Форум » Остальные страны и другие миры » Келья 0.1 » Ответить

Келья 0.1

Charon: Келья - место, существующее где-то в Перекрёстке Миров. Предположительно создано Древними. Выглядит как собор в готическом стиле, со множеством достроенных вокруг помещений с высокими, сводчатыми потолками, либо напротив – напоминающими замшелые древние подвалы, с низко нависающими перекрытиями. Во многих местах фрагментарно отсутствуют стены или потолок, а у самого центрального сооружения – собора - нет крыши. Через эти отверстия явственно видно, что Келья плавает посреди космоса, отчётливо видны звёзды и многие космические явления. Здесь весьма стабильная гравитация, отсутствует атмосфера, но любой будет чувствовать себя комфортно, не ощущая этого. Как выяснилось – отсюда есть множество порталов в разные миры, прочно привязанные к определённым точкам выхода. Здесь также нет эффектов воздействия времени, а почти все сверхспособности низводятся до нуля. Исключение - те, что обеспечивают само существование посетителей, здесь действую так же стабильно, как и везде. Сюда весьма сложно попасть просто телепортировавшись. Нужно знать точку и входа, и как её отрыть и обнаружить. По большей части, сама Келья напоминает музей, библиотеку и арсенал, а так же жилище мага, всегда готовые к обрядам и ритуалам, даже алхимическая лаборатория здесь есть. Сам собор всегда готов к службе, а в одном из помещений под открытым космосом растёт небольшой сад для тренировок и медитации.

Ответов - 15

Hunter: *Остальные страны и другие миры – Италия 0.2* Офф: Особенности локации, описаны в шапке – здесь нет сверхсил, кроме тех, что жизненно необходимы. То есть, Ганнибал Кинг только существует, но уже не имеет силы, ловкости, острого слуха, магии и прочего. Почти то же самое у Ванко и Дума – здесь не идут сложные химические и физические реакции, поэтому ваше снаряжение может производить только самые элементарные и простейшие вещи. Здесь так же не работают измерительные приборы – часы, компас, барометр и проч. Они оказались в длинном туннеле с низким полукруглым потолком. Вокруг царила сырость и темнота, лишь где-то впереди виднелся свет. Хантер на мгновение остановился. - Хм...у кого-то ещё...пропало что-нибудь? – поинтересовался он, явственно ощутив себя почти голым, когда у него вдруг отключилось его ощущение опасности. Он уже настолько к нему привык, что потеряв, чувствовал себя как рыба, выброшенная на берег. Это было очень дискомфортно, но нужно было идти вперёд. Низко пригибая голову, периодически чертыхаясь, Хантер побрёл дальше. Местами в нишах стояли свечи, не много, лишь чтобы в общих чертах разгонять мрак. Наблюдая, можно было заметить, что свечи не сгорают, но и не греют. Только дают свет. Туннель петлял и поворачивал, местами делясь на несколько переходов. Охотник всегда задерживался на ветвлениях, после чего избирал наиболее освещённый путь, игнорируя те, что уходили в темноту. Наконец, поднявшись по крутой винтовой лестнице, он вышел вверх – и оказался в правом нефе пустого собора. Во всяком случае, изнутри это сооружение напоминало собор. - Без глупостей...вампир и ты, педик, вас это касается особенно. Хантер обошёл покосившуюся скамью, внимательно вглядываясь в темноту по углам. Здесь дышалось свободнее, хотя и было довольно холодно. - Старик! – позвал он, выдержав паузу. – Старик! – снова повторил свой призыв. – Эй, я знаю ты же где-то рядом! Есть разговор! Хантер встал на скамью, разглядывая потолок, за которым был лишь открытый космос. Наёмник снял с шеи небольшой треугольный металлический предмет на верёвочке, и продемонстрировал его, дав свеситься с вытянутой вверх руке. - Ты говорил о том месте...храме Древних, или что-то в таком роде! Ты говорил тогда, помнишь? Ты говорил, что там было спрятано что-то опасное! – Хантер опять выдержал паузу. Конечно, он понимал, что выглядит, как полный идиот, разговаривая с пустотой. – Мне нужна твоя помощь. Помнишь, я рассказывал тебе о Миротворцах? Они здесь, и они ищут, скорей всего именно тот самый храм. Я думаю, ты понимаешь, что будет, если он попадёт к ним. Мне нужно увидеть, что там! Мне необходимо попасть туда. Мне нужно, чтобы ты провел меня, и.., - Хантер осмотрел свой «отряд» – всех нас туда. Прежде, чем Мир первым найдёт храм. Прежде, чем это будет не поправимо. Охотник замер, выжидая. Он уже не мог ощущать опасность и смерть, чужие способности, но он знал, знал, что тот, кого он ищет где-то рядом. - Давай...давай же...я знаю, ты здесь – Харон, - шептал он сквозь стиснутые зубы.

Charon: Я вспоминаю былое, и каждый раз, когда нужна была моя помощь – я не отворачивался, и помогал. Но так же, каждый раз это всё часто оборачивалось ещё большей бедой. Ещё больше грехов увязывались в цепочке за душой моею. И теперь, Господи, всё, что я прошу – это дать мне возможность искупления. За мной прегрешений поболе, чем за целой армией марадёров и убийц, но ты всё ещё не даёшь мне покоя. Зачем тебе старые мои кости? Неужто мало я натворил? Или ты думаешь, что в следующий раз всё будет лучше? И никто не пострадает от действий моих? Напрасно. Я уже никому не нужен, да и...кому я могу понадобится? Старик, давно уже ставший отшельником, чьи знания пусты и забыты для всех... Но в ответ Охотнику было лишь завывание ветра в витражах и под потолком собора. Длительное время никто ему не отвечал и ничего не происходило. Покуда не отозвался низкий хрипловатый, с нотками скрипучести, баритон. - Я уж было подумал, что ты Старика позабыл...Охотник. Обладатель голоса находился сверху, у одного из витражей. - Да, знаю я тебя...ты бы наверное так и не посетил вновь меня, кабы беда не пришла к воротам, да, Хантер? – раздался короткий добродушный смех. И тени задвигались, выпуская на свет оратора. Фигура, закутанная в длинную рясу сидела на крае подоконника. Если бы он не подвинулся – его бы до сих пор так и не заметили. – Я наблюдал за вами довольно давно...с момента вашего входа...твои компаньоны весьма беспечны...да и давно здесь не было таких гостей, - капюшон задвигался, следуя движениям головы, осматривающей пришедших, -демон...вампир...фейри..., - мгновенно сообщал свой вердикт обитатель этого места. Лишь на Думе и Ванко задержался его взор. – Хм...ты носишь цвета Латверии, но я не уверен, что это броня присуща той нации... что касается тебя, то..., - над Ванко неизвестный думал дольше всех. – Я предполагаю, что ты голем, но уж больно плавно двигаешься, как для механизма, - его взор опять вернулся к Охотнику. – Что до дела твоего, то...да, я был там, я знаю, как пройти туда, и да...там было спрятано действительно что-то поистине могущественное. Но..., - он помедлил, - но я вынужден ответить нет. Я не стану помогать тебе. Человечество давно научилось справляться само со своими проблемами, и я не вижу более смысла как-то помогать ему. Ежели Господь пожелает – оно справится и с нашествием Мира. Ну а нет – на всё воля Его...ты можешь идти, Охотник. Ты не найдешь в том месте ни успокоения, ни ответов на свои вопросы, как не нашёл их в своё время я, а посему - можешь прекратить свои поиски. «Старик» окинул взглядом остальных. - Касаемо вас всех...то для начала представьтесь, раз уж сподобились прийти, и ответьте – веруете ли вы в Господа, и что сами вы ищете здесь, порознь от Охотника? Что вы надеялись найти, начав свой путь? Он всё ещё не показывал своего лица, но его внимательный, цепкий взгляд буквально пронизывал воздух насквозь. На свет появились чётки с серебрянным крестиком, которые Старик стал перебирать, ожидая диалога.

Crimson Dynamo: Италия ---> Когда процессия прошла через портал, они оказались в месте, больше похожем на собор из старых фильмов про вампиров, столь же жутки, ветхий и выглядящий сплошным анахронизмом. - Хм...у кого-то ещё...пропало что-нибудь? – спросил Охотник в полной растерянности. Антон вывел на экран костюма датчики. Те словно с ума посходили. Часы каждые несколько секунд показывали разное время, стрелка компаса вертелась волчком, GPRS не отвечал, а о датчиках температур и радиации говорить вообще не стоило. Антон раскрыл шлем. - Что-то глушит все системы навигации. – он посмотрел на свои разрядники на перчатка – те не подавали признаков жизни. Как и движок на спине. Одна радость – сервоприводы и автоматическое оружие ещё работало. – Что это за место такое? Без костюма основных систем костюма он чувствовал себя не очень уютно. Оставалось полагаться на работающие механизмы и свой ум, который не раз его спасал. Пока они шли по помещению, Антон рассматривал звездное небо, которое было видно через потолок. Это место нарушало все законы физики, вакуум должен был давно заполнить это место. Но нет, тут был воздух. Он обратился к Кингу. - Мне казалось вампиры не молятся. Разве это не должно было тебя убить? Хочу узнать заранее, вдруг тебе снесет башню и ты решишь нами полакомиться. Буду знать, чем бить. Дальше они шли в полной тишине, проход за проходом. Лишь их шаги гулко раздавались в пустотах коридоров, да неизвестно откуда взявшийся в космосе ветер гудел в витражах. Вскоре, выбирая разные пути, они оказались в кафедральном зале. Ванко не особо любил архитектуру католических соборов, она была слишком давящей. Но надо признать, создатели этого места превзошли даже само понятия «давящий». Он ещё раз окинул всё процессию. Прямо штурм-команда на аудиенцию к волшебнику изумрудного города. – пронеслось у него в голове. Осталось только решить, кто из них двоих – он или Дум – железный дровосек. Охотник тем временем забрался на скамью и стал кричать обращаясь к некоему Старику. Возможно тут кто-то и был, но зал был темный и мрачный. И как назло система визоров в костюме тоже не работала. Вот наконец слова Хантера были услышаны, и появился человек в старых одеяниях. Лица было не видно. Но голос выдавал в нем сильную и очень старую…личность или сущность? - Веруете ли вы в Господа, и что сами вы ищете здесь, порознь от Охотника? Что вы надеялись найти, начав свой путь? – заунывно, словно бродячий проповедник-баптист протянул обладатель четок. Ванко задумался. А действительно, зачем он согласился помочь Хантеру? Неужели из-за денег и жажды приключений? - А об одно и то же ли Господе мы говорим? Я православный и верю в свою церковь. Католики в свою. Кто же знает, о ком ты…вы спрашиваете? – произнес он – А что касается того, что я ищу…Не скрою, мне нужны и приключения и деньги. Но я пришел не искать. Я пришел терять. Эта работа поможет мне забыть, забыть то зло, что я творил ранее.

Pixie: Италия ---> Все еще уверенная,что поступает правильно, маленькая Фея шагнула сквозь кирпичную стену за всеми остальными. Место в котором они оказались, отдаленно напоминало заброшенный храм, в архитектуре которого смешались абсолютно различные направления. От гнетущей тишины у Пикси побежали мурашки по спине, и она невольно поежилась. Сквозь прорехи в потолке виднелось мерцающее звездное небо. - Хм...у кого-то ещё...пропало что-нибудь? –обратился с вопросом Охотник. Эльф расправила свои стрекозиные крылья и легко вспорхнула. -Крылышки мои при мне,-приземлилась Мэг,-но что-то все-таки не то...Сихал новарум чинотх!-скороговоркой выпалила заклинание Фея. Результата не последовало. -СИХАЛ НОВАРУМ ЧИНОТХ!-еще отчетливей проговорила Пикси, топнув ножкой,-лааадно...а так?Эль ном эксиль!!!-воздев руки над собой нараспев пропела она. -Я не могу ни телепортироваться, ни сотворить простенького заклинания,-вымолвила Фея, во внешнем виде ее читались удивление и испуг,-но Кинжал Душ,-она положила руку на сердце, ощущая внутреннее мерцание-я чувствую... Мэган поспешно засеменила, стараясь не отставать от мужчин. Пламя свечей отбрасывало причудливые, гротескные тени на стены, от которых Фее становилось не по себе, а в памяти всплывали кошмары прошлого. Ой!-Пикси споткнулась, и от страха падения вцепилась в рукав вампира,-и...ии...ииизвини,-вдавила из себя она, и моментально попыталась придать себе храбрый и серьезный вид. Безмолвие нарушил Охотник, который звал какого-то Старика. Здешний обитатель не заставил себя долго ждать. Из тьмы отозвалась фигура, сидящая на подоконнике, закутанная в черную рясу с головы до пят. Он как из сказок. Страшных сказок. Так знаком и так непонятен. Кто же....На лице маленькой Феи появилась улыбка. - Касаемо вас всех...то для начала представьтесь, раз уж сподобились прийти, и ответьте – веруете ли вы в Господа, и что сами вы ищете здесь, порознь от Охотника? Что вы надеялись найти, начав свой путь? Пикси подалась вперед. -Я Мэган Гвин,-выражение лица Эльфа было такое,словно она первый раз в жизни увидела рассвет,- Я фейри только наполовину. Я протестантка и верую в Господа Нашего единого,-она подошла еще ближе,-Я пришла творить добро. Как бы глупо и бессмысленно не звучало, но я пришла для него. Я хочу захватывающих дух приключений и опыта, каким бы он ни был .

Hannibal King: --- Италия--- - Я и не такое умею...- многозначительным тоном ответил девчушке Кинг и прошел вслед за Хантером. Очутившись в полуразрушенном соборе Генри сразу почувствовал себя по старинке. Он уже себя раньше пару раз так чувствовал. Он чувствовал себя живым человеком. Он начал чувствовать холод, все его ощущения пропали. Он больше не видел в темноте, не слышал биения сердца каждого живого существа которое было рядом. Это было замечательное ощущение. По большей своей части люди его не могли понять, ведь они никогда небыли такой тварью как Ганнибал, не испытывали тех страданий что испытывал он. Пропало даже влекущее желание к крови которое он привык сдерживать в великолепии. Но приложив руку к груди, чтоб услышать стук своего сердца, и не почувствовав его Генри сразу поник. Вся радость пропала. Он остался вампиром, только тут не мог применить свое сверхъестественные силы. Но раз он не мог их применить, то и демон не мог. Эта мысль проскочила второй. Повернувшись к разукрашенному демону Генри осмотрел его с ног до головы и с задумчивым видом сказал: - Набить-бы тебе ебало сейчас...- Собственно его можно понять, и, демон вероятнее поймет что заслужил смачного избиения. Хоть Генри и лишился своих сил, но он остался натренированным и мог конкретно засадить в табло демону. Но делать этого не стал. По моральным соображениям. Сжалился. Идя дальше, догнав быстрым шагом Хантера, Кинг почувствовал как кто-то крепко уцепился за его рукав и машинально глянул в ту сторону. Вторую сигнальную систему не отменишь. - Да ничего страшного.- улыбнувшись ответил барышне Генри, помогая ей второй рукой встать нормально. Далее уже Кинг особо не участвовал в беседе и взываниям Хантера, а осматривал то куда попал. Это явно был космос, а не небо. Они, блин, в космосе сейчас! Странно, но воздух тут был, а преградой, видимо, между ваакумом и воздушной средой стояло что-то вроде энергии, потому что физической преграды не было. Ну или ее просто было не видно. - Касаемо вас всех...то для начала представьтесь, раз уж сподобились прийти, и ответьте – веруете ли вы в Господа, и что сами вы ищете здесь, порознь от Охотника? Что вы надеялись найти, начав свой путь?- Дождавшись когда все ответят и не мешая никому, Генри сказал свое слово: - Я Ганнибал Кинг. Я абсолютно верю в бога. Я пережил такое что не каждому суждено и потому я в него верю. Но я ненавижу этого мерзавца. Я тут ничего не ищу. Я наемник. Мне пообещали хорошую сумму за эскорт. Вот я и тут.- ответил откровенно Кинг. Ему скрывать было нечего и незачем.

Doctor Doom: ---> Италия Решение прошлой задачи оказалось куда проще, чем изначально рассчитывал фон Дум, изначально акцентировав своё внимание на двух именах и их возможном сочетании в старинных летописях, сказаниях и книгах, но, к сожалению, монарх Латверии совершил просчет, не столь фатальный, но его было вполне достаточно, дабы уязвить самолюбие фон Дума, которое может сравнимо, наверное, лишь с чувством собственной важности Энтони Старка. Франциск Ассизкий, столь банальнейший ответ вызывает ничего кроме как чувство абсурда, впрочем наличие тех, кто знает молитвы наизусть тоже не вызывает особого чувства уверенности в собственных коллегах в этом малом деле, - разумеется, как только пред ними открылся проход, Виктор был не слишком доволен результатом, а вернее фактом того, что к единственно правильному ответу пришел не сам фон Дум, что, несмотря на итоговый успешный результат, могло немного подорвать внутреннее спокойствие Виктора, пусть и на незначительное количество времени. Пройдя же через секретную дверь и оказавшись в разветвленной системе тоннелей, Виктор мгновенно потерял какую-либо связь с замком, а так же обнаружил сбой большинства внутренних систем, преимущественно отвечающих за функционирование вооружения и навигации, резервные источники питания так же не поддавались запуску и оказались полностью бесполезны. Изначальный запас генерируемой энергии мгновенно сократился до смехотворных величин, остановившись на уровне, достаточном для снабжения лишь основных систем костюма, необходимых для передвижения и какой-никакой деятельности. -Потрясающе. Это место генерирует неизвестный поток частиц, которые влияет на каждого индивидуально, пользуясь чистой воды адаптацией с точки зрения специфики каждого из нас и блокирует все, что может представлять хотя бы минимальную угрозу, независимо от источника используемой нами энергией. Подобные свойства и потенциал характерны для магического воздействия, особо древнего, забытого и крайне сложного в освоении. Стоит отдать должное создателю этого места. Идеальное убежище со всех точек зрения, - вынужденный наклоняться в некоторых коридорах, где потолки были расположены не слишком высоко, фон Дум старался не задеть ничего сверх важного, что могло бы впоследствии представлять чисто ученый интерес, но ввиду роста Виктора в броне, бывший более чем два метра, это порой было очень затруднительно, но вполне терпимо. Проходя же мимо одной из свеч, фон Дум, подойдя к оной, ладонью медленно провел по пламени, ожидая получить как минимум хоть какие-либо боевые ощущения от жара огня, но не почувствовав абсолютно ни единого отклика от обильного количества нервов на руке, мгновенная улыбка скользнула по лицу монарха, когда тот продолжил свой путь, следуя за Охотником, уже начавшим звать своего рода хранителя этого места, по крайней мере никем другим этот неизвестный Харон не мог являться. Когда же старец явил свой лик, а вернее только образ группе гостей и задал пришедшим вопрос, Виктор спокойным, размеренным и чуть приглушенным голосом произнес, ни на мгновение не сводя взгляда со столь интересной персоны, без сомнения обладающей знаниями в различных, ещё не изученных областях: -Я, Виктор фон Дум, законный правитель Латверии, не верю в бога, как его характеризуют существующие ныне религии , привыкнув во всем полагаться исключительно на себя и собственные силы в достижении любой цели, как бы утопична она не была. Пришел сюда в поисках, ведомых собственной жаждой к познанию, но ныне взгляд мой пал на вещи за пределами поиска чего-то конкретного, - во время этого малого ответа, фон Дум плавно провел рукой по воздуху вокруг себе, демонстрируя неподдельное восхищение одним лишь этим местом, от которого исходит неведомая Виктору аура, манящая, таящая в себе множество секретов. -И мне очень жаль, что нам пришлось потревожить Ваш покой, Харон, - коснувшись ладонью груди, Виктор чуть наклонился вперед, выражая своё почтение старцу и искренне сожалея, что кучке любителей пришлось так бесцеремонно ворваться в покои хранителя, нарушая его сон, который длился, наверное, многие годы.

Macabre: [Италия] - Фуууух! - Пронзительно воскликнул демон, не то с разочарованием, не то с облегчением, оказавшись внутри этого места. - У вас даже подобные места примитивны, как ваши умы. - Спокойно рассуждая вслух, да так, что бы все его слышали, демон медленно прошелся по Келье. Он привык видеть куда более невообразимые пейзажи и явления, нырять в различных измерениях, общаться с различными полусущностями, поедать их, словно деликатес и разрушать их хрупкие, но необыкновенные домики. А это же примитивное место являло собой...бездарную безвкусицу. И Макабре предполагал, кто обладал настолько нищим стилем и фантазией. В то время, как его недоразвитые компаньоны плакались по поводу лишения своих сил, сам же демон пребывал в той же форме, что и всегда. Сила этого места не могла рассеять демона, который являлся воплощением энергии, и по своей сути был материальной сущностью, энергией. Именно потому, ему было плевать на потуги вампирчика сжать не существующие и ненужные органы демона. - Эль ном эксиль... - Перекривляя в самой извращенной форме фею, произнес демон, после чего, залился шипящим хихиканьем. - Вы так смешно плачете, когда поедаешь вас кусочек за кусочком, начиная с облитых кислотой крылышек. Маленьких и тоненьких, как ваш голосочки, когда из вас изымают внутренности. Оу, это так мило! - Изобразив "милую", насколько это могло быть возможным, мину, демон вновь сухо расхохотался. Тут вампир решил показать свою крутость перед феей из детского сада. Это позабавило Макабре. Он не думал, что лишение драгоценных сверхкачеств, за которые цеплялись все представители человеческой и недочеловеческой расы, прибавляло уверенности и храбрости. Демон развернулся на каблуках своих дорогих с виду туфель, и мгновенно схватил Кинга за горло, подняв его над полом Кельи за счет почти вертикального подъема руки. Бледные ножки вампира не имели никакой опоры, а любые попытки вырваться обрекались абсолютным игнорированием, ввиду...м...превосходства, скорее всего? Просто дело в том, что войдя в Келью, да, силы отвратного были заблокированы. Он не мог сделать ничего нового - ни вновь изъять книжку канибала, ни увеличиться в росте, ни даже шлепнуть тростью кого-либо так, что бы обжечь на неделю. Но попадая в блокировку своих сил, демон не лишился заданой себе физической силы. Иначе бы он не смог двигаться. А если бы в Келье существовал регулятор физической силы присутствующих, не позволявший никому поднимать вещи тяжелее двадцати килограм, Макабре бы очень долго хохотал. А так, Ванко в состоянии нести броню? - Так ты у нас крутой святоша? - С веселой и недоброй ухмылкой спросил Макабре, сжимая горло вампира настолько сильно, что кроме едва слышимых булькающих звуков и неразличимого хрипа, Кинг издать не мог. Демон подумал о том, что стоит вырезать на физиономии Ганнибала пятьсот крестов, однако передумал, и отпустил, решив сжалиться над немощным храбрецом. Ещё наиграется вдоволь, когда всё окончиться. В дальнейший разговор с Хароном, демон не вмешивался, лишь наблюдая и слушая за всем происходящим, держась в стороне, однако достаточно близкой, что бы не исчезать из виду. Разговаривать с этим существом, Пожирателю не хотелось, потому что оно было порождением веры - одним из глупейших существ в бытие.

Hunter: - Я не стану помогать тебе. Хантер поначалу замер, непритворно растерявшись. Затем он спустился со скамейки, всё ещё держа в руке амулет на верёвочке. - Ты...ты, мать твою, соображаешь, что ты делаешь, Харон? У нас нет на это времени, твою [бранное слово]! Только ты был там, и только ты можешь сейчас нас туда провести! - Ежели Господь пожелает – оно справится и с нашествием Мира. Ну а нет – на всё воля Его... - Да при чём тут Господь! Ну ладно, я, мне ты не хочешь помочь...но это же твоя грёбаная планета! Твой дом! Неужели ты не понимаешь! Межмировые придурки, которых не меньше, чем песка на берегу! Да они же просто пройдутся маршем, и втопчут тут всё! И ты будешь сидеть в стороне? Хантер посмотрел прямо на своего собеседника, сидевшего у витража. - Харон...не делай этого. Нам нужно туда попасть. Тем, кто ещё жив, в отличии от тебя, нужно найти это место первыми, прежде чем это сделает Мир! Мы должны знать, что они тут ищут! Сам говоришь, что там что-то могущественное. А теперь подумай, что с этим могу сделать Миротворцы, с их [бранное слово] возможностями! Подумай, что будет, если они это твоё могущество пустят на конвейер. Даже если ты разделяешь их взгляды, сколько полягут от их новых игрушек, прежде чем воцарится долгожданный Мир!? Тебе уже плевать на свою жизнь, ну так подумай о тех, у кого она ещё осталась! Ты не можешь сидеть в стороне! - можешь идти, Охотник. Ты не найдешь в том месте ни успокоения, ни ответов на свои вопросы, как не нашёл их в своё время я, а посему - можешь прекратить свои поиски. – Пошёл ты[бранное слово], - Хантер сплюнул в бок, и направился к выходу. Он уже понял по отстранённому молчанию – Харон выбрал свою роль в предстоящем конфликте. Охотник не сможет его переубедить. У спуска обратно в катакомбы, наёмник обернулся на свой отряд. – Ваша очередь уговаривать мистера Святость, - презрительный взгляд в сторону Старика, - Без него мы никуда не сдвинемся. С меня хватит. У кого тоже лопнет терпение – выходите, рассчитаемся и по домам. Нечего цирк растягивать. И размашистой походкой, скрывая клокотавшую ненависть, Хантер двинулся прочь. План провалился, безоговорочно и абсолютно. Запасного не было. Оставалось либо тыкаться, как слепые щенки, в поисках титьки, либо ждать, пока Мир не найдёт свой заветный [бранное слово] ларец сам, и просто плюнет на всё планету. Тогда останется только успеть вовремя собрать манатки. *Остальные страны и другие миры - Италия 0.2*

Charon: Во время этого посещения моей Кельи мне вспомнился диалог с Учителем, не задолго до того, как мы расстались на длительный срок. Это было сразу же после нашего возвращения. - Скажи, Учитель..., - спросил я тогда его, - мы потеряли почти всех наших братьев, а сами мы...в общем, вы знаете, что с нами стало. Скажите, если бы у вас была возможность...остались вы бы в стороне? Не стали бы делать последний шаг тогда? Учитель долго думал, прежде чем ответить. После чего поднял на меня свою измученный взгляд. - Да. В конце-концов, мы пресекли Зло, и сделали дело, угодное Господу. - Но смерти на наших руках? – спросил я тогда, - Смерти наших соратников? И мы сами? Мы думали свершить благое дело, и найти источник святой силы. Но мы нашли то, что содержит в себе Тьму само по себе! Тогда учитель засмеялся. - Нет, что ты. Сила сама по себе не может быть злой, или доброй. Разве добр камень, просто лежащий на дороге? Другое дело, если его поднимут, чтобы бросить...тоже самое произошло с нами. Мы просто пока что не можем ничего построить из этого камня, только бросить. Бросить так, чтобы и самим ушибиться, - он наклонился ко мне, - поэтому, я прошу тебя, Харон. Раз ты решил остаться, то выполни мою просьбу – не открывай место, где захоронен этот камень, тем, кто захочет его бросить. Это не поможет никому, лишь ещё больше пострадают. - Но как я узнаю, кто будет достоин? - Господь подскажет тебе, как проверить человеческую душу. Господь подскажет, и он же рассудит. Но не суди сам споро – не каждое дело злое, потому что таким кажется. Иногда ведь бывает нужно ударить камнем, чтобы отпугнуть волка от отары овец. Это были его последние слова, после которых он ушёл в добровольное заточение. С сего момента мне предстояло расстаться с ним на долгое время. Я предполагаю, он всё ещё там, в одиночестве. Почти как я в последние годы. Жаль, я не могу у него сейчас спросить – что будут делать с камнем, пришедшие ко мне сейчас? Харон воспринял всё, что выпалил Хантер с холодным спокойствием, всё так же перебирая молча чётки. Лишь в конце он поднял голову, и коротко сказал вслед. - Ты сам не знаешь, что ты будешь делать, оказавшись на месте том. Определись, Хантер. Тогда возвращайся, - и уже обращаясь к пустому месту. - И не оскверняй уста бранными словами. Господь всё слышит. Опосле некоторое время посидел молча. Лишь было слышно треск пламени свечей, да завывание ветра в витражах. - У него правильные цели. Но он всегда был не сдержан. И привык готовиться только к худшему. Нельзя ему туда, нельзя сейчас - он опять окинул взглядом оставшихся. – А вы все, дети мои, всё так же уверены в своей цели? Вы ведь не ведаете, о чём мы вели разговор. Каждый из вас, вопросите себя – готовы ли вы идти сим тернистым путём? - Кто же знает, о ком ты…вы спрашиваете? Харон обратил свой взгляд на Ванко. - Значит, ты всё-таки человек, и сие есть доспехи. Да...давно я уже от жизни отстал. А говорим мы об одном Господе. Католики, православные...это не есть разница. Церковь и вера - вот отличные вещи. Я спрашивал именно о вере. Хотя, раз ты православный...давно я не был в тех краях. Как там сейчас? Церковь всё так же страдает под гнетом большевиков? - Эта работа поможет мне забыть, забыть то зло, что я творил ранее. - А ежели ты вместо старого, сотворишь новое? Это тебя успокоит? – спросил Харон. После чего спрыгнул вниз, исчезнув в тени на стене. Не было слышно даже шороха одежды, даже звука приземления. Старик проделал весь путь почти мгновенно, чтобы затем опять выйти на свет. - Я пришла творить добро. Как бы глупо и бессмысленно не звучало, но я пришла для него. Я хочу захватывающих дух приключений и опыта, каким бы он ни был - Устами младенца глаголит истина...я не сомневаюсь в твоём стремлении, Меган Гвин, - Харон коротко посмотрел в сторону девушки, после чего повернулся к пустому алтарю. – Но готова ли ты принимать опыт, любой? Опыт может изменить то добро, что есть в тебе. И изменить саму тебя, до такой поры, что ты возненавидишь самоё свою сущность. Коли не веришь мне – посмотри направо. Там стоит вампир. Готова ли ты приять себя, ежели тебе предстоит стать ещё одной его вида? - Но я ненавижу этого мерзавца. Я тут ничего не ищу. Я наемник. Мне пообещали хорошую сумму за эскорт. Вот я и тут. Харон провёл рукой по алтарю, смахивая пыль прочь, прежде чем ответить Кингу. - Ты довольно молод, вампир. Иначе ты бы помнил обо мне. Ты довольно безрассуден и горд, иначе ты бы знал обо мне от своих старших собратьев по виду. Но ты их, видимо, презираешь. Вдобавок – ты презираешь Господа. Хотя, может – самого себя? – Старик развернулся, и пошёл между скамьями собора. – Господь всегда оставляет нам право выбора. Иногда мы его не видим. Ты сам стал тем, чем ты есть. Тогда зачем же винить своего Создателя, чадо моё? – совершенно беззлобно, и даже уставшим тоном сказал, двигаясь по ковровой дорожке. – Тебя интересует лишь действо, не то, что за ним стоит. Поэтому ты здесь. Это безрассудство тебя однажды и погубит. Стоит ли идти дальше? Вампир ты, или нет – на том пути, что я прошёл, смертны и страдать могут все. - Я, Виктор фон Дум, законный правитель Латверии, не верю в бога, как его характеризуют существующие ныне религии, привыкнув во всем полагаться исключительно на себя и собственные силы в достижении любой цели, как бы утопична она не была. Пришел сюда в поисках, ведомых собственной жаждой к познанию, но ныне взгляд мой пал на вещи за пределами поиска чего-то конкретного. - Законный правитель..., - Харон присел на скамью, снова принявшись перебирать чётки. – Насколько я помню, Латверией правил род Гонорео. Неужто времена уже поменялись? Ежели ты не веруешь, то объясни, что же проиходит в этом месте? – двумя руками Харон обвёл собор. – И знания...что ты будешь делать с ними потом? Все знания – лишь средство, они мост к цели, но не сама цель. - И мне очень жаль, что нам пришлось потревожить Ваш покой, Харон Старик поставил одну руку на колено, пока вторую запустил в капюшон, поглаживая подбородок. В косом свете свечей стало видно, что каждый шарик чёток, лежащих на рясе, был выполнен в виде маленького человеческого черепа. - И вновь, дитя моё, ты ставишь меня перед вопросом. Ежели ты думаешь, что я перевожу мёртвых через Стикс, Ахерон, Флегетон, Коцит и подобное им, то нет. Эта сущность будет подревнее меня. Я лишь ношу его имя. В чём-то мы похожи, как и наши функции. Ежели твои мысли отличны...то я не припомню тебя. А уж кого-либо, кто смог сейчас вспомнить обо мне...таких людей почти нет, да и те, что есть, едва ли люди. Большею частию – то мои враги, пережившие встречи со мной. Отсюда вопрос – как я могу доверять тебе, Правитель Латверии? Харон откинулся на спинку, устало сгорбившись, но затем откинувшись и посмотрев наверх. Его лицо всё ещё не возможно был рассмотреть. - А что ты молчишь, демон? Хм...пожалуй ты – самый младой из всех собравшихся здесь. И наиболее глупый. Взрослые особи вашего вида куда более...мудры, что ли. Даже юная Меган наделена большей учтивостью нежели ты. По крайне мере, симу младому созданию хватает такта и вежливости, - Харон положил голову на лечо, осматривая последнего своего гостя. – Ты думаешь, твоя сила даёт тебе какое-либо превосходство, демон? Напротив. Ваша сила всегда была вашей же слабостью. Здесь ты не найдёшь никаких развлечений. Не будет их и там, куда ты собрался – Харон замолчал, испустив глубокий старческий вздох. После чего вновь сгорбился, перебирая чётки. - Я уже примерно вижу ваши цели, предполагаю, кто дойдёт до конца и что будет там делать. Но два главных вопроса всё те же – насколько сие нужно вам? И зачем мне помогать вам? Как я уже говорил – люди давно научились жить сами, без защиты и помощи извне. Они ещё верят в Господа, но полагаются на себя более. Я думаю, они и в этот раз сами смогут что-либо предпринять. Я слишком отстал от жизни, чтобы быть вам действительно полезным. Я не вижу смысла в моей помощи. Как жаль, Учитель, что нет тебя со мною сейчас. Ибо вопрос, что задал я им, на самом деле более терзает меня самого. Зачем мне им помогать? Что толку от этого, ежели помощь не нужна? Как знать, что они сделают с тем камнем? И стоит ли вообще его трогать ещё раз?

Pixie: - Эль ном эксиль... Вы так смешно плачете, когда поедаешь вас кусочек за кусочком, начиная с облитых кислотой крылышек. Маленьких и тоненьких, как ваш голосочки, когда из вас изымают внутренности. Оу, это так мило! –расхохотался демон. Мэган кинула на него взгляд, от которого сам ад покрылся бы льдом. Фею переполняла злоба, но она держалась из последних сил чтобы не наброситься на хама. Я ненавижу...ненавижу...ненавижу... Внезапно демон набросился на Генри, схватил его за горло и оторвал от пола. Мэг понимала, что вампир сейчас беспомощен, он лишен своих сил и просто существует в этом пространстве. Остальные не обращали внимания, поглощенные беседой между Хароном и Охотником. Отпусти его!- личико феи исказил страх,- ему же больно, бесчувственная ты скотина! Демон ухмыляясь разжал пальцы и Генри упал на каменный пол. Розовым вихрем Мэган метнулась к нему. -Как ты?- дрожащими губами пролепетала Мэг, -прошу тебя, не обращай на него внимания. Ну не связывайся ты с этим кретином,- обронила Фея, помогая вампиру подняться,- просто не думай об этом,- она легонько дотронулась своими тоненькими пальцами до синей полоски на его шее. -Пойдем,-улыбнулась Пикси и потянула Генри за рукав,- нам надо его как-то уговорить,- кивнула она в сторону Харона. - Устами младенца глаголит истина...я не сомневаюсь в твоём стремлении, Меган Гвин. Но готова ли ты принимать опыт, любой? Опыт может изменить то добро, что есть в тебе. И изменить саму тебя, до такой поры, что ты возненавидишь самоё свою сущность. Коли не веришь мне – посмотри направо. Там стоит вампир. Готова ли ты приять себя, ежели тебе предстоит стать ещё одной его вида?- обратился Харон к Пикси. От его слов по коже пробежал мороз. Вампиры...Да, маленькая Фея не понаслышке знала, кто они такие. Она помнила их могильно-сладковатое дыхание, гипнотические глаза, их острые как бритва клыки, и мгновенную боль в шее растворение в их сознании. Боль...но...Боже... Судя по последней реплике Харон не собирался помогать новоявленным героям, а Хантер кипел, теряя остатки терпения. Эльф устремилась к скамье на которой сидел Харон, перебирающий свои четки. Мэган села у его ног и положила свою руку на его. -Пожалуйста, помогите нам,- вполголоса начала Мэг, вглядываясь под капюшон,- прошу помогите. Нам всем. Ну вы же все знаете! Вы должны! Я не знаю толком даже сути нашего задания, но если он,-Фея кивнула в сторону Охотника, -говорит, что от вас многое зависит, то это так. И я ничего не боюсь, совсем-совсем. Я не потеряю себя. Да, частица тьмы оставлена в моей душе. Но она всегда будет не более чем компасом для поиска другого зла. А насчет ненависти к себе...-Эльф осеклась,- знаете...моя мама всегда говорила мне ,что мой отец был простым человеком, но она врала мне,- глаза Пикси налились,- моим отцом оказался Джейсон Вингард, негодяй редкостный скажу я вам,-она выдавила из себя смешок,-я должна была себя ненавидеть. Я всегда верила что мой отец был честным человеком, а не убийцей и монстром. И я просто постаралась отстранится, сохраняя свою веру. Во мне нет места для зла. И я приму любой опыт. Только пожалуйста, помогите нам. Вы наша надежда. Фея поднялась и вернулась к мужчинам. Проходя мимо демона, она остановилась, пристально вглядываясь в его глаза, в которых читались насмешка и презрение. Мэган приблизилась к нему и кинулась на шею с объятиями. Со стороны все выглядело как акт примирения. Пикси вцепилась со всей силы, своими ноготками одной руки ему в шею, а другой в грудь и сильно прижалась к демону. -Золотко...ты подавишься...-страстно прошептала ему на ухо Фея и разомкнула свои руки,-не-вый-дет,-отчеканила она, и подмигнула.

Crimson Dynamo: Динамо усмехнулся. - Большевики…Я уже лет восемь не слышал этого слова. Партии, как и Союза давно нет. Какие большевики? Они теперь только в Китае да Вьетнаме, да и то больше к капитализму обращаются… – пробурчал Антон, коммунист до мозга костей. Но это не просто идеология, это воспитание. Он так был воспитан и именно поэтому считал это единственно верной вещью в устройстве государства. А вот следующий вопрос его немного задел. - А ежели ты вместо старого, сотворишь новое? Это тебя успокоит? – спросил тот, кого Охотник назвал Хароном. - Значит так тому и быть. В конце концов от этого буду страдать лишь я. – он хмыкнул, подумав что не стоило говорить о своих целях так открыто. Он продолжал слушать и удивляться про себя, сколько же много знает старик. Знания – сила. А у кого сила, тот и победит в войне с этим Миром. Хотя вряд ли они настолько безжалостны. Антон был погружен в свои мысли, а Харон тем временем продолжал поносить вампира и демона. Ученый совершено не понимал, зачем тут эта странная парочка. Ни к селу, ни к городу. Тем более в церкви. Он флегматично стал оглядывать собор, не отвлекаясь на задушевные разговоры. Но одна из фраз Пикси его очень удивила. - Подожди…Ты хочешь сказать твой папаша – Повелитель разума? Вот это поворот. Я как-то работал с ним. Грязно работает, но тип головастый. Не буду говорить, что он делал плохо, что он делал хорошо, но я готов поменять свое мнение о тебе, если в тебе есть хоть часть его мозгов. – Динамо повернулся к Харону и подошел к нему. Теперь была его очередь убеждать. - Скажу прямо. Я немного слукавил на твой первый вопрос. Я коммунист, и вот даже и не знаю, верб я в Бога или нет. Как мне сказал один из моих знакомых, Богу существует, пока в него верят. А если Мир уничтожит Землю – верить будет некому. Думаю тут просто построить логическую цепочку между жизнью людей и их верой. А если их начнут бомбить из какие-то орбитальной бандурины, то они точно разуверяться во Всевышнем, ибо он их не смог защитить. Тебе оно надо? Далее думаю комментарии излишни. Следующий! – с этими словами он отошел обратно. Дождавшись всех он вышел в след за Хантером, первым покинув это место ---> Италия

Doctor Doom: И предстал он перед ликом того, кто мог по сути быть равным ему. Почувствовал он ту невообразимую энергию, ту мудрость и знания, кои фон Дум ценил больше всего на свете, ведь именно они были заветным пропуском, желанным ключом, который открывают абсолютно любые двери, прокладывая кратчайшие пути к любой цели, к самому заветному желанию, ради которого Виктор сделает все, ведь, несмотря на, порой, неприемлемые методы, фон Дум преследует самые благие цели, в основу которых лежит абсолютный рай на земле, каким бы утопичным это не казалось. -Правление этого принесло слишком много вреда моему государству. Бесконечные войны, голод, чума, жизнь в вечном страхе - все это терзало Латверию, разрывало государства на малые части, доводя его до состояния абсолютной пустоты. Поэтому были необходимы действия радикального характера для будущего благополучия страны и государства, - голос Виктора звучал подобно эху, разносящемуся по всему помещению в то время, как он сам стоял на собственном месте, не сводя взгляда со столь интересной персоны, которая с каждой новой минутой все больше привлекала интерес монарха Латверии, уже и практически позабывшего о том, что в этом славном месте присутствует кто-то помимо самого Дума. На едва заметное мгновение задумавшись о вопросе старца об истинной вере Виктора, монарх, согнув правую руку в локте и кончиками указательного, безымянного и большого пальцев потер подушечки пальцев друг о друга, будто пробуя на ощупь какой-то невидимый порошок, при это глубоко вдыхая, вновь обращаясь к старцу: -Место это, отражающее невероятное спокойствие, гармонию. Место, где нет ничего, кроме бесконечного течения времени и энергии, не пускающей сюда никого, кто мог бы, пусть и косвенно, навредить самой сути здешнего течения событий. Наверняка являясь детищем магии, обитель эта имеет богатую историю, будто записанную всем тем, что здесь есть, даже в малейших частицах воздуха можно почувствовать все то естество, нашедшее здесь свой покой, - посреди своей небольшой речи, фон Дум несколько раз осматривался по сторонам, цепляясь взглядом за фактически любой предмет, который можно было лицезреть. Желание вернуться сюда позже с куда большими возможностями - раздирало ученого, чей интерес выходил за пределы мыслей и жаждал активных действий. Наконец обратив внимание, что их особо вежливый "лидер", который и собрал всю компанию и довел её до этого места, благополучно ретировался, Виктор растянулся в широкой улыбке, прикрыв глаза и чуть покачав головой, бросив быстрый взгляд в сторону своих «коллег», чей возможный потенциал к умственному росту можно было сравнить лишь с потенциалом одной лишь молекулы водорода стать полноценным источником энергии будущего. -Думаю, Вы прекрасно понимаете, что, первоначально имея вид информации, истинное знание не имеет такого широкого применения. Получив информацию, мы обладаем лишь зачатками необходимого потенциала, дабы впоследствии, при его реализации, обрести достаточное количество бесценного опыта, который и превратит информацию в знание, применение которого может быть найдено в абсолютно любом месте, кем бы ты не был. Цели же мои за частую трактуются современными деятелями как сугубо негативные и отрицательные в то время, как я посвятил весь свой гений одной задаче - окончить войны, покончить с голодом, болезнями, эпидемиями, покончить со всем, что терзает землю и её жителей, - ближе к концу фразы голос Дума становился все насыщеннее и громче, акцентируя внимание на целях создания настоящего рая, в котором жизнь будет много лучше, много дольше и куда более счастливей, нежели сейчас.

Macabre: - Ещё как выйдет! - Давно замкнув руку на талии феи, хищно вильнув языком, впился в её ехидные губки, своими - черными и жесткими, после чего резко выпустил. - Такую карамельку нужно рассосать. - Похотливо облизываясь и заливаясь мерзким хихиканьем старого насильника детей. Когда же эти личинки поймут, что мне плевать на боль, плевать на голод, на воздух, на них? - Только не ешь меня. - Хрипло имитируя писклявый голосок, закусывая обрамленный черным ногтем палец, издевательски произнес Отвратительный, обращаясь к Кингу, после чего, он резко перевел свой слух на распинания Дума. Почему то здоровяка в броне трогать пока что не хотелось. И всё же было явно почему. Тот хотя бы говорил по делу, а не выблевывал тонны напыщенного бреда, словно ему не свойственен эгоизм - самый сладенький ген этих ублюдков, что звут себя людьми. Впрочем, это ведь синонимы. - Слушай, спаситель. Закройся ка. - Словно прося приятеля об одолжении, бросил думботу демон. - Ты такое же гавно как и весь твой родик, только у тебя трухи в башке больше. Или меньше, черт его знает. Я привык вас жрать, а не слушать. Почему то все эти слова Дума задели гадкого японца, причем сам он не мог понять причину этого. Быть может, какая то старая обида на образ жизни? Нет, он убивал и припевал. И расскаивался... Да. Однако на фразу Харона, демон ответил лишь озлобленным шипением, обнажив острые мелкие зубы в зверином, хищном оскале. После тирады демона, которую он чуть было не выпалил этому апендиксу больных фантазий отбитого отшельника, апендикс точно отказался бы сотрудничать, и плакал жирный обед, к которому демон и шел. Поэтому, Макабре лишь ушел куда то в тень Кельи, дожидаясь решения всего этого каламбура, потому что его вмешательство лишь повредило бы делу, и каким бы ублюдком он не был, Отвратный понимал, что из-за общего провала, провалится и он, как бы это не резало по ушам.

Hannibal King: - Ты довольно молод, вампир. Иначе ты бы помнил обо мне. Ты довольно безрассуден и горд, иначе ты бы знал обо мне от своих старших собратьев по виду. Но ты их, видимо, презираешь. Вдобавок – ты презираешь Господа. Хотя, может – самого себя? Господь всегда оставляет нам право выбора. Иногда мы его не видим. Ты сам стал тем, чем ты есть. Тогда зачем же винить своего Создателя, чадо моё? Тебя интересует лишь действо, не то, что за ним стоит. Поэтому ты здесь. Это безрассудство тебя однажды и погубит. Стоит ли идти дальше? Вампир ты, или нет – на том пути, что я прошёл, смертны и страдать могут все. - Генри не особо понял с чего старец считает что он презирает Господа? Нет, Кинг на это не осмелится, он просто его ненавидит. А вот других вампиров он действительно презирает. Ганнибал смотрел на своих компаньенов довольно странным взглядом: Вроде как на говно, а вроде и нет. Он видел среди них соревнование которое они устроили чтоб убедить старика им помочь. Настала очередь Генри уговаривать. А стоит-ли? Уговаривать того кто не хочет помогать - весьма утомительно и безрезультатно. Пустая трата времени. - Послушайте Харон. Возможно вам и доставляет некоторое удовольствие слушать как мы вас уговариваем и просим помочь не только нам но и всему миру, но поскольку вы верите в Господа Бога, то подумайте, как-бы он поступил на вашем месте? Я даже могу привести пример который случился две тысячи с лишним лет назад. Иисус умер ради всего человечества, а ведь его никто не просил и не уговаривал это сделать, а Господь позволил ему умереть чтоб спасти все человечество. А вы не можете даже просто нам помочь, не говорю даже о смерти за все человечество. Некоторые из здесь стоящих готовы погибнуть чтоб исполнить свой долг, а вы?- высказавшись Генри стоял где-то секунды три, смотря на Харона, а потом развернулся и пошел неспешным шагом в сторону выхода. Даже странно как вампир запроблематезировался и из наемника превратился в того, кто выполняет высшую цель, долг. Возможно действительно человечество нуждалось в помощи и сейчас Генри был одним из тех, кто должен был ему помочь.

Charon: Харон внимал всему, что ему говорили. Они пытались его уговорить. Убедить. Но сам отшельник сомневался, хотя это выражалось лишь в том, что его рука продолжала перебирать чётки. Самая младая при фразе об вампирах заколебалась более всех. Харон внимательно искоса рассматривал её реакцию. Он не хотел её напугать. Она действительно могла стать...даже не вампиром, чем-то ещё хуже...таким же, как сам старик. Он хотел уберечь её, ежели сие будет угодно Господу. Она была слишком молода. Когда Меган положила руку на его ладонь, Харон отдёрнул свою длань в перчатке. Это выглядело как брезгливость, хотя сам Старик просто не хотел пугать саму Пикси. - Во мне нет места для зла. И я приму любой опыт. Только пожалуйста, помогите нам. Вы наша надежда - Нет дитё, ты заблуждаешься, - отшельник покачал головой, - Ты даже не представляёшь, дитё, чего просишь. Ты хочешь чтобы я направил тебя по тому пути, где храбрейшие и опытнейшие мужи остались навсегда, и коли на то пошло, я не могу сказать...действительно ли они умерли? Нет, не проси. Предавать таким мукам столь юную душу...я не могу. За мной и так много прегрешений. Далее говорил русский, который держался намного уверенней. Или же просто – хотел таким быть. - Большевики…Я уже лет восемь не слышал этого слова - Что ж, значит я воистину там давно не был... - Значит так тому и быть. В конце концов от этого буду страдать лишь я. - Или же, ты причинишь страдания не только себе. Стоит ли оно того? Готов ли ты платить душевным равновесием за чужие страдания? - Тебе оно надо? - Ежели Господь решит низвергнуть кару сию... то как можем мы этому противостоять? – Харон опять встал, но, кажется, он опять погрузился в длительные раздумия, и одной рукой все ещё держался за спинку скамьи. Сомнения все ещё терзали его душу. - Поэтому были необходимы действия радикального характера для будущего благополучия страны и государства. Харон всё ещё прибывал в той же позе, и, кажется, не прореагировал, когда вперёд выступил Дум. Но он явно всё услышал. - Да, я запамятовал...там очень часто проявлялись ереси, кои вели ко многим смертям. Господь часто наказывал эти земли...и, ты говоришь, что ты сумел после веков бедствий, исправить положении и сшить воедино разорванные лоскуты государтсва? - Место это, отражающее невероятное спокойствие, гармонию. Место, где нет ничего, кроме бесконечного течения времени и энергии, не пускающей сюда никого, кто мог бы, пусть и косвенно, навредить самой сути здешнего течения событий - Это не есть совсем верно... здесь нет времени, как такового. И зайти сюда может любой. Но воистину, силы каждого будут низведены до нуля. - как я посвятил весь свой гений одной задаче - окончить войны, покончить с голодом, болезнями, эпидемиями, покончить со всем, что терзает землю и её жителей - Это было и до тебя, - Харон подтянул руку к груди, сжимая среди пальцев чётки, - Атилла Гунн строил идеальное государство. Чингиз-хан создавал Золотую Империю. Наполеон... , - старик засмеялся скрипучим смешком, и, сгорбившись, вновь пошёл в сторону от пришедших, среди скамей. – Даже те же Миротцорцы...их цели – то, что ты сам нарёк. Так чем же ты отличаешься? К тому же, я чую в тебе много гордыни. – Харон прошёлся вдоль скамьи, проведя рукой по спинке, сметая слой золотистой пыли. – Гордыня...и самоуверенность. Я много раз видел, как это приводило великие замыслы к краху. Гордыня таких мыслителей. Ты хочешь, чтобы я отдал человеку с гордыней ключи от неисчерпаемого источника силы? На шипение Макабре Харон не отреагировал ни бурно, ни яростно. Лишь сказал, уставшим, но жёстким тоном демону. - Довольно. Порождение ада, убирайся прочь, - он вытянул свою сухую руку, и не дрогнувшим пальцем указал направление на выход. – Ежели ты ещё раз придёшь, то я не буду более столь сдержан. Я верну тебя туда, откуда та пришёл. – на это мгновение, Харон почувствовал и вспомнил себя таким, каким он был ранее – той самой фигурой в плаще, чей один лишь силуэт вгонял в страх таких порождений зла, как этот демон. Казалось, самоя чернота из под капюшона повеяла и стала расползаться, тянутся, к Макабре. Харон не менял позы до тех самых пор, пока демон не последовал его требованию и не ушёл прочь. После этого отшельник вновь опустился, как-то устало, на скамью. - Я...слишком стар для таких вещей. Слишком...Я уже отстал от течения жизни. - Возможно вам и доставляет некоторое удовольствие слушать как мы вас уговариваем Кингу Харон ответил не сразу. Казалось, он тяжело дышал, после моральной схватки с демоном. - Отнюдь, вампир, отнюдь, - тихо проговорил вновь, - Я не звал вас сюда. Я сюда никого и никогда не звал. Вас привёл Хантер. Но вы сами стремитесь получить знания, сами ещё не понимаю о чём. - Некоторые из здесь стоящих готовы погибнуть чтоб исполнить свой долг, а вы? - Ты сравниваешь не сравнимое. Я не боюсь смерти, уже давно. Мне жаль посылать вас на такое гиблое дело, коль среди вас столь юное создание, - Харон указал кивком на Пикси. – Дело не в этом. Смерть Иисуса спасла человечество. Но спасут ли ваши? Вы ведь не понимаете..., - отшельник встал и прошёл к нефу, на противоположной стороне от своих гостей. Там был странный барельеф, испещрённый чем-то вроде рун, иероглифов и пиктограмм одновременно. – Хантер хочет найти руины Древних. Существ, кои могли повелевать временем и материей лишь силою мысли, - старик протянул руку, и погладил этот кусок стены, ощупывая вырезанное. – Созданий, кои, по легендам, сотворили богов Олимпа и Асгарда, лишь себе в утеху. Их сила была столь безгранична...что лишь сам Господь Бог был над ними. И вы хотите найти это? Вы думаете, что сумеет право использовать? Что вообще сможете это использовать? Что сие не станет вашей смертию? Ни вы, ни многие другие никогда не достигли, и возможно, не станут достаточно умелыми и развитыми, чтобы обладать такой силой. На пути к эти руинам я потерял почти всех своих спутников...и себя самого...неужели вы думаете, что ваши смерти – действительно станут искупающими? Что это могущество не уничтожит, не изменит вас? Или, что вы не приведёт туда Мир? Нет...я с вами не пойду. Я не стану ни событием, начавшим апокалипсис, ни спасителем мира. Господь не отвел мне таких ролей. Идите. Харон замер, всё так же разглядывая эти письмена, оставленные истинными создателями этого места. Он вспоминал. Опять, ярко, как когда-то, как будто вчера. Как вспышка солнца в темноте. В ответ на его мольбу к Господу о том, что делать ему далее... Это была пристань. Гордо развивались и трепетали белые флаги с красными косыми крестами. Флотилия готовилась к отплытию. Сновали люд, грузили провиант и амуницию. Собиралась большая экспедиция. И посреди всего этого великолепия, больших, свежих, золотистых кораблей стояли три старые чёрные каравеллы, пропитанные солью и морем, под флагом вольных наёмников, и, что мне особо запомнилось, все трое носили одно имя. Я встретил Учителя у трапа одной из шхун. Именно сие три судна и были истинной экспедицией, а не остальные громадины. - Что ты здесь делаешь? - спросил он меня. - Плыву с вами. На Запад, - ответствовал я, поправляя ремень шпаги. - Но я запретил тебе. Это слишком опасно. - Я должен найти её. Она ведь там, в Новом Свете? Учитель смерил меня взглядом своего единственного глаза, после чего сложил руки на груди и покачала головой. - Нет. Это слишком рискованно. Лишь самые лучшие из нас отправляются. Молодое поколение должно остаться. Таков был указ. - Но это моё предназначение! – воскричал я тогда, обращая на себя внимание прохожих. – Я уверен! Господь послал мне сон! Я должен быть там! Кто знает, что она ещё сделает, если ускользнёт! - Тебя ведёт месть и ярость, а не твёрдый разум. Эмоции погубят наше начинание. Ты остаёшься. Не спорь. Он ушёл, оставив меня в грустных раздумиях. Я воистину был уверен, что это моя цель, что тогда Господь действительно направлял меня по тому пути. Но сейчас, я понимаю, что мои чувства также двигали мною. И к чем это привело...к тому, что я стал другим. Совершенно другим. Я ослушался Учителя, и ночью проник на одну из шхун. Свершённое мной, позже привело к печальным последствиям...но быть может, так и было задумано Господом? А ежели их путь, так же предначертан? Могу ли я этому перечить? - Если вы твёрдо решили идти до конца...то вам нужны две вещи., - вновь отозвался старик. - Карта похода Себастьяна де Белалькасара, и поваренная книга, «Ества и пряности Нового Света». Обе вещи созданы Бертольдом Шварцом, юным монахом из Скандинавских земель. Карта должна быть в сокровищнице, созданной Каспаром Марией Штернбергом. Где книга...я не могу сказать, ибо давно уже не интересовался. Когда вы разыщите эти две вещи, вы найдёте подсказку, где искать третью. Идите. Но помните – этот путь может стать вашим последним. Харон не оборачивался до конца своей речи. Он всё так же стоял, сстулившись, у стены, перебирая рукой чётки. Боже, сделай так, чтобы я не отправлял их на верную смерть...



полная версия страницы