Форум » Нью-Йорк » Парк 10.8 » Ответить

Парк 10.8

Bombist: Центральный Парк. Одно из мест в этом большом городе, где можно хоть чуть-чуть отдохнуть от суеты. Небольшой пруд в самом центре парка, вокруг которого летом расположены клумбы с самыми экзотическими цветами. Красиво, чисто. Зимой в парке на пруду устроен каток и каждый желающий может весело тут провести время.

Ответов - 136, стр: 1 2 3 4 5 All

Crystal: Ан нет. Оказывается могла. Столько времени скрываться, чтобы вот так глупо попасться на глаза Джеймсу, в том самом парке, где они впервые встретились, откуда направились в ресторан, ну, а потом… В голове Амакелин в безумной пляске проносились картины воспоминаний, каждый момент, каждое слово, эмоция и чувство тут же всплывало в памяти, нанося сокрушающие удары по сердцу. Не думала она, что будет так трудно и так тяжело это забыть окончательно. Рыжая внимательно смотрела на Хоулетта, чуть поджав губы, сжимая в кулак края пальто, у самой шеи, и нервно сглотнула. Она не знала, как реагировать дальше, что сказать. Ведь по сути дела, она же якобы забыла всё, что с ней было в прошлом, но это не так. Она помнила всё до мельчайших подробностей, хотя эмоции от пережитого уже немного поизносились, но всё-таки были, они хранились у самого сердца. Кристалл взяла себя в руки. Нет, она больше не позволит сердцу взять верх над разумом. Прости, пожалуйста, родной. Она всё прекрасно знает и помнит. Женщина медленно опустила руки по бокам, и сделала два небольших шага по направлению к Джеймсу, протягивая руку за своим шарфом. - Здравствуй, Джеймс, - тихо, с извиняющейся улыбкой произнесла рыжая, оказавшись меньше, чем в полуметре от Хоулетта, и мягко забирая из его руки шарфик, который снова повязала себе на шею, едва сдерживая дрожь в руках, которая выдавала её нервное напряжение. Что ему говорить? Как смотреть? О, нет, пожалуйста, не смотри так, это же просто убивает. Я не могу всего объяснить, а ты просто не захочешь верить. Да, что делать-то!.. Кристаллия была просто в отчаянии, она тяжело вздохнула, устремив взгляд в пол, скрестив пальцы, и нервно кусая губы. Что делают в таких ситуациях, когда ты оказывается была мертва несколько лет, а потом резко всречаешь своего бывшего-почти-мужа, от которого ещё и беременна была двумя малышами, так и не родившимися на свет. А вот это вызывало у Кристалл едва ли не истерику. Она не могла до конца осознать того факта, что это всё не сон, и что она жива, но жива без своего продолжения, которое у неё забрали. Это же несправедливо, это больно, дико, жестоко. Всё это пронеслось одновременно в изумрудных глазах, когда Кристалл резко сжала пальцы, нервно выдохнув. - Послушай, я наверное должна объясниться…- начала женщина, резко вскидывая голову и глядя прямо в глаза Джеймса. Пустые. Странно, его лицо до сих пор было таким родным, в какой-то степени по-прежнему нежно любимому, но вместе с тем уже таким чужим, изменившимся. Кристалл не могла объяснить толком, что тут было не так. Просто прошло много времени, много сил, нервов. Всё это прошло, а они остались, как это ни странно. И теперь они были похожи ещё и в силах. Кристалл подняла руку и тут же беспомощно её опустила, тяжело вздохнув. - Но я не знаю, как. Может пройдёмся?.. Мы давно не виделись, и я понимаю, что всё это дико, и что я снова начинаю много говорить и не по теме, и я не буду скрывать, что я жутко нервничаю, - Кристаллия нервным жестом отбросила за плечи свои огненно-рыжие волосы, отводя взгляд в сторону, и боясь даже посмотреть на Джеймса. Девушка засунула чувства поглубже, она понимала, что не надо сейчас никаких лишних эмоций, потому что… Потому что она итак достаточно сильно обидела Джеймса, пускай и не специально, пускай и не по своей воле.

Wolverine: Он вздрогнул, словно от удара, когда Кристалл позвала его по имени. Только она могла произносить его так, что по спине пробегала дрожь. Плавно и быстро Амакелин оказалась настолько близко, что от ее запаха, усилившегося в несколько раз, такого знакомого и близкого, у Хоулетта закружилась голова и помутнело перед глазами. Он безвольно разжал пальцы и опустил руку вниз, когда она забрала свой шарф. В какой-то миг Росомаха случайно коснулся ее кожи, и этого было достаточно, чтобы он снова издал приглушенный стон. Кристаллия даже не представляла, как сейчас страдал мужчина: он вернулся в то отвратное, опасное для жизни состояние, которое завладело им семь дней назад, в первые сутки после трагедии. И сам мутант не представлял, что ему может быть так же плохо, как и тогда. Нет, даже хуже… Затуманенным взором коротко посмотрел он на Амакелин, слабым кивком подтвердив, что объясниться ей все же следует. На слова он сейчас был неспособен – казалось, будто одаренный онемел от шока. Его поразила не только их случайная встреча, но и мысль, пришедшая сразу после того, как Джеймс убедился, что перед ним вовсе не призрак. «Она бросила меня…» Тогда, в школе, в комнате… Она ушла от него таким чудовищно жестоким способом. Он не мог найти другое объяснение случившемуся. Если бы тот кошмар произошел против ее воли, она сразу же связалась бы с ним, прекрасно зная, что Хоулетт медленно и мучительно умирает после столь сильного потрясения. Но Крис ни разу за все пять лет не объявилась, и все это время он считал ее погибшей. Если бы он знал, что ошибается! Если бы Амакелин не исчезла из его жизни, он никогда не женился бы на Тессе, и та сейчас была бы жива! Джеймс пошатнулся снова, блестевшими от непролитых слез глазами вновь уставился на Кристалл. Он уже давно разучился страдать адекватно, и все душевные муки переносил молча, внешне почти ничем их не выдавая. Все копилось внутри до тех пор, пока боль не разрывала Росомаху на грани очередного срыва. «Пройдемся…» - эхом отозвалось в его сознании, он опять коротко кивнул и медленно направился вперед, с опущенной головой и нетвердым шагом, засунув руки в карманы пальто – он окоченел от холода. Холода, завладевшего им изнутри, распространявшегося от пустого сердца. Разве пустота может сжиматься от боли? Или это единственное, что ему суждено чувствовать вечно? Они шли по узкой тропинке парка, почти соприкасаясь одеждой друг с другом. Джеймс практически не дышал - он терпел, пока наконец не начинал задыхаться, и тогда на мгновение отворачивался в сторону, чтобы сделать глубокий вдох. Ее запах было невыносимо ловить сейчас, когда в сознании стучала одна и та же мысль: «Бросила». - Говори… - хрипло прошептал мужчина, и это не было ни просьбой, ни приказом. Она нервничала, он понимал это, видел, но разве ее волнение можно было сравнивать с его состоянием? «Ты, оказывается, так жестока…» - вертелось в голове, но он не спешил заявлять это Амакелин. Да, ему было невероятно плохо, да, он не понимал, зачем потребовался весь тот кровавый ужас, но винить ее Логан не собирался. Он сам хорош, не смог отличить мертвую невесту от живой, поддался на уловку. Что это было, мощная иллюзия или так хорошо инсценированная смерть, что даже его животное чутье не заметило обмана? Джеймс не мог продолжать прогулку. Через пару минут, когда они оказались на тот самом мостике, он остановился. Прислонившись поясницей к перилам, судорожно нащупал в кармане сигару и зажигалку и несколько секунд пытался закурить. Руки тряслись так, что огонек не попадал на кончик сигары, и только это, пожалуй, могло показать, в насколько тяжелом состоянии сейчас пребывал Росомаха, чьи движения всегда были твердыми, четкими, решительными. Затем, глубоко затянувшись и зажмурившись на мгновение, он собрал все оставшиеся моральные силы, открыл глаза, встретился взглядом с стоявшей перед ним Кристалл, внимательно осмотрел ее с головы до ног, будто видел впервые, и глухо произнес: - Я слушаю…

Crystal: - Не делай поспешных выводов, Джеймс, - с грустной улыбкой произнесла Кристаллия, поспешно засовывая руки в карман своего пальто, и снова делая несколько глубоких вдохов-выдохов. Она, как и Хоулетт, за прошедшие пять лет изменилась. Вот только изменилась ещё больше, чем он. Потеряв двух детей, потеряв память, да саму себя, всё потеряв, и живя среди тех, кто всё это устроил, пускай не специально, ты волей-неволей вырабатываешь иное поведение, иной характер, нежели был до этого. Амакелин и раньше не отличалась доброжелательностью, ну а сейчас, так и вовсе превратилась в холодную, стальную женщину, которая не желает чувствовать. Ничего, кроме того, что выберет сама. Поэтому и сейчас Кристалл взяла себя в руки, внутренне одёрнулась, и решила, что не будет ничего скрывать, играть какую-то роль, искренность и честность – это единственное, что надо им обоим. Кристаллия прошла вперёд, поравнявшись с мужчиной, и они вместе, неторопливо двинулись вперёд, некоторое время проведя в молчании. Крис раздумывала над тем, что сообщить Росу, о чём утаить, как вообще всю эту информацию преподнести. Повернув голову в сторону мрачного мужчины, и увидев, что редкие порывы ветра доносят до его обоняния её запах, который сейчас был невыносим, и что он морщится, Кристалл решила, что небольшая смена направления ветра поможет им обоим в дальнейшем продолжении разговора. Итак, ветер перемен случился, а разговор так и не начинался. Хотя, пора было это сделать, и Кристаллия заговорила. Спокойно, размерено, как давно случившийся факт. Никаких эмоций. Абсолютная пустота. - Не вини меня, пока не узнаешь всего. А тогда тебе решать, для самого себя, права я или нет была, - тихо начала рыжая, сворачивая по узкой аллейке. – В ту ночь, я действительно чуть не погибла. Тебя не было. Время стёрло из моей памяти некоторые подробности, да и остальное тоже, впрочем, об этом я ещё расскажу. Итак, я была в комнате, когда тест показал, что я беременна. Хотя, тогда я и не догадывалась, что у меня…у нас, - голос на мгновение дрогнул, но Крис тут же продолжила, - будут двойняшки. А затем. Затем в комнате появились те, кого я меньше всего ожидала увидеть. Меня хотели вернуть на Аттилан, а поскольку заранее знали, что это не прокатит, то… Это было жестоко с их стороны, неоправданно жестоко. Браки между людьми и нашей расой не особо приветствуются, точнее даже, почти запрещены. А уж тем более тот факт, что я была ещё и беременна. Это окончательно вывело родителей и всю семью из себя, - Кристалл перевела дух и замолчала на некоторое время. Она не знала, как объяснить Джеймсу всё то, что с ней произошло, почему она не могла ничего ему рассказать, как-то добраться до него. И самое главное, что не хотела этого. Потому что ничего не знала о нём. Они поднялись по мостику, и пауза определённо затягивалась. Амакелин смотрела на мужчину, но как будто не видела его. Все её мысли вернулись к прошлому, к тем самым злополучным дням. Кристалл перевела взгляд на глаза Джеймса и коротко вздрогнула. Подобной пустоты она давно ни у кого не видела. Глубоко вдохнув холодный воздух, резанувший по лёгким, и дым от сигары, Крис продолжила. - Именно поэтому они приняли решение забрать меня от тебя, забрать с Земли и запихнуть обратно на Аттилан. Чтобы ты не смел меня искать, чтобы я не смела возвращаться, они и создали всё то, что ты видел. За мной прибывала Медуза. Меня лишили памяти, лишили всего, - Крис чуть нахмурилась, чувствуя, как снова боль сжимает её сердце, и слёзы сдавливают горло. Но она решительно продолжила. – Первое время я действительно ничего не помнила, но каким-то образом, сквозь дымку ко мне стали приходить воспоминания, через сны, полудрёму, а порой и через галлюцинации от излишнего количества опиума, который я долгое время принимала, дабы забыться и от того, что у меня было в тот момент, - девушка коротко усмехнулась, хотя и совсем невесело.Она снова достала из кармана сигареты и закурила, как обычно. Без зажигалки. - В один момент мне удалось вспомнить, что я когда-то жила на Земле и очень неплохо. Состоялся долгий разговор, вовремя которого я чуть не разнесла половину Луны, по средствам взрыва её изнутри. После этого все поняли, что это было плохой идеей, но ничего назад не вернуть. Собрав вещи, я вернулась в Нью-Йорк. Это было… Совсем недавно. Я вернулась в Прагу. К тому времени я вспомнила уже всех, ну почти всех. У меня состоялось несколько встреч, после которых моя судьба в этом мире снова становится более-менее определённой. Кристалл встала рядом с Джеймсом, заведя руки за спину. Покусывая нижнюю губу, она размышляла, а что дальше? - Я не знала ничего о тебе. А когда узнала, когда вернулась в Нью-Йорк, то не посмела приходить. И в общем-то, если быть честной и откровенной, то я не хотела тебя тревожить. И каким-либо образом вторгаться снова в твою жизнь. С моей стороны вот это было бы жестоко.

Wolverine: - Я все понимаю. Представляю, каково тебе было… - пока Кристал говорила, он не перебивал ее, слушая очень внимательно. Амакелин была далеко небезразлична ему. Он еще не определился насколько, но знал, что какие-то чувства сохранились. Все, что Джеймс узнал сейчас от нее, глубоко его поразило и в то же время освободило от проснувшейся обиды, боли, непонимания. Все встало на свои места, и мысль, что одаренная оставила его не по своей воле, что это был не ее выбор, принесло облегчение. На миг он даже забыл о своем недавнем горе, повернулся к Крис всем телом и накрыл своей ладонью ее руку, крепко сжимавшую перила. Их взгляды снова встретились, и в глазах Хоулетта блеснуло что-то, огонек духовного оживления, и в этот момент он как никогда стал похож на себя самого. На того, кого она когда-то любила, и кто был без ума от нее. Только сейчас он заметил и осознал, что Амакелин стоит совсем близко, а запах ее больше не вызывает мучительных ощущений. Уголки плотно сжатых губ чуть приподнялись – слабое подобие улыбки. А затем, тяжело вздохнув, он признался: - Я рад видеть тебя. Рад тому, что ты жива. Мне очень жаль, что так вышло… Если бы ты предупредила меня о ваших правилах, я бы… - мужчина запнулся, пытаясь подобрать верное завершение фразы. Что он действительно смог бы сделать? Устроил бы круглосуточное дежурство? Оставил бы Крис первым? Из всего случившегося самым трагичным для нее была потеря будущих детей, и Джеймс понимал это. Он искренне, насколько мог сейчас, сопереживал Амакелин: жить среди тех, кто значится родственниками, но кто уничтожил твое продолжение и сломал судьбу, это невыносимо тяжело. Росомаха опустил голову, задумчиво уставившись на ее тонкий шарф, прикрывавший шею, и тихо добавил, чуть сжав ее руку: - У тебя все обязательно будет хорошо, Крис… Мне кажется, ты в замешательстве. Из-за меня? Да, я изменился. Точнее умер. Морально. Неделю назад. Увиделись бы мы раньше, перед тобой был бы настоящий Хоулетт, а не живой покойник. – Он отпустил тонкие пальцы и, с намеком на заботу поправив выбившуюся прядь ее огненно-рыжих волос, повернулся лицом к ручью. В воздухе повисло ощутимое напряжение. Память захватила его снова. Он глубоко затянулся, вынул сигару изо рта и медленно провел тлеющим кончиком по тыльной стороне своей ладони, выводя дорожки там, где прятались когти. Три широких ожога, запах горелого – Росомаха впился взглядом в изуродованную руку, выражение лица изменилось. Добавилось больше звериного, было заметно, что внутри него происходит непростая борьба. Воспоминания об увиденном в лесе поглотили его сознание, едва он начал свой рассказ. Он пытался справиться с разрывавшей его изнутри болью, с истерзанным зверем. Со всем. Сразу. Джеймс еще раз провел по руке сигарой, перечеркнув три заживших ожога новым, и прошептал, вышвырнув потухший окурок в воду и не глядя на женщину: - Боль физическая облегчает душевную. В последнее время чаще неадекватен, чем спокоен. Только табак и алкоголь спасают… Ты в курсе, что я был женат?..

Crystal: Кристаллия закончила своё повествование, тяжело вздохнув, отчего облачко пара сорвалось с её губ и взметнулось к небу. Женщина усилием воли заставила себя повернуться к Джеймсу и посмотреть ему в глаза. И какое облегчение она испытала, увидев там не ту обиду, что была до этого, а действительно понимание. Только вот самой Амакелин сейчас стало снова не по себе. Когда ты пересказываешь по несколько раз одну и ту же историю, ты вроде привыкаешь к ней, и делаешь это без эмоций. Но когда ты рассказываешь её человеку, непосредственно задействованному в ней, то… Тебя ломает, рвёт на куски, твою душу скручивает жгутом и резко отпускает. Это не боль, нет, это решительно иной уровень, который всегда присутствует у тебя в подсознании, но который так редко проявляется сильно. Он пульсирует, он точит твоё сознание, и ты постоянно думаешь, а что ты сделала такого, что тебе приходится всё это терпеть? Лёгкий порыв ветра растрепал длинные волосы рыжей, бросив несколько прядок ей на лицо, Кристалл продолжала пристально смотреть на Джеймса. - Мне тоже было жаль, Джеймс. Очень, но время лечит, и это факт. Ты ничего не смог бы изменить, даже если бы я тебе сказала. И боюсь, что даже могло бы быть намного хуже. А так, по крайней мере, мы с тобой оба жива, если не в моральном, то в физическом плане уж точно, - Кристалл в ответ благодарно пожала руку Хоулетта, крепко сжимая его сильные пальцы. Это было довольно странно, спустя пять лет снова ощущать приятное тепло любимого, ну или уже не так сильно, но всё-таки близкого человека. - У меня уже всё хорошо, Джеймс. Несмотря на то, что я уже совсем не та девочка, которой была пять лет назад, - Кристаллия чуть улыбнулась, опуская взгляд, в тот момент, когда мужчина коснулся её лица, убирая прядь. Лёгкая дрожь прошлась по телу Амакелин, но ничего более. Она не желала воскрешать в своей голове воспоминания. Слишком много времени прошло. Внимательно наблюдая за тем, как Росомаха оставляет ожоги на своей руке, Кристаллия чуть склонила голову набок, пытаясь понять, зачем он это делает. Ведь физическая боль приглушает душевную, но зачем? Душевная боль делает тебя сильнее, и главное её пережить. А не загонять в глубины нашего бесконечного подсознания. - Ну, тут я тебя прекрасно понимаю. Пьяный угар помогает забыть всё то, что так тебя беспокоит, - рыжая отвернулась в сторону, делая ещё несколько затяжек сигаретой, и с лёгким щелчком выбрасывая её следом за сигарой Джеймса, в воду. Почему слова о том, что у него была жена так больно задели Кристаллию? Неужели она так наивно предполагала, что Хоулетт будет так долго её помнить и страдать в одиночестве? Конечно, нет. Мужчинам это не свойственно, они стремятся к уюту и комфорту, и обвинять их в том, что они ищут где бы устроить этот уют, нельзя. Поэтому Амакелин нервно сглотнула, сжала покрепче кулаки, и едва заметно пожав тонкими плечами, ответила: - Нет, об этом я не знала. Единственное, что мне было известно, так это, что ты жив и здоров, и живёшь вполне неплохо. Но видимо за всеми теми делами, что теперь у меня есть, я чего-то не знала. И почему ты говоришь в прошедшем времени?.. Зная тебя, и судя по твоей реакции, то произошло что-то чудовищное… - Кристаллия чуть нахмурила брови, глядя на свои пальцы, сцепленные в замок. – Ты не расскажешь? - Крис бросила на мужчину быстрый взгляд, отметив про себя глубокую складку между бровей, которая придавала лицу скорбный и одновременно немного жёсткий вид.

Wolverine: Он повернулся к ней снова, когда девушка отозвалась немного другим тоном. Джеймс слишком хорошо знал Амакелин, чтобы не заметить смены ее настроения после заданного им вопроса. Пусть она изменилась в чем-то одном, но по-прежнему в ней жила та эмоциональность, которая в частые минуты их совместного пребывания превращалась в настоящую страсть, заражавшую и его тоже. Он каким-то образом чувствовал эти волны, исходившие от нее, возможно еще и потому, что сейчас отвлекся от своих внутренних переживаний и полностью переключился на одаренную. На ее эмоциональный канал. Росомаха не спешил с ответом, так как понимал, что сдержать себя, предавшись чудовищным воспоминаниям, будет невозможно, и меньше всего на свете ему хотелось в данный момент снова потерять рыжую. Она находилась рядом, и ему было легче. Хотя бы от одной мысли, что он не остался в абсолютном вакууме равнодушия. Она сопереживала ему. Наверное. Он надеялся, что эти вопросы заданы вопреки тактичности. Проведя рукой по совсем теперь коротким волосам, взъерошив их немного, Хоулетт тяжело вздохнул и чуть исподлобья покосился на Амакелин, приподняв брови. Бесконечно сложно подобрать правильные фразы, чтобы она с легкостью ощутила всю трагичность им пережитого. Он действительно старался, но через несколько секунд, глухо рыкнув себе под нос от бессилия, поднял на Кристал пронзительный взгляд и негромко отозвался, решив говорить все как есть: - Супругу и маленького сына убили. Я видел их тела. Разглагающиеся останки. Я пытаюсь найти смысл в том, чтобы жить дальше. Я стал слаб, когда меня научили привязываться к другим. Когда ты меня укротила. После твоего… ухода я пребывал в точно таком же состоянии. История повторяется. Раньше было иначе. До того, как я встретил тебя. Пять лет назад. Ты очень сильно повлияла на меня, Крис. Наверное, в лучшую сторону. Но я здорово обжегся снова. Я остался с выжженным сердцем и не готов получить контрольный выстрел в голову. Поэтому давай отложим все подробности распада моей семьи. Я обязательно расскажу их, когда будет легче об этом думать. Мне нужно время. Тебе нужно время. Нам оно просто необходимо, чтобы выдержать все навалившееся и сделать шаг в правильную сторону. Ты только не уходи сейчас. Я прошу тебя… – с таким запалом прозвучал монолог Джеймса, будто он ожил и вернулся в реальность, перестав висеть в невесомости собственного сознания, пока время проходило мимо. Мужчина подал ей раскрытую ладонь и приобретавшими свой нормальный цвет глазами вновь встретился с двумя изумрудами Амакелин. Его губы тронула чуть печальная, но твердая улыбка. - Приглашаю тебя в ресторан. Если пожелаешь, в тот самый… Можно приклеить к этому предложению определенную символику, но я просто очень давно там не был. И не хотел. Без тебя. Знаешь, есть такие места, куда нужно ходить именно с кем-то. Иначе все теряет свою остроту и блеск... Расскажешь мне про Аттилан, про что-то приятное, что случилось за это время. Про свою личную жизнь. И про Прагу. – Он уже тронулся с места, поправив край воротника своего пальто свободной рукой, а другой сжимая ладонь Кристал. Ее тепло было спасительным для него, тонувшего доселе в своих страданиях. Перед ней он не мог быть слабым, подсознательно появлялись силы, не дававшие ему расклеиться окончательно. Амакелин была стимулом для его духовного воскрешения, хотя бы потому, что заставляла его бороться с собственной апатией и ощущением безнадежности. Рядом с ней он не представлял себя вялым и ко всему безразличным. Она была настолько яркой и внешне, и внутренне, что и он невольно старался соответствовать своей спутнице. И постепенно, с каждой минутой, у него это получалось все лучше. Он как будто заново учился думать о чем-то другом, кроме той трагедии. Он рассказывал ей о каких-то любопытных, но ничего не значащих мелочах, о новых машинах, о том, где ему пришлось побывать в последние месяцы, о Тибете особенно. Заикнулся о сыне, и сознание так ухватилось за это воспоминание, что еще некоторое время, пока они пересекали парк, Росомаха с живостью делился с Крис забавными и интересными моментами, связанными с его погибшим ребенком. И чувствуя, что она слушает его, что она действительно реагирует на каждое сказанное им слово, в эти секунды Джеймс окончательно забывал обо всем. Для него те, кого он любил, жили в нем самом. И места хватало на всех. На живых и на мертвых. /Ресторан Viva La Vida/

Crystal: Кристаллия внимательно слушала Джеймса, не перебивая его, внутренне сопереживая тому горю, которое испытал мужчина. Если раньше она не могла понять его до конца, каково это потерять всё, в том числе и память, то теперь осознавала это глубже, чем никогда. И всё то, что поведал ей Росомаха с болью отзывалось в холодном сердце Амакелин. Сердце холодном, но теплеющем с каждой секундой. В конце концов, у них с Джеймсом было так много общего, было общее прошлое, которое никуда не денешь и не выкинешь, и не забудешь, чтобы ни происходило. И это прошлое давало о себе знать в коротких полу взглядах, тяжёлых вздохах и мягких прикосновений ладоней к руке или плечу. Вроде бы дружеское, но сколько в нём потаённого. - Тише, Джеймс… - Рука Крис взметнулась вверх, женщина приложила ледяные пальцы к губам брюнета, заставляя его на секунду замолчать. Вторая рука легла в раскрытую ладонь, крепко сжимая её. – Я не собираюсь никуда уходить. И ты прав, время нам нужно обоим. Не для того, чтобы сделать шаг, а для того, чтобы подумать, надо ли его делать. Мне жаль, что это произошло с тобой снова, правда жаль. Я бы и врагу не пожелала того, что произошло с нами. Обоими. Но если смогла пережить, то и ты сможешь. Ведь кто у нас сильнее?..- Амакелин мягко улыбнулась, убирая пальца от губ Джеймса, и накрывая вторую руку мужчины. Кристаллия искренне улыбнулась в ответ на предложение мужчины. Странно, но она сама буквально пару секунд назад подумала о том, чтобы перейти куда-нибудь в место потеплее, и поскольку их ресторан был совсем неподалёку, то логичнее было бы пройти именно туда. Говорить и признаваться самой себе в том, что ею двигали немного иные причины, Крис не хотела. Почему? Просто не хотела и всё тут, Джеймс прав, им надо время. Очень много. - Иногда у меня возникает ощущение, что ты по-прежнему читаешь мои мысли, Хоулетт, - Крис прищурилась с лукавой улыбкой. – Я хотела предложить тебе тоже самое. Только ты уверен, что хочешь услышать про мою беспорядочную личную жизнь, и про Прагу? – Женщина приподняла левую бровь, легко отталкиваясь от перил, и делая шаг навстречу Джеймс, оказываясь в опасной близости от зверя. А в следующее мгновение они уже вместе шли по парку, в направлении того самого небольшого ресторана, где в общем-то и начиналась странная история их сосуществования, взаимоотношений и простого безумства. Амакелин стала немного иной, предпочитая теперь слушать, нежели говорить самой. Да и как можно было перебить эту вдохновенную речь человека, которому просто необходимо высказаться, доверить кому-то всё то, что накопилось внутри. А кому, как ней было это слушать, и мягко улыбаясь, сглаживать острые углы, впивающиеся в болезненно раненное сердце этого сильного мужчины. Его истории о погибшем сыне вызывали у Кристалли грустную улыбку, а душа отзывалась тихим стоном, потому что сама Крис так и не узнала, какими могли быть её дети. Но, наверное, и это надо пережить, не замыкаясь внутри себя, не позволяя убивать изнутри. Надо жить положительными эмоциями и воспоминаниями, не планируя заранее, что будет. Просто позволяя течению нести тебя, изредка корректируя свои движения. А главное, не помнить плохого о людях. И уметь прощать.

Dragon Keeper: /Бруклин/ Весело катится машина, пожирает шоссе у себя на пути. Влад удачно перестроившись в другой ряд протянул назад руку: - Долохов. Владислав. Будем знакомы, мистер Казати. Как я понимаю нам с вами работать теперь, а для этого, как минимум, хотелось бы знать имена друг друга. Чтобы в случае чего знать, кого проклинать за плохо приготовленный кофе.. – Владек хохотнул, а сам уже достал из кармана телефон. Набрал офис, переговорил о прибытии нового сотрудника, а именно Фазы: - ...и поэтому обязательно следует подготовить научный отдел и да, закупить побольше шурупов, да, именно шурупиков, мелких таких, да. Еще раз повторите, что я сошел с ума и до утра вы не доживете, да, это угроза, просто вспомните, кто я и мои способности. Нет, ничего не будет, я просто скажу, что был в состоянии близком к коме и мне все спишут, ясно вам? С кем приходится работать, Господи.. Нет-нет ребята, к вам это не относится – засуетился Владек, заметив в зеркало заднего вида с какими лицами вся троица смотрит на него. - Мы сейчас завезем нашего великого Эль Фазио на базу и я вызову еще парочку ребят нам в подмогу, раз вы говорите, что те за кем мы едем столь опасны.. Сейчас, погодите. Где-то тут у меня были досье, дал один странный доктор. Вампир, продолжая вести машину, нагнулся и стал искать упавшие документы где-то на полу под передним сиденьем. Наконец достал, облегченно вздохнул, и вдруг резко вильнул машиной, прижался к обочине – маленькая сухонькая старушка выросла как из-под земли и прямо перед капотом его автомобиля. - Так возблагодарим же Всевышнего за то, что я тот кто я есть и у меня чудесная реакция, но больше так, леди, не делайте! – Влад совсем по-мальчишечьи проорал вслед старушке и вновь вырулил на шоссе. Весь оставшийся путь до офиса Оружия они проделали без приключений, а уже там Владек оставив их теперешнего союзника Айзека Казати под присмотром Фенриса, подхватил раскуроченный системник в одну руку, второй открыл дверь перед Фазой и повел его в лабораторию. Устроив медвежонка со всеми возможными удобствами и обеспечив игрушками, а именно техническим оснащением целого научного центра, он вернулся обратно в машину. Сел за руль, коротко бросил взгляд на заднее сиденье - все ли нормально? и двинулся в сторону Центрального парка. - Итак, что мы видим из досье… - шелест страниц, долгое пристальное рассматривание фотографий и это все, не отрываясь от дороги. – Итак,… сестры Дрейфус.. бывшие цирковые артистки. Так, а что у нас со способностями.. Ого! Слушайте.. Да кто так ездит! Так вот.. - эффект близнецов, поцелуй смерти это у той, которая Джулиана, и превращение в прах у Коралины. Гмм, прям как я умеет, это ж надо…. А вот с Ренфилдом все не так смешно, увы. Читаю - пациент отличается крайней степенью мутации и болезненной тягой к насекомым.. Мда.. пожалуй, я сейчас еще позвоню кое кому.. Влад достал телефон и, набрав нескольких агентов, назначил им встречу на одной из аллей Центрального парка. Наконец, сквозь пробки и заторы добрались до парка и они. Оставив машину на одной из парковок, Долохов вместе со своей новой командой двинулись в сторону купола передвижного цирка шапито, яркими бликами красок уже мелькавшему среди деревьев.

Black Bolt: \Отель "The Plaza"\ Признаться, во время недолговременного полета по направлению к аллее центрального Парка, Черный Гром несколько раз успел пожалеть о своем решении отправиться именно по воздуху, проигнорировав такую, мягко говоря, нелетную погоду и возможность лишний раз пройтись пешком, так как расстояние было просто смехотворным, а костюм Болтагона, являющийся его стандартным одеянием, хоть и был достаточно теплым, но все равно мало соответствовал настоящей погоде. Из-за сильной метели, Гром был вынужден лететь крайне медленно, а видимость отсутствовала практически на чисто, и только антенна на лбу, создававшая колебания электронов, едва заметно светилась, мягко освещая небольшую площадь вокруг Черного Грома. Почему все так называемые злодеи предпочитают прятаться в каких-либо парадоксальных местах типа парков и скверов, а не что-то более приземленное и логичное, - прервав свой плавный полет, Блекгар повис в воздухе и, тяжело вздохнув, стал осматривать близлежащую территорию и постепенно снижать высоту, все таки в такую погоду совершать какие-либо перелеты - это верх глупости и наивности со стороны Грома, привыкшего жертвовать зрелищностью за практичный подход в любом деле. Во время мягкого снижения Грома снежная метель плавно омывала все его тело, будто морские волны, а небольшой сгусток тепла, мягко исходящий от антенны Болтагона, не позволял стремительному снежному потоку слишком сильно ограничивать возможность Блэкгара наблюдать за происходящим вокруг, в момент растапливая снежные комья, не позволяя им оканчивать свою траекторию полета. Полминуты и Блекгар приземлился на небольшой площадке близ входа в центральный парк и через несколько минут, неспешной походкой добравшись до аллеи, стоял в ожидании остальных членов организации. Искренне надеюсь, что лишние проблемы не будут иметь место, хоть в каком-либо виде применять грубую силу прямо здесь и прямо сейчас неприемлемо и может привести к сверх печальным последствиям и жертвам, - выпрямив спину и скрестив руки на груди, Гром стоял в ожидании группы, смотря на какую-то произвольную точку в пространстве.

Fenrir: [Бруклин] Едя в машине, я слушал, как Владислава и Айзек о чём-то говоря. Слишком вслушиваться я не стал. Дойдёт очередь да меня, обратятся. В окне промелькали дома, улицы, люди, машины. Всё это скучно, однообразно и порядком мне надоело, но делать свою работу было надо. -С кем приходится работать, Господи.. Нет-нет ребята, к вам это не относится Все разом мы посмотрели на Владислава с удивлением. Казалось в этот момент нас троих, меня, медвежонка, которого называли Фазой и Айзека, объединила одна мысль "а не офигел ли он". Машина резко вильнула. Долохов Что-то прокричал старушке, неизвестно откуда взявшейся прямо перед машиной. Пожалуй, это было единственное событие, которое случилось за сегодня после того, как мы сели в машину. Добравшись до офиса, Долохов и Фаза вышли из машины. Мы с мистером Айзеком остались в машине вдвоём. Молчание, повисшее в этот момент, звенело как стекло. Попытавшись разрядить обстановку я спросил у Айзека: - Во что вы верите, мистер Айзек? Словно на призывный вой этого вопроса рядом с машиной возник Долохов и сев за руль, оглядел нас. Пожав плечами, я кивнул ему, и мы поехали в сторону парка. Пролистывая досье, Долохов отпускал комментарии о каждом из перечисленных. - Я думаю, сестры не особая проблема, а вот с Ренфилдом понабиться кто-нибудь с дихлафосом ну или со способность к массовому поражению, а то не дай бог придётся отбиваться от стрекоз и божьи коров, - отшутился я. Мы доехали до парка, и вышли из машины. Впереди маячил огромный купол цирка, возвышаясь надо всем парком. Я принюхался к воздуху. Пахло сладким, людьми и ещё чем-то. Чем-то химическим. И, кажется, ещё пахло озоном, как это бывало перед грозой. - Чую химию, исходящую от троих и озон. Последнее мне не ясно, учитывая, что грозы вроде бы не предвидится. А так только сладости и обычные люди. - сообщил я всем остальным. Операция началась.

Dragon Keeper: Парк вырос надвинулся черными скелетами деревьев. Полосатый шатер цирка на их фоне выглядел нелепо и странно. Как будто в царство печали и смерти кто-то бросил гигантскую рождественскую карамельку. Владек поднял воротник пальто, в парке гулял по-зимнему пронзительный ветер, с неба срывались редкие снежинки, а небольшие озера покрылись крепкой корочкой льда… Ну до чего же Нью-Йорк не гостеприимный город! Если бы не дело, уехать, уехать срочно и конечно на юг.. Где пальмы, где можно ходить в рубашке и легких брюках, где ласковый океан и тихие звездные ночи, утонувшие в стрекоте цикад… Видимо совсем замечтавшись о ласковых объятиях Флориды, Долохов так печально взглянул на подошедшего агента: - Здравствуйте, мистер Болтагон.. Простите, если отвлек вас от важных дел, но здесь нам может понадобиться ваша помощь.. Я вас попрошу, вон видите – цирк приехал.. Трое подозреваемых находятся именно там, это нам недавно подтвердил мистер Вульф. Знакомьтесь, кстати, если еще не доводилось узнать друг друга по другим операциям… - вампир подождал, когда двое мужчин обменяются рукопожатиями – так вот.. я хочу чтобы вы вошли в сию обитель веселья, мистер Блэк, так, как делает это простой обыватель. То есть - через парадный вход. Зайдете, осмотритесь там, и занимайте любое интересующее вас место, но поближе к арене, конечно. Если будут вопросы подойдите к распорядителю.. ну просто станьте нашими глазами, руками, защитой и так далее и тому подобное.. Мы зайдем сзади. Побродим между клеток, так сказать. Поищем сестричек и букашку с ними. Владислав вопросительно взглянул на своих спутников и, не дождавшись каких- либо существенных возражений повернулся и направился к служебному входу. У него не было никакого желания лезть в это пекло, он не хотел ловить каких-то чокнутых девчонок, одна из которых убьет вас, если поцелует, а вторая сама станет прахом, ха-ха…Что интересней, выбирай, не бойся.. Ах да, еще букашка-таракашка, инсектициды не помешали бы.. А лучше бы Андреша сюда. Ведь именно с братом Владек познал, что это такое – эффект близнецов. Когда силы, кажется, удесятеряются, когда магия, которой они владеют оба, начинает бежать не ручьем, полноводной горной рекой снося все на своем пути и превращая даже слабенькое заклинание в силу, мощь, и непреодолимую преграду. Здесь и сейчас их жало тоже самое. Не стоит недооценивать сестренок Дрейфус. А с ним шел беззащитный террорист Казати.. Влад остановился на полпути и вдруг резко повернулся к Айзеку: - А Вас я попрошу остаться, да.. Как бы смешно это не звучало, Айзек, но там вы ничего не сделаете, а убить вас смогут и даже очень. Не ходите. Прикрывайте нас, если хотите, но не лезьте вперед, ведь у вас семья… маленький сын.. Пойдемте, мистер Вульф, я слышу фанфары начинающегося представления. И я буду весьма благодарен судьбе, если сестер мы встретим еще в ожидании выхода… За полосатой полотняной стеной цирка оркестр грянул туш.

Game Master: - Венгр, если я не ошибаюсь? – уже сидя в машине, позади Долохова улыбнулся Айзек. Это не было даже даром, просто когда работаешь с большим контингентом людей они перестают для тебя быть бесформенной и безликой серой массой, скажем так – после подобного опыта вы не затеряетесь в толпе китайцев, и каждого сможете отличить и даже назвать по имени ни разу не ошибившись. Рукопожатие Владислава было крепким и холодным, Айзек не мог не отметить этого, есть люди у которых руки постоянно холодные, скажем так, кровь не слишком хорошо приспособлена у них для жизнеобеспечения организма, но это рукопожатие – на минуту Казати поймал себя на мысли о том, что думает будто поздоровался с мертвецом. Впрочем, он быстро отбросил подобные мысли, стоило машине остановиться у незнакомого ему здания, что сыграло на руку, он не любил тесных пространств и потому сразу вышел на свежий морозный воздух. Вопрос Фенрира заставил задумать, но как всякого истово верующего человека не обескуражил. Казати вздохнул, коротко пожал плечами и посмотрел на оборотня: - Я верю, что на все есть причина и воля Божья, - смотря собеседнику в глаза полным уверенности голосом, ответил он. Да, так оно и было. Представитель народа богом избранного несмотря на все перипетии жизни, несмотря на несправедливость судьбы, обман близких людей, друзей, своей страны, он все равно верил в непогрешимость Создателя, все равно осознавал, так или иначе, всему есть своя причина, возможно не сейчас, позже, когда последний вздох его ускользнет в неизвестность он узнает эту причину, а пока – ему остается делать то, что он должен и умеет делать, с верой и смирением принимая любые испытания, будь то банальное неприятие общества, которое часто считает евреев чуть ли не дьявольским отродьем, или же что-то более угрожающее и серьезное. Ответа на свою реплику он так и не услышал, подошел Долохов и они вернулись в машину, направляясь прямо к Центральному парку. В какой-то момент Казати поймал себя на мысли о том, что не думает о задании и сотрудничестве с этими людьми, или не людьми, он вспоминает тот первый раз, когда они с Ирмой только приехали в Америку и пошли гулять в Парк, затем был цирк, один из приезжих, сладкая вата, яблоко в карамели, чертово колесо, тигры, - в тот день он будто не был собой, это был совершенно другой человек, без забот, без проблем, которому легко дышать, который не думает о прошлом, а в будущем видит лишь светлое начало. От размышлений его отвлек голос Владислава, зачитывающего дело. Айзек не преминул вставить и свою лепту, ведь с этими людьми он был знаком лично и видел их не только во всем блеске и красоте, образно выражаясь, но и в состоянии овощей, подсаженных на сильнодействующие препараты Аркама. От одной только мысли об острове внутри все сжалось в тугой комок. Вот уж действительно, когда предпочтешь смертную казнь заключению. Что-то не так в этом острове, и дело не в лекарствах и в том, что там первая в мире лучшая психиатрическая клиника, сама земля будто… - Вы несколько ошибаетесь, мой друг, - он коротко взглянул на Фенрира, посмотрел на отражение глаз Владислава в зеркале заднего вида. – Вы уже прочли все основное, могу сказать одно, все трое схожи по характеру. Что-то человеческое? Нет. Ренфилд…это даже не его имя, это прозвище он уже в Аркаме получил, сами догадайтесь почему. Он полностью насекомое, не только внешне, отвратительный вид, который не рекомендую увидеть во сне, не успеете проснуться, как вас хватит удар, но и внутренне. Гуманизм? Ничего подобного, как и здравого смысла, представьте себе большого умного таракана и вы представите его. Что же касается сестер, - Казати провел рукой по подбородку. – Близнецы. Идентичные до последней хромосомы. Если вы были знакомы с подобными людьми, то поймете о чем я. У них одинаковое все. Кроме само собой деталей Икс-гена, о котором вы узнаете только в самый последний момент. Они любят менять имена, любят называть друг друга своими собственными, и трудно сразу отличить кто есть кто. Даже в заключении они находились в соседних камерах, чтобы окончательно не ухудшить их состояние. Болезненная тяга друг к другу, их двое, но действует они настолько слажено. С Джулианой однако проще будет справиться, ей нужно вас заманить, соблазнить или хотя бы обездвижить, а вот Коралина… скажем, так, я бы рекомендовал вам использовать против нее что-то дальнобойное, иначе рискуете провести остаток существования в виде праха на полке в семейной гостиной. Они подъехали к парку. Там у самой машины к ним присоединился еще один человек. Казати он почему-то сразу не понравился. Было в нем что-то отталкивающее, и дело даже не в молчаливости. Скорее внутренне Айзек будто видел, что перед ним не брат. Гои, скоты, - не все так просто было. Айзек резко остановился. - Послушайте, Владислав, я вполне могу справиться с ними и помочь вам, я…, - Долохов был непреклонен, как веский аргумент из его слов прозвучало упоминание об Ирме и маленьком сыне. Легче от этого не стало, Казати обреченно кивнул в ответ и только. Мысленно он просто чувствовал себя трусом. Без оружия. Только с мастерством. Он оставлен здесь, возле машины. – Хорошо. Только помните мой совет. Коралина и Ренфилд. Казати остался стоять посередине одной из мощенных булыжником тропинок, так и глядя в след удаляющимся. Брови нахмурились. Нет, одних их он точно не отпустит. Подождав пока охотники отдаляться на приличное расстояние, один из войдет в шатер, а двое других свернут в сторону клеток, он быстрым шагом направился за ними. Черт возьми, он не какой-нибудь недотрога агент. Он солдат. - Дамы и господа, мадам и месье, леди и джентльмены, - озарил громкий голос всякого кто входил в шатер навстречу пылающим красным бархатом арене. – Мы рады приветствовать вас на знаменательном представлении. В течении всей недели мы будет развлекать вас, веселить, смешить, повергать в шок и ужас! Размалеванный в белый грим импресарио вещал в микрофон с середины сцены. Его маленькая фигурка казалась совсем крошечной на это большом пространстве, в окружении выходивших артистов, клоунов, факиров, дрессировщиков, жонглеров и акробатов, которые, совершив круг, возвращались за кулисы. - Вы долго думали, вы долго мечтали, вы грезили о них, вы просто не могли жить без них, итак, - он сделал значительную паузу, пока со сцены не убрался последний циркач, свет померк, только в синем свечении была представлена арена и маленькая фигурка человека, похожего на черта, предлагающего публике удовольствия за кусок души. – Наши музы, прелестницы и красавицы. Попробуйте угадать, кто из них – кто, и тогда быть может они пощадят и наградят вас. Наши воздушные нимфы, Коралина и Джулиана! – свет померк, чтобы затем прожекторы выхватили под самым куполом, стоящих на канате в обнимку и поддерживающих друг друга сестер. В одинаковых костюмах, с одинаковой улыбкой, прической, и движениями. Едва учуяв странный запах, исходящий от Вульфа тигры, львы и волки начали метаться по клеткам. Один из бенгальских представителей кошачьих с шумом ударил по решетке клетки, защищая свою территорию и себя, ему не нравилось присутствие этого странного субъекта, еще больше – оно раздражало его, заставляло испытывать ярость, желание наброситься на нарушителя и разорвать в клочья, и никакие годы тренировок не могли стереть первобытный инстинкт хищника. Напротив клеток с тиграми также вели себя встревожено волки. Они принюхивались и издавали едва слышимый рык, встретив в лице одаренного чужака. В это время пара неестественно красных глаз, украдкой наблюдала за ними. Он не прятался, не страшился, учуяв их издалека, по одному плачут черви, другой еще пышет жизнью и здоровьем. Ренфилд, сидя на земле, закутанный в плащ, чтобы никто не мог его точно разглядеть, миниатюрный, сгорбленный, склонился над коробкой – уменьшенной копией шатра цирка. - М, обед, обед, мои артисты, - произнес он поломанным голосом, буквы смешивались со странным треском. –Давайте, давайте, свежая псинка, идите. Казалось, ничего не произошло. Насекомыш так и остался сидеть на месте, хищники в клетках продолжили угрожающе рычать, и в тот же момент один из охотников мог почувствовать зарывающихся в кожу паразитов, начавших покрывать тело и причинять невыносимую боль своими маленькими, но многочисленными зубчиками.

Venom: >>> Заброшенное Железнодорожное Депо. Кортеж из нескольких лимузинов медленно подъехал к главному входу Центрального парка. Они были идеально черного цвета, похожие друг на друга как стаканчики в руках шулера. По пути они несколько раз поменялись местами, понять в которой именно находился Брок, был невозможно. Он долго смотрел в окно, куда-то вглубь парка, выискивая глазами девочку. Небольшого ростика, худенькую и со скрипкой в руках. Её не было. Хорошая причина, чтобы остаться и подумать над следующим шагом. Звонок телефона спутал прилив мыслей. Брок нажал на кнопку и, поднеся к уху, представился: - Эдвард Брок, слушаю. – Те, кто знали его телефон, не были простыми смертными и могли отдавать себе отчет, куда звонят и с кем разговаривают, потому он уже совершенно забыл как это, когда некоторые ошибаются номерами или несут пьяный бред. Хорошая команда связистов делает свою работу, за это им и платят. – Понятно…. Человек по другую сторону эфира говорил медленно, четко выговаривая слова, но самое главное, он не дал сказать ни одного слова Броку. Так обычно поступают информаторы, за это им и платят. Сидящий напротив Секретарь покряхтел, чтобы привлечь внимание. - Мистер Брок, что будем делать с UP-S? Они узнают, откроют ящик Пандоры, могут возникнуть проблемы. - Если ты волнуешься за себя, то даже не думай. Шило в мешке не утаишь, не от Короля в первую очередь. Какие потери среди населения города? - Из последних данных, пришедших два часа назад, число пострадавших ноль. Пакеты теряются, но это не та информация, чтобы иметь погрешности. - Видишь? – Брок внезапно повернул ладонь к собеседнику, чего он обычно не делал – не жестикулировал при столь близком общении. Словно этим он хотел сказать: «Ты был не прав». – Разворачиваемся, едем в «Скорпио». >>> Центр развития человека "Scorpio" 0.1

Black Bolt: Одну вещь можно было утверждать наверняка безо всяких сомнений или никому не нужных бессмысленных рассуждений: Блекгар работал в организации, сотрудники которой могли похвастаться удивительной пунктуальностью, сдержанностью и ответственным подходом к любому вопросу, независимо от характера оного. Данный способ решения вопросов был характерен и самому Грому, привыкшему к слаженной работе, в купе с уверенностью в собственных силах и профессионализме своих партнеров, способных в любой момент времени прикрыть спину или даже вытащить из особо трудной, непредсказуемой ситуации, благо в таком деле таких ситуаций, с различного рода неординарных концовок и развязок, может возникнуть превеликое множество и воспринимаешь ты их, как само собой разумеющийся факт. Совсем немного времени пробыв на главной аллее центрального парка в ожидании своих компаньонов, Болтагон в конце концов встретился со своими коллегами, с которыми ему в лучших традициях коммерческой рекламы на ТВ "предстояло провести незабываемые часы вместе в поисках особо опасных преступников, не имеющих ни моральных принципов,ни малейшего представления о жалости, снисхождении и здравому смыслу, который мог бы сдержать их неординарные желания причинять боль и вред невинным людям. Кивнув Долохову в знак приветствия, а затем пожав руку достаточно внушительного вида Вульфу, чье рукопожатие недвусмысленно намекало о недюжинных физических возможностях этого человека, вероятно способного разбить бетонную стену несильным ударом кулака, Гром затем, выслушав краткий план действий, был несколько удивлен отведенной ему ролью своего рода разведчика, если данный термин можно считать уместным в данной ситуации. Такая деятельность подразумевает коммуникативные навыки, а Гром, ввиду своих особенностей, не часто вступал в контакт, предпочитая принцип, сводящий все разговоры к минимуму и возводящий планирование и действие на новые высоты. Через несколько минут группа дошла непосредственно до цветастого шатра, манящего своими яркими красками, звуками оркестра, спрятавшегося где-то под куполом цирка и артистами, так мастерски зазывающими народ на свои представления, утверждая, что такого они ещё нигде не видели и не увидите, если упустите этот удивительный шанс. Отделившись от группы, Блекгар быстрым шагом проследовал к кассе и, приобретя заветный, но абсолютно бесполезный кусочек бумаги, теперь уже медленным и размеренным шагом проследовал внутрь шатра, пробираясь сквозь толпу детей и их родителей и осматриваясь по сторонам для максимально эффективной оценки обстановки. В случае нашей ошибки все эти люди окажутся в смертельной опасности, - Болтагон, несколько неряшливо пробираясь к своему месту, на мгновение заострил взгляд на женщине с двумя детьми, пытающимися снять с себя зимнюю одежду, навзничь бросая её на пол, заставляя маму поднимать за ними вещи, аккуратно складывая их. Женщины, дети, от мала до велика окажутся в центре настоящего побоища. Без спасения и надежды.., - дыхание на мгновение оказалось затруднено, но вскоре пришло в норму и Гром, коснувшись указательным и средним пальцами виска и на секунду прикрыв глаза, приходя в себя, спокойно сел на своё место в ожидании начал представления. Прозвучал размеренный громкий голос ведущего этого шоу, оповестив зрителей о начале представления. -...Коралина и Джулиана! - сделав ударение на последнем слоге произнес ведущий. Публика тот час же устремила свой взгляд под купол цирка и, увидав двух, казалось бы, невиннейших созданий, разразилась протяжными охами, а рядом с Громом донеслись едва слышные разговоры: -Это для них не опасно?.....у них ведь нет страховки?...а что если они сорвутся, куда смотрят их родители...?

Fenrir: К группе подошёл мужчина средних лет. От него сильно веяло озоном, что не оставило сомнений, что я учуял именно его. Кивнув Долохову, он пожал мне руку. Ощущения сказали мне, что от него можно как минимум разряда электричества ожидать. Об этом говорил лёгкий заряд, прошедший между ладонями. - Я так полагаю, это от вас пахнет озоном, - осведомился я у него. - Значит, у вас есть способность, связанная с электричеством. Это хорошо. Выслушав дела каждого из отлавливаемых вкратце, я понял для себя, что определённого плана у нас нет. Во всё придётся импровизировать. Долохов немного поспорил с Казати, и мы выдвинулись к шатрам, где уже звучали фанфары. Неожиданно я почувствовал странное ощущение в ногах. Впрочем, оно быстро прошло. На секунду промедлив, я плюнул на это дело и пошёл дальше. В конец концов неуязвимость и регенерация в одном флаконе защити меня от многих фактором, кроме магических, типа молота Тора. Из самого цирка уже слышен голос ведущего, который возвестил, что две из трёх целей выступают первыми. - Может мне заняться насекомоподобным? - спросил я Долохова. - Думаю, против него физическая сила будет самым логичным. Впрочем, решать тебе Владислав. Тем временем у меня возникло ощущение, что что-то здесь не так. Такое чувство, что нас ждали задолго до того, как мы подошли. Это напоминает состояние, когда ты оказываешься загнанным в угол хищником, которого туда загнал куда более хитрый враг, чем он сам. Впрочем ситуация сейчас была не та. Враг может и хитёр, умён и изворотлив, но физические воздействия на нашей стороне. - Надо было пойти в штурмовые отряды. Мне бы было там самое место, - усмехнулся я, - да и нас уже ждут. Так что будьте внимательны. Может этот жучок очеловеченный умеет общаться с другими насекомыми. Тогда проблем от стрекоз не оберёмся. Я рассмеялся. В конце концов, нужно было разрядить обстановку. Однако же я продолжал следить за своими ощущениями, принюхиваясь к воздуху и вслушиваясь в каждый шорох. Парк – прекрасное место для того, чтобы устроить нам фильму ужасов с участием всех видов насекомых, поэтому нужно смотреть во все глаза и срочно найти повелителя хитиновых.

Dragon Keeper: Цирк… Это должно быть красочно, ярко, феерично.. Цирк.. где представление на арене вызывает восхищение и восторг, где рукоплещет восторженная публика и на манеж летят цветы… Для Влада - цирк был тем местом, где миллион меняли по рублю, где животных воспитывали шамбарьером, а клоуны под рыжими париками зачастую оказывались седыми.. Долохов не любил цирков. А тут еще и телефон стал разрываться в кармане плаща... Досадливо поморщившись, вампир достал аппарат и прочитал полученное с неизвестного номера сообщение. Улыбнулся и нахмурился одновременно. Быстро набрал ответ. И почти сразу получил еще одну смс-ку. Писал Фаза. Маленький шустрый медвежонок, про которого Владек уже начал думать как о своем будущем инфаркте. Или скорее как о пуле в лоб, которую пустит ему Кэл, как только узнает, что за мелкий, но крайне опасный термояд приволок в контору его заместитель. Но, тем не менее, Влад улыбался, пока еще улыбался – Фаза был похож на малыша, ребенка, пусть шумного и непоседливого, но все же ребенка, которому все интересно, которого все занимает, который требует внимания и опеки. У Влада никогда не было семьи, будучи вампиром, он не мог себе этого позволить и следует признать, он всегда находил в себе силы вспомнить об этом, какими бы радужными не казались перспективы в тот или иной момент его нелегкой, в общем-то, жизни. Из близких – только брат и время от времени более-менее постоянные подружки, которые скрашивали холостяцкое существование Владислава. Но видимо природа все же брала свое. Даже в таком привычном уже, столетиями выверенном образе жизни нет да нет, но проскальзывала даже не желание, не тень его, а лишь слабой нотой, аккордом сожаления одиноко прозвучавшем в тишине осеннего парка.… Иногда хотелось, чтобы в его доме было шумно от детского смеха, хотелось маленьких ладошек, доверительно сжимавших ладонь, хотелось походов в парк, в кино на мультфильмы, на аттракционы, где Долохов не постеснялся бы и тоже залез бы и в детский паровозик, и в большую чашку-карусель, и в машинку на игрушечном треке.. Поэтому он остановился и ответил Фазе еще несколько раз. Да, он задержал немного, отложил начало операции, но зато теперь Влад знал, что Казати ослушался его просьбы и в случае опасности будет где-то неподалеку. .. Надо будет потом сказать ему спасибо … или оторвать голову, в зависимости от того как все пройдет.. Владек, наконец, вступил под полог передвижного цирка. Звери в клетках мгновенно отреагировали на их появление, а собственно чему здесь было удивляться, один из них являлся зооморфом, а второй, и в данном случае не понятно кого из них двоих зверье разорвало бы первым – вампиром. Влад улыбнулся и ладонью похлопал по клетке с волками. Три пары желтых глаз тут же повернулись к нему и уставились с некоторой растерянностью. Внешние раздражители кричали о том, что на их территории появился чужак, новая особь, о том, что следует непременно выяснить с ней отношения и расставить полагающиеся приоритеты, но другой запах.. Запах тлена, сухой книжной пыли, палой мертвой листвы… Аромат страха, что заставлял инстинкты кричать и который вызывал лишь одно желание - сорваться и со всех ног мчаться прочь. Один из волков вдруг присел на задние лапы и, задрав кверху морду, громко завыл. Его стон подхватили собратья, через несколько клеток вглубь, им вдруг ответила пума. Со скулежом, повизгиванием, с бешеной пляской хвоста она кидалась на стенку клетки и пыталась то ли сбежать, то ли броситься и разорвать всех, до кого сможет дотянуться. Влад не напрасно не любил цирки, он знал, как на него реагируют животные. Именно поэтому странное ощущение, что его телом завладевает кто-то еще… Боль зародилась и прокатилась волной, поднимаясь к коленям, а от них и к бедрам. Кожу на ногах будто жгло огнем, резало стеклом, било током.. Весь кожный покров казалось, пошел пузырями ожогов. Долохов остановился и застонал. Он затопал ногами, пытаясь унять жжение, но кажется, сделал только хуже – боль пламенем отозвалась в каждой клеточке уже израненного тела. В панике, не понимая, что с ним происходит, Владек вдруг закричал и начал стремительно меняться. Болят ноги – избавься от них, или, по крайней мере, от них в таком виде, в котором они болят.. Через несколько минут весь зверинец цирка буквально бесновался, над клетками, размахивая уродливыми кожистыми крыльями, билось отвратительное чудовище, монстр, которое, так и не избавившись от боли в теперь уже лапах, все же взлетев, смогло заметить нечто даже сквозь агонию боли. За клетками, свернувшись темным клубком кто-то сидел. И перед этим кем-то, на полу стояла уменьшенная копия циркового шатра, такая же остроконечная и полосатая… Владек достаточно пожил на свете и в частности в Новом Орлеане, чтобы сразу узнавать симпатические чары. Боль жгла, резала осколками его конечности.. Влад не придумал ничего другого, как, сложив крылья упасть, в буквальном смысле рухнуть на маленький силуэт. Раздался хруст костей. За ним тонкий вскрик. После, во внезапной, какой-то гробовой тишине, раздались тихие сосущие звуки..

Game Master: Dragon Keeper Fenrir Маленькие слуги, невидимая армия, - можно придумать множество эпитетов обозначающих тех мелких тварей, что Ренфилд решил напустить на своих потенциальных обидчиков. Кем бы вы не являлись, человеком, одаренным, мутантом, даже богом, вам не скрыться от них; ведь человеческое тело вне зависимости от происхождения имеет множество изъянов, и один из них – слабость перед паразитами, сонмом набрасывающимися на вас, вгрызающиеся в плоть и начинающие сосать кровь. О своих маленьких подопечных и этих, и тех, что он приберег напоследок, сумасшедший любитель членистоногих знал многое, практически все. Может потому что любил их, может потому что давно сам стал одним из них. Пока его невидимая маленькая армия начинала медленно, но верно наступать и впиваться в плоть агентов, пришедших за ним, по всей видимости чтобы спровадить обратно в это ужасно стерильное помещение камеры, где нет ни окон, а дверь настолько герметизирована, что воздух подается через вентиляцию, где сам очищается каким-то веществом. Что они добавляли в атмосферу камеры Ренфилд так и не понял, однако вещество действовало безотказно, он постоянно пребывал в каком-то полуанабиозе, сне наяву, ему то казалось, что он снова нормальный человек, каким себя помнил двадцать лет назад, то окончательно превратился в огромного таракана, вместо рук – лапки с жесткими волосками, спина – сплошь чешуйчатый панцирь, и ему страстно хочется сахара, ему нужно много сахара, так как его кровь уже не кровь, а сладкая и мерзкая на цвет слизь. Неожиданное превращение одного из пришедших за ним заставило на минуту подключить на всю силу человеческий разум. Что за тварь, добра аль зла за ним пришла? Быть может это сущее наказание или наоборот спасение, что такие сложные экземпляры предстали перед ним? Что ж. поглядим. Тварь взлетела вверх, потому как маленькие зубчики сотней имаго до сих вгрызались в плоть, им было все равно кого пить, кусать, иссушать, они всего лишь хотели насытиться, отложить яйца и умереть, грубо говоря – даже желаний у них не было, просто первобытные рефлексы, инстинкты, запрограммированное миллионами поколений поведение. Затем это нечто, пожираемое маленькими друзьями Ренфилда рухнуло прямо на насекомыша. Хруст костей, хруст начавших расти из плоти пластин, что-то человеческое выдавило из его легких вскрик, затем – он почувствовал как чьи-то зубы вгрызлись в его плоть, как кто-то пытается найти в плоти нечто, похожее на кровь таких же людей. Таких же? Скомканная как бумага фигурка насекомыша затряслась от смеха. Он чуть двинулся, одна из пластин, или скорее чешуй, оторвалась от тела, с привычно омерзительным звуков лопающего гнилого продукта, но вместо привычной красной, наполненной гемоглобином крови, между пространство оголенной плоти и внутренней стороной чешуи образовались тянущие обратно покров липкие, железообразные нити нечто зеленого. Гемолимфа из перегрызенных сосудов ударила в глотку твари, не хлеща и вытекая, а растекаясь во рту подобно желчи. - Букашки, таракашки, - продолжал посмеиваться Ренфилд, уже сам с нечеловеческой силой удерживая Долохова странным подобием рук. Земля под ними разрывалась и оттуда выползали многочисленные падальщики, лапками взбираясь по фигурам обоих, проходя по плоти, зарываясь под кожу, работая лапками как миниаютрными бритвами. Не думайте, что Ренфилд забыл про второго. Больше похожего на зверя. Отнюдь. Тот хотел познакомиться с кем-то летающим, ему представился такой шанс. Восьмая казнь египетская в исполнении всех тех, кто был в парке, пусть не саранча, так хоть и пчела, и осы, и те же самые стрекозы, все крылатые: кожистокрылые, прямо и двукрылые, - устремились на Фенрира, плотным облаком огораживая его. Ренфилд тем временем стал карабкаться по спине Долохова, с него будто спадали и одежда, и собственная кожа; цепкие пальцы держались крепко, а полный перегнивших зубов рот стал присасываться к вампиру не хуже паразита. Это было похоже на галлюциногенный сон Льиса Кэрола, в котором вдруг страна чудес превратилась в приквел фильмов Кроненберга, пока… - Эй! – облепленный также насекомыми, внимание обоих привлек подбежавший в парочке Казати. Сощурившись он быстро ударил Долохова чем-то тяжелым, таким образом отбрасывая вампира в сторону и отрывая от насекомыша, не медля не минуты направил трубку огнетушителя на Ренфилда и нажал на пусковое устройство. Насекомыша обдало облаком инертного газа со смесью порошка. Припав к земле, Ренфилд закрыл руками, скуля и визжа от того, что соли начали разъедать крепкие соединения пластин и кожи. Казати без преувеличений истратил на скукоживающегося сейчас монстра весь заряд, затем перехватил еще раз баллон покрепче, в случае чего чтобы ударить Ренфилда. По инерции нервно стал стряхивать с себя, замерзших насекомых. Black Bolt Под шатром публика не придавала значения, да и не замечала странного шума и жужжания доносившегося с улицы. Все внимание зрителей было приковано к двум тонким, идентичным друг другу во всем фигуркам акробаток и лицедеек, к главным звездам этого представления. - Они любят нас. - Да, они боготворят нас. - Хорошо вернутся. Перекинувшись парой слов, сестры кивнули друг другу и прыгнули вниз, хватаясь за брусья, на лету перехватывая палку ногами и раскачиваясь в такт друг к другу навстречу. Казалось, вы смотрите в зеркальное отражение, но кто из них реальный, а кто лишь отражение определить было трудно. Сестры устремились вновь друг к другу, и одна из них перехватила за руки вторую. Публика ахнула, когда одна из сестер как будто сорвалась и, совершив в воздухе кувырок, ухватилась кончиками пальцев за один из спущенных с шатра канатов. Вторая последовала за ней, веревка закружилась вокруг своей оси, а сестры спустились на арену. Коротко поклонившись, они переглянулись. Все шло замечательно. Никто до них пока не добрался, а если кто и объявится, то преданный Ренфилд подаст знак. Удерживая одной рукой каждая из них еще веревку, по которой они спустились, сестры хором спросили: - Для следующего номера нам нужен доброволец, - обе обворожительно улыбнулись, оглядывая толпу и скромные неуверенно поднятые руки некоторых. Дети? Нет. Женщины? Нет. Им нужен был мужчина. Взгляд одной из них выцепил в толпе Болтагона. - Его? - Его. Одна из сестер подошла к краю арены. - А вот и он, наш доброволец, - девушка раскинула руки, когда свет прожекторов упал на нее и мужчину, публика зааплодировала, и совсем неважно было, что добровольцем выбранный не был. Циркачка любезно поклонилась указывая Блэкгару следовать за собой. Вторая уже перехватила канат и, когда мужчина подошел к ней, стала наматывать его на талию. - Вы очень сильный, - заметила она, оглядывая его. - Очень, - вторила ей другая. – И странно выглядите. - Странно. Пару петель накинули ему на шею, затем делая шаг назад, держа конец кнута в руках. Левая и, соответственно, правая рука девушек взметнулись вверх, невидимый зрителям механизм дернул веревку вверх, поднимая Болтагона. Кнут стал затягиваться. - Он подозрительный. - Он пришел за нами. - Убьем его?

Umbral: Улицы [Weapon X] Почему то, слова ровесника вампира заставили его ровесника волка задуматся. Визитка Долохова была подобна допингу для нюха Теневого. Его острейшее обоняние способно было разобрать запах любого из толпы, в перемешку с запахами его немытых частей тела, осевших выхлопных газов, скопившейся пыли в волосах, запах жира и соуса вокруг губ, едва различимый запах слёз на шарфе. Это был отдельный, тонкий, словно шепот тишины мир. Лишь по запаху, Дэрэк мог определить, годна ли самка для ночи. Лишь по запаху он мог узнать, чем болеет человек, волк, собака, крыса. Лишь по запаху, он мог узнать о недостатках веществ в организмах людей. Запах пота, их личный запах, запах их болезней, запах их крови. Всё это создавало первоначальный план. Так Дэрек называл совокупность фактов о человеке, которые он узнавал ещё до того, как заговорит с ним. Визитка, вся пропитавшаяся мёртвенным ладаном вампира, сохраняла запах, и позволяла охотнику вычислить скрывшуюся жертву, пока она не ушла слишком далеко. Времена менялись, и охота стала иной. Нас всё меньше и меньше, и способов скрытся становится всё так же мало. С каждым днём, человеческое общество придумывает новый способ слежки. Придумывает новый способ травли. Новый способ убийства. Новый способ пыток. Новый способ садизма. Новый способ унижения. Ещё немного, и скрыться станет невозможным. Мой род умрёт, подобно усыхающему цветку под песочными бурями. Затем устроят последнюю охоту, предрешая существование всех нас. Но если мы станем на службу, станем псами на цепях у патриархов их низьменного общества, мы выживем. Стоит ли свобода жизни? Разумеется стоит. Но... Что-ж... Уйти я всегда смогу, уж это верно. Ещё до того, как случиться задуманное. Парк. - Здесь тебя больше всего. - Морщась от отвратного запаха произнёс Дэрек, решивший выследить вампира. Всю нить, по которой шел Тень, пытался стереть, разбавить в себе, поглотить отвратный запах. Эта смесь феромонов, органических выделений, процессов желчного пищеварения.... Насекомые. Запах слюны и шерсти. Похоже на кошачих. Джек-Из-Тени быстрым шагом направился к высокому шатру цирка, проскальзывая меж тел снующих прохожих, не знающих о том, что буквально в нескольких метрах за их осознанием, происходит битва. Битва за их маленькие жизни. Их было трое. И ещё один. И ещё тысяча. Шаман остановился перед выходом в зверинец, и закрыв глаза, едва слышно замычал. - Поведайте мне... Через несколько секунд, в голове Дэрека предстала подробнейшая картина происходящего внутри. Духи, которые вечно витали над оборотнем, предоставили ему картину происходящих событий внутри шатра. Двое навзнич, третий спас но сам страдает. Насекомые. Неизвестная тварь ранена, а неподалёку пожираемый преобразившийся. Это вампир. Перо, безукоризнено отобранное у птицы семейства воробьиных, опять возникло в ладони оборотня. На сей раз, Шаман закрыл глаза, и его губы стали подрагивать в обращениях на неизвестном многим языке. Из сжатой ладони с пером выбивалось лёгкое серебристое свечение, словно сноп тусклых искр, размером с ничто. К цирковому эпицентру, слетаясь со всех веток, слетаясь со всего района, подхватывая по пути встречавшихся им сородичей, начали слетаться воробьи различных пород, семейств. Они стали кружить над острыми куполами цирка, подобно дьявольской воронке. Не каждый человек находящийся в парке сумел это заметить. Но тем, кому всё же пощасливилось, не могли оторвать взгляда от жуткого, необычного явления. Внезапно, от "живой воронки" стали отделятся небольшие куски её составляющего, которые постепенно залетали внутрь зверинца. Они начинали кружить над головами присутствующих внутри, но затем, когда места под крышей уже не оставалось, птицы налетели на каждого человека, присутствовавшего внутри. Они набрасывались на их плоть, начиная выдирать с кусочками кожи и плоти крепко вонзившихся имаго, поедая жадных паразитов. Они охотились за каждым жуком, который находился внутри зверинца, издавая жуткую симфонию шелеста перьев, отрывистого щебетания и бьющихся клювов. Часть из общей стаи налетели на самого огромного из представителей насекомых, заклёвывая его подобно крылатому проклятью, не давая сбежать или вырватся наружу. Они постоянно налетали вновь и вновь. Метили в глаза, челюсти, конечности, не позволяя сделать и шага в сторону выхода, тем временем как иные "санитары" очищали плоть изъеденых агентов от остатков паразитов, до которых, маленькие истребители могли добраться. - Это куда лучше химио-терапии. - Прознёс вошедший в зверинец оборотень, обращаясь сразу ко всем присутствующим, и ему на плечо сел один из воробьёв, в оперении хвоста которого, явно не доставало одного пера. И вдруг, шаман осознал, что произошло на самом деле. Прирученные воробьи исклёвывали уже пришедших в порядок агентов, и заклёвывали несчастного Ренфилда, который и так растекался по земле от корозий и щелочных ожогов. Дэрек слегка виновато осмотрел присутствующих, от которых вот-вот отстали отважные птички. - Опять я опоздал. Интересная работёнка у вас. - Тень хитро усмехнулся, и обратился к пернатым. - А вы куда? Вы ещё нужны. Пернатые послушно сели на клетки и землю, в ожидании. - Вот уж не думал увидеть тебя преобразованным снова, Владислав. - Оборотень дружески ухмыльнулся.

Black Bolt: Несмотря на весь тот произвол, что сейчас творился за кулисами этого места, являющегося по сути своей воплощением всех маленьких фантазий детей в возрасте до четырнадцати лет, Черный Гром практически позволили себе утонуть в атмосфере, образовавшейся здесь. Атмосфере своеобразного уюта, веселья, приятного чувства, заполняющего души маленький детей, расплывающихся в широких улыбках, наслаждающихся ещё не совсем понятными им вещами. Да, за ликами двух достаточно симпатичных девушек на самом деле скрываются хладнокровные, безжалостные убийцы, которые не остановятся ни перед чем, чтобы утолить свою жажду, неведомую никому, кроме их самих. Но несмотря на это, незнание спасает от подобных, порой абсурдных реалий современной жизни, и множество детей и взрослых сейчас наслаждаются великолепным представлением, замирая от каждого плавного движения сестер. Больше сотни человек, и взгляд каждого из них прикован к арене, следя за грацией и мягкими движениями артисток. Надеюсь лишь, что сестры отдают себе отчет, сколько здесь маленьких детей и беззащитных женщин и не станут устраивать настоящую бойню, - На мгновение задержав дыхание от великолепного пируэта, Блэкгар отвел взгляд в сторону от арены и мельком осмотрел многочисленные ряды, окружающие арены и заполненные фактически до отказа. Представление должно закончиться через несколько минут, развлекать толпу вечно невозможно и за кулисы им рано или поздно придется уйти, чтобы отдохнуть или подготовиться к следующему номеру. В этот момент есть возможность проследовать за ними, не привлекая внимания. Там же будет и это насекомое. Особых проблем не должно возникнуть, жертв, разумеется тоже. Слишком идеально звучит, чтобы сработать, - мысли Черного Грома сейчас сосредотачивались вокруг того, как, без применения особо агрессивных методов поймать беглых преступников, лишь надеясь, что они не поднимут настоящего хаоса и не устроят бойню. Девушки плавно, аккуратно и очень элегантно приземлились на арену, вызвав этим просто буйный восторг, сопровождаемый такими же активными овациями, многочисленными хлопками: систематизированными и неряшливыми детскими едва слышимыми. При идеальном раскладе хрупкие девушки должны проследовать за кулисы, чтобы перевести дух, но кажется сегодня явно не день идеального планирования. -Для следующего номера нужен доброволец! - эхом донеслось под куполом цирка, заставив многочисленных детей моментально соскочить со своих мест, поднимая руки в воздух, желая привлечь внимание артистов, выбраться на арену и ощутить себя важным участником следующего фееричного номера, входящего в состав этого представления. Чуть выпрямив спину, Болтагон моментально начал следить за тем, кто же будет выбран для продолжения шоу, т.к. отбрасывать вероятность того, что артистки могут причинить кому-то вред прямо на сцене нельзя. Лучше так, чем кто-либо другой, - донеслось в голове, когда Гром оказался этим самым "добровольцем" на участие в следующем выступлении сестер. Чуть неряшливо встав со своего места и благополучно пройдя по ногам своих соседей, выслушав недовольные возгласы, как это обычно бывает, Гром уже оказался на арене в ожидании следующих действий циркачек. Признаться, Блэкгар ожидал чего-нибудь тривиального, типа летающих кинжалов, однако сегодня явно не его день. Оказавшись на арене, Гром через несколько секунд уже был обмотан канатом вокруг талии. Сощурившись и посмотрев на одну из сестер, затем переведя взгляд на другую, Блэкгар затем перевел взгляд на ликующие ряды, ожидающие чего-то по истине феерического. Слегка улыбнувшись им, Блэкгар неожиданно почувствовал канат, обматывающий его шею. Не слишком приятное положение вещей. Легкий взмах и Гром уже находился в нескольких метрах над землей. Канат стягивал шею, вызывая постепенно нарастающие приступы удушья. Воздуха начинало катастрофически не хватать. Десять мимолетных секунд и я перестану ясно соображать, через ещё семь секунд я потеряю сознание, а после этого останется всего лишь две или три секунды перед тем, как я умру. Затевать драку глупо. К счастью я готов сыграть в эту игру на их условиях, - к счастью продуктивного мышления Блэкгару не занимать. Благодаря способности летать, Гром, не вызывая лишних подозрений, чуть поднял своё тело, позволив канату ослабнуть и пропустить заветный кислород обратно в мозг Болтагона. Все ещё ведя себя спокойно, не делая никаких резких движений он стал ожидать дальнейшего продолжения шоу, надеясь, что у его коллег сейчас куда меньше проблем.

Havok : Прошу прощение за опоздание. [Институт Ксавье/Комната Дейн] Он умел уходить красиво, особенно от девушки, но вот появлялся он как раз либо не к стати, либо пропустив какую-либо весомую часть задания. По сути, пунктуальностью Саммерс не отличался, но всё заглаживало его чересчур лёгкое отношение к вещам. Всегда спокойный, улыбчивый и несерьёзный Александр, придерживался определённой тактики в поведении и общении. Это располагало людей и порой даже заставляло из развязать язык, что стало очень удобно в его нынешней работе. Кстати о ней. Честно говоря, мужчина не ожидал звонка, и поэтому его слегка смущало то, что во время звонка, телефон был выключен. Но это мелочи, если уже говорить о том, где он проводил время. Вот тут был казус неразрешимый. Узнай начальство, что Саммерс скоро станет заядлым посетителем Института Ксавье то… Не то, чтобы он пропал и погиб, нет. Скорее бы получил строгий выговор. Но это мелочи. В любом случаи, теперь перед ним стоял вывод: либо снова оставить Лорну, либо переманить её на чью-нибудь сторону. Например, того же Оружия. Но проблема состояла в том, что Дейн не согласиться на его предложение. Хотя кто его знает… Чёрт, и как эта мысль не пришла в голову блондина до того, как он намылился на «свидание»? Саммерс доехал на такси, до Центрального Парка и уже стоял на указанном месте. Собственно дальше, он достал телефон и начал набирать номер, который звонил ему до этого. Ответа не было. Мужчина начал расхаживать взад-вперёд, и лишь потом он обратил внимание на то, что цирк приехал… Не поймите не правильно, цирк приезжает не каждый день, и встречу в парке, по поводу задания тоже, не каждый день дают. Хотя если подумать, то встречу ему бала назначена здесь, лишь для удобства… В любом случаи, решив, что задание он проморгал, Саммерс двинулся в сторону цирка, решив проверить свою теорию. Нет места хуже цирка. Нет людей более жестоких, чем дрессировщики. Представьте себе, что нужно сделать с диким животным, чтобы заставить его встать на дыбы или подать лапку. Сколько сил прилагаться на то, чтобы подчинить животное. Ещё в детстве Александр случайно попал за кулисы в подобном заведении и узрел тот ужас, который дрессировщики называют дрессировкой. Сколько мер и издевательств прилагается на то, чтобы заставить животное играть… Ни что не сравниться с этим. А ведь самое страшное, что всё это ради человеческой забавы. Гадство. После этого, Саммерс младший стал ненавидеть цирки, дрессировщик и всё, что связано с приручением. По сути, у него никогда не было домашнего животного, и если бы сейчас ему предложили купить морскую свинку, то он бы точно отказался от этого и перестал поддерживать отношения с этими людьми. Но об личных предпочтениях позже… Блондин зашёл тихо, когда представление уже началось. Он стоял в одном из проходов, куда обычно заходят зрители, а потом рассаживаются по рядам на свои места. Привалившись плечом к деревянной стене, мужчина начал рассматривать помещение. Арена была не слишком большой, скорее средней., зал тоже, всего по 5 рядов на каждой мини-трибуне. Зал, забит битком. Сразу видно – первое или второе выступление. Сюда по всему, это начало или середина представления, учитывая то, что такие шоу-программы обычно проводятся либо утром, либо вечером. На сцене, две девушки, кажется близнецы, над ареной мужчина. Непроизвольно рассматривая девушек, Александр начал подмечать особенности этих двоих: одинаковые движения, улыбки, даже фразы (Саммерс учился читать по губам, и кое-что разобрать мог) были почти идентичны. Фигура мужчины оставалась в тени, но на достаточном расстоянии, чтобы разглядеть мелочи, и оставаться более менее не замеченным. Анализ картины, дошёл и до конструкции фокуса. Два каната, обматывающие мужчину в воздухе, были закреплены на талии и на шее. И в этом заключался фокус? Саммерс хмыкнул. Наверняка, там есть дополнительный крючок, позволяющий свободно дышать, да и сюда по тому, что лицо «жертвы» двух красоток не становилось зелёным. Но это ладно… Продолжая рассматривать, фигуры мужчины, Саммерсу вдруг показалось, что где-то он уже его видел. Более того, он ему даже показался очень знакомым, но копаться в памяти Хэвок не стал. Кажется, его теория была пустой, и задание проходило не здесь. Что ж жаль. Но уходить Саммерс кажется не спешил. Он решил досмотреть это шоу. Не зря же он сюда явился. Наблюдая а дальнейшими движениями близняшек, Александр подметил одну не очень то приятную вещь. Чем-то здесь не чистым пахнет... - подумал он, когда мимо него, пролетело что-то вроде мухи. Хэвок вздохнул.

Dragon Keeper: Когда Владек наконец-то пришел в себя, он обнаружил, что лежит на остро пахнущей, слегка прелой соломе, позади какого-то рева, стона и какофонии криков. Лежать было жестко, а его тонкий звериный нюх от такого обилия сильных запахов определенно сошел с ума – нос заложило и вот-вот собираясь перейти в стон, воздух с хрипами, кровью и ядом человека-жука исторгался изо рта. С большим трудом, казалось веки залиты свинцом, Владу все же удалось открыть глаза и осмотреться вокруг. Над ним качался, дрожал разноцветный потолок. Испуганно, это как это же должна кружиться голова, и какими сильными должны быть отравление и слабость после него, что потолок так начал вдруг ходить ходуном? Вампир дернулся и попробовал сесть. Голову тут же пронзила чудовищная молния боли, и Долохов не удержался и вновь завалился на спину. Закрыл глаза и просто замер, борясь с тошнотворными последствиями сотрясения мозга. Регенерация боролась, несомненно, но яд, паразиты и удар чем-то, крайне тяжелым, по голове... следовало дать себе некоторое время на восстановление, хоть немного. Но кое-что Владислав все же успел заметить. Во-первых в помещении каким-то чудом оказался Казати. .. Сначала пропесочить за ослушание приказов, а потом поблагодарить за то, что помог товарищам в трудную минуту. И если встреча с человеком-насекомым, и не только в мозгах! это не трудная минута, то тогда я даже и не знаю, что может подходить под это определение.. Не забыть спросить, кстати, этого моссадовца, а не он ли это так огрел меня чем-то по макушке? Ведь совесть иметь нужно, восстанавливаться от проломленного черепа это вам не газеты читать... Боже, но что же это за шум, а? Будто здесь собрались все птица этого треклятого города.. Птицы?.. Влад опять попытался сесть. Еще один приступ боли, на сей раз уже не такой убийственной и вампир смог оценить всю фантасмагоричность картины, что развернулась перед ним во всем своем безумии. Вокруг бесновались в клетках хищники. Тигры, пума, несколько волков, даже медведи.. Все рычали, кричали , били хвостами и царапали когтями полы своих клеток. В дальнем углу какая-то съеженная фигурка скулежом и воем вторила им и пыталась справится с собственных болевым шоком. А посреди этого оркестра ужасов стоял слегка обескураженный Казати и сжимал в руках приличных размеров огнетушитель. Влад потел рукой затылок и подумал о том, что не будь он вампиром, подобная помощь могла бы окончится значительно печальнее. Но с другой стороны, не будь он вампиром, он и не полез бы к этому уродцу-Ренфилду. Но кроме Айзека-спасателя и обработанного эдаким дихлофосом-абсорбентом пациента лечебницы на острове, в помещении находились еще двое — Фернир, это понятно, он и пришел сюда с Владом, а вот рядом... Тень. Джек из тени. Вот откуда столько воробьев, с их несмолкаемым гвалтом. Вот откуда боль по всему телу - своими инстинктами охотников и толстыми короткими клювами воробьи рвали кожу не хуже маленьких волков. Переждав новый приступ боли, Долохов все-таки поднялся и вышел в проход между клетками. Подойдя к тому что осталось от маленького человека-жука, он остановился и несколько минут просто молча смотрел на него. Потом сказал: — Когда я был мальчишкой, мы с одним лесным братом выследили в горах волка и застрелили его. Он был здоровенный, матерый, и мы думали, что убили никак не меньше чем главаря стаи вурдалаков, ха-ха. – Лицо Влада не выражало и капли веселья, наоборот оно посерело, осунулось, а возле глаз залегли тени усталости. - На обратном пути в отряд мы протащили его тушу миль десять по грязной каменистой дороге. То, что после этого осталось от зверя, было самым жалким зрелищем, которое я когда-либо видел в своей жизни. Ты претендуешь на второе место после того волка, жученыш. - И то, что мы посчитали за благо тогда.. Ведь мы искренне считали, верили, что очищаем мир от скверны, исчадия. Наивная юность.. Но знаешь что, Ренфилд? Тоже самое я чувствую и сейчас. Инквизитор во мне оказывается так и не умер, тварь.. Ни на кого не глядя, вампир развернулся на каблуках и низко опустив голову, чтобы никто не заметил истинного выражения его глаз, вышел на улицу. Вдохнул глубоко, полной грудью. Холодный пронзительный, наполненный колючими кристаллами снега, воздух ворвался в легкие, отрезвляя и приводя в чувство. В голове кажется, наконец, прояснилось, и Влад достал из кармана пальто телефон. Набрал номер душеспасительной лечебницы, заговорил глухо, отрывисто: - Пришлите машину в Центральный парк. Там где цирк-шапито.. Найдете, его видно издалека. Машину с санитарами и медпомощью, если хотите довезти его живым.. С сестрами еще не знаю что, пойдем сейчас разбираться. – Долохов на миг замолчал, гримаса отвращения исказила его лицо но, тем не менее, он продолжил – возьмите для меня пакет крови. Третья отрицательная. Да поживее! Он еле удержался от того чтобы не запустить телефоном прямо в рядом стоящее дерево. Как злила его вся эта ситуация! Он оказался некомпетентен! Попался как мальчишка, как недоумок… Гордыня, это она в нем взыграла. Он возомнил что, будучи вампиром, защищен от всего и вся. Что клыками своими и силой он может вершить судьбами и властвовать над обстоятельствами. Мысль о том, что его спасли обычный человек Казати и Джек - многолетний, если не противник то оппонент уж точно, разъедала душу Долохова не хуже, чем кислота Ренфилда - кожу. Самолюбие истоптанной и грязной тряпкой валялось под ногами и вампир невеселыми думами своими, затаптывал его все глубже и глубже. Но услышал за собой шаги и смог собраться. Втянул носом воздух, почувствовал извечный звериный дух и обернулся уже с приветливой улыбкой на устах. Протянул руку: - Ты услышал тогда меня.. Может и огрызался и приводил свои доводы, но ты меня услышал, Тень. И должен признать, ты решил вернуться в очень удачный момент. Очень. Твои птахи здорово помогли нам. Считай, за мной должок, Волк. - А вы мистер Казати.. Где я сказал вам быть? Это что за несоблюдение приказов, а? У вас что, лишняя жизнь есть? А может, вы бессмертны как я? Или вы хотите, чтобы я объяснял вашему сыну, что с вами случилось? Что вы молчите?! - Долохов распаляясь все больше и больше, надвинулся на Айзека облаком темного негодования. Он шипел, он повышал голос, он начал активно жестикулировать.. а когда оказался совсем рядом вдруг замолк и выдохнул: - Спасибо, но больше так не делайте, одно дело я убиваю, а другое из-за меня… Берегите себя и семью.. И ушел, закурил судорожно, нервно, яростно сжимая фильтр сигареты зубами…

Game Master: Black Bolt Havok Одна из сестер взглянула на другую, при этом брови обеих нахмурились, портя чудные милые личика молодых девушек. Сестры приблизились друг к другу, смотря на Блэкгара, руки медленно разжали канат. - Он леветирует. - Он все портит. - А может мы… Далее диалога не услышал бы никто так, как восторженная публика с придыханием начала смотреть на перешептывание циркачек. На лицах многочисленных зрителей был отображен немой восторг и ожидание еще большего чуда, иначе для чего обе артистки так сговорчески тихи. Одна кинула другой и обе сестры резко отпустили трос, предоставляя мутанту какое-то время висеть в воздухе самостоятельно. Публика ахнула, даже в наше время, когда мимо тебя может пронестись на паутине человек в красно-синем трико, а твоя собственная дочь спокойно игнорирует двери, проходя сквозь них без особых проблем, подобные трюки все равно пользовались спросом. Люди не любят удивляться обыденности и тому, что видят каждый день, это никогда не может их восхитить, для подобного переживания они ходят именно в такие заведения – цирки, ярмарки, шоу уродов, потому что так принято и положено, потому что так было до них и будет после, а тот, кто смеет разевать рот на каждодневные чудеса, ничего, кроме презрения не достоин. Сестры улыбались ослепительно, дружелюбно, они раскинули руки и поклонились зааплодировавшей публике. - Аплодисменты, нашему ассистенту, - прокричала одна из них через шум толпы. Выход они нашли простой, и пока еще не заметили нового представителя охочей до развлечений публики. Впрочем, для них сейчас все скамьи были заполнены однообразными, один в один похожими друг на друга людьми, тупыми и податливыми, как глина, принимавшими ту форму и вбиравшими в себя именно то, что предоставляли сами сестры. Они обняли друг друга за талию и засеменили за кулисы, из-за которых уже выходил конферансье с озадаченным выражением лица смотрящий на одаренного. Этого в программе не было, да и в номере в целом, он вообще не понимал, как согласился предоставить Дрейфус еще один шанс выйти на сцену, да еще вместе с их мерзким дружком, которого он лично не видел, из-за скрывавшего того плаща, впрочем запах их нового знакомого говорил гораздо больше, было чувство что ты находишься рядом с муравейником или же передавил кучу тараканов у себя под носом – тошнотворно-приторный, вызывавший не лучшие ассоциации. Мужчина обошел Болтагона кругом, не забывая при этом улыбаться и делать вид будто так и должно все происходить. Он вскинул руки, еще раз собирая щедрый урожай аплодисментов от благодарной публики. Меж тем, сами сестры, скрывшиеся за кулисами этого красочного представления, пробирались к черному выходу. Одна из них дернула за руку вторую. - Мы сможем уйти? – встревожено спросила она. - Если они здесь, значит маленький жучок повержен, остается лишь один выход. Дверь выходившая на противоположную сторону зверинцы тихонько приоткрылась. - Придется так сделать, иначе мы вернемся туда. Ты хочешь этого?] - Нет, Коралина, не хочу, нам было плохо там. Сестры обнялись и вышли на улицу. Umbral Dragon Keeper Fenrir Айзек удивленно уставился на птиц, которые ворвались к зверинцу и начали буквально подчищать залепленными остановившимися жуками агентов. Такого он, признаться, еще не видел, конечно, бывало всякое и будет неправдой говорить, что он был таким особенным и единственным в службе, кто обладал какой-либо силой, однако управление птицами, полное их подчинение – это было жутковато сродни фильму Хичкока, просмотренному им когда-то в детстве. Только там пернатые друзья не были столь дружелюбны и любезны. Агент наблюдал за действиями своего сегодняшнего начальника, затем бросил короткий взгляд на пришедшего неизвестно откуда нового участника этих действий. Мужчина внушал уважение, только не доверие, о нет, слишком хорошо Казати понимал насколько не стоит доверять внешности и пусть, в каком-то смысле, Бэйтс был располагающим к себе человеком, шестое чувство било в гонг тревоги и расставляло колючую сетку под током, лишь бы не касаться никоим образом и не вступать в разговор с ним. Владислав же. Как бы сказала мать, царствие ей Божие, ему не помешает немного чая и теплой ванны. Напряжение – лишь слабый отголосок того, что излучал сейчас вампир. Он быстро набрал номер Аркама, спокойно и вкрадчиво указал им место, где забрать пациента и попросил крови, при этом голос будто то и дело пытался сорваться на крик, и уж лучше бы так оно и произошло, лучше бы Долохов выместил свой гнев на несчастном телефоне, это куда как полезнее затаенной ярости, обиды или гнева, по крайней мере, ничто не будет пожирать тебя изнутри и ничто не вырвется наружу в самый неподходящий момент, уж простите за буквальность. Благодарность, естественным образом, прозвучала гораздо резче, чем могла бы быть. Сначала Владек обратился к пришедшему агенту – Тень. Казати прокрутил в уме все знакомые лица с подобным прозвищем. Их было немного. Все-таки мы живем в реальном мире, а не в фильме о шпионе ее Королевского Величества. - А я не ради вас убивал, - Айзек нахмурился и бросил огнетушитель на землю, коротко кивнул в знак благодарности и приветствия пришедшему Бэйтсу. – Я встречу машину, - отозвался он, убирая руки в карманы и направляясь обратно в сторону проезжей части, куда в скором времени должен был подъехать автомобиль Асайлума. Такой же черный как и в Бронксе, и с такими же карикатурными агентами Смитами внутри. Накал страстей улегся. По крайней мере, на время. За это время сестры вышли из шатра и направились, переодетые в обычную до рези в глазах одинаковую одежду, к противоположному концу парка. Они не торопились, ведь так они меньше привлекали внимания, да и куда им было спешить, они решили действовать дальше более грубыми методами, включавшими в себя тление всякого, кто посмеет приблизиться к ним. Владислав стоящий на холодном зимнем ветру пока в одиночестве и куривший сигарету, мог расслышать звуки шагов, ровное дыхание, а потом – запах. Это ни с чем не возможно было спутать, запах болота, сырости, рептилий, потрохов курицы и цветов, которые время от времени росли на поверхности трясины. Запах не разливался в воздухе, а скорее неким шлейфом следовал за кем-то, равно как и странный звук, похожий на отзвук удара по барабану. Сигарета непроизвольно потухла, однако в скором времени с лицом вампира мелькнул темнокожая рука, щелкнувшая зажигалкой. Мужчина сделавший пару шагов назад и снявший в приветствии цилиндр широко улыбнулся во все свои белоснежные ровные зубы. Звук барабанов стал отчетливее, выбивающих какой-то свой собственный ритм. - Папа Легба говорит, они убегают. Шустрее, шустрее, а то совсем скроются, - он громко рассмеялся, а затем… растворился в воздухе.

Fenrir: Стоило нам пройти немного по зверинцу, началась такая какофония, что трудно было соорентироваться. Сначала мы всё же увидели нашего клиента. Странная на вид сгорбленная фигура сидела фактически в центре зверинца и что-то бормотало себе под нос. Вроде бы ничего не обычного было в этом, но в следующий момент я понял, как сильно ошибался. Со стороны входа послышался звук множества маленьких крылышек. Долохов вдруг неожиданно начал топать ногами и стонать. Я понял, что в его тело сейчас врезаются те самые паразиты, которые пытались попортить мне жизнь. Бедлам начался, когда в помещение влетели насекомые. Рои. Их было так много, словно саранча, как одна из казней египетских. Они застилали глаза, лезли в рот и уши, упорно пытаюсь навредить, защитить своего хозяина. Насекомые всё больше злили меня, и я даже не заметил, как уже, будучи волком лапой, сносил целые кучи этих мерзких созданий, которые умирали, словно от удара об лобовое стекло машина на скорости в 100 километров в час. Что происходило с остальными я не видел, поскольку упорно пытался не давать насекомым лезть мне в глаза. Крики, вопли, стоны, жужжание. Всё смешалось в единый поток звуков, запахов, ощущений. Но в последний момент всё изменилось. Появился новый звук и новый запах. Запах волка и звук крыльев. Крыльев птиц. В ту же секунду в зверинец влетело огромное количество птиц. - Что за день такой-то. Сначала насекомые, теперь птицы. Дальше рептилии, что ли будут? - подумал я. Насекомых стало меньше, а от пёстрой раскраски птиц рябило в глазах. Всё закончилось так же быстро, как и началось. Осмотревшись вокруг, я, наконец, смог оценить ситуацию в полной мере. Владислав лежал на соломе с явно помятым видом, упорно пытаясь встать. Айзек удивленно смотрел на летающих птиц, пытаясь видимо понять, что же всё-таки произошло. Был здесь еще один персонаж, которого я явно не ожидал здесь увидеть. - Дэрек? - удивлённо сказал я, - вот уж кого не ожидал здесь увидеть. Так или иначе, но любой оборотень или зооморф, или метаморф, мне знакомы. К счастью или сожалению, но на этой планете я был первым представителем такого вида. Остальные либо результат моих пошловатых усилий, либо ускоренная по каким-либо причинам эволюция человека. И в любом случаи я по запаху, так или иначе, знаю всех. Пока я отвлёкся на возникшего из неоткуда шамана, случилось две вещи. Первая. Владислав, наконец, встал и уже что-то требовал по телефону. И вторая. Два других объекта решили свалить. - Я думаю, это уже не будет новостью, но дамы решили удалиться. - спокойно сказал я. - Мне их догнать? Конечно, вопрос был крайне глупым, но задать его всё же стоило. В ту же минуту, словно из воздуха возник неизвестный. Он повторил моё сообщение об убегающих двойняшках и так же неожиданно исчез, как и появился. - Ну что за день, - с досадой сказал я, - Сначала насекомые, словно казнь египетская, потом птицы, за ними шаман, а теперь ещё и хрен с цилиндром. Цирк какой-то. В этой фразе был явный каламбур, так как мы на самом деле были в цирке. Я потянулся и сел на ближайший ящик в ожидании дальнейших распоряжений.

Dragon Keeper: Май 190…года. По прошествии нескольких недель с момента приезда, Владу начинало казаться, что на самом деле здесь не один, а два города. Один был белым, с новыми особняками и дворцами под голубыми крышами, но вокруг него и даже под ним располагался совсем другой, более старый город. Новому городу, возможно, не нравилось присутствие старого, но обойтись без него он не мог. Ведь кто-то и где-то должен готовить, стирать, убирать.. в общем делать все то, отчего верхний город выглядел так привлекательно. Владислав Долохов после стольких лет проведенных в различных уголках света, не без оснований мог сказать, что является знатоком и гурманом многих кухонь мира. Но, только приехав сюда, он осознал, что все его знания - полная ерунда по сравнению с тем, как готовили в Орлеане. На Родине, в своей дорогой сердцу Венгрии, Владек никогда и слыхом не слыхивал о креветках, лангустах или омарах. Потом, конечно, жизнь побросала его и множество блюд он перепробовал, но что бы так как здесь?… На его взгляд, жители Орлеана просто выходили на берег плодородной дельты "Старика" и собирали все, что давала им кормилица-река. Хороший повар из нижнего города мог бросить в кастрюлю горсть этого собранного чего-то, добавить несколько палых листьев и щепотку-другую каких-нибудь травок с непроизносимыми названиями, но из всего этого получалось такое блюдо, попробовав которое, вы раз и навсегда понимали, что такое праздник желудка. Владислав с любопытством ребенка разглядывавшего все вокруг, неспешно шагал через рынок нижнего, многонационального города. Мимо клеток со змеями и связок загадочных волосатых растений. Мимо поддонов с устрицами. Мимо и вдоль, и поперек, посмотреть, пощупать, понюхать здесь было на что. Потом он ненадолго задержался у небольших ларьков, в которых за пару пенни можно было попробовать какие-то странные похлебки и пирожки с моллюсками. Влад пробовал все подряд. Он получал несказанное удовольствие. Наконец, прикончив тарелку жаренной рыбы, Владислав вымыл руки в небольшой полуобрушенной чаше фонтана стоявшего посреди рыночной площади и огляделся. Чуть поодаль от остальных ларьков, прямо у реки, стояла очень ветхая с виду хижина. Вывески над ней не было, но перед входом над небольшим костерком нежно булькал котелок. Рядом с котелком, сидя на корточках и старательно дуя на угли, сидела девушка. Тоненький, будто очерченный карандашом на фоне голубого неба, силуэт. Копна длинных темных волос и множество звеняще-шелестящих браслетов на руках… Владислав отправился к хижине и заглянул в котелок. Что-то то и дело всплывало с его дна, а потом снова исчезало в глубине. Большей частью варево было бурым. Время от времени, на его поверхности образовывались пузыри, они росли, росли, а после липко лопались с характерным «блоп». В этом котелке могло вариться все что угодно. Вполне даже могло оказаться что, в данный момент, там зарождалась ну или трагически обрывалась чья-то жизнь. Нельзя не сказать, что Влад ни на секунду не засомневался… но, в конце концов, ведь его брат был врачом! Он решительно вздохнул и спросил: – Ничего, если я это попробую? – поинтересовался он голосом ребенка уже протянувшего ладошку, чтобы погладить здоровенную псину. Фигурка разогнулась и встала напротив. И Влад, кажется, забыл как дышать. Перед ним, едва прикрытая разноцветными лоскутами одежды, стояла прекраснейшая из девушек, которую Владу доводилось встречать в своей жизни. Пока он стоял пораженный ее красотой до глубины души, девушка взяла с небольшого табурета, что стоял рядом, черпак и слегка помятую железную миску. Так же молча, она зачерпнула в котелке серо-бурого варева и протянула миску Владеку. Владислав немного помолчал, слушая отдаленные звуки рыночной суеты и собираясь с силами. Потом взял предложенную ложку и успев вспомнить, что он и так уже мертв, зачерпнул и съел пару ложек. – И как это называется? – Гамбо. – Вкусно. – Знаю. – Эмм, а вы…? – Владислав чуть поморщился, никогда ему еще не казалось таким трудным знакомиться с девушками. - Я – Мэрион. А ты - Влади, дитя ночи. - Но.. а ты видимо не просто повариха, да, Мэрион? Судя по вот этим нескольким, очень знакомым мне амулетам, увлекаешься колдовством, мм? Они стояли и смотрели друг друга как заговорщики, которые, обменявшись паролем и отзывом, ждут, что будет дальше. – Там, откуда я родом, таких называют ведьмами, – негромко произнес Влад. – А там, откуда родом я, мы называем это вуду, – сказала Мэрион и улыбнулась. Молодой человек чуть прищурился: – Это что-то вроде возни с разными там куклами, мертвецами и прочим? – Ровно в той же степени, в какой ты спишь в гробу или носишь черный плащ с красным подбоем – спокойно парировала Мэрион. – А, – глубокомысленно отозвался Владек. – Я кажется, понял, что ты хочешь сказать. Девушка тихонько засмеялась в ответ, будто еще раз, кто-то невзначай тронул ее браслеты…. Она стояла так близко, и была так очаровательно молода и прекрасна… эти большие темные озера-глаза, эта нежная кожа оттенка кофе с молоком.. эта энергия жизни, которая исходила от нее… Влад качнулся вперед, и наклонился к ее губам, а девушка опередила его.. ее губы были такие живые, такие теплые, и Владу хотелось пить их, пить без остатка… Сначала появился аромат, шлейф его, запах, тяжелой удушающей волной, надвинулся, нахлынул следом как жаркая тропическая ночь. Запах болота, его липкой жижи, приторный запах цветов, что благоуханием своим и неимоверной расцветкой ни раз вели неосторожного путника на погибель.. - Бабуля, это, Влади, помнишь ты говорила, что скоро придет темный незнакомец? Ему понравилось наше гамбо… - Еще бы не понравилось, ведь варилось оно именно для него… - мягкая, черная, похожая на старую кожаную перчатку, ладонь похлопала Влада по плечу, отчего он, кажется, на несколько сантиметров ушел в мягкую податливую почву. – Идемте, молодой господин, нам надо поговорить.. объявился недавно у нас здесь один князь… А нескольким позже были дом на сваях и кресло-качалка на его веранде. Были разговоры с матушкой Гоголь о мистической, магической силе этих мест, подпитываемых духами болот. Был черный петух на прогибающихся перилах мостков, и было чучело в цилиндре и фраке, которое однажды… Тонкий фиолетовый налет магии лег, окрасил все вокруг в дрожащие контуры и цвета. - Мэрион.. – Влад выдохнул ее имя в холод февральского вечера, и казалось на миг окунулся в жар тех ночей. Ее стройное горячее тело, такое желанное, такое волнующее.. ее объятия, которые могли его согреть хоть ненадолго… Поэтому так заулыбался Влад вдруг откуда-то появившемуся и так же, через несколько мгновений, исчезнувшему господину: - Не бойся, Легба, мы их не упустим! – и рассмеялся, совсем по-мальчишечьи, так, как будто после долгого-долгого странствия, он вдруг увидел в конце дороги знакомые ворота. Ворота дома, за которым его еще помнили и, возможно, ждали.. - Вперед! Тень, вы идете со мной, Вы мне можете понадобиться, а особенно ваш шаманизм, я думаю. Айзек! - Долохов опять ожил и вновь начал действовать быстро и четко – Мистер Казати, еще раз большое спасибо и больше так не делайте! – Хлопнул своего спасителя по плечу и опять улыбнулся, на сей раз действительно искренне – Дождитесь машину и сдайте им таракана этого, хорошо? Потом попробуйте нагнать нас.. кажется, больше я не намерен разбрасываться такими кадрами… - Фенрис, а вы? Что сидите с таким видом, будто ничего не случилось, а? Девицы Дрейфус пытаются сбежать от нас, быть может мы им помешаем, как вы считаете, мм? - Вампир хлопнул в ладоши, призывая внимание - - Все, вперед, ребята, и я думаю, нам всем стоит пробежаться. Они настигли неразлучную парочку в конце одной из аллей. Представляя собой странную разношерстную компанию, они наверняка превалировали в силе, но пока нерешительно застыли, глядя на этих двух, идентичных во всем, девчонок. - Дамы, - Долохов как главный, наконец, сделал шаг вперед – вы понимаете, что сопротивление бесполезно, не правда ли? – и улыбнулся. Он все еще слышал легкий отголосок гулкого барабанного боя, а это значило, что в случае опасности, за его спиной будут не только крылья..

Umbral: - Давненько я не попадал в подобные ситуации. - Негромко произнёс себе под нос Бэйтс, осматривая каждого участника этой приватной вечеринки для сотрудников правительственной организации и психопатов с высшим уровнем опасности. - Уж скорее тебя здесь не должно было быть, Праотец, нежели меня. - С небольшой ухмылкой поприветствовал Фенрира Дэрек. - Неужели ты решил "легализировать" себя в их гнилом обществе? - Иронично спросил оборотень, после чего, многозначительно посмотрел на Казати, и кивнул ему в ответ. - Ты был слишком жалок, Владек, будучи пожираемым теми миниатюрными шедеврами природы. Я не мог оставить тебя в подобном положении. - Слегка нагло заявил оборотень, но говорил он разбавляя всё доброй усмешкой и достаточно дружественным огнём в глазах, хоть прекрасно понимал, что подобное обращение могло запросто вывести вампира из себя. - М... За ним заедут? - Вопросительно кивнув на корчащегося Ренфилда, спросил Лупус, обращаясь неведомо к кому конкретно. Но уже через несколько мгновений Владек сообщил группе, к котрой Дэрек с радостью примкнул, хоть и был слегка разочарован отсутствием симпатичных барышень. Впрочем, барышень в группе не было совсем. Зато им предстояло задержать неких девиц Дрейфус, что, конечно же, подлило масла в пламя интереса оборотня. И спустя пару минут, сотрудники Оружия нагнали двух миловидных дам, в которых ощущалось нечто странное и опасное. Дэрек держался позади всех, но как только группа остановилась, оборотень незаметно скользнул по краю аллеи, и едва уловимо зашел за спины сестёр, внимание которых больше было сосредоточено на центровых группы преследователей. Но даже если бы они и заметили обошедшего в нескольких метрах мужчину, ничего бы не смогли ему сделать в виду расстояния между ними, и в виду обоюдных возможностей. Неподвижно и бесшумно, оборотень стоял в нескольких метрах за спинами Дрейфус, готовый пресечь их попытку к бегству, а духи были готовы помочь отразить практически любую атаку, ведь не зря столько опасных личностей охотились за ними двумя. Я очень сильно извинияюсь за это... Это.. Ну это... В общем, за "это", что написал. Но в данный момент ничего не могу поделать.

Black Bolt: Простейшее цирковое представление, коим молодые родители тешат своих одновременно и себя, и своих детей, зарождая во многих эту классическую боязнь клоунов с истерическим смехом и бешеными глазами, могло в любой момент превратиться в арену бессмысленного насилия и хаоса, когда беззаботный смех сменяется криком и мольбами о помощи, а глаза, наполненные радостью и наивностью, в одночасье лишаются огня жизни, энергии и воли. И сейчас сотни подобных взглядов были буквально прикованы к статной фигуре человека, так любезно согласившегося помочь двум артисткам в их маленьком шоу, которое изначально, видимо, планировалось как медленная и сверх изощренная пытка для Грома, или вернее сказать - грамотное исполненное умерщвление Болтагона, так феерично замаскированное для пущего увеселения ничего не понимающей публики. Согласно первоначальной задумке близняшек агент Оружия должен был скончаться в течение какой-то минуты без особых телодвижений, выдававших организмом нехватку кислорода, сопровождающуюся всего лишь несколькими едва заметными рывками в надежде спастись, а затем подобно елочной игрушке, безмолвный безвольный объект плавно покачивался бы взад вперед, подобно тряпичной кукле. Однако шла уже, наверное, пятая минута, пока Блэкгар изображал из себя звезду сцены, иногда даже позволяя себе раскинуть руки в стороны, дабы чуть раззадорить публику, не имеющую ни малейшего представления, в какой опасности они находятся на самом деле. Канат едва-едва сдавливал шею, все шло как нельзя лучше до тех пор, пока Гром не ощутил, что небольшая давка, ранее бывшая в области груди и шеи, перестала существовать по факту, предоставив Блэкгару свободно висеть в воздухе на протяжении практически тридцати секунд. Плавное приземление, точно имитирующее ситуацию, будто крепкий мужчина имеет дополнительный крепеж, скрытый от посторонних глаз. Поднявшиеся овации и рукоплескания зрителей разного возраста. Проклятье, - одна мысль заглушила весь гул, в одно мгновение поднявшийся в цирке. Близняшек и след простыл, и Гром уже было собирался проследовать за ними за кулисы, однако возникший из ниоткуда конферансье преградил Болтагону дорогу, заставив последнего застыть на месте на полминуты, пока человек не отошел, дабы поблагодарить публику за столь щедрые овации и объявить следующий номер. Плавным, чуть торопливым шагом Гром двинулся в сторону кулис, с улыбкой на лице осматривая трибуны, будто выражая почтение всей собравшейся здесь публике. Скрывшись от гула рукоплесканий и счастливого смеха детей и попав в "служебные" помещения, где разноплановые артисты готовились к выступлению, Блэкгар заметно увеличил скорость шага и, аккуратно пробравшись сквозь толпу циркачей, вышел с черного входа, устремившись за преступницами. К счастью возможность полета значительно облегчила процесс поиска и Блекгар, увидавший своих коллег, нагнавших сестер, поспешил к ним. -...сопротивление бесполезно.., - донесся голос Долохова в тот момент, как Гром плавно приземлился в нескольких метрах напротив сестер, с противоположной от своих коллег стороны, таким образом практически полностью отрезав сестрам путь для возможного победа. Скрестив руки на груди, статный мужчина сначала мельком обвел взглядом всех присутствующих здесь агентов, чуть кивнув головой в их стороны, а затем вновь устремил взгляд на сестер Дрейфус в ожидании каких-либо необдуманных и глупых действий с их стороны.

Lonely Shepherd: [Планета "D-1368"] Сейчас, находясь в растерянном состоянии посреди газона парка Нью-Йорка, который Мишель тут же узнала по возвышавшимся над парком многоэтажным зданиям, одарённая не осозновала до конца всё то, что происходило с ней около десяти минут назад. Она сжимала в ладони серебристый кулон, не понимая, для чего он был взят. Для чего Мишель безмолвно согласилась взять его на сбережение? Кем был тот старик? Почему он доверил хранение вещи, за которой охотились те люди в боевых скафандрах, именно ей? Кто такой этот Охотник, и значит ли это, что теперь ей придётся ждать прихода этого самого Охотника? Впрочем, девушку наполняло чувство радости за то, что она вновь оказалась не в родном, но успевшем стать вторым домом, городе. Что она больше не находится на неизвестной враждебной планете, в окружении футуристических боевиков, которые сами не знали что делать, но благородно держали под своим крылом горстку выживших людей с моста. Да, Старик был прав насчёт того, что всю вину за те разрушения могли без проблем повесить на Мишель, ведь сами виновники произошедшего остались там, на той планете, вместе с Карнажем, Дубом и дюжиной попавших в межпространственную ловушку обыкновенных жителей Нью-Йорка. Это ужасно... Почему то Мишель чувствовала, что вот так переместить всех оказавшихся в том жестоком месте невинных людей Старик не сможет, и попросту не будет. Одарённая положила кулон в карман её чёрной длинной куртки, сильно испачканной и потрёпанной после путешествий по непроходимым джунглям. Всё это время, она шла по аллее, словно ничего и не было. Будто всего несколько минут назад, она не была похищенна из лагеря выживших противоречивым дендроидом, не слушала довольно феерического старичка, любящего ловить бабочек и умеющего в доли секунд перемещать людей из одной точки мироздания, в другую. Сейчас, Мишель хотела лишь одного - попасть домой. Да и большего ей не оставалось. Пока что. Ведь Мишель знала, что на этой ноте, история, в которую она ввязалась, сняв кулон с пальца дендроида, только начиналась. И не знала того, что всего через несколько дней, к Мишель явится девушка, с которой они пытались противостоять террористам на мосту, и сделает ей предложение, которое изменит всю дальнейшую жизнь одарённой. [Дом Камю.]

Game Master: Что такое непредвиденные обстоятельства? Или точнее – что такое никак не предусмотренные обстоятельства места, времени и события? Когда вам говорят кого-то поймать, вы не думаете, что охота будет сложной и обремененной еще чем-то, напротив, вы готовитесь к трудностям, но особого рода – трудности физического плана, сопротивление, резкое и жестокое, на грани смерти; порой добыча предпочтет умереть, чем сдаться, и никак вы не думаете, никогда (а следовало бы) – за простыми вещами скрываются более сложные, достаточно сложить разрозненные куски мозаики и получить общую картину, с ней и представление. Сестры остановились, переглянулись. Как два зеркальных отражения, как две копии одного и того же человека, разделенные неведомой силой, полностью идентичные, похожие настолько, что уже более будет невозможно. Тонкие ручки обнимали друг друга за талию и смотрели на окруживших их последователей то со страхом, то с вызовом и гневом, трудно было догадаться, что сейчас чувствуют циркачки, они и не хотели умереть, а с другой стороны – ничуть не страшились этого. Единственно от чего сестры желали отказать – возвращение обратно на остров. Да, ради попытки скрыться подальше и не попадать в клинику стоит рискнуть. Ради такого не жалко поставить на кон последнее, собственную душу и тело. - Их много. - Да. - А вон тот красавчик. - Миленький клыкастик. - Заведем себе такого? - Почему бы нет. Казалось, они даже не замечают опасности, пытаясь скрыться в разговоре с самими собой. Мимо проходили люди, некоторые не придавали значения происходящему, некоторые оглядывались, прочие останавливались, а затем спешили удалиться, предчувствуя неладное. Сестры сделали шаг друг от друга оглядывая каждого из преследователей. - Интересно, а он умеет целоваться? - Я тоже хочу проверить. Одна из сестер смотрела на Долохова, вторая изучала взглядом Бэйтса. Обе хихикнули, в своем природном женском кокетстве. Со стороны цирка раздались крики. Прохожие, недавно миновавшие группу одаренных, заторопились обратно. В скором времени на дорожку вышла одна из причин волнения людей. Львицы оглядела парк и направилась прямо к ближайшему от нее человеку, гулко рыча. Следом за ней из-за ограды вынырнуло пара волков, обе дрались из-за куска мяса, оставалось надеяться, что раздобыли они его в чужой клетке. - Зверушки. - Как мило. Искренняя ребяческая радость сестер, как холодной водой окатила агентов. Впрочем, не только это стало проблемой. Перед взором каждого из них все люди, включая самх мутантов, превратились в сестер Дрейфус. Сидевший на крыши клетки с тиграми негр крутил цилиндром на кончике трости. - Папа Легба доволен, очень доволен! – он вскочил на ноги, прошел от одного конца крыши к другому, театрально поднес руку к лицу, высматривая вдалеке группу агентов Оружия Икс. – Это был отличный гумбо! Да! Но ему никогда не хватало крови! Папа Легба исправил это! Улыбаясь во все зубы, негр завыл и зашелся в смехе, прежде чем спрыгнуть на землю и раствориться в выбегающей из цирка толпе.

Dragon Keeper: Перед глазами шелестели страницы досье. Менторским тоном звучал в голове голос Казати. ...Одна из них, Каролина…прикосновение.. смерть... Вспомнив, он принял вдруг совсем другое решение, чем раньше. Если бы он был здесь один, если бы он пошел на это задание сам, можно было бы еще о чем-то говорить, но за его спиной стоят люди.. живые люди. - Все - назад. Отошли все назад. Близко не приближаться, использовать оружие и навыки дальнего действия… Различить сестер не представлялось возможным. Они были так похожи, что Долохов мог бы поклясться, что даже собственные родители путали этих генетических уродцев. Владек прекрасно знал, каково это жить рядом с собственной копией. Они оба с Андрешем знали это и, не стесняясь, пользовались своим сходством. А еще, еще, находясь рядом, они усиливали способности друг друга. ...Значит и здесь все точно так же.. Но кто же из них кто… Кто опасен смертельно? Владислав досадливо поморщился и уже в сотый раз, наверное, выругался про себя. Какого черта он подрядился на это задание? Какого беса он взялся здесь всем управлять? На кой ляд он подставляет всех этих доверившихся ему бедолаг, у себя за спиной? Пойди он один, ну что бы с ним сделали эти девицы? ...Прекрасная Джулианна забрала бы, высосала душу.. У кого? У вампира? Ха-ха, очень смешно. А вторая, Каролина, кажется.. превратила бы в прах.. А знаете, милая Карочка, ведь я и сам так могу, ну то есть в прах.. Потом правда возвращаюсь, приучил себя, наконец, после стольких-то лет, носить с собой запаянную ампулу с кровью.. Да, и в конце-то концов, кто сказал, что я не хотел бы быть развеянным этим самым пеплом, пусть не над Гангом, за не имением под рукой оного, хотя, надо сказать, то еще болото, более грязной реки стоит еще поискать, но над Гудзоном тоже неплохо, а там и до океана рукой подать, вовсе и не страшно все это, а скорее даже наоборот – покой сулит и отдых.. Но даже вампиры по многим статьям должны этому миру. Влад хотел, наконец, достучаться до брата, и опять же Лайтмен, тот еще босс в кавычках, но он рассчитывает на помощь Долохова, и зная его характер, можно быть уверенным на все сто, что даже стань Владек пеплом, проклятья Кэла не оставят его даже в таком состоянии. Ну и было еще одно дело. Дело, над которым Владислав, с переменным усердием, думал уже больше сотни лет. Думал упорно и одно время даже начал подыскивать кандидатуры для проведения эксперимента. И этой проблемой действительно следовало бы заняться более чем вплотную. Ведь что плохого совершили их предки, если они с братом вдруг решат оборвать династию? А, между прочим, в Венгрии, в одном из предместьев до сих пор стоит дом… Дом, который периодически реставрируется и восстанавливается. Дом, в котором однажды родилось двое мальчиков-близнецов. Так неужели в этом доме никогда вновь не зазвучит детский смех? По всему этому выходит, что умирать Владеку еще действительно рано. А значит надо опять брать себя в руки и драться, сражаться, выкарабкиваться, бороться.. baszom az anyad… Долохов не стал долго думать, оглянулся по сторонам, неподалеку заметил серую сталь пруда и усмехнулся. Резко шагнул назад и взмахнул руками. Повел плечами, будто прикидывая вес… Глубоко вздохнул, присел и пружиной разогнулся, бросил вперед невидимый мяч. В его руках незаметный, этот шар воды, призванный и брошенный в защиту сотрудников Оружия, зародился, поднялся тяжелым шаром над стылой поверхностью декоративного пруда и, повинуясь магии вампира, рванулся вперед. Сестер, все еще находящихся в объятиях друг друга, окатило, умыло холодной мутной водой. И может, этот душ и не стал бы решающим в сражении, если бы следом за первым ушатом, Влад не вылил на них второй и третий. А, после, победно улыбаясь прямо в глаза сестрам, резко не сжал в кулак направленную в их сторону руку. Сжал так, что побелели костяшки пальцев, сжал так, что на его ладони остались глубокие отпечатки его же собственных ногтей. Зато вода, вода, что пропитала одежду, волосы, обувь и землю на которой стояли сестры Дрейфус, в несколько секунд превратилась в крепкий и прочный лед, что сковал, прихватил и приклеил беглянок к месту. И тут Владу бы рассмеяться, расслаблено подойти бы к сестричкам, и довершить начатое. Заставить даже их кровь замерзнуть в венах, а может и не всю кровь, а лишь у одной, а у второй и попробовать.. Но откуда-то сто стороны цирка послышались крики. Крики ужаса и отчаянья. - Ну что там еще?! - Долохов ошарашено уставился на разбегающийся во все стороны зверинец шапито. – Черт возьми, но кто?! - Так, с водой я очень долго буду гоняться за ними.. Тень, Вульф, помогите разобраться с животными, это мне кажется как раз ваша стихия… А мы тогда сдаем куда надо девчонок и присоединяемся к вам… Владек вздрогнул и невольно дернулся, потерянно качнулся из стороны в сторону… вокруг него, плодясь и размножаясь, стали появляться, заменяя всех остальных, наведенные иллюзии сестер Дрейфус….

Umbral: - А ты знаешь, Владислав, твоя работёнка открывает предо мной многое, чего я не видел ранее, как бы внушительно это не звучало. Буду считать это очередным кусочком пазла моей нелегкой жизни. Ну что, господа бесплотные? Готовы совершить акт внеземного насилия? - Последний вопрос Дэрек задал про себя с усмешкой, обращаясь к дюжине хранителей, которые всегда его окружали, благодаря множествам тех оберегов, маниту и различных других напрямую связанных с нематериальным миром проводников в виде перстней, браслетов, амулетов и прочего. Помимо возможности связаться с духами-хранителями, они так же позволяли шаману повышать свой духовный и ментальный потенциал, служа чем-то, вроде ключа для раскрытия собственного потенциала, который следовало заполнять тем, к чему стремился сам практикующий. Но вот сейчас, перед Дэреком стояли две смазливые близняшки, к которым, оборотень, не смотря на свою тягу к прекрасному полу как человеческому, так и волчьему, не испытывал абсолютно никакой тяги. Он чувствовал их плоские души, которые искажали обезумевший и сродненный уродством, подобно сиамским близнецам разум. Оболочка. Сухая скорлупа гнилого ореха. Бэитс не знал, кто эти девицы, зачем их ловят и что они натворили, однако это не мешало оборотню абсолютно уверенно стать на сторону агентов Оружия, и, уже в ходе событий осознавая и догадываясь о причинах, помогать им с заданием, пусть его не ждали и не приглашали именно сейчас. Девушки о чём то переговаривались меж собой, и одна из них пристально рассматривала сунувшего руки в карманы пальто, высокий ворот которого был поднят, прикрывая до ушей от ветра, оборотня, чёрные солнцезащитные очки которого, в свою очередь, пристально следили за обеими, стоящими в близости дамами, коих, требовалось задержать. Но вот только почему никто не спешил этого делать, раз цели остановились и дают такую возможность. С ними явно что-то не так, и это что-то не ограничивалось явным безумием. Внезапно, к оборотню подлетел, и стал кружить над его головой один из оставленных с Казати и жуком воробей. Он принес шаману весть о том, что клетки зверей были открыты. Не долго раздумывая, оборотень стремглав помчался к цирку, замечая боковым зрением, как Владислав начинал колдовать со своей стихийной способностью. Тень не сомневался, что Загонщик справится с теми двумя странными девицами, которые вызывали у бывалого оборотня довольно неприятные душевные ощущения. Так же, Тень не сомневался и в том, что в цирке потребуется разобраться с вырвавшимися животными. Не прошло и минуты, как оборотень уже вновь находился возле цирка. Он остановился, поскольку резкое и специфическое ощущение, пронзило шамана как только он приблизился к цирку. - Вуду? - Ошарашено прошептал оборотень, принюхиваясь и осматриваясь по сторонам, не забывая осматривать любые возвышенности. И внезапно, его острый глаз сумел изловить чернокожего человека в костюме и цилиндре, восседавшего на крыше оставшейся полной тиграми клетке. Дэрек, маневрируя в сошедшей с ума от ужаса и паники толпе, пытался добраться до темнокожего в цилиндре, который, в это время высматривал события, происходящие на аллее с агентами и сестрами Дрейфус. До клетки, на которой находился негр, оставалось ещё несколько десятков метров. Оборотень пытался уловить запах незнакомца, но либо из-за слишком большого количества иных запахов (животных, людей) либо из банального неимения энного у этой особы, попытки лупуса остались тщетными. Как и его попытка добраться до него раньше, чем тот бы исчез. Незнакомцу в цилиндре хватило всего пары секунд, что бы бесследно скрыться в метающейся, словно рой горящих муравьёв, толпе. Оборотень остановился. Его кто-то задел плечом, но это не отвлекло Дэрека от попытки высмотреть эту странную особу в пёстрой толпе. Безуспешно. Дэрек недовольно причмокнул, и неспешно обернулся на человеческий крик, раздавшийся всего в нескольких метрах от него. Огромная львица набросилась на одного из посетителей цирка, и сейчас впивалась зубами в его шею. Никакая медицина не спасет больше этого бедолагу. - Они не поймут твоих законов. - Молвил оборотень, подходя и обращаясь к хищнице, чьи желтые глаза поднялись на странного человека, который лишь с виду напоминал ей тех, с кем она привыкла жить и выступать, но чувства подсказывали львице, что перед ней стоит нечто большее. Нечто более сильное и более значимое. - Я твой друг, и потому, я хочу, что бы ты разомкнула хватку. - Дэрек подошел вплотную к львице, и присел на корточки, под застывающим взглядом жертвы хищницы, в котором отражался немой крик о помощи и спасении. Джек-Из-Тени положил руку на мощную спину прирожденной убийцы, и та, не охотно, но всё же разомкнула пасть, выпуская окровавленную шею мужчины из ловушки мощных зубов. - Помоги мне, и я помогу тебе вернутся туда, где ты привыкла быть. - Говоря это, Дэрек приложил пальцы к обильно кровоточащим ранам мужчины, и прикрыл глаза. Он замолчал, а на его лице отразилась сильная сосредоточенность. Из под кончиков его пальцев стал пробиваться желтоватый, неяркий свет, и рваные раны под ним стали затягиваться, не оставляя после себя даже шрамов. - Ты скажешь, что обязан жизнью этой львице, иначе, я делаю так, что твои раны откроются вновь. - Ощущая возвращающуюся жизнь в тело этого человека, буднично произнес оборотень, и вытер испачканную кровью ладонь о куртку выжившего. Не прошло и шести минут, как все звери были успокоены посредством прямого вмешательства оборотня. дело оставалось лишь за дрессировщиками, которые должны были вернуть зверей обратно в их клетки. Единственное, что Дэрек попросил у них взамен на свою помощь, так это не прибегать к крайним мерам относительно особо отличившихся сородичей.



полная версия страницы