тайны известны тебе. И ведь куда лучше иметь надежных друзей, чем преданных врагов. - С придыханием окончила она свою речь. Ей нравилось.

Doctor Strange: Приятный аромат хорошо приготовленного кофе был весьма многообещающей наградой тому, кто посетит это чудное и уютное кафе. Лица немногочисленных посетителей переполняли самые разные эмоции, но все они были лишь положительными, и эта мелочь была едва ли не эквивалентна тысячам блестящих рекомендацией от тысячи популярных критиков. Эмоции говорят лучше слов, бесспорная истина, которую осознают позже остальных. Когда Стивену принесли заказ, он с легкой улыбкой не поскупился на впечатляющие чаевые, от которых официант явно впал в ступор, но, тем не менее, принял от обслуживаемого этот "скромный" подарок. Вкус кофе был горьким, и в тоже время очень приятным, особенно когда оно слегка обжигало губы и горло. Такими минутами абсолютной свободы хочется дорожить, каждое прожитое мгновение в таких условиях на вес чистое золото, и охотно начинаешь уповать на то, чтобы секунда стала целой жизнью. Однако желаниям доктора не суждено было сбыться, этого стало ясно с того момента, как Глаз Агамотто почувствовал присутствие другого волшебника, в близости от Стрэнджа. Узнав об этом, Винсент даже не поднял головы, он просто продолжал наслаждаться своим заказом, ожидая, когда зверь сам найдет своего ловца. Даже когда этот незнакомец находился буквально в паре десятков метров, Верховный Волшебник оставался невозмутимым, и лишь слегка прикрыл глаза. -Похоже, что я не ошибся в этом городе - его поступок был оправдан, к чему искать того, кто сам жаждет с тобою встречи? Предчувствия становились все сильнее, нет, не из-за артефакта, а из-за природной интуиции и обыкновенной проницательности. Казалось, словно чужой глаз смотрит на него, такие ощущения всегда испытывают те, кто находится под перекрестием прицела снайпера, разве что сейчас Стрэндж точно знал о своем стрелке. Но постепенно ощущения стали отдаляться, а источник энергии все дальше и дальше уходил от ученика Старейшины, и, тем не менее, при необходимости его вполне можно было отследить. "Добив" белоснежную чашку, Стивен аккуратно поставил ее на салфетку, и с должным ему видом направился к гардеробу. Протягивая руку за своим пальто, доктор не мог не уловить запах дивных духов, чуждый его потрепанной и одинокой жизни, чего уж говорить о выходном пальто. Аккуратно достав из кармана послание, с тем же спокойствием, с каким чистят фарфор, он развернул лист и прочел короткое сообщение. Даже не зная основных правил французского, и не имея хотя бы мизерного запаса слов, не составляло никакого труда понять смысл написанного. Его ждут. Но кто? И зачем? Пойти туда - узнать ответ или попасть в ловушку? Раздоры и сомнения всегда терзают людей в момент принятия решений, и будь Стив хоть немного не отрешен от жизни, ему бы было гораздо тяжелее сделать выбор. Но он был готов к любой встрече подаренной ему самой судьбой, никогда нельзя бежать от вопросов и проблем, иначе рискуешь все усложнить, и тогда точно никогда не разрешишь собственных ошибок. Столь же неспешно Верховный Волшебник возвращался обратно к Триумфальной Арке, и в душе у него была самая настоящая умиротворенность. Добравшись до заветной цели, он увидел лишь одинокую девушку, осматривающую величественный памятник, и кажется, ожидавшей его. Забавно, такой исход был несколько непредсказуем, а от того еще и интересен. Дивное лицо, мягкие волосы, чарующие очертания. От нее шел сильный мистический фон, потенциал, заложенный в ней был весьма впечатляющим, годы тренировок и она встанет с ним в одну лигу, не беря в расчет титул и его привилегии. Невольно Стрэндж вспомнил свой бывшую жену, но лишь на секунду, вспомнив еще одну истину: прошлое мертво. Мужчина внимательно вслушивался в слова "Пастушки", ведя себя как истинный флегматик, не задавая вопросов и не перебивая даму. Лишь под конец ее "выступления", когда она буквально била в лоб, он взял на себя право ответа. -Да, вы правы. Я абсолютно не представляю, кто вы такая, и, на мой взгляд, не по правилам этикета держать своего собеседника в неведении. Однако мне признаться, все равно. Я спрошу лишь: какой смысл? Искать кого-то, приглашать на встречу, и предлагать союз, основа которого - ничто, значит слепо веровать во что-то. В мою доброту, которая столь переменчива? В мой интерес, который давно угас? Ты не в тех условиях, чтобы иметь тайны. Открой этот занавес, и тогда ничто станет фундаментальной истиной. - слегка жестоко, но весьма верно, глупо бояться быть слишком циничным или резким, гораздо более страшнее оказаться наивным, простодушным.

Lonely Shepherd: Забавная ситуация. Мишель отпустила ворот мага, и стала к нему боком, заняв это положение в одно плавное естественное движение. Видимо, этот человек был абсолютно в ином восприятии мира, а значит, следовало найти к нему иной подход. Ведь он всё же был заинтересован, раз не только пришел сюда, к ней, но и до сих пор не покинул это место. И дело было абсолютно не в шарме. Это, слегка настораживало, однако чем черт не шутит? Почему Мишель так считала? Реакция, а в свою очередь и слова, являлись бы совсем иными. - Я сказала более, чем достаточно, потому вы не вправе говорить, что находитесь в неведении. - Тонкий шарм игривости в интонации пропал, словно его и не бывало. Слова стали более четкими и холодными, однако их холод был лишь деловым, но никак не враждебным. И не потому, что Мишель боялась отпугнуть или настроить против себя, а потому, что так она начала к нему относится. Всё таки встреча со Стрэйнджем была давней мечтой, и она познавала вещи куда более значимые и серьезные, чем старая безпричинная мечта. - И я не припомню, что бы мы пили с вами шампанское на брудершафт. Мишель отвлеченно рассматривала движение вдали, через дорогу. Как двигались люди и машины, в то время как две магические сущности неподалеку, которые играли и ещё сыграют немаловажную роль в истории этих людей и их машинок, творили очередной виток истории. Помпезно? Возможно. Прошу простить. Начать настаивать на своём, на том, что он не так всё понял, было невыгодной тактикой. С подобными существами требовалось обращатся деликатно, ведь даже если Мишель не боялась вспугнуть Стивена, это не значило, что она не хотела иметь такого союзника. В его добропорядочности она была уверена, в то время как сама была уверена в себе. Пускай Стивен не знал об этом, однако он мог быть уверен в том, что она искренна. Хотя бы потому, что от неё, помимо магического фона, исходило нечто иное. Очень ощутимое и необъяснимое. Это была не магия, а, скорее - выделяющаяся черта, что выражалась не только в манере говорить, смотреть, стоять и держать осанку, но и в движениях, казалось бы, самой сущности Пастушки. - Разве не вы должны прекрасно понимать, что если вами кто то интересуется, то это не спроста? - Произнесла Мишель, и вновь развернулась лицом к Стивену, глядя ему в глаза с той же непринужденной прохладой флегматичности. - И если кто то предлагает вам союз, то это так же не просто так? Блеф, игра слов, обман. Можно было называть как угодно, но не ложью. Заставить поверить в то, чего на самом деле нет. Придумать это нечто, словно подразумевая именно то, что хочется услышать, при этом говорить абсолютную правду. Мишель никогда не опускалась до лжи, однако после перерождения очень полюбила подобные игры. Ведь говоря о том, что всё это было не спроста, по логике заставляя верить Стрэйнджа в то, что у неё действительно для него что-нибудь есть, а учитывая её амплуа, с которым маг знаком несколько минут, то это что-нибудь было не детской игрушкой, а чем то действительно потусторонним, Камю действительно подразумевала то, что говорила. Ведь не спроста ей привидился сон, в котором она должна была встретится с ним в этом же месте. Она говорила чистую правду, лишь со своим неозвученным контекстом. И то, что она была чиста в намерениях, говоря это, бросалось в глаза так же, как и её фиолетовый взгляд. - Вы, должно быть, ощутили то, о чем мы вместе подумали. - Мишель подразумевала свои возможности. - Я хочу предложить вам следующее, мсье Стрэйндж. Что бы вы могли мне больше доверять - преподайте мне пару уроков магических искусств, и вы поймете, что мои намерения являются без какой либо уловки или хитрости. Поверьте, я бы хотела иметь в друзьях вас, а не тщеславного Барона Мордо. - Говорила девушка с легкой и едва ли не хитрой улыбкой на светлых губах, словно в противоречие тому, что говорила.

Doctor Strange: Je dois vous demander pardon. -Я поражен - прошептал мужчина, поправляя края ворота. То очарование, которая источала эта девушка, было несравненно, встретившись с ним единожды - запомнишь на весь остаток жизни. Своей манерой общения, таинственностью она зажигала внутри Стивена не столько интерес, сколько азарт, конечно, ей еще необходимо развить свои умения по максимуму, но быть может когда-нибудь ему удастся застать ее в зените сил. Пастушка - редкое сочетание различных черт характера, по крайней мере, подобное ощущение у Стрэнджа сложилось после пару минут разговора. В этой беседе она поначалу казалась противовесом для его флегматичности, пропитанная романтикой и мистикой она достойно держится против прохладного и спокойного Винсента. Французский накал поистине самый достойный. -Никогда не поздно - с улыбкой проговорил маг, по-прежнему наблюдая за собеседницей, которая раскрыла его не безупречный фарс. Справедливо. Похоже, что его загнали в тупик, такая вот парижская ирония. Однако наигранности пришел конец, голоса стали тверже, а тон более серьезным и деловым. Стрэндж медленно скрестил руки на груди, принимая привычный для него вид старшего товарища. Он каждую секунду обдумывал предложение девушки, намеренно забывая о всей этой вынужденной таинственности и пафосности, анализируя лишь ее слова. Союз действительно заманчивое предложение, в такую пору лучше иметь друга под рукой, чем нож под ребрами, но мог ли он ей доверять на все 100%? Возможно. Его тянуло к ней, ему была интересна ее судьба, жизнь, однако ответы на эти вопросы можно было получить лишь в одном случае. Но что ему терять? Не единожды Стивен лицезрел предательство, не единожды заключал сомнительные союзы, и к тому же, он всегда готов перехватить инициативу в свои руки. Контроль в этой ситуации вовсе не иллюзия, при любом раскладе решает только Стивен. -Умение убеждать в тебе присутствует, и думаю, что смогу попытаться помочь тебе. Я не повернусь спиной тем, кто интересуется в развитии своих навыков, как некогда не отвернулись от меня мой учитель. Таков принцип - нет никаких сомнений, что из искры в Пастушке с легкостью можно было разжечь целое пламя, вот только волшебник не ощущал себя тем, кто способен это сделать. Он мог указать ей направление, помочь постигнуть новые познания, но не более. Почему? Стив не видел, нужны на данном этапе передавать кому-то свой опыт, в любом его проявлении, потому как не ощущал в себе необходимости в подобном, несмотря на то, что однажды у него уже был ученик. Однако все может измениться в любой момент, даже сейчас, ведь любое решение зыбко, и когда-то распадется на тысячи песчинок. Вытянув правую руку по направлению к "ученице", Стрэндж согнул средний и безымянный пальцы, и почти неслышно произнес заклинание на древнем языке. Его кисть окутала сверкающая синяя энергия, которая вырвалась стремительным потоком и создала вокруг них огромный барьер. Следующим заклинанием маг наложил на предыдущее заклятие особые чары, с помощью которых столь большой периметр остался бы незамеченным. На все это ушло не более пары секунд, и после всех приготовлений Винсент отошел от девушки. Ему требуется материальное доказательство наличия у нее какого-то потенциала, ощущения могут быть обманчивы. Вряд ли она пришла бы сюда не подготовленной, и вряд ли ее поиски окончились бы именно на нем, было немало достойных претендентов, тот же Барон Мордо. -Прежде чем учить тебя, я хочу увидеть, на что ты способна. Атакуй меня, любыми средствами и заклятиями. Считай это своим ученическим заданием – очень впечатляющая фора.

Lonely Shepherd: Вот теперь всё было так, как она расчитывала. И возможно, про себя Мишель победоносно улыбнулась. Но внешне она оставалась стоять невозмутимой и спокойной, словно фарфоровая фигура. Легкий ветерок, присущий скорее прохладным ноябрьским вечерам, затронул полы их пальто, слабо заиграл в седых волосах мужчины, и шаловливо играл со спутаными черными локонами девушки. Легкая прохлада, и новый этап в жизни - не только согласие великого мага, но и встреча достойного человека. Камю уже зареклась себе, что не предаст этого человека и постарается помочь ему в трудную минуту. Ибо одним из самых ценных явлений на свете, Мишель считала чистоту души. В глазах Стивена навеки были запечатлены узоры потерь и мучений. Его взгляд был тяжел, словно его судьба, но он не озлобился и не стал тем, чем стала Мишель в параллельной реальности. Именно потому, что Камю прекрасно знала - что значит отчаятся и пойти вопреки всему, во что веришь, стать чудовищем и проклятьем для человечества, она так ценила сильных духом людей. Словно будучи в ответе за каждого, чистого душой, стараясь уберечь его, подобно библейской овечке, от греха и падения. Этот крест был выбран самостоятельно, без мыслей о том, что он был дан свыше. Больные и слабые овечки - должны отсеятся, что бы очистить кровь и наследие. Лишь тогда, у этого мира будет шанс. Возможно, последний. - Это прекрасно, что наши мысли схожи. - Улыбнулась француженка уголками губ, прямо посмотрев в глаза Стивена, с каждой секундой находя их всё более и более интересными и привлекательными. - Вы первый человек, который понял меня. - Мишель держала руки за спиной, обхватив ладонями предплечья, лишь потому, что так ей было удобно. - Это многого стоит. - С придыханием произнесла она, опустив взгляд. Это действительно многое значило для девушки, привыкшей ко злу и жестокости, а так же безразличию и эгоизму от всех, с кем она пыталась завести знакомство. Она была потрясена, но её образ жизни и теперешнее состояние просто не позволяли показать этого. И пусть это было лишь принципом, но принципом действительно светлым и справедливым, возможно, немного альтруистичным. То, чего во всем окружающем лицемерии было так мало. Мишель с легкой улыбкой на губах наблюдала за тем, что делал мсье Стрэйндж. Ей нравилась практичность мага и вызов, своеобразный, который он ей бросал. Впрочем, это уже были лишь домыслы самой Пастушки. Она осмотрелась, подняв взгляд на небо, и переведя его в сторону, где оканчивался возникший барьер. Мишель тут же ощутила, как воздух внутри купола пронизался тонкими нитями магической энергии. Мишель прикрыла глаза, вдохнув ноздрями воздух, словно запоминая запах. Запах его магии. Ненавязчиво, словно готовясь к предстоящему. Ей чем то нравился голос мсье Стрэйнджа - глубокий, полный, сильный, уверенный. Однако почему она подумала об этом, Камю решила узнать позднее. В один миг, глаза Пастушки засияли фиолетовым светом, и стали источать из внешних краев эфериальную дымку такого же цвета, что и сияние. Это означало, что Камю начинала манипуляцию с магической энергией, коей у неё было куда больше чем даже у её наставника - Доктора Дума. Разумеется, благодаря божественной сущности, которой она завладела. Но подробности позже. Сейчас, на лице Камю было лишь сосредоточение, однако было видно, что оно давалось ей с непринужденной легкостью. Она вскинула руки, ладонями вверх, и те наполнились фиолетовым сиянием до кончиков пальцев. В следующее мгновение, Мишель слегка согнула пальцы, словно удерживая в них возникшее фиолетовое пламя, которое по сути своей являлось энергией. Это привычное ощущение бегущей по жилам и пронизывающей каждую клетку энергии всегда доставляло девушке приятные ощущения, подобные неопределенным эйфориям. Буквально за несколько секунд, вокруг Мишель появились двусторонние порталы черно-фиолетовых оттенков, напоминавшие воронки, а в последующий миг, эти же порталы открылись и вокруг мсье Стрэйнджа, но лишь не перед его глазами. Мишель скрестила руки, и из её ладоней, сияющих и горящих магической энергией Эклипсо, вырвались обильные потоки фиолетового пламени, которое двинулось не только на Стивена, но и в пространственные разъемы вокруг Мишель. И выходили они прямиком из тех дверей, которые были открыты возле мужчины, таким образом, атакуя сразу со всех сторон.

Svankmajer: Париж. «Рекс Клуб» Rex Club — одно из любимейших мест отдыха любителей музыки в стиле «техно». Здесь любители танцев найдут великолепный звук, свет, создающий замечательное настроение, и, конечно же, смогут послушать игру лучших ди-джеев, готовых зажигать до утра. Регулярно проводятся тематические вечеринки — например, по субботам Rex Club приглашает любителей музыки в стиле хаус. Здесь звучат и фанк, и рок, и рэгги, хотя ведущим направлением, конечно же, остается техно. Всегда, когда нужно идти аккуратно, не оставляя за собой гору мертвых или умирающих, Яне было неудобно. Рассчитывать силу удара, стараться не взрывать, предупреждать, разговаривать. Эх, через триста лет будет проще. - Это служебный вход, если вы хотите попасть в клуб, пожалуйста, обойдите вокруг и пройдите контроль в портале с вывеской Рекс Клуб. – Громоздкий парень в черной майке с надписью «Охрана» показал пальцами прямоугольник и улыбнулся. – Говорите по Французски? Мэм? - О да, черт. «Мэм» это я поняла. Слыш мужик, ты бы выучил чешский, а то у нас могут возникнуть проблемы. Мне нужен Ле Вербе Дивин, такой мужик в больших черных очках и крутом пиджаке, он зашел в эту дверь секунд пятнадцать назад…. - Эй, ей нужен босс, она подозрительная вызывай всех. Тебе Нужен Сын Божий? Подожди минутку, окей? - Да-да, нужен ваш босс - Ле Вербе Дивин, ты смекалистый качок. Окей. В освещенный переулок с разных концов зашли несколько человек, все в черных майках, но уже с дубинками, вызывая некий спортивный интерес. Когда они окружили её и потыкали в Яну светом фонарей, она не стала ожидать сцен удивления и опасений и просто атаковала. Пять тычков шокером и три выстрела по отпрыгнувшим из дистанционного парализатора. Перешагнув через первого «Вежливого» - как она его окрестила, Яна дернула ручку и вошла. Там её уже ждали, люди с автоматами, несколько с битами и сам Ле Вербе Дивин, докуривая сигару, сверкал в её сторону черными квадратами стеклянных глаз. - Американка? Вы такие нервные, мы же не националисты - мы любим американцев. - Ле Вербе Дивин толкнул телохранителя вперед и следом за ним приблизился шага на три. – Вы хотели меня видеть? Вот он я. - Я из Нью-Йорка, мне нужна помощь Синдиката в Париже и твоя личная. - Яна Шванкмайер? - Точно. - Мне передали наши люди из США. Обрисовали тебя, так скажем… более мрачно, - маньяк, террорист, на всю голову отмороженную суку вооруженную механической рукой. Не хочу чувствовать недоверие к тебе, ты же, меня понимаешь? Яна расстегнула молнию на правом рукаве куртки и представила взорам протез, трещины которого откидывали неяркий свет. Она разложила его, показывая внутренний механизм автомата-пулемета, затем, он в одно мгновение защелкнулся, превратившись вновь в подобие руки. - Прекрасная вещь! Хочу себе такую же. Руди, позвони Кати, пусть приготовит нам VIP-столик. Меня называют Сын Божий, наверное, вам будет так проще. Прошу за мной, Яна. Они пробрались через сотню лестниц вверх, там, где свет клуба мерцал ярче и интенсивнее. Где чувствовался запах богатой спеси, расточительства и перхоти золотых украшений. - Курите сигары? - Только травку. - А вы интересный человек. Мне редко приходится вот так просто болтать с интересными личностями, особенно когда они так восхитительны и сильны, склонен полагать, что наша информация о вас более чем правдива. - Вы управляете клубом, а я работаю в клубе. Вижу здесь огромную разницу. Перейдем к делу? Подошла Кати с КПК и стилусом. Встав рядом с боссом, она кинула ревностный взгляд на заморскую завоевательницу и чуть присев замолчала в лицо Сына Божия. - Что изволите заказать, вам постараемся достать всё что угодно. Отличное вино, коньяк…. - Водку. Лучше отличную водку. Остальное на ваш выбор, ни черта не смыслю в национальных кухнях, для меня это темный лес. Главное чтобы не пронесло потом, а то вернусь и… огорчусь. Босс сделал знак ладонью и, подвинувшись ближе, принялся слушать. - Мне нужен этот человек, - Яна бросила фото на стол, - Тиль Шнайдер, бизнесмен. Он нужен мне живым. - Да я что-то слыхал о нем. Если нужен, значит, найдем, нет проблем. - Проблема есть, - Она вынула следующую фотографию с изображением мертвой копии Тиля, - Он не один такой. Боюсь их более чем достаточно, чтобы создать проблему поиска настоящего Шнайдера и, мне они нужны все – живыми. - Этот выглядит совсем мертвым…. Усмехнувшись от ожидаемой реакции, она вынула прозрачный пакет и бросила на стол, поверх толстой пачки крупных купюр Евро. - Всё же это лучше, без глаз он выглядит намного хреновее. Сто тысяч для друзей из Синдиката скрасят предстоящие проблемы? Оглянувшись, Сын Божий взял пакет в мутном кровавом растворе, которого перекатывались глазные яблоки, вырезанные вместе с глазными нервами во всю их длину. Кинув пакет обратно, он забрал деньги. - Более чем. Что от нас еще требуется? - Поиск, слежка, своевременная информация, пара крепких ребят, оружие. Войну я не собираюсь устраивать, но с ним не буду чувствовать себя скованной. Через секунду подали яства, и удивленные первобытной дикости Яны они стояли и смотрели на трапезу руками. Она странная и ощущение этого должно будоражить в них непонимание и страх. Через семь часов схема начала работать и пройдя через кулуары, они собрались в очередной VIP-комнате за закрытыми дверями. Порядком избитый Тиль сидел за столом прикованный наручниками. Вокруг стояли бандиты, переодетые в охранников клуба. - Пс… зайка, иди сюда. Нужно его запугать, иногда это работает, - Яна подозвала худощавого чернокожего к себе и показала на пленника, - Умеешь импровизировать? Парень выдвинул челюсть вперед и, прикрыв глаза, медленно закивал, понимая, чего от него хотят. Гупи вошла и села против Шнайдера, достав пакет, она кивнула чернокожему французу, который сложив ладони у рта, принялся выдавать гулкий бум-бокс. Вынув глазные яблоки, за нервы она начала стучать ими по столику, прыгая по сервировочным ножам вилкам и руками Тиля. - Два маленьких глаза, играли в скалолаза. Кто-то умер быстро, а кто-то не сразу. Чтоб добиться мне, заветную фразу, Пришлось твоего клона, нарезать на пазлы. Но почему Париж, а не Окинава? Сыворотка правды – производства Аркама. Парни Синдиката, делают бит, На твоих глазах, рождается новый хит. Схватив вилку она, запрыгнула на стол и, пнув пленника в грудь, рухнула на него сверху, когда тот растянулся на полу. Не попав в глаз сразу, она вонзила вилку в нос, потом в щеку и, замахнувшись, заорала: - Твой брат любит боль! Можешь не говорить где твой оригинал, и я всласть напьюсь твоей крови! А когда ты будишь в одном шаге от смерти, я сделаю тебе инъекцию, и ты мне все равно расскажешь то, что я хочу знать! - Уберите эту бешеную суку! Расскажу! Расскажу! - Зря, я хотела насобирать себе на бусы…. Где он!? Я вытащу! Вытащу твой глаз! - Берси! Спорткомплекс Берси! Под ним есть заброшенная ветка метро, он там! - С каждым разом они всё умнее, становится даже скучно. - Да, это возле министерства финансов. Шлепнуть его? - А если он соврал? Убить никогда не бывает поздно, он еще и выложил всё, у тебя, что ли совсем нет сострадания? – Яна выкинула вилку и вытерла капли крови о рубашку клона. – Показывай дорогу на Берси. >>> Palais omnisports de Paris-Bersy [Дворец спорта Берси].

Cailleach: Ноа уже третий день наблюдала за мелким дождиком за окном гранд-отеля Святого Мишеля, лучшего, по уверениям ее брата Шона в Париже. - Мы с Патрицией были довольны до безумия. Обходительный персонал и фитнес-центр. А какие круассаны! Ты их уже попробовала? Ноа? – голос брата в трубке вибрировал где-то далеко, на другом континенте. - А? – Ноирин чуть ослабила хватку, чувствуя, как сводить пальцы, - Что ты сказал, прости? - Круассаны… Я спросил про круассаны. - Дааа, чудесные. - Ноирин Линч, ты же врешь сейчас! Ты из номера вообще выходила? - Да! – не выдержала Ноа, - выходила, для того чтобы проторчать в приемной ректора полтора часа, а потом послушать его лицемерные вздыхания по поводу того, что архивы Сорбонны достояние страны и он не может пускать туда всех, хотя меня бы он пустил без разговров, потому что наслышан о моих работах т счастлив видеть у себя, но увы… Только по инструкциям свыше. Свыше – это кто?! Господь Бог?! Слышно было как Шон шумно вздохнул в трубку, возможно, он даже провел пальцем по высокому умному лбу, а затем произнес: - Ноа, нельзя так реагировать на такие мелочи. - Мелочи?! Господи, Шон, да ты не понимаешь, о чем говоришь, вообще! Это архивы! Годы работы, финальная точка, которая сейчас для меня недостижима! И… В дверь постучали: - Madam? - Извини, Шон, это нервы. Возможно, ты прав, мне нужно проветриться и… - Ноа? - Извни, братишка, там стучат. Наверное, уборка номера. Я позвоню, пока. Линч распахнула дверь и застала наклоняющегося коридорного, который уже было собирался протолкнуть письмо под дверь. Тот моментально вытянулся по струнке и величаво вручил ей конверт. Ноирин машинально пошарила в кармане, разглядывая плотную дорогую бумагу, и вручила молодому человеку монету в два евро, благодарно кивнув. Вернувшись обратно в номер, она плюхнулась на кровать и небрежно разорвала бумагу. Неровные строчки явно спешащего почерка заставили перечитать письмо несколько раз, пока до Линч окончательно дошло, что именно от нее хотят. «- Мадам Линч! Узнав о Ваших сложностях с ректором Сорбонны и ужаснувшись этому (работы Ваши вызывают неподдельный интерес и, уверен, несут крайне важный характер для современной истории) предлагаю свою помощь в решении этого вопроса. Имею некоторые полезные связи в департаменте образования, коими и предлагаю Вам воспользоваться. Если Вас заинтересовало это предложение, давайте встретимся в пять часов в здании Национальной библиотеки. Доброжелатель» Ноа вскинула бровь и потерла висок. «- Доброжелатель? Анонимка и встреча в библиотеке? На что бы это было похоже?» Огромные дрезденские часы с кукушкой, словно по заказу, пробили четверть пятого. Ноирин закусила губу и уставилась на себя в зеркало. Сорбонна. Краеугольный камень, архивы которого должны были открыть для нее путь к звездам. Звание профессора не грело ее сознание, этого было мало. Ноа пыталась сама для себя познать символизм Пополь-Вух – библии месоамериканской культуры. Во время конкисты епископом Диего де Ланда были сожжены дотла практически все источники индейской письменности и эпоса, но Пополь-Вух чудом уцелел. Миссионером Франсиско Хименесом смог спасти этот документ и даже перевести его на испанский. После Пополь-Вух переиздавался много раз и сейчас, в современном мире найти его не составляло труда. Но Линч нужен был оригинал, первоисточник. Она хотела увидеть его сама, хотела корпеть над ним ночами, хотела понять смысл таким, какой он есть, а не тем, что хотели сказать переводчики. Рукопись Хименеса по сей день хранится в библиотеке Ньюберри в Чикаго, однако профессор теологии Чикагского университета, старый доктор Пойшек сказал ей, что есть и оригинал и хранится он в Сорбонне. Гонимая призраком книги, Ноирин спешно прибыла во Францию, наивно полагая, что ей предоставят (сиречь рассекретят) этот документ. Все оказалась сложнее… Ноа обдумывала это все, пропуская глазами седые колоннады Парижа, пригревшись на заднем сидении такси, которое мчало ее по дождливым улицам. Вспоминая разговоры о Пополь-Вухе, сейчас она чувствовала скорее надежду, чем волнение. Вдруг, это самый доброжелатель действительно организует ей встречу с манускриптом. Воздух сгущался сумраком и поэтому все четыре здания Национальной библиотеки Франции погружались медленно но верно в мягкий свет ламп за столами, точно тысячи светляком появлялись разом. Ноирин вышла из машины и стремительно направилась ко входу, не застегнутый плащ развивался следом, словно шлейф. На город опускался туман. «- Удивительно, - мелькнуло в голове Линч, - обычно, он приходит с Сены» Тусклые коридоры и собственные мягкие шаги, заглушаемые коврами, придали Ноирин уверенности, здесь она себя чувствовала уютно. Запах книг и переплетов, еле слышное шуршание и высоки потолки, как в филармонии – наверное, такое чувство умиротворения испытывают верующие, заходя в храм. Ноа стянула перчатки, улыбаясь своим мыслям. - Мадам Линч? – Ноа обернулась. - Да? Простите, я могу узнать Ваше имя? – незнакомец стоял в тени, лица не было видно, и камеры слежения тоже не могли фиксировать его. - Поль Войен. Рад знакомству. Подойдете? - Нет. Я бы предпочла, чтобы Вы вышли на свет. Я не вижу Вашего лица. - Это и не обязательно, мадам, - тусклая металлическая вспышка под лампами а абажурах и Ноа поняла, что на нее наведен пистолет. - Простите, это вынужденная мера. Я так понял, что добровольно Вы никуда не пойдете. Следуйте за мной, мадам Линч, - голос звучал глухо и хрипло, как будто из под шарфа. Та лишь молча покачала головой, не отрывая глаз от ствола. - Как необдуманно с Вашей стороны. Это не игрушка. - С моей стороны необдуманно вестись на провокации, месье. Это смешно! Вы будете стрелять в библиотеке, где полно камер и охраны? - Не верите? – раздался щелчок предохранителя. Ноирин чудом увернулась, прячась за углом. Пуля взвизгнула, отбивая штукатурку. Выстрел прозвучал негромким хлопком, и Ноа поняла, что при неблагоприятном раскладе ее окоченевший труп найдут в лучшем случае утром. Прижавшись лопатками к стене она вслушивалась, пытаясь понять, что дальше. Практики в таких делах было маловато, возможно, в другой момент, она бы и нашла решение погуманее, но не в этот раз. Она прикрыла глаза, шевеля воздух вокруг, трогая и ласка атомы, заставляя работать на себя. Спустя несколько секунд стрелок начал хрипеть и хвататься за шею, в глазах его полопались капилляры, он неуклюжим мешком упал на колени. Линч вышла из своего укрытия, наблюдая за бледными пальцами, которые упорно хватались за рукоять пистолета, словно за единственную понятную реальность. В глазах Поля Войена гнездились страх и смерть. - Нечем дышать? – тихо начала Ноа, - в глазах темно, органы как будто жжет и кровь встала, сердце бухает как товарняк, но все медленнее? Вы знаете, что это, Поль? Это кислородное голодание. Быстрая, но мучительная смерть. Пистолет вывалился из рук, резко блеснул и погас на ковре, стрелок начал заваливаться на бок. - Я не хочу Вашей смерти, Поль. Будьте осторожнее. Кайлох улыбнулась. За такие улыбки в средневековье отправляли на костер без суда и следствия. Она перешагнула через бессознательное тело и двинулась к выходу. Уже на улице Ноирин накрыл шок. На нее покушались! Линч стянула платок с шеи и судорожно глотнула сырого воздуха…

Dark Shepherd: [Центральный офис "La Curatelle"] - Туман. Я могу ощущать его. Это непривычное чувство. В нём есть что-то. Низменное и в тоже время великолепное. - Проведя ладонью по воздуху, осязая его, словно пытаясь зачерпнуть. Играя на поле овец, волчице стоило примерить их шкуру на себе, дабы не вспугнуть раньше времени. Получив вновь свою божественную силу в полном объеме, Эклипсо создала для себя физическую оболочку, перестав быть отражением сущности в этом мире, и заняв в нём твёрдую пространственную позицию. Тёмная натянула чёрную перчатку обратно на ладонь, ощущая как она обтягивает её плоть с особым чувством восторга. - А вот и вы. - Взглянув на наручные часы, произнесла черноволосая особа, которую было трудно назвать как девушкой так и женщиной. В её чертах было нечто неразборчивое. Её чуть ли не серовато-белая кожа лица, обрамленная чёрными как погасший космос длинными и густыми, прямыми волосами, придавала ей зрелости. Но её кожа была гладкой словно кашемир, что отрицало её зрелость. Если взглянуть на неё, то нельзя будет не подумать о том, что эта особа сошла со страниц книг Лавкрафта или Баркера. Чёрное подпоясанное и застегнутое пальто, высокий облегающий воротник выглядывавший из под верхней одежды, чёрные брюки и сапоги на широком и невысоком каблуке. Кисти скрыты черными кожаными перчатками, а от самого её силуэта веяло некоей высшей силой. Тёмная сейчас не старалась скрыть свой магический фон, зная его силу и воздействие на смертные сознания, испытывавшие трепетный страх перед этой древней силой, а более сильных духом или умом вводившая в уважительное и необъяснимое почтение и подсознательное преклонение. Занимательным было и то, что глаза этой особы были цвета тёмного аметиста. Её губы были искривлены в приветствующей, и, как могло показаться, слегка глумливой усмешке, которой она встретила вышедшую из библиотеки мадемуазель Линч. - Я надеюсь, вы чувствуете себя достаточно трезво, что бы обсудить переломный момент вашей жизни? Однако как бы то ни было, вам следует покинуть этот квартал как можно скорее. - Многозначительно ухмыльнулась Тёмная, явно показывая этим свою уведомлённость о произошедшем в библиотеке. - Всё же попасть в полицейский участок так и не повидав Пополь-Вух, было бы досадно, не правда ли? Незнакомка подступила к Ноирин, и взяв её под локоть, ненавязчиво повела по тротуару, придерживая её от силы шесть шагов, после чего, отпустила и попросту зашагала рядом. Как оказалось вблизи, рост незнакомки был не более ста семидесяти сантиметров, не учитывая высоту каблуков. - Ещё несколько минут назад, я уверена, вы лелеяли надежду на то, что сможете получить доступ к желанному, а всего несколько секунд назад едва избежали смерти. Я права? Не спрашивайте - откуда и как. Спрашивайте - зачем. Особа вела себя манерно и сдержанно, к тому же явно играя и наслаждаясь чуть ли не собственным голосом - прохладным до неестественности, и приятным до очарования. - Моё имя Леа Моро. Я генеральный директор компании "La Curatelle", возможно вы слышали о нас, если хоть немного интересовались Францией. Военные и силовые технологии, системы защиты и оружие. И прочие средства способные умертвить и разрушить или же спасти жизнь и имущество. Она говорила неспешно, не смотря на заданный ею спешный темп шага. Они остановились на переходе через дорогу, ожидая нужного им света дабы идти дальше. - Здесь неподалеку есть замечательный парк. В эту пору дня, при опустившемся тумане, он особенно красив. Леа повела Ноирин через дорогу, в парк, попросту следуя чуть впереди девушки. Могло показаться, что под её одеждой был спрятан корсет, поддерживающий идеальную осанку и придающий походке эталонную красоту. Возможно она создала себя слишком идеальной, что бы не вызывать этим обратного - отвращения. - Я хочу предложить вам сотрудничество, мадемуазель Линч. Вы работаете на меня, а в замен - получаете всё что пожелаете. За такие улыбки, которой изогнулись белые губы Моро, сами демоны готовы были отречься от своей природы.

Cailleach: Ноирин наблюдала за незнакомкой и не могла не отметить притягательность ее натуры. С чем это было связано Линч себе отчета не отдавала, да и не хотела. Невообразимая вуаль тумана Парижа, харизмы незнакомки, выделенного адреналина делали свое дело – Ноа погружалась в сумрак собственного мира и видела все сквозь мягкую призму. Хваленный мозг блестящего ученного отключился, давая свободу обостренным чувствам ведьмы. Ноирин улыбнулась зыбко мысли: «Что-то мне все это напоминает». Следуя за Моро, Ноа внезапно задрала голову, разглядывая жеманно проплывающие над головой фонари, вслушиваясь в вкрадчивый голос. Задавленный доцент Линч бился где-то в самом углу, погруженного в сумрак мозга, Кайллох ликовала, предвкушая нечто. Пополь-Вух – хорошо, но не все. Внеземное начало давило, заставляя биться жилку на виске бешено, отдаваясь барабанным боем в ушах. «- Не человек» - приговор был вынесен однозначно. - Я рад бы к черту провалиться, когда бы сам я не был черт! – Ноа проговорила это вполголоса, а затем продолжила уже громче – Простите… Вы любите Гёте? Я от него без ума. В средней школе была настолько повернута на Фаусте, что родители даже несколько раз показывали меня психологу. Я не могу их судить, каждый тревожится за свое детище и желает ему лучшего. Ноирин приподняла бровь и проследила за спиной и осанкой Леи Моро, надеясь найти хоть какие-то изменения, отзывы ее словам. Напрасно. Обе молчали, входя в парк. Рванные клочья тумана кое-где начали расходится и сквозь них проклевывалась слепая луна, точнее ее немытый кусочек. Свет отбрасывал штопаные тени, казалось, что силуэты рвутся из сетей. Ноа склонила голову, изучая гравийную дорожку, а заодно и пытаясь придать форму роящимся мыслям. Молчание затягивалось. Что ж, незнакомка умела держать паузу – действенный прием, надо сказать. Ноирин сдалась первая. Демонстративно усевшись на серую каменную скамейку, она задумчиво хрустнула костяшками, а затем обратилась к Моро, не поворачивая головы, чувствуя, что та и так остановилась: - И еще о детищах… У меня есть моя работа, и если я не найду Пополь-Вух, этот ребенок останется навсегда не рожденным. Это причинит мне боль наверняка… хотя бы потому что я привыкла доводить начатое до конца. Перфекционистка, знаете ли, - Ноирин улыбнулась кустам, растущим напротив, - Видимо, и у вас есть такое детище, госпожа Моро? Линч положила локоть на каменную спинку лавки, игнорируя холодный гранит, закинула ногу на ногу, повернула бледное в свете луны лицо и продолжила: - Вопрос должен быть «зачем», говорите? Так вот зачем адскому ребенку "La Curatelle", играющему жизнями и оружием, вдруг понадобился археолог из Ирландии?

Dark Shepherd: Леа лишь выжидательно глядела своим аметистовым взглядом на Линч, с легким оттенком усмешки на белых губах слушая её отступление о Гёте, смекая о том, к чему её собеседница подвела данную линию беседы. Вот только с земной литературой она была знакома скудно. Основные её познания в этом аспекте заканчивались общими понятиями о тех или иных культовых произведениях, которые знало её прошлое вместилище - разум Мишель Камю. Возможно, это выглядело бы странным. То, что Моро совершила поступок, намекающий на наличие у неё чувства юмора. Вполне вероятно, что при первом впечатлении от встречи с ней, таких мыслей у любого собеседника закрадываться не может, и лишь в виде исключения этот самый собеседник решит, что обладает данная особа чрезвычайно специфическим и обязательно чёрным чувством юмора. Леа ненавязчивым и естественным движением вывела руку из-за спины, размазывая это движение своим поворотом в сторону для того, что бы стать возле пешеходного перехода. В ладони как влитая оказалась чёрная трость с головой чёрного пуделя. Однако идя через дорогу, и в последующем времени, она не опиралась на трость, а лишь слегка поигрывала ей, играя с её балансом и длиной, иногда закидывая под руку. Они дошли до скамьи, на которую незамедлительно присела собеседница магессы. Сама же Моро остановилась напротив Ноа, став всего в полутора метра от неё, закинув трость себе на плечо, словно развязный дворянин клал шпагу на плечо, после увлекательного урока фехтования. Её взгляд всё так же являл собой олицетворение ждущего интереса. И после последних речей Ноа, Леа расплылась в улыбке, обнажая кажущиеся сероватыми ввиду её бледности зубы, где между двумя передними верхними зубами была небольшая щёлочка. - Каковы изречения. Лишь это построение ума - ваше, уже вынуждает меня лишь сокрушенно повести плечами и повести головой в стороны, отрицая какие-нибудь ещё комментарии, касательно причины. - Не намереваясь так быстро прятать улыбку, из-за чего её лицо стало напоминать театральную маску, произнесла Моро. Она перехватила трость и её концом скинула одну ногу Линч с другой, после чего села рядом с Ноа. Моро пахла тонким парфюмом и собственным пальто. - Вопросы вашего пытливого ума будут насыщены. Однако всему своё время. - Вновь повесив на лицо вальяжную интеллигентность, произнесла Эклипсо. - Детища. Никто ведь не исключает возможности того, что боли вы не почувствуете. По крайней мере от того, что плод ваших трудов вы так и не успеете вкусить. Ведь всегда есть те факторы, которые способны в один миг разрушить всё. Ещё вчера ты был художником по имени Франсуа де ля Круа, - Тёмная указала концом трости в спешно идущего по аллее мужчину лет сорока, одетого в старый потёртый твидовый костюм, а поверх него пальто цвета кофе с молоком. Расстёгнутое и такое же старое и истертое. - Ты вызываешь у окружающих лишь ассоциации с пожелтевшей, старой и истертой временем страницей второсортного романа о прекрасных поступках и черной трагедии страницей. Но у тебя есть мечта - завершить образ Девы Марии в Саду, который ты видел во снах ещё в раннем детстве и всю жизнь стремился воплотить тот образ, нашёптанный твоим подсознанием. Столь идеальный, что иногда тебе кажется, что его просто невозможно воссоздать. Перенести из грёз на жесткий холст. Ты бьёшься изо дня в день, пытаясь найти того совершенства, что видел во снах, и когда, кажется, ты близок, в очередной, но ты надеешься что последний раз, к разгадке самого главного вопроса твоей жизни - сможешь ли ты сотворить что-то, что бы тебя запомнили, случается сердечный приступ. Мужчина, спешно ковылявший мимо них, раздраженно поглядывая на карманные часы, которые он держал в ладони, внезапно остановился, не дойдя всего пары метров до их скамьи. Он схватился за грудь, судорожно вдыхая через сипящий рот, а глаза Тёмной уже погасили секундное магическое сияние. - Совершая сделки с дьяволом - жди подвоха. Цена за твой успех, может оказаться слишком высокой. Но если ты не готова пожертвовать ради цели всей своей жизни - быть может у тебя и нет никакой цели? - Произнесла Тёмная, глядя как старается лечь на холодную мощеную дорогу мужчина, парализованной рукой смягчая своё падение и цепляясь с хрипом за жизнь. Правда, не долго. И тон Тёмной прозвучал монотонно, словно мысли в слух. Но достаточно отчётливо, что бы Линч не посчитала её слова именно мыслями в слух. - Я не дьявол. Скорее - джинн. А бутылка приплыла к тебе сама, Ноирин. Воспользуешься ли ты этим шансом, или же так и продолжишь существовать так далеко от своей цели, и одновременно с этим так близко, сожалея о том, что упустила единственную возможность стать именно той, кем ты хочешь, добившись того, чего ты желаешь. А взамен отдать тебе придётся совсем немного. Моро наконец обернулась к Линч, перестав отсутствующим взглядом созерцать смерть. - Свои навыки и таланты. И главное - ум.



полная версия страницы