Форум » Реальное время » Noire [Emma Frost & Cynic] » Ответить

Noire [Emma Frost & Cynic]

Cynic: Track: Harmonium - Chanson Noire Место рандеву: Город N В роли прекрасной незнакомки: Эмма Фрост В роли эксцентричного сыщика: Оливер Уайт На календаре очередной осенний день, как две капли дождя похожий на любые другие. На часах без пяти минут шесть часов вечера Город - дикий мир, в котором выживает сильнейший. Прерии широких площадей, джунгли бесконечных переплетающихся улочек и переулков, высоты крыш домов - здесь свои законы и свои правила. Сильные тяжелым прессом давят на слабых, и на каждого хищника всегда найдется зверь покрупнее, для которого все равно, чем лакомиться. Человеческий разум здесь лишь инструмент для утоления животных желаний. Здесь, в самых глубоких недрах грязи и порока, подобно бродячим гончим, которых выпустили на вечную охоту, находят себе место индивиды, гордо, презрительно, опасливо называемые детективами. У каждого из них скелетов в шкафу больше, чем у самого закоренелого преступника. И вот к одному из сих авантюристов, когда он уже утонул в меланхолии скуки и бездействия, явилась прекрасная муза с глубоким декольте, открывая незримую клетку для новой охоты. Занавес поднимается...

Ответов - 5

Emma Frost: Крепко сжимая в пальцах листок бумаги, что все норовил вырваться из рук, следуя кличу холодного осеннего ветра, белокурая женщина внимательно вглядывалась в наспех нацарапанные на бумажке цифры, а после принялась разглядывать окружающие ее постройки в надежде отыскать хоть какой-нибудь намек на табличку с названием улицы. Ее изначально не радовала перспектива оказаться у черта на куличках, а уж заблудиться среди однообразных строений города N, именуемых муниципальным жильем, и вовсе было пределом мечтаний Эммы Фрост. Пускай она давно привыкла к шумному мегаполису, от которого все чаще хотелось скрыться где-нибудь в лесной глуши - вот такие темные и промозглые кварталы, пропитанные сыростью, заставляли бесстрашное нутро женщины сворачиваться колючим клубком напряженности с легким привкусом опасения. Она подняла выше воротник темно-серого пальто, по своей расцветке не отличающегося от обшарпанных каменных блоков напротив, и внутренне возликовала, завидев нужную дверь с необходимым ей названием, что уже практически скрылось в полутьме сумерек. Кажется, сегодня Эмме все-таки выпала счастливая карта, и ее щекотливое дельце наконец-то попадет в руки профессионала. Она вычитала адрес мсье детектива среди желтых страниц, стараясь огибать яркие и кричащие рекламы пафосных сыщиков, которые за символическую плату способны отыскать прыщик на теле у слона либо вывести на чистую воду все категории населения, начиная от домохозяек в пушистых тапках, заканчивая серьезным миром криминала и мафии, скрытым за ширмой предпринимательской деятельности. Как утверждал один из «Шерлоков Холмсов», ничто не встанет на его пути и он добьется правильной справедливости. В контексте данных возгласов словосочетание «правильная справедливость» как никогда точно отображает всю показную деятельность шутов с лупами города N. Кроме одного – господина Уайта, к офису которого Эмма сейчас и направлялась, аккуратно обходя неровности асфальта – не хватало еще, чтобы новые сапожки стали жертвой ее поисковой деятельности. Основным условием Фрост, которое она собиралась как можно точнее разъяснить детективу – это конфиденциальность. Конечно, женщина возлагала надежды на профессиональную этику американского Пуаро и внушительный гонорар, припрятанный во внутреннем кармане пальто, однако собиралась еще и вербально внушить простую истину – не трепаться на каждом углу о личности клиента и, непосредственно, его проблеме. Была задета гордость женщины и ее способности как грамотного защитника своей компании – из этого следует, что Эмма сделает все возможное и невозможное, дабы отыскать виновных и подвесить их за что-либо. Но и не потерпит перешептываний за спиной – приемлемы тихие и мирные разборки, словно дележка имущества мирно разошедшейся семейной пары. Само стойкое желание не обращаться к полиции за помощью, опасаясь огласки ее неудач, было решением опрометчивым. Эмма могла кинуть клич о возникшей проблеме, и уже завтра ее порог стали бы оббивать энтузиасты с сотнями идей поимки преступника. Но нет, Фрост выбрала скромное детективное агентство Оливера Уайта – в любом случае, маленького человека (она так считала, по крайней мере) припугнуть всегда проще, чем потребовать ответа от крупной шишки. Ради сегодняшнего важного рандеву женщина даже изменила своим принципам и нарядилась среднестатистической американской жительницей слегка за двадцать, оставив экстравагантное нижнее белье и плащ до лучших времен среди глубин шкафа. Она тщательно скрывалась от редких прохожих и не оглядывалась по сторонам. А ведь какая была бы сочная пища для прессы! Генеральный директор Фрост Интернэшнл вышагивает по грязным улицам без привычного развратного наряда и надменной ухмылки. Да, папарацци могли бы сорвать в этот день большой куш. Светловолосая женщина, уже успев добраться до ступенек, ведущих к двери, молниеносно проскочила их, отворила дверь и с грохотом захлопнула ее за собой. Обстановка внутри не произвела особого впечатления, но и сама Эмма пришла сюда не оценивать архитектурные изыски детективного агентства. Цокая каблуками и на ходу расстегивая пуговицы пальто, женщина прошествовала прямиком в кабинет сыщика. - Добрый вечер, мистер Уайт. Я – та самая Джейн Доу, что договаривалась вчера с вами о встрече, - вежливо улыбнулась уголками губ Эмма, не сводя взгляда с сидящего за столом мужчины. Не ожидая, пока он предложит даме присесть, Фрост самостоятельно уселась на один из стульев, закинула ногу на ногу и сцепила руки в замок – в общем, приняла позу серьезно настроенной на обсуждение дел женщины. – Мое имя – Эмма Фрост. И мне нужна ваша помощь в разрешении сложившейся ситуации и совершенного преступления в стенах моей компании. Однако я надеюсь, что ни мои инициалы, ни подробности моего рассказа не станут достоянием общественности, - в ожидании ответных слов, Эмма внимательно разглядывала Оливера Уайта, стараясь не смутить своим чрезмерным любопытством детектива.

Cynic: Sound - По мэру сего града давно плачет гильотина. Один дьявол знает, как мне претит чтить подобное место своим присутствием. Не понимаю, по какой причине Мы до сих пор проводим свое драгоценное время в этом клоповнике? - Ждем дело. - За три недели эту комнату посетил только один человек, и то лишь для того, чтобы спросить, есть ли в здании уборная. Итак, предлагаю пари. Если за сегодняшний вечер ни одна живая душа по делу сюда не заглянет, Мы утром же улетаем в Румынию. Если же тебе повезет, в чем я катастрофически сильно сомневаюсь, этот город не будет иметь возможности с Нами попрощаться еще месяц. - Заключи лучше со мной пари, только с условием, что в случае проигрыша мне придется тебя препарировать. - В другой раз. В небольшую комнату, в которой уже собирался туман из табачного дыма, проникали последние лучи заходящего солнца, разрезаемые на пути потрепанными жалюзями. В стеклянной черной пепельнице на дубовом столе уже порядком набралось окурков сигар, поступающих еще с самого утра. Стол был вырезан в стиле барокко и, казалось бы, на нем должен был располагаться золотой подсвечник, хрустальный бокал, наполненный вином многолетней выдержки и прочая изысканная утварь. Однако чуть ли не половину пространства на нем занимали разложенные в хаотичном порядке пропахшие табаком бумаги, остальное же пространство досталось пресловутой пепельнице, многочисленным канцелярским принадлежностям, полупустому кофейнику, бутылке виски и ноутбуку последнего поколения фирмы «Фрост Интернешнл», весьма органично смотревшемуся на фоне всего этого. По сути, комната была отделана весьма своеобразно. В ней все вплоть до обоев блестело новизной, кроме затертого потрепанного паркета, от которого уже начинали отваливаться блоки. На одной из стен висела карта города, изрисованная различными пометками, помещенная в широкую рамку, украшенную довольно своеобразными узорами с определенным намеком на религиозность. На потолке висела люстра, являющаяся уменьшенной копией тех, что вы можете увидеть в театрах. Стены украшали картины самых разных, порой даже противоречивых стилей. Обтянутое кожей массивной кресло, на котором будучи в легкой дреме восседал хозяин детективного агентства, весь офис которого, собственно, находился в этой небольшой комнате, было повернуто в сторону окна. Сонного сыщика выдавала расслабленно свисающая с подлокотника рука, между пальцами ладони которой находилась тлеющая сигара. Пепел с нее уже вот-вот был готов упасть. Для таких случаях на полу располагалась еще одна пепельница. Из-за подголовника едва выглядывала фетровая шляпа, слегка опущенная на глаза хозяину, дабы свет не мешал оному погружаться в свои думы. Едва дверь в кабинет отворилась в сопровождении характерного задорного звонка, что смог бы поднять с того света даже самого Чингисхана, свободная рука сыщика потянулась к спрятанному под пиджаком полностью заряженному револьверу. Кресло резко развернулось в сторону двери, и Оливер Уайт, известный чуть ли не на весь город N своей дотошностью, эксцентричностью и нестандартными методами, запрокинул ноги на стол, положив одну на другую. Он не отводил ладони от пистолета, что был уже готов выглянуть из-за пиджака и выпустить смертельную дозу свинца любому непрошеному гостю. - Обувной за углом в ста шагах. Вам бы поспешить, Винченцо довольно рано закрывает магазин, дамочка. Уайт, усмехнувшись, стряхнул пепел с сигары в предназначенную для этого чашу. Говорят, что подобный жесть – неуважение к тому, кто сделал сие табачное изделие, вложив в работу душу, но разве этот развалившийся в кресле хам уважал кого-нибудь, кроме себя? Факт, что посетительница не поспешила в тот самый обувной, весьма удивило детектива, и тот приподнял шляпу, чтобы лицезреть, кто же к нему пожаловал. - Должен заметить, у сей прелестной дамы просто чудесное декольте. - Эй, ты не забыл приоритеты? Ты у нас педантичный сноб с завышенным чувством собственного величия, истинный, в общем, джентльмен, а я – бескомпромиссный ценитель женских прелестей. - Дурачье… Надо сказать, что гостья, даже одетая весьма тривиально, производила очень будоражащее впечатление. Трудно было не заметить длинных и шелковистых светлых волос, наимилейшего личика и чудесной фигуры. Если бы у детектива не было навыка уделять внимание сразу нескольким вещам одновременно, он бы наверняка пропустил ее реплику мимо ушей, одна ни одно слово не прошло мимо его тонкого слуха, пока он с упоением наблюдал, как красавица снимает пальто. - Надо же, а я думал, что это была шутка. Правосудие нынче не особенно популярный товар. Люди не хотят платить за то, чтобы загадки, перед которыми они бессильны, были разгаданы кем-то другим. Когда посетительница назвала свое настоящее имя, у человека, личиной которого сейчас был Оливер Уайт, едва не отвисла челюсть. От души прокашлявшись, он убрал ноги со стола, снял шляпу, пригубил виски из бутылки и вытер со лба выступивший от удивления пот. Открыв ноутбук, на крышке которого красивыми буквами было написано название фирмы, хозяйка которой сидела напротив него, поправив воротник рубашки и кое-как пригладив ладонью небрежную прическу, Уайт попытался придать себе более презентабельный вид. Скрестив руки на груди и стараясь в кой-то веки отвести взгляд с пресловутого декольте, он начал глаголить: - Заглянув к любому другому детективу в этом городе, в первым делом услышите вопрос о социальном положении, чтобы на вас, а точнее на сохранении профессиональной этики, могли срубить побольше зеленых. Меня это никоим образом не интересует, хотя, конечно, приятно, что такая значимая особа польстила это забытое богом место своим присутствием. И думаю, стоит перейти сразу к делу, потому что мне действует на нервы мерседес, подъехавший спустя две минуты после того, как Вы вошли в комнату. Либо это Ваш эскорт, в чем я сильно сомневаюсь в силу возможной деликатности дела, о котором вы мне поведаете, либо за Вами был хвост. Второй вариант кажется наиболее реалистичным.

Emma Frost: - Ну что Вы, мистер Уайт, правосудие всегда в цене, особенно наиболее выгодные его положения, - усмехнулась Эмма, продолжая буравить взглядом сидящего напротив детектива, пытаясь немного урезонить амплитуду колебания глаз мужчины, которые, казалось, старались не упустить из виду даже мельчайшей детали ее облика, но все равно возвращались к порабощающему декольте. Эмма Фрост не была бы таковой, если бы не всунула в весьма скромный наряд благочестивой стандартной американки – коей она пыталась предстать – немного разврата Клуба Адского пламени – вот и сейчас застегнутые пуговицы черной рубашки женщины едва сдерживали рвущуюся наружу жажду найти и распять к чертям виновных. Даже две внушительные жажды. Но сейчас, собственно, не об этом речь – телепат лишь старалась любым способом сосредоточить внимание сыщика на себе и своей проблеме. И пока ей сие блестяще удавалось. Расправившись с пальто и усевшись, наконец, удобнее на поскрипывающем стуле, Фрост позволила себе оглянуться по сторонам да оценить успешность детективного предприятия Уайта, пока оный приходил в себя от шока – не каждый же день его хибарку чтят своим присутствием успешные, богатые и чертовски сексуальные бизнес-леди, предлагающие, к тому же, круглую сумму зеленых за оказание услуг весьма интимного характера. Да-да, Эмма считала раскрытие заговоров и поимку коварных преступников интимным дельцем – сие и было основной причиной того, что женщина в данный момент не давала показания в полицейском участке на пару с дрянным кофе, а восседала во всей своей серьезности и деловитости перед Холмсом местного разлива. Ну и конечно же, ей польстил и нешуточно облобызал чувство собственной важности тот факт, что на столе Уайта блистал новизной ноутбук с выгравированными инициалами ее компании – значит, Оливер был намного ближе к Фрост Интернэшнл, чем женщина сначала полагала. Блондинка улыбнулась в ответ своим мыслям и не могла не умилиться резкой перемене местоположения мужчины – сонный раздолбай моментально испарился, ноги исчезли с деревянной поверхности стола, и перед Эммой сам собою сообразился более или менее представительный гражданин города N. Вот что с человеком делает вербальная визитка светловолосой клиентки. Фрост не стала тешить самолюбие детектива уточнением, что именно его внешний облик и легкая настороженность во взгляде окончательно убедили телепата поведать свою печальную историю именно ему – подозрительность накрахмаленных воротничков и учтивости обыкновенно смущали Эмму сильнее стандарта хамских манер и язвительности. А тут, в сей обители, похоже, она отыскала родственную душу. - Признаться, я думала, что Вы будете постарше, мистер Уайт, - проговорила Эмма, очаровательно улыбаясь и одновременно решаясь применить на сыщике свои сверхспособности. Для Фрост, в принципе, не существовало ограничений касаемо их использования, и она не считала зазорным раскапывать и исследовать подноготную собеседника с помощью телепатии, сверяя правдивость его слов с его же мыслями. А Оливер Уайт и правда выглядел чрезвычайно юным и зеленым – хотя женщина и была расположена к беседе с ним за стаканом чая, не могла не опасаться отсутствия поискового опыта у мужчины. Храбриться-то они все мастаки, а на деле – увы и ах – Эмма не раз сталкивалась с печальной действительностью. Да и вообще внутри взыграло женское любопытство – внешняя миловидность Уайта могла скрывать в себе немало мертвых шлюх в шкафах. Посему продолжая удерживать внимание Оливера на себе и выпуклостях собственной фигуры, Фрост осторожно начала прощупывать верхнюю оболочку его сознания, разумно стараясь огибать возможные защиты от пси-атак. Но таковых не было. - Да и наивно надеялась, что вместо сигары увижу трубку, скрипку, а за спиной доктора Ватсона, - негромко хохотнула Эмма, стараясь не вызвать у Уайта даже малейших подозрений. Чтение мыслей – штука тонкая. Наиболее успешный телепатический коннект возникает тогда, когда жертва чем-нибудь занята. Тем же бессмысленным разговором, к примеру. Но не успела женщина, так сказать, с головой погрузиться в загадочный внутренний мир черноволосого сыщика – уловила лишь неясное мельтешение на задворках его сознания – как выше названный мужчина огорошил ее уведомлением о хвосте. Не говоря ни слова, Эмма грациозно поднялась со стула, осторожно подошла к одному из окон полутемной комнаты и на пару миллиметров кончиками пальцев раздвинула пыльные жалюзи в попытке разглядеть тот самый мерседес. Ибо о ее любопытнейшем времяпрепровождении никто в курсе не был, да и охранников для прогулки по улицам города N она на сегодня не заказывала. Пару секунд Фрост, сощурив голубые глаза, рассматривала в упор образец немецкого автопрома, в то же время телепатически пытаясь проникнуть за его металлическую обшивку. И разочарованно натыкалась на тотальный вакуум. Либо пассажиры действительно ни о чем не думали, что маловероятно; либо их там не было; либо – и что самое хреновое – внутри автомобиля располагался блокиратор ее способностей. Продолжая оставаться подле окна, скрестив руки на груди, женщина вновь воззрилась на детектива. - Ваше чуть заслуживает восхищений, - негромко пробормотала блондинка, - хотя остается вероятность того, что владелец данного мерседеса просто живет неподалеку. Однако – если это все же хвост – не может не льстить, - после минутной паузы, собираясь с мыслями и припоминая все необходимые детали, Эмма продолжила, - надеюсь, Ваш офис способен дать отпор возможным прослушивающим устройствам? Собственно, я узнала обо всем пару недель назад, на докладе совета директоров компании обсуждался вопрос об утечке важной информации. Чрезвычайно важной, касающейся всеобщей модификации судов и введение в оборот военного судостроения Фрост Интернэшнл, разработки прогрессивных технологий и прочих страшных и ужасных терминов, о которых Вам знать необязательно. Доступ к сей информации засекречен, и ключик к замочку имеют очень немногие. Сами понимаете, я в лучшем стиле жесткого руководителя тут же снесла головы мелких сошек и офисного планктона, но утечка продолжается по сей день. Я уверена на двести процентов, что этими делишками промышляет один из крупнейших акционеров моей компании. Один из содиректоров. Но я… - женщина замерла на полуслове, решив не говорить Уайту о наличие у себя гена X, который пока был неспособен раскрыть преступление самостоятельно, - я не могу вычислить долбанную крысу в одиночку. Поэтому и пришла к Вам. Если есть уточняющие вопросы – задавайте. А потом пойдем закидаем яйцами тот раздражающий мерседес.

Cynic: Пост - фуфло, но тем не менее Track С относительной внимательностью слушая посетительницу, спешно рассказывающую о причине своего визита, детектив положил на стол небольших размеров сумку, в которую спокойно помещался ноутбук, убранный туда первым же делом. Свободного места при этом оставалось еще достаточно. В маленькие кармашки внутри сумки далее были понапиханы маленькие скляночки с этикетками от бутылок с крепкими спиртными напитками. Об их истинном назначении юноша решил пока не распространяться, ведь в бутылочках было отнюдь не пойло. Задумчиво почесывая подбородок, Оливер подошел к деревянному шкафу солидных размеров, отворил дверцу, затем схватил с полки мешочек, в котором подобно погремушке стучали друг о друга то ли камешки, то ли костяшки домино. Этот мешочек ловким броском был отправлен в сумку, как и несколько пачек со стикерами и прочее барахло, о назначении которого непосвященный человек мог только догадываться. В последнюю очередь был убран тубус с какими-то бумагами, целиком не помещающийся и гордо выглядывающий из недозакрытой молнии. Уайт взвесил сумку на плечо, дабы оценить массу, после чего поставил ее обратно на стол, удостоверившись, что нести ее будет более-менее удобно. В ответ же на развернутый доклад девушки детектив ответил лишь: - Вы зря разделись, мы скоро уходим. После этих слов сыщик осторожно выглянул в окно, сквозь приоткрытые жалюзи посмотрев на припаркованный мерседес. Нет, он определенно не принадлежал никому из жителей ближайших кварталов. Если бы кто-то в этом районе приобрел мерседес, повел сына в первый класс, купил щенка, сломал ногу, Уайт тут же об этом узнал бы. Еще давным давно отсюда были лютым образом выкурены все наркодилеры и рэкетиры, головы большинства из которых благополучно снес некто, не гнушающийся суда Линча. Резкое падение активности преступников в этом районе списали на продуктивные действия полиции, благородно согласившуюся взвалить на свои плечи лишнюю славу, не понадобившуюся человеку, который сейчас стоял в этом комнате и накидывал на себя потрепанное черное пальтишко. Впоследствии детектив-освободитель взял под свое крыло чуть ли не весь район, предоставляя его жителям хоть какие-то гарантии безопасности, которые им свято соблюдались, даже когда его самого не было в городе. Достав из кармана немного морально устаревший телефон с затертыми клавишами, сыщик набрал номер и приложил трубку к уху. После пары-тройки гудков человек по другую сторону аппарата ответил. - Джейкоб, буду краток... Что? Нет, я не стану называть тебя долбаным прозвищем. Нет, Железный Тинкл - это не круто, и какая мне вообще разница, круто это или не круто? Всё, заткнись, малолетний ублюдок. Так, тут для тебя дело есть, и на этот раз можно забрать не только магнитолу. У меня под боком мерседес, нужно слегка задержать ребят, что там сидят. Осторожно, они серьезные, впрочем, веселись. Закончив насыщенный разговор с Джейкобом Тинкловски - главарем местной банды, в которой молоденькие ребята самоутверждаются посредством вандализма и упоротых тусовок. Они были не головорезами, но изрядными сорвиголовами. Впрочем, Оливер строго следил, чтобы развлечения этих ребят не выходили за рамки дозволенного. В итоге ничего "тяжелее" канабиса к ним не поступало, и местным жителям они не так уж и сильно мешали, а если и мешали, то главарь, в свое время обязанный Уайту жизнью, получал по репе. Впоследствии данная группировка под косвенным управлением детектива была как монтировка в руках Гордона Фримена: инструментом грубым, но эффективным. Проверив, надежно ли сидит пистолет в кобуре на поясе, сыщик вскоре обратился к своей дорогой клиентке: - Теперь нам, пожалуй, не придется закидывать яйцами машину своими руками. Связи - самое важное в моей работе, не считая интеллекта, опыта, дипломатичности, эрудиции, ловкости, находчивости, обаяния, табака и виски. Касательно же Вашего дела… я весьма удивлен, ведь обычно столь миловидные дамы, особенно блондинки, обращаются к представителям моей профессии, чтобы узнать, изменяют ли им мужья или бойфренды, а это в крайней степени унизительная работа. В данном же случае мне чертовски льстит, что от меня теперь будет зависеть судьба целой компании, ведь да, я берусь за это дело. Однако должен заверить, что эффективность расследования будет напрямую зависеть от Вашего участия в нем, мадемуазель. Мне нужен максимум информации касательно дел компании, а именно бухгалтерские отчеты, данные о патентах и проектах, утечка которых произошла, и информация о тех, кто может, по Вашему мнению, находиться под этой угрозой, и т.д. и т.п. Особенно важно просмотреть данные о доходах и расходах всех, кто занимает в корпорации особенно важные должности. Если есть хоть малейший повод кого-то подозревать, обязательно стоит к нему наведаться. Мы имеем дело с промышленным шпионажем, который зачастую даже более изощренный и опасный, нежели военный. Также, если оправдаются мои догадки о слежке за вами, всё станет еще серьезнее, так что, пожалуй, не будем терять времени. Едва детектив закончил говорить, его телефон неприятно пропикал, знаменуя пришествие смс-ки. Скорчив гримасу, ожидая, что оператором в очередной раз была прислана реклама какой-нибудь ненужно фигни, мужчина разблокировал трубку, которую всё это время держал в руке. Текст сообщения он произнес вслух: «Котлета в бургере. Ждем сигнала.» - Господи, это самый идиотский способ шифорвки. Парень думает, что мы тут в шпионов играем, – сыщик прислонил ладонь ко лбу, производя демонстрацию своего стыда за присланную ему фразу, закончив которую обратился к девушке – а что насчет сигнала, теперь всё зависит от вас. Готовы ли вы отправиться навстречу шоколадным приключениям и первым делом провести допрос тех любителей немецкого автопрома? Держа в одной руке телефон и набирая большим пальцем «Начинайте», Оливер протянул мисс Фрост вторую, подкрепив этот момент миленькой ухмылочкой.

Emma Frost: Эмма Фрост, поднявшись сегодняшним утром с левой, наиболее удачной (по ее мнению) ноги и отправившись на кухню соображать, несомненно, питательный и чертовски полезный банановый коктейль, вряд ли могла предугадать, что сей же тихий и солнечный день закончится увязанием по самые уши в детективной истории. Предпосылки в виде черно-белой криминальной драмы с Ален Делоном по маленькому кухонному телевизору, конечно, намекали на подобное развитие событий, но все же. По обыкновению, увы и ах, веселенькие денечки на долю женщины перепадали редко и в большинстве своем были связаны с развратными забавами Клуба Адского Пламени. Оргия там, вакханалия здесь – а жизнь-то и молодость утекают сквозь пальцы, растраченные, можно сказать, попусту; ни тебе приключений, ни вселенских проблем в стиле И. Джонса – ей ведь даже не присылали гневных писем из местной библиотеки с требованием немедленно вернуть просроченные книги. В общем и целом, праздная скукота, приправленная пресностью бытия чертовски богатой и дьявольски красивой мадам в полном расцвете лет. Казалось бы, чудное поле деятельности, на котором мог бы разыграться незамысловатый сюжетец бульварного романа, однако коварный Фатум перемешал карты по-своему, пихнув во Фрост Интернэшнл крысу, а в руки Эммы – телефонный справочник с указанными координатами агентства Оливера Уайта. И вот теперь женщина стоит посреди полутемного, запыленного и прокуренного помещения, набитого утонченным и разнокалиберным хламом, изливая душу и суть проблемы юному и обаятельному в своем невежестве Пинкертону города N. А также тайно следит сквозь замыленное мутными разводами окно за подозрительным автомобилем, якобы прибывшим по ее душу, деньги или моральную девственность. А ведь Эмма была на сто процентов уверена, что уж ее-то ничем нельзя удивить, изумить или привести в практически детский, искренний восторг от открывающихся перспектив. Естественно, она не стала демонстрировать всей своей гаммы чувств детективу, серьезно ухватившемуся за ее дело – еще, упаси Господь, сочтет, что директор Фрост Интернэшнл, совершенно запрев в своем идеальном мирке, устраивает самой себе показательные увеселительные выступления. Посему она продолжила размышлять о превратностях судьбы и влиянии молочно-банановой жидкости на пространство и материю, стараясь не слишком уж часто коситься на мистера Уайта; делала вид (Эмме всегда прекрасно удавалось делать эти самые виды), якобы она полностью поглощена наблюдением за, собственно, наблюдателями, мгновенно отрешившись от всех внешних раздражителей. Хотя и не было смысла скрывать тот факт, что чисто внешне развязность и миловидность сыщика пришлись Фрост по душе и она уже обыгрывала в уме несколько вариантов развития событий после успешного завершения ее щекотливого дельца. Естественно, охотное участие Уайта было уже решенным вопросом – ибо, как показывает статистика и практика, перед белокурым телепатом устоять невозможно. Не стоит даже пытаться. Эмма мысленно улыбнулась разыгравшимся в ее воображении весьма пикантным планам, уже представляя, что да как и в каких позах, но тут возбуждение услужливо уступило место неподдельному веселью – губы женщины расплылись в умилительной ухмылке, тогда как пронзительно-голубые глаза следили за занятными телодвижениями Оливера. - Мгновенный переезд? – не упустила возможности прокомментировать действия детектива Эмма, переступив с ноги на ногу, откинув назад мешающую прядь волос и умудрившись поправить рубашку таким образом, что невзначай расстегнула пару верхних пуговиц. Совершенно случайно, ей-богу! Женщина вообще не представляла, на кой черт Уайту понадобилась вся эта звякающая и гремящая мелочевка; если целесообразность присутствия в сумке ноутбука вполне объяснима, то прочее оставалось кромешной тайной. Быть может, это нечто вроде амулетов на удачу или подарков троюродной бабули, без которых сыщик не решался идти на дело? Эмма искренне забавлялась, глядя на Оливера, и уже представляла, что угодит в сумку следующим – сушеные головы летучей мыши, бейсбольные карточки, отварная курица или набор цветных карандашей. Женщина настолько увлеклась, что не расслышала слов юноши, обращенных к ней. Что-то там про «раздеваться», но Фрост сочла сие предложение слишком скорым. Чуть позже – с удовольствием! Однако, как оказалось, юмористическое шоу еще не закончилось. Занимательный телефонный разговор с неким Джейкобом заставил Эмму пару раз тихонько хохотнуть и отвернуться к стене, дабы не рассмеяться в голос. Моментальное переключение внимания – и вот Фрост уже разглядывает удивительную в своей шизонутости картину, изображающую, по всей видимости, внутренние органы тролля-переростка. Женщина была слишком уж старомодной и красивые пейзажи да мастерски намалеванные портреты восхищали ее много больше адского сюрреализма, посему она вновь предпочла повернуться, простите, передом к Уайту. И как раз вовремя. - … а также поразительной скромности и острословия, которые, вероятно, частенько отпугивают неискушенных или слабовольных клиентов вашего, эм, агентства, - докончила Эмма весь хит-парад преимуществ детектива, названного им самим. Слушать щебетание Оливера было чертовски интересно, а уж показательно мотать на ус перечисленные достоинства – тем паче, посему женщина продолжала внимательно прислушиваться ко всему, что вдохновенно вещал юноша. Однако уровень ее внимательности потихоньку падал, ведь Уайт говорил ну очень много; а в связи с его чисто физической привлекательностью Эмму так и подмывало заткнуть сыщика всем известным способом. И это не выстрел в голову, нет. Но женщина мужественно сдержала свои порывы, грациозно прошагав к покинутому стулу, где пребывало ее пальто. Порывшись во внутреннем кармане, Фрост достала оттуда нечто прямоугольное и компактное, поместившееся в переднем кармане ее черных брюк. Одновременно с этими действиями она воодушевленно угукала в ответ словам Уайта. - Забавный малый. После окончания дельца представите меня ему. Договорились? – хмыкнула Фрост, натягивая пальто на плечи и размышляя над глубокомысленным текстом смс-ки. – Раз уж я проделала столь долгий путь, месив каблуками грязь и пыль сего района, считаете, что отступлю перед самой завязкой? – с усмешкой глядя на протянутую Оливером руку – почти что помощи – Эмма, пару секунд размышляя, чем сие может закончиться, все же подала юноше собственную ладонь, как бы скрепляя образовавшийся союз. Но тут же одернула ее, сунув в карман, тогда как в пальцах детектива оказалась тонкая посеребренная флэшка с поблескивающими буквами «Frost Internatonal». Нужно будет, чуть погодя, предложить Уайту еще бейсболку и пуловер с такой же надписью. – Здесь все, что вам может понадобиться, и даже немного больше. Насчет подозреваемых мною лиц я определюсь позже, после нашего допроса. Чур, я буду плохим полицейским, - проговорила Эмма интонацией, не раз слышанной в малобюджетных фильмах о жизнедеятельности копов. Уверенно процокав каблуками к уже знакомой входной двери, Фрост, задохнувшись от неожиданности холодного ночного воздуха, вышла на улицу, вперившись взглядом в серость каменных стен напротив. - Будем ждать, пока бургер прожарится? – усмехнулась женщина, обращаясь к неспешно выплывшему из здания Уайту.



полная версия страницы