Форум » Реальное время » "Встреча". Событие 1: Камень времени [Professor X, Magneto] » Ответить

"Встреча". Событие 1: Камень времени [Professor X, Magneto]

Magneto: Название: "Встреча" В рамках глобального события 1. Время действия: реальное время Место действия: Нью-Йорк, порт Участники: Professor X, Magneto Краткое описание: за три дня до исполнения плана Магнето его старый друг, враг, а по совместительству и совесть, Чарльз Ксавьер, настоял на встрече и небольшой беседе. Они не виделись уже давно, и Леншерр был не прочь перекинуться парой слов, да сыграть в партию-другую, вот только он прекрасно понимал, что Профессор хочет увидеться с вполне конкретной целью.

Ответов - 3

Magneto: Место встречи В редкие мгновения жизни судьба преподносит нам подарки, подлинную ценность и истинное назначение которых нам не дано понять сразу. Череда испытаний, выпадающих на нашу долю, призвана либо лишить нас дара, которого мы не заслуживаем, либо раскрыть подлинный его смысл. Это справедливо в том числе и для дружбы. Вы считаете, настоящая дружба не знает бурь и ураганов и, подобно крепкому кораблю-броненосцу, уверено прокладывает себе путь сквозь годы и десятилетия? О нет, вы ошибаетесь. Настоящей дружба становится после того, как с ней происходят все мыслимые и немыслимые события. И, когда вопреки здравому смыслу и обстоятельствам люди все равно остаются дороги друг другу, наступает торжество безграничной привязанности, доверия и верности до самого конца. Голуби россыпью разлетелись из-под ног высокого немолодого мужчины в темно-коричневом костюме и широкополой шляпе, когда он ступил на выложенную гранитными плитами набережную, в спокойном темпе направляясь к одинокой фигуре в инвалидном кресле, сидевшей у причудливо изогнутой железной ограды, отделявшей берег от океана. До боли знакомый профиль. Бесконечный ряд воспоминаний. Ярких и бережно хранившихся в памяти. Агрессивно-холодный настрой, с которым Эрик сегодня проснулся еще до того, как взошло летнее солнце, испарился, уступив место едва ощутимой грусти и усердно скрываемой радости. Они не виделись чертовски давно. - Ты совсем потерял совесть, Чарльз. – с явными нотками иронии в голосе громко произнес Леншерр, поравнявшись со старым другом и приподняв шляпу в знак приветствия. Они уважали друг друга. Всегда. И тем не менее, уже почти половину века не упускали возможности подтрунить друг над другом. Это помогало разрядить обстановку, ведь чаще всего их встречи означали новое противостояние. А может и продолжение целой череды их идеологической борьбы… - Мало того, что не звонишь, не пишешь, так ещё и с Днём рождения забыл поздравить, Профессор. Они оба прекрасно знали, что Магнето родился в августе, а на дворе сейчас середина июня, и уж тем более, что он никогда ничего не праздновал. Лишь давным-давно Рождество, да и то всего несколько раз по настойчивой просьбе Ксавьера. Эрик имел в виду другой день, а именно 5 лет назад, когда он, далеко немолодой, чудом выкарабкался из затяжной комы на фоне событий Второго пришествия, не без помощи Чарльза, конечно, и очень долго потом восстанавливался. Признаться честно, он так и не смог вернуть себе былую мощь, лишившись части своих способностей и по сей день испытывая время от времени внезапные, мучительные боли. Но об этом никому не следовало знать. Даже лучшему другу. - Ты хотел меня видеть, Чарльз. Я здесь… - он оперся спиной о край ограды, сложил руки на груди и, чуть наклонив голову набок, внимательно посмотрел на Ксавьера. Да, он знал обо всем. Это было понятно по его выражению лица. За долгие годы Магнето научился понимать его без слов.

Professor X: Присутствие постороннего Чарльз уловил еще до того, как в его кабинет постучали - чужие мысли, спутанные и сбивчивые, вторглись в сознание едва ли не против воли. Такова участь телепата - ты не можешь остаться наедине с собой, даже если виртуозно владеешь собственным даром. Впрочем, Ксавьер никогда не стремился к тому, чтобы полностью оградить свой разум от присутствия посторонних, и за долгие годы научился не обращать внимания на своеобразный "фон" из обрывков чьих-то размышлений и воспоминаний. Это походило на мерный гул, с которым сроднился и на который уже не обращаешь внимания. Порой из общей толпы выделялся кто-то один, и его настойчивый голос звучал в голове ярче и громче остальных, и тогда Профессор понимал, что кто-то нуждается в нем и рассчитывает на его помощь. Конечно, не каждый раз речь шла о проблемах мирового масштаба - зачастую к Чарльзу приходили юные мутанты, испуганные и взволнованные, впервые столкнувшиеся с проявлением собственных сил. Однако Ксавьер знал, что пресловутое общее благо начинается не с реформ и не с государства, что оно касается каждого, и потому был готов выслушать любого, кто обратился к нему за поддержкой. - Войдите, - спокойно произнес телепат и подъехал к письменному столу - до сих пор он сидел у окна, глядя то на заходящее солнце, то на лежащую на коленях книгу. Стороннему наблюдателю могло бы показаться, что он любуется пейзажем, устав от чтения, или же находится в блаженной полудреме - настолько безмятежным было выражение его лица. Однако размышления Чарльза были далеки от того, чтобы называться безоблачными или радужными, и касались недавних волнений в Сенате. Кто-то пытался провести новый законопроект, касающийся ограничения свободы мутантов, и Ксавьер, давний сторонник дипломатии, продумывал речь, обращенную к радикалам. Впрочем, проблемы самого одаренного никоим образом не касались его нежданного гостя – а это значило, что собственные переживания нужно было оставить на потом. - Мое имя вам ни о чем не скажет, хотя вы с легкостью можете его узнать. Не думаю, что чем-то отличаюсь от тех, чей разум напоминает вам этот сборник, - вошедший усмехнулся и указал на томик, оставшийся на подоконнике. - Если вы знаете обо мне это, то должны понимать, что я не лезу сюда, - Ксавьер улыбнулся и прикоснулся указательным пальцем к своему виску, - без приглашения. Что привело вас ко мне? – безусловно, незнакомец не был одним из тех, кто случайно поджег футбольный мяч или, выпав из окна, обнаружил вдруг, что может летать. Высокий мужчина средних лет, он изо всех сил пытался казаться собранным и уверенным. - Да, пожалуй, - он на мгновение замялся и занял место напротив Чарльза. – Я не знаю, с чего начать, и потому обойдусь без долгих вступлений. Что вам известно о делах Магнето? Вы что-то слышали о том, что будет происходить в Сенате? - Если бы я что-то знал, мне пришлось бы говорить вам, что я не привык отчитываться перед незнакомцами, - резкость фразы была компенсирована мягкостью тона. – Но я лишен и этой возможности, - он покачал головой и нахмурился. «Магнето. Старый друг, старый враг, белое и черное, черное и белое. Что же ты задумал на этот раз?» - конечно, Леншерр не мог не возмутиться, узнав о законопроекте. И если Чарльз знал, что лишь немногие готовы были его поддержать, если он понимал, что переговорами можно было многого добиться, то Эрик привык рубить с плеча, действовать незамедлительно и агрессивно. Впрочем, на этот раз о «незамедлительности» говорить не приходилось – с тех самых пор, как телепат узнал о скандальной реформе, Магнето просто-напросто исчез из его поля зрения. Поверить в то, что интриган решил вдруг отказаться от своих идей и провести старость на юге Франции, скажем, Профессор не мог. А это в совокупности с отсутствием какой-либо информации о его передвижениях и планах означало лишь одно – противник приготовил нечто масштабное, нечто пугающее и ужасное. - Я так и думал. Не могу сказать, что удивлен – насколько я знаю, все происходящее держалось в строгом секрете. Не исключаю даже, что я – единственный, кто посмел обратиться к вам. И, что хуже всего, вполне возможно, что я – единственный, кто захотел обратиться к вам. Если вы, конечно, понимаете, о чем идет речь. - Вполне, - Ксавьер согласно кивнул и вытянул перед собой сцепленные в замок руки – судя по всему, незнакомец был политиком и умел выражать свои мысли предельно ясно и четко. - Со мной связались около двух недель назад. Я мутант, обладатель дара убеждения, превосходно действующего на толпу. Моих сил не хватит, чтобы загипнотизировать одаренного вашего уровня, но придать некоторое направление желаниям и поступкам сомневающихся людей я могу. И именно это, полагаю, и привело ко мне сторонников Магнето. Мне предоставили не так много информации, и это закономерно – я всего лишь кусочек огромного паззла, и неизвестно, сколько их существует еще. Я знаю лишь, что в Сенат привлекают политиков-мутантов изо всех уголков страны. Нам обещают поддержку, власть, деньги – в зависимости от того, что нам нужно. Взамен мы должны подготовить почву для законов, выгодных Леншерру. Я ничего не сумею с этим поделать – более того, я согласился играть свою роль, иначе меня заставили бы замолчать. Но мне кажется, что вы – единственный, кто может с этим справиться. И я убежден, что вы обязаны быть в курсе, - он произнес свою речь горячо, на одном дыхании, и теперь серьезно и решительно смотрел на Профессора, ожидая реакции и, возможно, каких-либо действий. - Изящный план, - отрешенно пробормотал Чарльз, между бровей которого пролегла глубокая морщинка – то, что он услышал, совершенно ему не понравилось. Правительство людей, правительство мутантов – можно подумать, что второе чем-то выгодно отличалось от первого. Всю свою жизнь он пытался доказать, что два биологических вида могли бы ужиться на одной территории, если бы того захотели, но всегда находился кто-то, готовый положить начало новому витку кровавой войны. И, к сожалению, слишком уж часто этим «кем-то» оказывался Магнето. «Его таланты, его упорство – и в мирное русло», - с привычным сожалением отметил Профессор, до сих пор не разучившийся уважать своего противника. – Я не понимаю лишь одного. Почему вы отказываетесь от власти и прочих преимуществ? Почему вы сидите сейчас передо мной? - Моя дочь – человек. Да и жена не обладает особенным даром – и я прекрасно понимаю, чем грозит для них мир, состоящий из одних лишь мутантов, - с горечью сообщил посетитель, и губ Ксавьера коснулась слабая тень улыбки – что же, не все вокруг утратили способность здраво мыслить. Вечером того же дня телепат связался с загадочным "сторонником" - по описанию он понял, о ком говорил политик, и использовал Церебро, чтобы установить место его нахождения. Сомнений в том, что Магнето передадут просьбу о встрече, у Чарльза не было - что ни говори, а быть убедительным и настойчивым он умел, особенно если того требовал случай. А случай, следовало признать, был исключительным. Конечно, оставалась еще та возможность, что Леншерр просто-напросто решит проигнорировать зов Ксавьера - но что-то подсказывало одаренному, что эта возможность относилась к серии невероятных. Они никогда не оказывались от разговоров - и несмотря на то, что их позиции и взгляды на жизнь и устройство общества были диаметрально противоположными, несмотря на все споры и противоречия, оба черпали из этих бесед невероятно много. И, конечно, Магнето не могли не волновать ответные действия Профессора - а в том, что они возникнут, он мог быть уверен на все сто процентов. Знакомый голос пронзил тишину, царившую на великолепной безлюдной набережной - до сих пор ее нарушал лишь плеск волн и крики чаек. Ирония, как обычно - в этом был весь Эрик. Их баталии разворачивались не только в жизни, но и на шахматном поле, и на словах. - Считай, что я ее нашел, - отозвался Профессор и кивнул в знак приветствия, подняв взгляд чистых голубых глаз на Магнето. Выглядел тот усталым, что было, в общем-то, объяснимо - он должен был успеть провернуть огромное количество дел за короткое время. - Чего не скажешь, конечно же, о тебе, - смотреть снизу вверх было не очень приятно, и Чарльз жестом указал на стоящее напротив кресло. - Спрятался, уехал куда-то. Мне пришлось нарушить законы вежливости и ворваться к твоему другу, чтобы связаться с тобой. Надеюсь, ты передашь ему мои искренние извинения, - возможно, следовало столь же участливо осведомиться о здоровье несчастного "друга", но Ксавьер понимал, что в этом случае перегнул бы палку, и беседа плавно перетекла бы в открытую конфронтацию. - Да, конечно. Я хотел задать тебе один вопрос. Что с тобой случилось, Эрик? Ты совсем потерял осторожность? Подумай только - о твоих тайных планах знаю даже я. Не осталось людей, которым ты мог бы довериться? Или все дело в масштабе твоего проекта? - разумеется, одаренный не знал всех тонкостей, но Магнето совсем не обязательно было быть в курсе этой неприятной мелочи. - Когда ты поймешь, что ничего не добьешься своей войной? Я предлагаю тебе другой выход из положения. Я знаю, что возмутившая тебя реформа не будет одобрена - так к чему устраивать кровопролитие, если того же результата можно будет достичь без жертв? Или ты заигрался настолько, что тебе важен сам принцип?

Magneto: Чуть приподняв брови, Эрик внимательно слушал мутанта, прикованного к инвалидному креслу. Всякий раз, когда их встреча не носила характер ярко выраженного сражения, и когда он видел Чарльза таким, лишенным возможности нормально передвигаться, он испытывал тупую боль где-то там, где у обычных людей располагается сердце. На его плечах уже много лет лежала вина за непоправимую травму лучшего друга, и если Ксавьер был достаточно великодушен, чтобы искренне простить Леншерра, то сам мужчина не мог позволить себе такой роскоши. Однако резкость последних сказанных Профессором фраз отвлекла от привычного чувства вины и даже несколько удивила Магнето. Достаточно жестко и несколько взволновано формулировал телепат свои мысли. Как будто… как будто он не видел полной картины происходящего. Да, Леншерр сразу понял, кто сдал его. Тому мужчине нельзя было доверять с самого начала, Мастермайнд слишком жестко прижал его, зря он воспользовался его услугами тогда, нужно было самому встретиться с одаренным и все ему объяснить. Но Магнето не обладал способностью телепортации, потому пересечь страну с юга на север за считанные часы не представлялось возможным. Так всегда, стоит лишь одной пешке дать слабину, оступиться, как король может оказаться под угрозой. Теперь понятно, почему Мастермайнд не выходил с ним на связь до сообщения от телепата. Все пробелы заполнились, но Эрик был вовсе не рад. Наоборот, он выглядел несколько расстроенным, подавленным и жутко уставшим. Сидя напротив Ксавьера и глядя ему прямо в глаза, Магнето спокойно выслушал его до конца, но даже когда наступила тишина, он не спешил с ответом. Казалось, что мысли его вообще ушли в сторону от встречи, от проблемы с Сенатом, от собственных планов. Он внезапно понял, что больше не хочет ни за что сражаться. Подготовка действительно масштабного, продуманного, требующего участия большой группы одаренных проекта была очень утомительной для далеко не молодого мастера магнетизма, который еще, помимо всего прочего, потерял сон, часть способностей, львиную долю прежнего здоровья и надежду. Был ли Магнето на грани срыва, как и его план? Нет. Он не собирался закатывать Ксавьеру истерик и угрожать перебить всю его команду. Он не хотел шантажировать телепата и уж тем более убирать его с дороги. Все привычные, близкие ему способы подавления сопротивления не сработали бы с Чарльзом. И как они раньше договаривались? Магнето не мог припомнить, это было слишком давно. Он сравнил себя с охотничьим псом, потерявшим нюх после очередной схватки с добычей, и этот эпитет заставил его едва заметно улыбнуться. - Мы оба знаем, что ты не владеешь всей информацией, друг мой. Мне льстит твоя убежденность в том, что я способен только на разрушение. Скажи, Чарльз, если бы рядом с тобой сейчас сидел не я, а кто-то другой. Например, твоя ученица Джин. Или наш общий друг Хэнк. Или любой другой мутант, в благонадежности которого ты уверен. Ты стал бы обвинять их в развязывании войны, толком не разобравшись в происходящем? Думаю, нет. Так позволь мне уточнить кое-что. Сенат на сегодняшний день состоит из 85 негативно настроенных к мутантам, 10 нейтральных и 5 защищающих одаренных людей. Будь добр, скажи, это справедливая расстановка сил в главном законодательном органе страны, или же здесь прослеживается явное ограничение наших прав? Предстоящая реформа – лишь капля в море, которую мы сумеем устранить мирным способом, но последующие законопроекты не просто могут быть, я видел их, они намного серьезнее. Чарльз, я не хочу никого уничтожать, как бы странно это ни звучало. Я лишь защищаю права мутантов. В новом Сенате расстановка сил будет сбалансированной, половина людей, половина талантливых, толковых, способных принести пользу обществу мутантов. Это не головорезы и не маньяки, наподобие Крида или твоего Росомахи, а добропорядочные одаренные, не состоящие ни в одной группировке. Так в чем, позволь спросить, угроза для человечества? В том, что две стороны будут уравновешивать друг друга и предупреждать кровавые законопроекты? Чарльз, я невероятно долго готовил все это. Форс-мажоров не будет. – Леншерр поднялся и жестом предложил Ксавьеру прогуляться вдоль набережной вместе с ним. Он высказался и теперь сохранял молчание, наблюдая за парящими в воздухе чайками и бьющимися о берег грязно-серыми волнами. Пейзаж ему был безразличен, он просто не хотел, чтобы Профессор видел сейчас его глаза. Он не солгал ему ни в чем, и план действительно выглядел совершенно мирным, если бы не маленькие жертвы в количестве шести человек, на которые ему уже пришлось пойти. Эти люди погибли, пропали или были серьезно контужены в разных штатах за последние три дня. Но в сводках новостей, как Леншерр и планировал, говорилось исключительно о несчастных случаях – пожар, перевернутая огромной волной лодка, дикие животные, напавшие в лесу, сердечный приступ, падение со скалы, неисправный двигатель частного самолета… Никаких следов, компрометирующих мутантов. Все чисто. Идеально.



полная версия страницы