Форум » Остальные страны и другие миры » Каир [Египет] 0.1 » Ответить

Каир [Египет] 0.1

Sabretooth: Столица Египта. Каир стоит по обоим берегам реки Нил в северной части Египта, непосредственно к югу от места, где река вытекает из долины, окруженной пустыней и разбивается на рукава, образуя дельту Нила. Старая часть города находится на восточном берегу реки. От этой точки город постепенно разрастается к западу, захватывая сельскохозяйственные земли, примыкающие к Нилу. Эти западные районы были построены по образцу Парижа египетским правителем Исмаилом-Пашой в середине XIX века. Здесь имеются широкие бульвары и несколько относительно небольших парков. В центре Каира посреди Нила расположился тихий и зелёный остров Гезира/Замалик, где находятся дорогие частные виллы, многие посольства и представительства иностранных компаний (в том числе "Аэрофлота"), современные постройки и несколько пятизвездочных гостиниц. Старая восточная часть города очень разнообразна: на протяжении веков она застраивалась беспорядочно, здесь находятся узкие улочки и перенаселённые многоквартирные постройки. Если в западном Каире находятся преимущественно правительственные здания и современные архитектурные постройки, то в восточной части находятся сотни старых мечетей, которые могут служить ориентиром.

Ответов - 37, стр: 1 2 All

Daken: Дакен все еще немного злился на Луну, за то что она так неожиданно сбежала, даже ничего толком не объяснив, и в очередной раз подвергла себя опасности. Иногда Хоулетту казалось. что его присутствие влияло на Луну как-то дурно: например, у нее отключалось чувство самозащиты и она бросалась в пекло опасностей, рассчитывая, что Дакен обязательно ее оттуда вытащит. Нет, он безусловно вытаскивал, но ведь это не значило, что он радуется тому, как она вечно влипает по собственной же воле во что-то. Хоулетт повернулся к ней, все еще удерживая ее за талию, и хмуро посмотрел на девушку, как на провинившуюся, нашкодившую школьницу, которой предстоит серьезный выговор. Поджав губы, брюнет не стал ничего говорить, хотя ему и очень хотелось, он лишь чуть заметно покачал головой, взглянув туда, где скрылась вампирша. То, что она не тронет их сегодня - было очевидно. Луна и Дакен продемонстрировали ей все, на что были способны, управление стихиями, регенерация, ловкость и рефлексы, скорость, эмпатия.. А она показала им то, на что способна была сама - неубиваемость. Теперь им предстояло размышлять над тем, как вести эту войну. Хоулетт все же обнял Луну, почувствовав ее тревогу и беспокойство, больше о нем, нежели о себе. А ведь у нее-то как раз и не было регенерации. Дакен прижал к себе девушку, слыша как стучит ее сердце, постепенно успокаиваясь и переставая отбивать нервный ритм, и погладил ее по волосам, чуть улыбнувшись, и чмокнув ее в макушку. Ей незачем было переживать, ведь он уже столько лет жил и ни разу еще регенерация его не подводила. Хоулетт взял ее за руку, крепко сжимая в своей руке, чтобы она, почуяв что-то в очередной раз, не решила сбежать, предложив брюнету подождать ее тут, пока кто-нибудь не решит ее снова прибить. - Мой вопрос, все еще остается в силе. Наставник? Хоулетт чуть сжал ее ладонь, чтобы обратить на себя внимание. Пока они шли по улицам Каира, люди удивленно оборачивались на Дакена, вопросительно встречались с его синими, как море глазами, и выразительно косились на его футболку. Дакен почувствовал некоторое беспокойство, ему совсем было не нужно, чтобы местная полиция начала ими интересоваться. Сейчас в стране было итак не спокойно, и их легко могли попросить отсюда выехать, если посчитают, что они занимаются какой-нибудь не безопасной деятельностью. А расхаживание по городу в рваной, драной и пропитанной кровью футболке очень плохо походило на туризм. Луна потянула брюнета на местный рынок, от которого у Дакена кругом пошла голова. Много шума, цвета и запахов, тут же ударили в глаза и нос Хоулетта. Зажмурившись с непривычки, он глубоко вздохнул, чувствуя как острые пряности проникают ему в нос и оседают на кончике языка. Стало жарко и захотелось пить. Чмокнув Луну, он пообещал что скоро вернется и растворился в толпе. Некоторое время Дакен бродил по рынку. Его интересовала одежда. Но тут было сложно найти что-то, сделанное не под Каирский "местный закос". Наконец сдавшись, Дакен купил простую бежевую рубашку без рукавов и с широким вырезом и избавившись наконец от рваной рубашки, прихватил с собой орешки, и щелкая их, появился рядом с Луной, обнимая ее за талию и не навязчиво оттаскивая от очередного прилавка, где она уже ожесточенно торговалась с продавцом, убеждая его, что ее цена, намного лучше той, которую он ей втолковывал, опираясь на вес и калькулятор. В спину им послышались разочарованные вздохи, а потом оклики, еще чуть позже, можно было расслышать, что торговец согласен, что он готов на цену Луны, но они уже были далеко, а Дакен не хотел возвращаться. Хоулетт не почувствовал ничего особенного, однако, учащенное сердцебиение Луны, подсказало ему, что она не выдумывает, и поэтому, Дакен итак страстно желавший избавиться уже от этого гомона и бесконечной вереницы цветов и запахов, поддержал ее, признаваясь, что тоже чувствует что-то неладное. Выходя с рынка, он про крепче взял ее за руку, ведя рыжую переулками, обходящими главную улицу, и которые были более тихие и малолюдные, но светлые и теплые. Наконец, Дакен вырулил на улицу, возле их отеля, отпуская ладонь девушки. Он застыл на месте, прищурившись и внимательно всматриваясь куда-то в даль, Хоулетт моментально напрягся, чуть отодвигая Луну себе за спину, а потом, резко расслабился и направился, как ни в чем ни бывало в отель. Хоулетт уже поедал вторую порцию, когда наткнулся на какое-то странное сообщение в новостях. - Смотри-ка, в центре Каира.. он задумчиво пробежался глазами по строчкам. - Забавно, новости сваливают все на оппозицию, но мне кажется это странным, Чечеть, прямо в центре Каира, буквально четыре дня назад до нашего приезда была опалена, оттуда сбежали все служители, с криками, похожими на то, что там поселилась нечистая сила.. Странно.. Дакен сделал глоток воды со льдом, прокручивая новость ниже, но кроме этой короткой заметки и небольшой фотографии ничего не было. Больше всего, Хоулетта задело то, что об этом почти нигде не было сказано, коротенькая заметочка и малюсенькая фотография. И все. В такой стране, где мусульманство процветает, где с башни Мечети каждое утро раздается громкий голос, и все начинают молиться.. Хоулетт отвлекся, поднимая глаза на незнакомку. Сначала, он даже не придал значения тому, что она появилась на их балконе. Дакен не почувствовал никакой опасности, потому и не сразу понял, что перед ним - вампир. А когда понял.. Осторожно и медленно, он снял ноги Луны со своих колен, и прежде чем она успела что-то сказать, он метнулся к ней, сватаясь за горло, и непонятно откуда выхватывая кол. - Я пришла за помощью.. единственное, что она успела прохрипеть, прежде чем Дакен занес над ней руку, а Луна вскрикнула громкое "Нет!" - За помощью? Ты? К нам? Дакен усмехнулся, криво и немного жестко, затем отпустил ее, предложив пройти, но даже не думая прятать кол и поигрывая с ним, облокотился о стену, пока Луна уточняла, какого именно рода помощь ей от них требуется. - Я не причиню вам зла. Я знаю, что наши с вами цели схожи.. - Ты тоже приехала отдохнуть в Каир? прервал ее Дакен, ехидно усмехнувшись, а Луна не выдержав, запустила в него подушку, цыкнув. - Ну, разумеется. С колом вместо тросточки. вампирша отфутболила ехидство Дакена и он чуть улыбнулся, кивнув ей головой, предлагая продолжить. - Акаша. Её возвращение так радует не только вас. Она хочет убить всех старых вампиров, и надо сказать, получается это у нее не плохо, она успела изучить их привычки, нападает только тогда, когда они одни, чтобы не рисковать. И вообщем..Я боюсь, что нам нужна ваша помощь. Хоулетт весело подкидывал кол, чуть ли не взяв все остальные, чтобы не начать ими жонглировать. Он, казалось, не слышал ни слова из того, что им рассказывала, находясь полностью в своих мыслях. Но на самом деле, он очень даже все слышал. Более того, он уже очень осторожно думал над ответом. Работать с вампирами? Он не был уверен что эта идея ему нравится. Отказаться? Он не был уверен, что они справятся. Хоулетт взглянул на Луну, чуть склонив голову в бок, неопределенно ей махнув, интересуясь, что думает по этому поводу девушка. - А мечеть, которая несколько дней назад была опалена имеет какое-то отношение к делу?

Luna Maksimoff: У них с Дакеном, с этим странным метисом, отпрыском одного из самых зверских и сильнейших мутантов, вечным врагом её деда, были поистине странные отношения. Луна успела покопаться в его досье, чтобы выяснить, что он совсем не такой, каким казался, находясь рядом с ней: сильным, эмоциональным, диким, но вместе с тем нежным, любящим и едва ли не мурлыкающим, как мартовский кот, которого гладят по загривку. О, нет! ХОулетт был опасным, коварным, хитрым и очень злым , он был необуздан в бою и совершенно непостижим, даже для Луны. Но ей это и нравилось, нравилось, что никогда не знаешь, что будет дальше, а уж этот его ментальный блок просто сводил рыжую с ума. И даже сейчас, сидя рядом с ним, потягиваясь лениво, довольно щурясь, и продолжая периодически что-то закидывать в рот, Луна задумчиво смотрела на профиль Дакена, проведя внезапно ладонью по накаченным рукам, ведя линию по отчетливым чернильным рисункам на плечах, груди, уходящих вниз под тонкие спортивные штаны. Рот моментально наполнился слюной, как бывало всякий раз, стоило Луне только подумать о ней, Хоулетте и огромной постели. - Дэй… Ты спрашивал о наставнике, - Луна отставила тарелку, ловя на себе пристальный взгляд Хоулетта, откинувшегося на спинку дивана, и протягивающего руку к Лу, которая тут же упала в его объятия. – Тебя тогда долго не было, и мы даже толком не встречались, так, легкое знакомство, ты первый, кто смог меня увидеть в этом мире. Я попала в Венгрию, с тогда ещё своей близкой подругой, сейчас мы даже не общаемся, и там так случилось, что я столкнулась с вампирами, что внезапно захотели испить моей царской кровушки, - Максимофф чуть наморщила лоб, закрывая глаза. Она почти не помнила то время, стараясь всячески его забыть. – Именно там я встретилась с человеком… Вампиром, который и стал моим защитником и наставником. Он всегда был рядом, пока я вставала на ноги в этом мире. Этим наставником является Майкл Морбиус, - Лу воззрилась на Дакена, чуть улыбнувшись. Мало кому было известно, кто есть кто в КАПе, но это было известно Луне, которая нет-нет, да влезала в голову кому не попадя, старательно, и весьма аккуратно там копаясь, в поисках нужной информации. И собственно для Дэя тоже не было тайной, о чем она сейчас говорит. - Я являюсь своего рода знатоком вампиров, может именно поэтому нас с тобой сюда и послали, как неразлучную парочку, и как одних из самых отчаянных и долбанутых бойцов КАПа, - Луна потянулась к Дакену, коснувшись кончиками пальцев его лица, а затем прикоснувшись губами к губам. – Ты моё безумие, Хоулетт, - Максимофф уселась в прежнюю позу, возвращаясь к мясу, которого почти не осталось на тарелке. - Это действительно странно. Оппозиция вряд ли бы решилась на подобное действие, все-таки спалить мечеть – это уже слишком, даже для них. Думаю, что там не обошлось без пособников нашей старой ведьмы, жаждущей всемирной власти. Скучно и банально, хотя разбавлено хорором и жестью, в целом, мне нравится, - Луна пожала плечами, улыбаясь. Ну, а что в конце концов? Хотя, что-то ей подсказывало, что будет куда хуже. - Дакен, нет! – Луна вскинула ладонь, буквально врезаясь ментально в сознание Хоулетта, и едва ли не пробивая его насквозь своими эмоциями. Если читать мысли Лу не умела, то вот воздействовать на них – вполне. Ей нужна была эта вампирша живой и невредимой, судя по отчетливой, темно-серой ауре она была одной из самых старых вмпирш в принципе. – Оставь её, - ладонь Луны мягко легла на плечо мужчины, уводя его подальше от женщины, и позволяя той спокойно вздохнуть. Кожа белее мрамора, и такая же твердая наощупь, её почти невозможно сломать, убить или ещё что-то сделать, и она вполне в состоянии разорвать Лу на кусочки, но не сделает этого, чувствует пламя, струящееся сквозь Максимофф, через её пальцы, и не суется. - Зачем вы тут? Мы не можем вам помочь, вы ведь по сути – сильнее нас. Древнейшие, вы первые, кто стал этими вампирами, - Луна нахмурилась, присаживаясь на край дивана, и кидая на Хоулетта предупреждающие взгляды. Даже в такой серьезный и сложный момент он не мог успокоиться и по-прежнему выкидывал фортеля и ехидные шуточки, Лу же отнеслась к этому чертовски серьезно. - Я не причиню вам зла. Я знаю, что наши с вами цели схожи.. Максимофф закатила глаза, понимая, что ей досталась весьма серьезная и немного даже мерзопакостная парочка, с которой ещё и работать как-то надо. - Для начала, как вас зовут. Нет, я конечно догадываюсь – рыжие длинные волосы, белая кожа, чуть неправильная речь, потому что в молодости вырезали язык. Маарет, не так ли? – Вампирша ухмыльнулась, довольно кивнув другой рыжей. - Ты хорошо подготовлена. - У меня прекрасные учителя, - Лу слащаво улыбнулась, тут же возвращаясь к теме разговора. – Но не надо уходить от темы. Как мы можем вам помочь? - Мечеть, - Протянула лениво вампирша, игнорируя Луну , заметно расслабившись, и опускаясь в кресло, внимательно оглядывая своих собеседников тяжелым взглядом почти белесых глаз. – Это её рук дело. Когда Акаша уничтожила Энкила, свернув ему голову, а это, я вам скажу, почти невозможно даже для вас, она едва ли не сошла с ума от ощущения собственной, внезапно появившейся свободе. Вот и решила наведаться на место своего бывшего храма. Там раньше был её дворец, уничтоженный Амелом – злобным духом, сделавшим Акашу и Энкила вампирами. Увидев, что нечестивцы заняли святое для неё место – вампирша озверела, и подожгла мечеть. А вместе с ней и нескольких вампиров. Фактически, она может управлять нами, но ею давно забыто, как это делать, - Маарет пожала плечами, бросив на парочку вопросительный взгляд. - Я все меньше хочу в этом участвовать, и вообще я хочу замуж, а не бегать за вампирами, понимая, что тебя могут грохнуть, Дэй, поехали в Нью-Йорк? – Жалобно, после паузы простонала Максимофф, утыкаясь лбом в ладони. Она знала, что они никуда не поедут, и что теперь будут бегать за вампиршей, присылая по кусочку разнообразную информацию КАПу. Кстати, о КАПе. - И что же теперь ей надо? - Всё просто, Акаше нужен новый король, - ведьма пожала плечами, странно посмотрев на Дакена. – И она его нашла. - Что?! – Максимофф аж подскочила на диване, впиваясь в рыжую бешеным взглядом. – Пусть даже не думает. - Она уже подумала. Ты поразил её в том переулке, о, да, об этом уже все знают, - Маарет снова улыбнулась, но на этот раз чуть печально, едва раздвинув губы. – Она вознамерилась создать совершенного вампира. Раньше её мысли занимал другой, что разбудил её своей музыкой, а теперь… Это ты. - Эй, меня тут, что не существует?! – Лу замахала руками привлекая к себе внинимание. – Я не могу позволить, чтобы какая-то психнутая вампирша положила глаз на моего мужчину. Повоторяю – моего! - Мы можем это использовать. Ты – тонкий, острый палец уткнулся в сторону Хоулетта – станешь лакомым кусочком для вампирши. А ты, рыжая, станешь её адом. - А кем будешь ты? – Зло, сквозь зубы спросила Лу, наблюдая за тем, как вампирша встает с места. - Я стану новой королевой проклятых, - печально, с кровяными слезами, проговорила Маарет, в следующее мгновение исчезая из поля зрения парочки. - Даже не думай! Мы уезжаем в Нью-Йорк! – Луна выхватила свой телефон, старательно пытаясь набрать смску Герцогу, чтобы сказать ему, что миссия окончена, что пусть сами разбираются с вампиршей. Но поймав на себя пристальный взгляд Дакена, Луна сжала телефон в ладонях прерывисто вздохнув. – Ладно. Давай теперь думать, что нам делать. Я боюсь за тебя. И за себя тоже… - Луна уселась на колени к Дакену, уткунвшись носом в шею, и не понимая, что будет дальше. Неотступные темно-серые тени теперь стали её вечными спутниками.

Daken: Казалось, что в номере сидит примерно двадцати семи летний парень. Именно на этот возраст выглядел Дакен. Мощные руки и накаченная грудь, вкупе с татуировкой, которая шла через все тело, уходя вниз и совершенно спокойный, невозмутимый и взрослый взгляд. Он-то порой и выдавал Дакена. За все годы, что он прожил в вечной ненависти, в желании убивать, в играх и интригах, плетя никому не понятные сети, заманивая туда людей и мутантов, безжалостно их убивая, добираясь до одной единственной цели, ненависть к которой в нем подпитывали всю жизнь, Дакен приобрел этот взгляд. Он был тяжелым, пронизывающим, он был таким, словно Хоулетт видел насквозь, синие глаза сканировали на все возможные предметы, они изучали. Под этим взглядом невозможно было чувствовать себя спокойно или уютно. Он был тяжелым, как свинцовая, весом в тонны, гиря. Это был такой же тяжелый и неподъемный взгляд, как взгляд его отца. Только более ядовитый. Хоулетт-старший все же, был склонен к доброте, он усмирял свое звериное нутро, старался держать его под контролем. Дакен же редко держал зверя на привези, чаще выпуская его, позволяя ему собой завладеть. Позволяя ему управлять своими действиями и выбирать - казнить или миловать. Наверное не трудно догадаться, что чаще всего выбирал зверь. Хоулетт взглянул на Луну. В его взгляде не было той жесткости, той зверинности, того предупреждения. Ей он верил целиком и полностью, с ней он мог быть ласковым и нежным, любящим зверем. Он знал, что может доверять ей, он доверял ей вот уже несколько лет, позабыв о том, что такое ненависть, что такое страх и что такое одиночество. Дакен упал в пропасть, которая называлась любовью, и это было самое сладкое что когда либо с ним случалось. Никогда раньше он еще не был так спокоен и умиротворен. Никогда раньше он не был так доволен жизнью. Кол, который Дакен все еще крутил в руках, был чуть опущен, чтобы не мозолить глаза вампирше, пока она беседовала с Луной. Пока дамы обменивались любезностями, Хоулетт внимательно оглядывал вампиршу. Легкая, летящая одежда, не скрывала белесого тела, скорее напротив, привлекая к нему внимания. Такое не каждый день встретишь в Каире, где большая часть людей, и даже туристов имели бронзовый или темно-бронзовый оттенок кожи. Даже Луна, пока они шли по городу успела приобрести иной цвет кожи, а о Дакене и говорить нечего. Он усмехнулся, когда услышал, что вампирша похвалила Луну и встретившись с ее заинтересованным взглядом, приподнял брови, словно мысленно интересуясь, что же это она так на него смотрит. Пока девушки беседовали, Дакен невозмутимо отложив кол, налил себе выпить. Виски со льдом прекрасно шли в сочетании с этой жаркой беседой. Дакен не любил вампиров. Они были слишком холодные и неживые. От них не исходил такой замечательный аромат, который исходил, например от Луны. Аромат живого тела, аромат, который кружил ему голову и будил в нем зверя, не давая ему ни на секунду закрыть глаза. Потягивая виски, Дакен внимательно слушал рассказ, живо представляя, как вампира врывается в храм, раскидывая всех лишних, как она бесится, понимая, что там все изменилось, что больше это не ее молебный храм, и решат поджечь его, с мыслями, что не достанется же он таким образом никому. Замечательный способ не привлекать к себе внимания. - А она вообще понимает, что это не самая лучшая идея всем заявлять о том, что она так воинственно настроена? мимо ходом поинтересовавшись, Дакен получил скептическую ухмылку, но так и не получил ответа. Видимо вампирша посчитала, что ее ухмылки вполне хватит. Впрочем, она была права, этого вполне хватило, чтобы Дакен понял - этой чоканашке наплевать. Скорчив выражение лица "окей", Хоулетт снова замолчал на какое-то время, так и не присаживаясь. - Какой Нью-Йорк, солнышко, тут только становится интересно. Эти вампиры без нас никуда. не упустив момент, чтобы не всадить шпилькой в вампиршу, Дакен очаровательно улыбнулся, встречаясь с ее скептическим взглядом, нагло на нее смотря. Она могла бы попытаться его убить. Ведь она такая быстрая. но могла бы получить кол, ведь Дакен тоже не промах. А Луна могла бы сделать из нее свежий шашлычок, жаль только, что мяса на этом шампуре не будет. Конечно она не будет нападать. Наверняка она уже пожалела, что ей придется иметь дело с таким клоуном. - Король вампиров это очень заманчиво, но у меня уже есть королева, так что.. он развел руками, неуловимо для глаз Луны пожимая руку вампирше, которая скрылась. Они уже договорились. Невозмутимо допивая свой виски, мужчина улыбнулся Луне, а затем скрылся в ванной комнате. Через какое-то время он появился, его лицо и голова были мокрыми, в руках у него было полотенце, которым он вытерся, а затем бросил его на кровать, присаживаясь рядом с девушкой и беря ее руки в свои. - Тебе не надо бояться, он поцеловал ее пальчики, нежно, каждый по одному, а потом поднял на нее взгляд - Все будет хорошо. Я буду приманкой, а тебе надо будет быстренько действовать. Здорово, да? Обычно я тебя вытаскиваю из лап всяких засранцев, а сейчас ты меня. он спокойной улыбнулся, на душе было спокойно. Ведь он ей доверял. Полностью. - Только не опоздай, иначе я превращусь в вампира и буду по ночами пить твою кровь, а это, мне кажется, как-то, ну..не очень. Дакен крепко прижал к себе рыжую, слыша как ее сердце бешено стучит, и чувствуя, как она на самом деле, боится и переживает. - Ну разве не прелесть, что она решила сделать меня своим Королем? я наверное такой секси, что даже она запала на меня. Тебе так повезло с будущим мужем. Хоулетт немного нервничал, но это, как ему казалось, было не самое худшее, что с ним случалось. Например однажды, она вырубила его регенерацию, и в них начали палить из пулеметов - вот это была проблема. А вампирша, пф.. Во всяком случае, у Луны будет несколько попыток, ведь обращение его в вампира будет очень затруднительным процессом, хотя бы потому, что его регенерация просто не даст ему возможности превращения. Он крепко обнимал девушку, прижимая к себе, и укрывая ее от тревог и проблем, которые были их компаньонами. Едва касаясь ее губами, он успокаивал ее, и убеждал, что у них все получится, иначе, разве отправили бы их на такое сложное задание? Они вдвоем были почти что непобедимы, идеально сочетаясь и работая вместе. - Наверное, она захочет со мной поболтать, и наверное, уведет в какое-нибудь темное и не самое людное место. Ты не должна никак выдать себя. Хоулетт наморщил лоб. Запах Луны был повсюду в комнате, она была такой вкусной и яркой, что он даже не представлял, как вообще реально замаскировать ее запах. - Ммм..я мог бы попробовать замаскировать твой запах, а если ты будешь левитировать, то она не услышит шагов..сможешь, м? он ласково чмокнул рыжую в носик, выпуская из своих объятий и открывая в очередной раз открывая чемодан с КАПОвскими подарочками. Парочку колов, Дакен спрятал себе, а основную часть оружия передал Луне. Времени было еще мало, день еще не спешил подходить к концу. Хоулетт бродил по номеру, то и дело обсуждая с Луной, какие варианты могут быть. А если они их подставят, а если у нее будет план "Б", а если у нее будут сообщники. Все эти разговоры только больше нервировали Луну и раздражали Дакена. А времени было всего 4 часа дня. - Так, все! неожиданно прервал девушку на полуслове брюнет, снимая с себя футболку. - Раньше вечера мы ничего не будем делать, сейчас всего 4 часа и мы в самом дорогом отеле Каира. Может быть, мы хотя бы искупаемся разочек? Луна вытаращилась на Хоулетта как на полного идиота, поджав губы. А ему было лень долго уговаривать рыжую, и он, подхватив ее на руки, потащил к выходу. Когда он услышал справедливые протесты вида " мне нужен купальник" он отпустил ее переодеваться, нетерпеливо ожидая возле лифта. Когда они оказались в бассейне, напряжение уменьшилось, прохладная вода расслабляла, а от солнца всегда можно было скрыться, нырнув под воду. Дакен чуть обнимал в воде девушку, то и дело нежно прикасаясь к ее губам, целуя. Хоулетт невинной и словно бы случайно, в воде дотрагивался до ее тела, проводя кончиками пальцев и хитро улыбаясь. Он знал, что на нее это действует. И еще как. в воде Луна не была такой напряженной и сосредоточенной, то и дело бросая на Дакена возмущенные взгляды, она все же не могла удержаться от такой же хитрой улыбки, как его собственная. Когда же они оказались в номере, перед этим несколько раз останавливая лифт на разных этажах, чтобы всласть нацеловаться, - чего у них все равно не получалось - Дакен уже не хотел идти ни на какое задание. Он хотел Луну. Одевая черную футболку и шорты, в которых был, он то и дело посматривал на девушку плотоядным взглядом. Оружие, заранее распределенное, было уже спрятано, время было вечернее, Каир уже осветился ночными фонарями. Чмокнув Луну, он внимательно на нее посмотрел, а потом прикрыл глаза, передавая ей свое спокойствие, свою уверенность и легкость. Это была не телепатия, не эмпатия, и ничего такого, против чего у рыжей мог бы быть щит, это было управление феромонами, контроль над состоянием, то, чем Дакен вообщем-то с ней никогда не делал, а сейчас позволил себе. Слегка подправил ее боевой дух. - Ну что, пойдем надерем задницу эти вампирам? он подмигнул рыжей, не удержавшись и снова поцеловав ее, а затем выходя вместе с ней из номера, а после оказываясь на улице. Воздух был все еще горячий, но уже не такой как днем, чувствовалась свежесть и разрядка. Хоулетт объяснил Луне, что ей нужно находится не слишком далеко от него, чтобы он не терял контроль над ее запахом и мог маскировать ее. Это было чертовски сложно, так как требовало постоянной концентрации, а он, подозревал, что с этой заразой, ему еще и говорить придется.

Luna Maksimoff: Больше всего на свете Луна любила, когда Дакен целовал её руки. Каждая из женщин по-разному оценивает это проявление чувств, для Максимофф же это было прежде всего выражением бесконечной любви, доверия и непреодолимой нежности. Он целовал каждый её пальчик в отдельности, его горячие губы едва касались тонких и загорелых запястий, покрывая бабочками-поцелуями ладони и кончики пальцев, и Лу таяла под этими поцелуями, понимая, что не может отказать этому демону в человеческом обличии ни в чем. Хоулетт сначала стал её проклятием-любовью, такой невыносимой, сквозь его чувства, любовь приходилось продираться, да ему тоже было с ней не легко. Эмпат, телепат, своенравная девица с наследственностью, как у самого дьявола. Но постепенно все это ушло и осталась только одна чистая любовь, безо всяких примесей в виде страстной ненависти, как это бывало у многих её друзей и знакомых. За Дакеном Луна была как за каменой стеной, зная, что он всегда все делает правильно, все для её же блага, и что ничего не будет сделано просто так, без уверенности, что она – рыжая фурия – не будет в безопасности. - Ты постоянно шутишь над теми вещами, которые повергают меня в ужас. Да, наверное, это весело быть избранником какой-то психованной вампирши. Но у них чертовски сильные способности в плане эмпатии, телепатии, воздействия на мозг. К тому же ты сам её видел, она красивая баба, - Луна чуть поморщилась. Наверное, это было неправильно с её стороны ревновать к тому, кто уже давно мертв, хотя и ходит, бегает и даже кусается, но такова была Луна, она была не в состоянии делиться своим любимым даже вот в такой теории. К тому же Максимофф прекрасно осознавала уровень опасности этой самой вампирши, и очень не хотела с ней связываться, весь пыл куда-то вдруг исчез. Очень быстро. - Мне повезло с будущим мужем…Му-жем… - Луна произнесла это слово, сладко прищелкнув кончиком языка и довольно улыбнулась, посмотрев на обнимающего её Дакена с нежностью и любовью, и тут же обвивая его шею руками. – Хорошо, уговорил. Мы разберемся с ней, но если я почувствую определенную опасность, то мы тут же уходим, договорились? Не заставляй меня нервничать, а то я становлюсь неуправляемой в такие моменты, - Максимофф поднялась, чуть потягиваясь, и тут же оказываясь снова в объятиях Дакена, едва водя ладонью по его обнаженному торсу. Но владельца этого торса куда больше привлекали игрушки, впрочем, с этим спорить было бесполезно. - Святая вода на них не действует, кресты они коллекционируют, а чеснок жуют вместе с кровавыми коктейлями, - вздохнула рыжая, оглядывая няшки от КАПа. Благо там не было ничего подобного, подбрасывая на ладони один из колов, которые вряд ли бы смогли убить такого сильного вампира, как Акаша, Лу прикидывала сможет ли вырубить её хотя бы на время. Решив, что сможет, девушка тут же убрала ещё несколько в сумку, кинув туда же парочку разрывных гранат и два пистолета с четырьмя обоймами, на всякий случай. - Конечно смогу, ты ещё спрашиваешь. Левитировать я научилась раньше, чем ходить. К тому же, так мне будет проще наблюдать за вами, скрываясь в тени крыш домов, - Лу поцеловала Дакена в ответ, начиная бродить по комнате, и хрустя костяшками пальцев. Их разговоры с Деем всегда сводились к тому, как лучше действовать. Луна предлагала напасть на неё сразу, как Акаша появится, а Дакен хотел потянуть время. И это действительно бесило, потому что Лу не желала долго трепаться с этой чернокожей дивой, желая размазать её по стенке. Стоя напротив балкона с самым мрачным выражением лица, Максимофф подкидывала на ладони фаерболл, пуская его вокруг себя, растягивая в тонкую огненую ленту, и тут же собирая снова в кулак. Огонь, как и вода – всегда расслабляли рыжую, хотя вода все-таки больше, но сейчас и это привычное занятие не помогало. - Я не хочу, чтобы долго там был, мало ли что может пойти не так, все-таки это вампиры, а не обычные мутанты. Они все, мать их, бессмертны… - Что-о-о-о? – Максимофф, как это обычно бывало, не дослушав до конца предложение своего будущего мужа во все глаза пялилась на его полуобнаженое, загорело тело бога, и отказывалась слушать дальше. Он обладал просто магнетическим свойством – моментально приводя рыжую в состояние «давай займемся сексом прямо тут». – А, искупаться, - разочарованно протянула Луна, когда с её лица сошло дурацкое выражение, а губы снова стали пухлыми и капризно надутыми. Сильные руки, подхватившие её под мышки, не желали отпускать маленькую мутантку, и ей пришлось хорошенько посопротивляться. - Мне нужен купальник! Или ты хочешь, чтобы весь отель залил слюнями бассейн, потому что твоя благоверная разгуливает в чем её мать родила? Без проблем! – Зная собственнический характер Хоулетта, Максимофф прекрасно понимала, что подобная фраза подействует безотказно. Быстро переодевшись в белое бикини, накинув сверху на себя тонкую белую тунику, Луна вышла к Дакену. Вода скользила по её телу также нежно, как и руки Дакена, которые словно невзначай касались то груди, то бархатной кожи между ребер. На эту парочку смотрели все вокруг, слишком красивые для обычных людей, слишком необычные. От них обоих всегда веяло опасной энергией, которая заряжала окружающих. Лу не могла оторваться от сияющих, темно-синих, почти черных глаз брюнета, с неподдельным удовольствием целуя его губы, и плавно кружась в теплой воде, которая успокаивала и приводила мысли в порядок. Сейчас Максимофф казалось, что все было не так уж и плохо, и что они обязательно справятся с этой самой вампиршей. И вернуться в Нью-Йорк, где почти сразу же поженятся. Безо всяких гостей, людей, только они вдвоем. А потом будет месяц, когда не надо будет работать, думать, и когда они только и будут делать, что валяться на постели, где-нибудь, на Мальдивах, где всегда тепло, солнечно, и безумно красиво. Выходя из воды, Луна чувствовала на себе пожирающий взгляд зверя, следившим за каждым её движением, облизывающим буквально её тело с головы до ног, и ощущала, как в Хоулетте борется два начала, одно желало её прямо здесь и прямо сейчас, на глазах у всех этих людей, а второе говорило подождать до номера. Дорога до него была мучительно долгой и сладкой, каждый этаж – стоп на пять минут – поцелуй до красных губ, засосов на шее, и синяков на бедрах. Влажный купальник, уже не от воды. И страстное, дикое желание. Отвлечься, не думать. Нет, нельзя. Дрожашими пальцами Максимофф стягивала с себя купальник, переодеваясь в более подходящую одежду. Черные в обтяг брюки из тонкой ткани, такая же футболка, чтобы было проще слиться с темнотой ночи, волосы собраны в тугую косу, чтобы не мешались, ничего лишнего. За плечами рюкзак с оружием, а на ногах легкие тапочки, для удобства. По телу Луны растеклось блаженное тепло, когда пальцы Дакена едва коснулись её плеч, но Лу даже не заподозрила, что он что-то с ней сделал, она лишь легонько кивнула головой. - А потом вернемся домой, и ты как следует меня оттрахаешь. Я согласна, - рыжая вообще редко была сдержана в подобных вопросах. Очень редко. Каир звал и манил своей темнотой, он подманивал к себе, как вор, желающий задобрить соседскую собаку, чтобы усыпить её бдительность. Проклятый город, с проклятой историей. Луна скользила невидимая взгляду, под покровом ночи, скрываясь в тени домов и хибар, отвлекая от себя и Дакена внимание эмпатией, и поднимая пыль с помощью ветра. Лететь – это было намного лучше, чем ходить. Сейчас девушка даже сама не ощущала своего запаха, понимая, что Дакен поработал на славу. Он шел чуть впереди, своей фирменной, чуть развязанной походкой, расправив плечи, и едва ли не насвистывая себе под нос какую-то песенку. Луна же в это время устроилась на одной из крыш, закрыв глаза, и прислушиваясь к городу. Он говорил с ней, выдавая чужие тайны, сдавая со всеми потрохами своих грешников, и не желая показывать то, что ей было надо на самом деле. Дакен остановился возле этого самого дома, упираясь спиной в серую стенку, скрестив руки на груди, и словно о чем-то задумавшись. - Как странно застать тебя тут и одного… - она явилась словно из ниоткуда, приведя Луну в настоящую панику, но впрочем, быстро с ней справившуюся. Максимофф пристально вглядывалась в темноту, стараясь уловить движения ещё кого-нибудь, но Акаша была одна. Она вилась вокруг Дакена, чуть улыбаясь. Почти идеальная красота, мраморная кожа темно-оливкового цвета, роскошные, сияющие под ярким светом луны черные волосы до поясницы, и почти ничего не прикрывающая одежда, состоящая из лифа в драгоценных камнях и длинной юбки из золотистых полос. Сука. - Хотя, это и немудренно. Ты пришел на мой зов, ты услышал его. Мой Король, - Акаша провела ладонью по лицу Дакена, чуть улыбаясь. А Луна едва сдержала порыв всадить этой твари в сердце кол. Сразу же. Навылет. – В тебе сидит дикий зверь, просящийся наружу. Ты станешь идеальным спутником на всю жизнь. Идем со мной, я не причиню тебе вреда, я покажу тебе то, чего ты ещё не видел. Акаша протянула к Дакену руку и…растворилась во тьме вместе с Хоулеттом. - Что?! – Луна подскочила на месте, широко распахнув глаза. Дакена нигде не было, не было ничего, что напоминало бы о том, что он тут был. Но было кое-что другое. Парочка вампиров, стоящих за её спиной и скалящих зубы. - А вот это вы зря, ребят, - Луна была зла, чертовски зла. Одним движением руки Максимофф распахнула рюкзак, извлекая из него сразу два кола. Ребята были быстрыми, но не быстрее её самой. Луна сначала как следует заморозила двух ублюдков, а затем всадила каждому из них кол в сердце, прокручивая до тех пор, пока не услышала хруст разрываемых тканей, и кончик кола не показался с другой стороны тела. Одного Луна сожгла тут же, а вот со вторым решила поработать, прямо тут, на крыше. Когда Максимофф зла, она становится в несколько раз сильнее. - Ты скажешь мне сейчас, где находится твоя Королева, это проклятая тварь. Иначе я выпущу тебе кишки, ясно? - Она на краю Каира, там, где раньше находился её замок. Она собирается обратить нового Короля этой ночью… - тупо, без эмоций ответил вампир, прежде, чем понять, что кишки ему в любом случае выпустят. Он горел недолго, но ярко, подпалив, как оказалось потом, и заодно весь дом. Луна спрыгнула с крыши, направляясь упрямо вперед, надеясь, что вторая вампирша окажется рядом. Иначе Луна за себя не отвечает. Она проклинала сейчас абсолютно всех, но прежде всего саму себя, раз не смогла засечь эту мерзавку, и раз позволила забрать Дакена. Он её Король, будущий муж и любовь всей жизни. Максимофф взмыла к небесам, застывая в воздухе, и ища уже самого Дакена. И он нашелся. И Луне совсем не понравилось то, что она почувствовала.

Daken: Дакен не слишком уж спешил к тому самому месту, где все началось. Он шел медленно, немного нахально, в том плане что словно бы на променад, равнодушно окидывая взглядом редких прохожих, слыша Луну, которая совсем рядом, но не так ощутимо как мог чувствовать ее он. Ее вообще словно бы и не было, Дакен не мог уловить ее знакомых запах, сладкий и пьянящий, но с остринкой, и если бы не был уверен, что она тут, рядом, засомневался бы и начал рыскать взглядом по крыше, выдавая себя с головой. Но он знал, что она тут, что она на готове и что ей можно доверять. Свою жизнь он еще не доверял никому. Впрочем, когда живешь столько время, сколько жил он, отношение к жизни становиться куда более пренебрежительным, особенно с учетом того, сколько он уже пережил. Хоулетт остановился около дома, опираясь спиной о каменную плиту, и притворно зевнув, сложил руки на груди. На какое-то время он прикрыл глаза и стал слушать город. Не так далеко были слышны сигналы машин, водители переговаривались, приветствовали друг-друга, уступали дорогу. Пешеходы гуляли по центру города, дети с родителями, рассеянные туристы, которые уже попали в плен этого города и чьи глаза жадно блестели, когда перед ними открывались двери лавок щедрых зазывал. Дакен усмехнулся. Дальше в переулке, двое подростков избивали третьего, собаки лаялись, а кошка перебежавшая им дорогу давно скрылась где-то, один из мальчишек упал и вместе с ним деньги, которые рассыпались звонкими монетами, покатились дальше, грозясь оказаться в канализационном люке. - Я уж было подумал, что зря пришел. Хоулетт открыл свои синие глаза, взглянув на вампиршу, которая была скорее похожа на кошку в мае, чем на опасную хищницу. Она вилась во круг него, ластилась и чуть ли не умоляла приласкать себя. Ее камешки и украшения едва слышно позвякивали, ударяясь друг о друга, Дакен внимательно ее осмотрел, как товар на прилавке, отводя через какое-то время взгляд. - А ты не боишься, что у меня кто-то есть? Вампирша звонко рассмеялась, закинув голову назад, ее волосы на мгновение взлетели вверх, а затем опустились вниз плавными волнами. Да, такая дама могла бы увлечь кого угодно. - Разве ты не ощущаешь, вот тут, что твои чувства все слабее? Это даже странно, что ты вспомнил о ней, она всего лишь девчонка. Акаша прикоснулась к груди Хоулетта, задумчиво пробежавшись по нему глазами, а потом остановилась на лице. Дакен замер, прислушиваясь к своим ощущением. Делая вид, что прислушивается. Откуда она могла знать, что на нем стоит такой блок, что даже ей не под силу? Откуда она могла знать, что сейчас Дакен хотел просто оторвать ей голову и сжечь ее в адском пламени? На его лице появилось непонимание, смешанное с недоумением, он приподнял брови, с удивлением вглядываясь в глаза вампирше, его брови чуть сошлись на переносице, а потом он покачал головой. - А о ком мы вообще говорили, моя королева? На лице Акаши появилась плотоядная улыбка, она продолжала виться во круг Дакена, сладко ему улыбаясь, обнажая в улыбке острые и опасные зубы, и все еще желая добиться от него хоть какой-нибудь ласки. Дакен протянул ей руку, сжимая ее холодную и твердую ладонь в своей горячей и сильной. Ее рука была совсем не такой, как у его любимой девочки, которая наверняка сейчас наблюдает за всем этим и думает, как бы ей не сорваться и не убить эту тварь прямо сейчас. Дакен и сам так думал, сохраняя ледяное спокойствие и продолжая концентрироваться на том, что запах Луны необходимо скрывать. Лишь на секунду в его глазах промелькнул странный огонек, когда Акаша сказала о звере, что сидит в нем, а потом он исчез вместе с ней.. *** Их закружил вихрь. не причиняя никакого дискомфорта. Она прижалась по ближе к нему, обнимая Дакена за шею, а ему пришлось обнять ее за талию. Когда он почувствовал землю под ногами, он отпустил ее, да она и сама не собиралась держаться за него, делая несколько шагов назад. - Я не настолько глупа, мальчик мой. она усмехнулась, а Дакен вопросительно приподнял брови - Я знаю, что ты не мог так просто забыть свою любимую человечку. Но я знаю, что надо сделать, чтобы ты действительно смог ее забыть, ты ведь этого хочешь, верно? ее глаза опасно сузились, и она приблизилась к нему так близко, что он мог почувствовать как в ее горле клокочет рев. В темноте показались горящие глаза, а потом оказалось что они находятся в окружении других вампиров, которые внимательно слушали каждый лишний вздох. - Разумеется. Хоулетту не пришлось заставлять себя ждать слишком долго. Вампирша отступила, улыбнулась, снова скаля свои белые зубы и удовлетворительно кивнула головой. - Ты уже догадываешься, что ты сделаешь? Ты выпустишь своего зверя на волю. Ты вырежешь весь Каир, если потребуется, чтобы я почувствовала в тебе ту самую жажду крови, которая должна быть в моем Короле. В тебе есть потенциал, но ты его скрываешь, ты держишь его на замке, зачем? Не надо этого делать, выпусти свою сущность.. Покажи себя.. она ходила во круг Хоулетта, уговаривая его, уламывая его, упрашивая его. Она рисовала ему, что перед ними на колени падет сначала весь Египет, потом все Средиземноморье, потом последуют и остальные страны. Она рисовала, что перед их величием никто не сможет устоять. От ее гипнотического голоса у Дакена голова пошла кругом, он слышал как другие вампиры одобрительно гудят, как они подбадривающе ворчат. И он понимал, что зверь, который сидит в нем, что зверь, которого выманивали на мясо, готов был вырваться. Он был готов заниматься тем, что он умел лучше всего в этом мире - разбой. Убийства. Кровопролитие. На губах Дакена появился оскал. Это была не улыбка. Это был хищный оскал, оскал зверя. Она оскалилась точно так же. - Мы можем сделать это вместе. Это будет нашей первой ночью. ее голос звучал уже не отвратительно, он был даже каким-то успокаивающим, каким-то словно хорошим, правильным. Дакен понимал, где-то в глубине души, что это не правильно. Что это не по плану, но его глаза уже горели алым огнем, его зубы словно заточились, его лицо преобразилось, выставляя звериное. А она все кружила во круг него и кружила. Все говорила ему, что пора позволить себе быть самим собой, пора уже управлять этим миром, ведь он именно этого и хочет на самом деле. И пора позволить его зверю выйти наружу, слишком долго он был взаперти. Зверь вторил ее словам, подтачивал зубами и когтями клетку, что была внутри Дакена, он урчал, как большой довольный кот, каждый раз как она говорила об убийствах, о крови, он скалился и жмурился от удовольствия, представляя как по его рукам потечет чужая кровь, как под его ногами останутся ручейки крови. Зверь всегда любил зрелищность, он был не аккуратен, всегда показуха, всегда освежеванные трупы, всегда расчленные части тела, всегда кровь и брызги на стенах. Дакен сделал глубокий вздох. Он не мог сорваться сейчас, это было далеко не лучшее время для этого. Но и отказать он не мог. По его губам уже блуждала улыбка, хищная и злая, которую он и сам не заметил, в его глазах был огонь, который желал найти выход. Его когти медленно начали жить собственной жизнью, и они уже не были запрятаны. Он был сейчас идеальной машиной убийства, его нужно было всего лишь направить. И все. Каир так Каир.

Luna Maksimoff: Пожалуй, ярость – это именно то чувство, которое Максимофф чаще остальных держала под контролем, осознавая, что выпустив её единожды, она никогда не сможет затолкнуть её назад. Ярость убивала Луну изнутри, превращая не в животное, нет, гораздо хуже. У животных есть инстинкты, чувство самосохранения, какое-то милосердие к слабым существам. У Максимофф же этого не было, она отрицала напрочь все слабости, когда позволяла ярости завладевать собой. Еще тогда, в Турции, когда по воле кого-то там свыше она стала на какое-то время волком, белой, дикой и жестокой волчицей, она была в состоянии контролировать саму себя, но только не сейчас. Глядя на то, как её единственную любовь, человека, который был с ней всегда рядом, даже когда они были врозь, уводит прочь какая-то вампирша, у которой даже нет права взглянуть на Дакена, Лу поняла одно – ярость добилась своего. Она вырвалась из напряженного тела, ударила по оголенным нервам, в одну секунду изменив все вокруг себя. Луна чувствовала растекающуюся по её жилам и венам силу, только теперь это была не привычная сила воды и воздуха, а разрушающая сила огня и земли, то самое, чего так страшаться все люди. Слушая сладкие речи этой древней красотки, рыжая едва сдерживала себя, чтобы не сомкнуть свои тонкие, горящие адским пламенем пальцы на её мраморной шее, и сжимать их до тех пор, пока эта тварь не превратиться в прах. Но договор, есть договор, а значит надо действовать так, как было условлено. Но стоять и смотреть на все это не было никаких сил, Луна ненавидела слабых людей, презирала их, плевала в их сторону ядовитой слюной и умирала, если надо было находиться с ними дольше положенного. И сейчас, в этот самый момент Максимофф больше всего в жизни ненавидела именно себя. Они чувствовала, как предательски дрожат руки, как срывается дыхание, но не сделала ничего, устремив взгляд в пустоту, туда, где несколько секунд назад стоял Дакен. - Не совершай глупости, - Луна резко обернулась, подняв вокруг себя столп пыли, чуть сузив голубые глаза. Рядом с ней стояла Маарет, кутая свое обманчиво хрупкое тело в длинный до пола плащ с глубоким капюшоном. В такой темноте, как в Каире, Лу могла видеть только огромные сияющие глаза вампира. - О чем ты? - Не бросайся одна и сгоряча в логово к Акаше. Она уничтожит тебя. И не спасет даже твоя безумная сила, что льется светом вокруг. Ты не сможешь уничтожить её огнем. А если сделаешь это, то твоя любовь погибнет тоже. Позволь мне пойти с тобой. Луна крепко сжала губы, понимая, что Маарет говорит истину. Она не справится одна, потому что… Потому что только вампир равный по силе Акаше мог действительно её убить, отправить в небытие. Выпив последнюю каплю крови. - Ты готова рискнуть собой, чтобы спасти мир? Как-то нелепо звучит, прости уж. - Пусть нелепо, но мы также, как и вы не хотим, чтобы она жила. Акаша уничтожила большую часть тех, кого я когда-либо любила, и это разрывает мое каменное сердце. Я хочу отомстить, даже если для этого мне придется превратиться в тот самый камень. - Хорошо. Что надо делать? - Дождись, пока твой мужчина придет в Каир. Ты же понимаешь, что с ним сейчас не так, ты чувствуешь это, как никто другой… - Я не могу позволить такому количеству невинных погибнуть. - На любой войне есть свои жертвы. И тебе придется это допустить. - Стоять и смотреть на то, как человек, который мне дороже жизни вырезает половину города? Ты понимаешь, что он мне не простит этого, когда очнется. Что вина убьет его. Дакен слишком изменился, чтобы просто так пережить подобную ситуацию, - Луна в отчаянии всплеснула руками, запустив пятерню в густые рыжие волосы, сев прямо на песок, не в состоянии что-либо делать. - Тебе придется. Иначе винить ему будет некого. Хотя, конечно, может именно твоя смерть заставит его прийти в себя, - Маарет задумчиво посмотрела на девушку, снимая с головы капюшон. - Я хочу тебе кое-что предложить. Только ты должна полностью довериться мне. - А у меня есть выбор? - Нет. Вампиры были повсюду, они рвали и крушили всех, кто попадался им на пути, оставляя безумный кровавый след из своих жертв, падающих прямо к их ногам. По всей стране прокатилась волна ужаса и паники. Ведь эти демоны пришли из ниоткуда, управляемые совершенно неподконтрольным существом. У него были острые когти, нечеловеческая сила, и его совершенно нельзя было убить. Кожа на его идеальном теле почти тут же восстанавливась, а пули, превращаясь в пыль злили только ещё больше. Каир погрузился в пучину страха, священного ужаса, люди рвались в мечети, в попытках защитить себя в доме их бога, но даже там не было покоя. Вампиры врывались в здания, вонзая свои острые белые клыки в смуглые шеи, разрывая сонные артерии и глотая горячую восточную кровь, наслаждаясь каждой каплей, падающей на их иссушенные языки. Казалось, что этому не будет ни конца, ни края. Луна ничего не могла сделать, она была скована цепями, которые даже ей было не под силу разорвать, слишком сильно, слишком крепко. Она сознательно пошла на это, понимая, что план Маарет – это самоубийство, но другого варианта просто не существовало. Да, её могли убить прямо здесь и сейчас, и тогда бы все пошло прахом, но риск – оправданное дело. Рыжая глубоко вздохнула, стараясь не погружаться больше в эмоции, что летали вокруг неё. От напряжения у девушки пошла кровь из носа, попадая на губы, и вызывая у Максимофф искреннее отвращение. Привкус железа вызывал рвотные позывы, но такова была ещё одна задумка, если бы этого не случилось само по себе, Маарет сама бы пустила ей кровь, таков был уговор. Хоулетт заключил одну сделку, но Лу заключила свою, и по ней её ждало либо спасение, либо смерть. Никаких других вариантов. Вампиры рядом с ней вскинули резко головы, прислушиваясь к громким голосам, доносящимся снаружи. Все они сидели на крыше самого высокого здания, откуда было видно почти весь город, и это не придавало уверенности, Лу видела весь тот ужас, который творился внизу, но ничего не могла сделать, хотя рвалась, желая нарушить все договоры, добраться до Дакена и настучать ему по голове. Но он сам придет за ней. Ему прикажут, его направят. Акаша лично захочет выпить её кровь, а затем предоставить такую возможность Хоулетту, сделав его жизнь ещё более невыносимой. Луна медленно подняла голову, тут же встретившись взглядом с Дакеном, который стоял как раз напротив них, щуря свои голубые глаза, и мерзко улыбаясь. По его когтям стекали капли крови, рубашка была разодрана, и от него веяло…Ненавистью. - Это не ты, - хрипло произнесла рыжая, не в силах даже двинуться. Огромная ноша упала на её плечи. За Дакеном появилась Акаша, положив свою руку ему на плечо, и прикоснувшись щекой к его щеке. - Это он настоящий, девочка. А почему ты в цепях? Не уж то наши смелые вампиры тебя предали? Кто бы сомневался, - Акаша расхохоталась, а Дакен лишь глухо зарычал, готовый броситься на каждого, стоит только указать пальцем. Максимофф в ответ лишь слабо улыбнулась. Сейчас был выход Маарет. Вампиры поднялись со своих мест, глядя на свою Королеву мрачными, но уверенными взглядами. Но Лу точно знала, что один их шаг и Хоулетт начнет резать их в кровь, но это было слишком просто, чтобы их убить. Такого не бывает. Маарет появилась также бесшумно, как и всегда. Она не смотрела на Акашу, а только на Дакена. Её тонкие пальцы обвивали костяную рукоять кинжала, чье острие было прижато к шее Луны. - Один твой шаг, и она мертва, зверь. Я не шучу. Мне нечего терять, а тебе все ещё есть что. Посмотри на неё, и подумай, готов ли ты? Хотя, видимо готов, учитывая, как легко ты отдал себя во власть своего зверя. Луна нервно сглотнула, впервые поняв, что Маарет возможно права. Если Хоулетт так легко сдался и позволил его внутреннему я собой завладеть, то был ли шанс?.. - Хей, Дей… - Луна посмотрела на Дакена, чуть улыбаясь кончиками губ. – Прости, что не смогла помочь сразу. Видимо, я не создана для тебя, - Максимофф опустила глаза, ощущая внутреннюю дрожь. Акаша рассмеялась в полный голос, наслаждаясь тем спектаклем, который тут устроили для неё, не понимая, что будет дальше. Все должно было получиться. Ход за тобой, госпожа Максимофф. - Но я точно знаю, что ты создан был для меня, чтобы сдерживать моих зверей. Я люблю тебя, Дакен. И даже твоего зверя. Прости. И скажи «Спасибо» своей хозяйке. Это её вина… Помни, что даже после смерти я буду любить тебя. Пусть мое платье будет белым. Маарет резко отбросила кинжал в сторону Акаши, и почти сразу же приникла к шее рыжей, проткнув острыми клыками нежную кожу шеи, и пуская в свой рот алую, сладкую кровь. Луна закрыла глаза, принимаясь считать. Если это не сработает, то ей и впрямь больше не зачем жить.

Daken: Дакен чувствовал то, что уже давно не посещало его душу и сердце. Это была черная, всепоглощающая, равнодушная к чужим мольбам, жажда крови. Он хотел убивать, хотел крушить, резать и кромсать. На лоскуты, на части, на тоненькие ниточки. В этом темной, заполненном вампирами помещении, он был самым опасным зверем. Хоулетт скалился, чувствуя как его зубы остры, как его слух и обоняние уже нашли свою первую жертву. По его венам текла кровь, бурлящая и жаждущая приключений. Акаша удовлетворительно ходила вокруг Хоулетта, рассматривая его изменившийся внешний облик. Перед ней был зверь, его мышцы были напряжены, когти - наготове, зубы крепко сжаты, его глаза были сужены и в них можно было разглядеть алые отблески. Хоулетт чуть подался вперед, согнув ноги в коленях и сжав кулаки. Ему нужна была всего лишь команда. И она последовала. Он был как ураган, как вихрь. Свою первую же жертву, Дакен разрезал на пополам, пролетая мимо, и словно даже не заметив, это было легкое, скользяще-летящее движение руки и и туловище отделилось от тела и лишь последний вздох усладил слух зверя. Он даже не остановился, он даже не знал кто это был: мужчина, женщина, подросток. Хоулетт не знал, что он принес в этот мир, добро, зло, справедливость, ложь - ему было ровным счетом наплевать. Он хотел смерти, он хотел чтобы после него тянулся кровавый след, который заполонил бы город, который залил бы Нил, который тек бы у его ног. Бесшумно за ним следовали вампиры, которые не гнушались припасть клыками к крови, со вкусом металла. Дакен остановился возле одной женщины, на его руках была кровь, капелька крови стекала по его щеке. Он слышал и видел, что Акаша заняла удобную позицию на балконе напротив. Женщина взглянула в лицо своей смерти. Она видела, что он принесет ей только смерть. А маленький сверток на ее руках зашевелился и заплакал. Хоулетт опустил глаза. Когда-то и его мать убили, только он еще даже не родился. Он не мог помнить и видеть этого момента. Ее убили, хотя она ничего не сделала никому плохого, она всего лишь жила. Дакен чуть улыбнулся. Почему же он один должен мучиться, живя с тем, что его лишили детства ни за что ни про что? - Беги. это все что он сказал одними губами, а потом преградил ей дорогу на пути в обратную сторону от этой улицы. Она прижимала к себе ребенка и молчала. Может от страха, а может быть от того, что не было смысла кричать. Хоулетт покачал головой, медленно обходя вокруг женщины и вдыхая запах страха и смерти, который принес вместе с собой. Ребенок затих и не шевелился, Хоулетт провел когтями по ее руке, оставляя кровяной отпечаток, а зверь внутри уже представлял, как он будет убивать ее. Медленно. Жестоко. сначала одну руку, потом другую, отнимет младенца, и будет издеваться. На губах появилась кровяная усмешка, глаза сощурились и он занес руку, слегка замедлив удар. С одной стороны, могло показаться, что это все картинное преумедление событий, словно он хочет насладиться моментом, словно он хочет сделать все медленно, с чувством, с толком, с расстановкой, почувствовать запах крови матери, почувствовать кровь младенца, которая текла бы по его рукам, извлечь маленькое сердечко и засушить в банке, как трофей. Он бы возможно так и сделал, если бы зверь завладел бы им полностью, но пока этого еще не случилось. Просто напросто Дакен слышал шаги, которые приближали несколько человек к этой улице, где прижатая к стене женщина молила Аллаха о спасении. Громкий хлопок, и руку Хоулетта прострелила пуля навылет, брызнула алая кровь, орошая женщину и ребенка, и пока момент не настал, брюнет отбросил ее в сторону, с утробным ревем бросаясь на врагов. Они уже не были неинтересными ему людишками, становилось веселее. Рана зажила еще до того, как он повернулся, но сам факт дерзости его раззадорил. Рыча как лев, Дакен прыгнул на первого араба или египтянина, разрубая его ружье напополам и сильно ударив его по лицу. второй попытавшийся запрыгнуть его на спину получил толчок в живот, а потом Хоулетт не долго церемонясь разорвал его живот, вытягивая вместе с внутренностями свои когти, от этого зрелища третьему стало явно не хорошо и он махая руками и качаясь стал отходить назад, явно в поисках стены, а Дакен, в свою очередь метко отправил внутренности приятеля на того самого, кому стало не хорошо и мерзко расхохотался, от того, как несчастного стало выворачивать на месте. Отрубив ему голову один движением руки, Хоулетт замызгался в его крови, грязно выругавшись и начав душить первого, который в этот момент пришел в себя и начал пытаться обороняться, чего разумеется у него не получилось. Когда обе руки, истошно вопящего египтянина были у Дакена, он помахал ими и отбросив в сторону не нужные трофеи, запустил когти прямиком в грудную клетку мужчины, не забывая пару раз повернуть и прокрутить, дабы наикровавейшим образом ее раздробить. Когда Дакен разогнулся, в его глазах горела кровь, он был весь в чужой крови, она пропитала его одежду, она пропитала его руки и кожу. Он поднял взгляд вверх и встретился с Акашей, которая послав ему воздушный поцелуй, перепрыгнула на крышу, скрывшись в тени, и Дакен, втянув ноздрями воздух, последовал за ней. Она направляла его дальше, вглубь города, и каждый неудачливый житель, попадавшийся ему на пути умирал. Иногда он даже не останавливался, просто запуская в них когти, или с размаху убивая их. Ему казалось, что у него еще будет много времени насладиться пытками, а сейчас он может просто лить кровь. Порой все же, Дакен останавливался, когда кто-то пытался оказать сопротивление, поймать его или стрелял. Тогда уж конечно, Зверь не позволял этому сойти с рук, он рвал и метал, он кромсал на кусочке, насаживая, в прямом смысле слова головы на палки и врывая их в землю. Это была настоящая бойня, которую не могли остановить ни полиция, ни военные, ни спец. отряды. Пули проходили через Дакена, и он лишь бесился еще больше, а взрывать город, чтобы проверить, остановит ли это Хоулетта, власти пока были еще не готовы. На нем уже не было верха, футболка, которая превратилась в решето уже осталась где-то позади, а он был тут, посреди города, с яростью, которая давно в нем не просыпалась он вырезал всех, кто попадался ему на пути. Военные, мирные - ему было наплевать. Хоулетт рычал, рывкал, он бил, он кромсал, он махал, его мышцы и вены были напряжены, по его жилам тек яд, а не кровь, яд который злил его, который заставлял его продираться сквозь желавших преградить ему путь вперед. Он раскидывал военных, он пробивался сквозь оцепление, он сталкивал их и разрезал фургоны и легковые машины, отбрасывая в сторону мешавшие ему части, а другие всаживая в своих врагов. Он чувствовал кругом только кровь, она была внутри и снаружи, и ему это чертовски нравилось. Ему нужно было дойти до Акаши. Она была на противоположной стороне улицы и она звала его к себе. Хоулетта не могли бы остановить сейчас никакие силы, он не чувствовал раскаяния или сожаления, он не чувствовал усталости или скуки, ему было наплевать на мирных и военных, ему было наплевать на чужие чувства и на то, что он уже убил не один десяток ничем не повинных людей. - Ошибаешься дорогая, он рассмеялся, сузив глаза еще больше, оскалив зубы, рассматривая ее и тяжело дыша. Не потому что он устал, он хотел продолжения банкеты, эндорфины псевдосчастья зашкаливали в его крови, которая в свою очередь стучала в висках, стучала в жилах и заставляла сердце стучать скорее, быстрее, и от того, он тяжело дышал. - Вот он я. Я такой. он мотнул головой, словно отбрасывая сомнения, словно откидывая прочь то, что могло указывать что он на самом деле не такой. Луна смотрела на него большими печальными глазами, в которых было видно сожаление, не было разочарования или испуга от его внешнего вида, не было боли или отчаянья, лишь печаль. Он непроизвольно нахмурился, все еще находясь в боевой стойке, но слушая, что ему говорили. Акаша продолжала держать свою руку на его плече, словно останавливая его от необдуманных поступков, спокойной и с легкой иронией наблюдая за происходящим. - Я и не думала, что все будет так просто. он улыбнулась, спокойно и уверенно. - Хотя нет, думала. Разве ты могла его удержать? Он тебе не под силу.. Дакен заурчал. Его зверю не нравилось, когда о нем говорили в таком тоне, словно он был домашним животным. Собачкой для охоты. - Не ругайся мой дорогой, ты же знаешь что ты мой Король.. она погладила его по щеке, успокаивая. время шло. Представление затягивалось. Боевой дух уходил. Ему некого тут было убивать, ему нельзя тут было убивать. И кровь так яростно бушующая до сего момента в нем, стала чуть успокаиваться, и он стал видеть все без красной пелены, которая была на его глазах. Он увидел что Луна, его Луна, тут в руках вампиров, и что она там не особенно то хорошо себя чувствует. Он взглянул на кинжал, потом на Максимофф, встречаясь вновь с ее печальными глазами и слыша ироничное фырканье со стороны Акаши. Внезапно, перед его глазами пробежал момент их первой встречи, когда он почувствовал сумасшедшие эмоции, которых раньше никогда не испытывал, это было даже лучше чем убийства, он шел на ее запах, а потом снова и снова знакомился с ней. Их встречи, их странная ненависть-магнит, которая не позволяла ему выкинуть ее из своей головы ни на секунду, и как они занимались любовью.. А потом он увидел, как по ее шейке течет тоненькая струйка крови и ему просто снесло башню. Он почувствовал, что наверное сейчас из него вырвется как минимум волк с огромной пастью и разорвет и проглотит и растопчет тут всех и сразу, и это будет не вкусно, а это будет мгновенно. Он заорал, так громко, что услышал себя со стороны, когти, которые были убраны, искали выход, искали воли, они прорезали его кожу, вызывая боль и наконец, оказавшись там, он понял что ничего перед собой не видит, что его глаза застелила еще большая ярость чем была, он мог только чувствовать. Одним прыжком он прыгнул в сторону Луны и отбрасывая в сторону вампиршу, подхватил ее, утробно рыча на любого, кто сделает хоть один лишний шаг в их сторону. Но никто и не собирался. Вампиры сцепились между собой, а Акаша, которая не сразу поняла в чем дела, оказалась в руках вражеского лагеря. Но это было не важно. Важно было, что Луна была сейчас в его руках. В безопасности.



полная версия страницы