Форум » Нью-Йорк » Главный госпиталь Нью-Йорка 0.2 » Ответить

Главный госпиталь Нью-Йорка 0.2

Wolverine: Больница: «Princeton-Plainsboro Teaching Hospital» Центральное здание больницы - большое трехэтажное каменное здание, выстроенное в 1856 году. На первом этаже помещаются контора больницы, комната дежурного врача и фельдшера, квартира акушерки, комната служителей, приемная комната для больных и смотровая комната дежурного врача, комнаты аптеки. Так же есть квартира провизора, ванная, комната для временного помещения буйных больных, терапевтическая палата и кладовая комната. На втором этаже находится 8 палат - каждая по 16 кроватей, перевязочная, материальная, рентгеновский кабинет, кабинет для томографии и прочих анализов, операционная комната, а так же хирургические (женские) и гинекологические палаты, комната надзирательницы и туалетные комнаты. На третьем этаже располагаются палаты такой же величины, что и на втором, там лежат кожносифилитические и терапевтические (мужчины) больные. Здесь же располагаются комната для надзирателя, смотровая для сифилитических больных, туалеты. Описание подготовил Gambit

Ответов - 60, стр: 1 2 All

Pathfinder: Ден шел по больничному коридору, держа в руке пакет с фруктами и букет цветов. Вокруг него суетились врачи и пациенты, а он был воплощением хладнокровия среди этой суматохи. Он остановил кого-то из докторов: - мне нужна Молли Ширс, где ямогу ее найти? - спросил он седоволосого мужчину лет тридцати, бейдж которого говорил, что перед Деном доктор МакФриз. Врач внимательно осмотрел бесцеремонного молодого человека и нехотя ответил: - Палата 156... Ден отпустил руку доктора, улыбнулся ему, хотя улыбка получилась довольно паршивой, похожей больше на оскал, и двинулся дальше по коридору, осматривая номера палат. Наконец найдя нужную, он вошел без стука. В палате на кровати лежала перебинтованная молодая девушка. - Добрый день, Молли, - он подошел к столику справа от кровати и положил на него цветы и фрукты, - Вы меня не знаете, а вот я вас да...я не доктор но кое-чем могу вам помочь...Тебе достаточно назвать имя того урода, который сделал это с тобой и он не жилец... - произнеся это, Ден взглянул в глаза девушки, полные жажды мщения и безумной ярости. «Она красива» - отметил про себя Ден, и тут же оборвал себя на мысли об этом. она пережила слишком много ужасного, да и жива осталась чудом. - Мне нужно имя, только имя...

Molly Millions: Pathfinder Медсестра оставила ее с одними вопросами, на которые Миллионс сама стала отвечать. Во-первых, те выстрелы, скорее всего полиция. Буйно помешанная – ну, конечно же, феромоны, которых она надышалась от этого русского, и еще он что-то ей вколол. Афродизиак. И потом… Рука инстинктивно потянулась к груди, к тому месту, где билось живое и теплое сердце, едва различимая точка, рубец от укола. Но никаких последствий, ничего. Она по-прежнему жива, дышит, чувствует, ходит, сознание после нескольких часов сна вернулось к ней, ум аналитически работает и оценивает произошедшие события, чувства на пределе. Что же это? Ненавижу… В палату вошел незнакомец. По виду вполне обычный человек, мужчина лет двадцати-двадцати пяти, такого даже в толпе не заметишь. Ну, возможно приглянется из сотни, отметишь про себя привлекательную внешность и забудешь. В руках он держал цветы и фрукты. Так, родильное отделение вроде бы на другом этаже? Или я сотый клиент этого госпиталя? Она внимательно выслушала незнакомца, откинула черные волосы и несколько высокомерно посмотрела на него. Пусть в ее теперешнем положении это выглядело по меньшей мере смешно, но сейчас она любого человека, даже самого близкого, воспринимала как потенциального врага. - Имя? – взгляд метнулся в сторону двери и вновь вернулся к мужчине. – А с какой стати, собственно говоря, вы хотите помочь мне? Точнее говоря – почему? Как мило цветы в качестве взятки, что дальше – чашечка кофе и обручальное кольцо? - Вас кто-то нанял? Или на полставки Робином Гудом подрабатываете? – в голосе послышались нотки иронии, но все-таки она смягчилась. Ее злость была не из-за этого рыцаря в сияющих доспехах, явившегося неизвестно откуда. – Ладно, забудьте. Со своими проблемами я в состоянии справится самостоятельно, и мне не нужны помощники и уж тем более заступники. Нет, дружок, Омега разорвет тебя на части, и отправит по почте родителям. Я пойду с другого конца, как показывает жизнь, и уже неоднократно, для невидимки лучше всего подкрадываться сзади…

Pathfinder: Ден улыбнулся девушке и встав со стула, двинулся к двери. - Что ж удачи вам в решении ваших проблем с Омегой..., - сказав это он остановился, и ,представив себе ошарашеное лицо девушки, улыбнулся. Затем медленно обернулся и увидел, что Молли абсолютно не удивлена...«наверное она уже ничему не удивляется, хотя этого стоило ожидать...» - подумал он про себя. - Знаешь, я ведь тоже не простой человек...я - мутант, как и ты...откуда я знаю?запах может многое рассказать о человеке, как и о событиях...Ты можешь считать меня рыцарем, Робином Гудом, но я далеко не такой... Я - величайший грешник после дьявола, но и у меня есть кодекс чести...Чем меня заинтересовала именно твоя проблема? все довольно просто, ты - мутант, а собратьев я не оставляю в минуту беды, - сказав это, он снова взглянул ей в глаза. - так ты скажешь мне, что ты собираешься сделать или "До свидания, мистер"?

Molly Millions: Pathfinder Она уже мысленно попрощалась с незваным гостем, как сама для себя неожиданно вскочила с постели и закрыла перед ним дверь палаты. - Значит тоже мутант, и что? – пару минут она смотрела ему в глаза, силясь понять, розыгрыш это или парень говорит серьезно. Единственное, что она увидела это его возраст. Странно на вид «рыцарю» нельзя было дать и больше двадцати пяти, однако сейчас на нее смотрел скорее человек зрелого возраста, видевший такое, о чем сама Молли только слышала Прекрасно еще один на мою голову. Отпустить его на все четыре стороны и дело с концом. Найдет он Аркадия или нет… Странно, почему то мне не хочется чтобы он встречался с ним? Это что материнский инстинкт? Рановато…а может климакс? Так, я окончательно схожу с ума. - Найдешь ты Омегу Реда и, что дальше будешь делать? – с чего такая забота, Молли, он тебе никто. – Думаешь сразу убьешь его и мир лишиться еще одного негодяя, а откуда у тебя такая уверенность, что я законопослушный гражданин, может тебе меня надо в первую очередь уничтожить? Тяжелый вздох. И кем она себя возомнила. Пусть идет. Одним человеком больше, одним человеком меньше в этом мире. Однако ей было страшно, и как это ни прискорбно звучало, было страшно за Аркадия. Девушка тряхнула головой, черные волосы упали на глаза, такое странное чувство можно было списать только на остаточное действие афродизика. - Сейчас он слаб, почти ничего не видит, - продолжила она. – Однако как ты будешь его искать? Вряд ли он стоит на площади с табличкой на груди «Убей меня… Как твое имя?

Pathfinder: - Враги зовут меня Следопытом, потому что от меня невозможно скрыться, я найду в любом месте, а непробиваемая кожа и боевые навыки только поспособствуют выполнению задания... - неожиданно он достал из кармана нож и с силой ударил лезвием себя в живот на глазах у изумленной Молли.Нож не причинил Дену никакого вреда, даже следа не оставил. - Видишь, я не уязвим...только глаза и вески..., - «Боже, ДЕН, зачем ты это ей говоришь?ты ведь ее совсем не знаешь!!!» кричал его разум, но что-то заставляло его верить девушке... - плюс ко всему этому обостренные чувства, так что найти Омегу мне не составит труда..., - он посмотрел ей в глаза и понял, она все еще не верит ему... - У каждой слезинки есть своя цена, а меня можешь считать сборщиком этой платы..., - с этими словами он открыл дверь, но на пороге развернулся и сказал: - выздоравливай Молли, надеюсь наша следующая встреча будет приятней..., - и он ушел оставив девушку наедине с ее мыслями... ====> Комната в особняке братства

Molly Millions: - Следо..? – она не успела закончить предложение как он уже достал нож и продемонстрировал ей свои особенности. Внутри нее тяжело и сокрушенно застонала Салли. Боже! Еще один регенерат-дегенерат! Вот откуда вы беретесь только? Ни манер, ни приличия, только возникаете в жизни, а потом уноситесь черт знает куда, кстати, возьми на заметку – найти Гайдена раньше Омеги…если доковыляешь до выхода. Она слушала его не прерывая, а затем также проводила взглядом. - Удачи, парень, - саркастично улыбнулась она и произнесла полушепотом. Сомневаться в его решимости не приходилось, однако страх, который она испытала прошедшей ночью, все еще жил в ней, потому Миллионс сейчас меньше всего хотела думать о чем-то самоубийственном и рисковом, что было связанно с русским. Она оглядела палату – цветы и фрукты. Как мило. Главное это всегда придерживаться хорошего тона, быть всегда вежливым, эстетика и этика жизни диктует нам, что даже в безвыходной ситуации можно найти решение, любое. Нередко слова и жесты действуют гораздо сильнее оружия. И у него должны быть слабые места… Она уперлась спиной в стену и вновь тронула рукой рубец на груди. Танк только с виду неприступен, внутри всегда сидит начинка из людей. Слабые, безвольные, которых легко напугать, жаль, что я не могу проходить сквозь поверхности, а только создавать иллюзия своего отсутствия…. - Мисс Салли Ширс, время… Поднос с лекарствами выпал из рук медсестры. Палата была абсолютно пустой. Так она видела. На самом же деле, Молли молча наблюдала за человеком и подмечала интересные для себя детали. Минусов было много – она ранена, и потому вряд ли сейчас сможет лихо скакать по крышам города, она не знает куда идти, потому как дом уже не является такой уж крепость, а главное - она не знает кто ей может помочь и нужна ли помощь как таковая. Конечно тот парнишка, Следопыт, настроен был решительно и в словах его не было ни доли шутки или издевки, но полагаться на случай, все равно что идти по канату с закрытыми глазами, когда внизу бурный поток горной реки. Невидимая рука обхватила медсестру за шею, закрыла дверь. Халат был несколько велик, обувь тоже, но этого было вполне достаточно, чтобы дойти до подземной автостоянки, выбрать самую неброскую машину, и конфисковать ее на пользу государства, так сказать. Сейчас она следовала только в одно безопасное место в этом городе, где можно было подумать, где можно было расслабиться и в то же время окончательно решить свою дальнейшую судьбу. Она следовала в убежище чудовища, которое сейчас было надежнее сказочного замка. ----->Убежище Майкла Морбиуса

Bombist: Согнув руку в локте и задумчиво поглаживая подбородок, Санни не спеша оглядывался по сторонам. В пространстве, окруженном светом, не было ничего примечательного, если не считать того факта, что странный белоснежный коридор, прятавшийся за потайной дверью, находился в обычном с виду госпитале. Услышав голоса своих спутников и словно вынырнув из иного измерения, Бомбист закатил глаза и покачал головой, всем своим видом выражая недовольство сложившимися обстоятельствами. Пожалуй, остаться в столь тесном помещении наедине с влюбленной парочкой – не предел мечтаний, тем более, если эти мечтания принадлежат такому человеку, как Александр Тьерри. С тех пор, как жизнь зло посмеялась над его чувствами и растоптала в луже грязи влюбленное сердце, Санни не желал ничего знать о таких понятиях, как любовь, привязанность, необходимость. Утоляя вполне естественные потребности организма, парень не желал связывать свою судьбу с кем бы то ни было. Да и как он может говорить о любви, когда единственным его желанием на ближайшие десятилетия является полное уничтожение мира? Шэдоу было открыл рот, чтобы выразить все свои умозаключения относительно поведения Пиро и Санаэ, как вдруг в нагрудном кармане куртки раздался характерный звонок, оповещающий о получении смс-сообщения. Немного удивленно приподняв бровь, Санни полез в карман и достал из него свой мобильный телефон. Удивление парня легко можно было объяснить тем, что он никак не ожидал того, что заблокированные стены госпиталя пропускают сигнал. Нажав кнопку ОК и бегло прочитав сообщение, Шэдоу неожиданно резко сорвал с глаз солнцезащитные очки и неверяще уставился на маленький экран мобильника. Он мог спокойной принять любое известие…любое, но только не такое. «Я жду ребенка…от тебя», - вот те роковые слова, которые вызывают панический страх у нормального мужчины. Исключением являются лишь те счастливцы, которые прожили в браке по меньшей мере пять лет. Но так как Бомбист в браке не состоял, то перспектива стать отцом его не особо воодушевила. Всегда загорелая кожа парня как-то чересчур быстро побледнела, делая его похожим на оживший труп. Рот приоткрылся в немом крике, а пальцы, сжимающие мобильный телефон, начали нервно подрагивать. Вот уж поистине странно: Шахран, годами вытравляющий из своей души какие-либо чувства и эмоции, в один миг утратил опору под ногами. И, казалось бы, из-за чего? Из-за потенциального младенца, который не способен причинить вред хоть одному живому существу. Но дело было не только в этом. Способность тела двигаться со скоростью звука давала те же возможности и мыслям. В голове парня за одну минуту промаршировали в ускоренном темпе все возможные последствия нежелательной беременности. Причем на первом плане фигурировали вовсе не грязные подгузники и крики по ночам. Просто появление на свет ребенка как-то не очень хорошо гармонировало с планом о масштабных разрушениях. Конечно, выход есть – аборт. Хотя…Санни никогда не считал аборт выходом. Этот человек, лишенный моральных принципов и основ, проявлял удивительную убежденность в вопросах того, стоит ли прерывать незапланированную беременность или нет. Лезвие его кинжала не единожды скользило по глотке очередного «заказанного» мутанта, но убить ребенка. Убить свою кровь… Борьба, которая мучает людей месяцами, для Бомбиста завершилась в течение одной лишь минуты. Снова водрузив очки с круглыми стеклами на нос, парень быстро написал ответ и убрал мобильный в сторону. Чтобы не случилось дальше, он не позволит Ванде решать судьбу их ребенка самостоятельно. И хотя счастливым папашей мутант себя не ощущал, но и конца света он пока что не наблюдал. Нужно уметь расставлять приоритеты и на данную минуту основной задачей являются поиски выхода из этого чертова госпиталя. Желательно, как можно скорее. Услышав за потайной дверью шум, Санни поднял глаза и различил около пяти красных объектов, которые беспокойной осматривались по сторонам, в поисках нарушителей тишины. Мутант жестом предостерег Джона от излишнего применения огня и направился вперед по коридору. Немногочисленные двери были заперты и хотя Бомбист мог их без труда открыть, делать этого он не спешил. Время от времени поглядывая в сторону своих друзей, чтобы убедиться в их присутствии, парень достал из кармана свои успокоительные пилюли. Закинув в рот сразу несколько таблеток, Санни прикрыл глаза. Его зависимость от наркотических средств давно перешла все допустимые нормы, тем более, что после многолетних тренировок он научился владеть своим даром и без воздействия из вне. Убрав коробочку обратно в карман, Бомбист заметно повеселел. Или нет? Теперь его обычное спокойствие и равнодушие снова преобразились в легкомысленную бесшабашность. Раздавшиеся выстрелы заставили мутанта задорно улыбнуться, в предвкушении увлекательной игры, но к огромному разочарованию парня, Пиро опередил его, пустив по коридору огненного зверя. Проигнорировав волнение спутников, Санни все же прошел в ту сторону, где находились солдаты и удрученно покачал головой. Чудо-костюмы не сумели впитать в себя огонь, что было вполне понятно. Естественно, если бы Бомбист удосужился применить в борьбе против военных энергетические шары большей мощности, то также смог бы легко с ними расправиться. Но разве это интересно? Шахрану куда больше нравилось смотреть в глаза своей жертве, наслаждаясь ее последним вздохом. Вот и сейчас, глядя на обожженных людей, мутант потянулся к своему пистолету. Вытащив его из кобуры, он медленно подходил к каждому из них и, наклоняясь к самому лицу, ласково улыбался, уперев в грудь ствол пистолета и выпуская в сердце пулю. Покончив таким образом с тремя солдатами, Санни вернулся к своим товарищам. - Два варианта. Узнать или убраться… Жду… - продемонстрировав чудеса красноречия, тихо проговорил Бомбист. Это была одна из его особенностей, которая раздражала многих людей, не встречающихся с таким явлением ранее. Когда наркотики начинали действовать на мутанта, он становился преступно немногословным. Те несколько слов, что он проронил, означали следующее: «Я вижу только два варианта. Либо мы идем до конца, чтобы узнать правду об этом сумасшедшем госпитале, либо направляем все свои силы на то, чтобы убраться. Времени мало, решайте…» По коридору снова разнесся топот ног, говоривший о приближении очередной группы солдат. Кивком головы указав на дверь, Санни направился к ней. Легко вырвав замок вместе с куском дерева, парень прошел внутрь и дождался, пока Пиро и Санаэ последуют его примеру. Чтобы хоть как-то выиграть время, парень ускорился в сто крат и уже через несколько секунд дверь была забаррикадирована сподручными средствами.

Pyro: Оффтоп: Долго и старательно думала, учитывая и всё сказанное в Аське, но таким образом расхлёбывания заворота получился какой-то бред... Бомбист, Санаэ, если что, говорите, отредактирую без вопросов. :\ Огненный зверь вскоре растаял, чуть только стало ясно, что больше он ничем помочь не может. Да еще и Санни со своими таблетками (да-да, от внимания это не укрылось) оптимизма не прибавил. Может, оно и к лучшему, что он нашел способ как-то притуплять свои взрывные способности, но ТАКОЙ способ... скажем, не радовал совсем. А уж эта подозрительная весёлость... и то, что он вышел прямо на солдат вслед на "фантомом"... Зная друга, Пиро предпочел отойти от прохода еще на несколько шагов назад, попутно оттесняя и Санаэ - мало ли, что Шэдоу на ум пришло... Но тут опасения его были напрасны - Бомбист обошелся тремя выстрелами, разнесшимися звучным эхом по коридору и сопровождающимися гулкими ударами бездушных тел об пол... "Ну, ладно... сойдёт." - подумал Джон. - Два варианта. Узнать или убраться… Жду… - продемонстрировав чудеса красноречия, тихо проговорил Бомбист, возвращаясь в смежный коридор к нему и Энерго. Аллердейс без долгих раздумий состроил гримассу, мол "и так это ясно". Санаэ, судя по виду, была того же мнения. - Убраться, конешно... - буркнул парень, решив, что добавлять "пока не застрелили" не стоит. Мало ли, что еще тут могло быть, а они ведь на самом деле бессмертными прозыватся не могли. Джону вообще на сегодня приключений подобного рода уже хватило сполна. Что же до Санаэ, то он вообще категорически не желал подвергать её риску подобного масштаба. Послышался топот ног, и задумавшийся парень почувствовал, как его куда-то тянут - за Бомбистом в какое-то помещение. Оно же потом весьма забавным образом оказалось забаррикадировано изнутри. Под хор зловещего топота в помещении повисла пауза. Надо было искать выход, и срочно - завал у двери долго не продержится... а кабинетик-то был тупиком... - Ну, шо делать будем? - спросил Джон, проведя рукой по и без того торчащим во все стороны волосам. - Идеи принимаются... В дверь в этот самый момент принялись долбатся, причём весьма настырно и грубо - если бы не шкафы и перевёрнутые столы, пули наверняка бы уже всех и вся изрешетили. Джон, на всякий случай, снова зажег огонёк, готовый в любой момент познакомить нападающих с еще одним пылающим зверем, на сей раз уже куда более кровожадным. - Отойдите... - донесся едва слышимый голос Бомбиста, и один только тон говорил о том, что лучше не перечить. Мыслительному процессу того было дано больше времени и возможностей в виду повышенной скорости, в этот раз уж точно на счастье всех... Делать нечего, пришлось удалится в другой конец кабинета, как можно ближе к стене. Ну а дальше... дальше можно только жалеть пробитые насквозь стену и пол, точно так же, как и подчистую заваленный коридор. Думать было уже некогда. Направив еще одного "монстра" ураганом по коридору, чтобы не дать этим спецназовцам добратся до них, Джон, как и все остальные, перебрался на нижний этаж. Дальше им повезло - они почти сразу наткнулись на лестничный пролёт, который сверху был целиком заперт. Решетки долго сопротивлятся не смогли и вскоре были успешно переплавлены в малопривлекательные жидкие серебристые лужицы.. Видимо, вся основная масса этого отряда была сконцентрирована наверху - внизу, почти у самого выхода, им попался всего один злой дядь, и тот оказался моментально убит из пистолета Санни старым проверенным способом. И, уж не знаю, как остальные, а вот Джон вывалил на свежий воздух с нескрываемой радостью. "Так, а теперь, нужно убиратся отсюда, и как можно дальше..." - подумал Пиро, вернул взор к Санаэ и чуть не упал. Февраль на дворе, а она в соверщенно летней одежде и вообще босиком! На морозе-то! Не удивительно, впринципе, что еще совсем недавно у той температура зашкаливала... Безо всяких лишних раздумий Сент снял с себя куртку, в буквальном смысле натянул на девушку и подхватил ту на руки. На самом остался только не самый тёплый свитер, но ладно, отогреется еще, не смертельно... куда уж денется... Санни, тем временем, уже махнул им рукой и скрылся из виду. "До встречи, друг.." Вот они и остались вдвоём, на холоде зимних промёрзлых улиц... Очень хотелось посидеть где-то в тепле, поговорить по душам.. Но от всего этого Аллердейсу пришлось отказатся - ну не мог он её такому риску подвергать!.. Вообще находится с ним сейчас опасно было, в виду того, что его разыскивает весьма компетентный и профессиональный убийца... нет, надо бы сначала разобратся со всем этим, а уж потом видится с близкими людьми, и, тем более, проводить с ними время... Наскоро объяснив сложившуюся ситуацию любимой, он спросил у неё о том, есть ли ей, куда ехать. Получилось это совсем жалобным и грустным голосом, ведь он на самом деле не хотел с ней расставатся... Оказалось, что да, было. Где-то от этой новости Джону отлегло от сердца, но всё равно ощущение тяжести осталось. Чуть подрагивая от холода уличного и сореваемый лишь теплом любимого человека, Аллердейс отнёс её к ближайшей стоянке такси, где и усадил в машину. - Люблю... - тихо сказал он, приобняв и поцеловав на прощанье. "Еще увидимся, надеюсь..." - подумал он, с грустью смотря вслед уезжающей машине. "Удачи! Звони, пиши.. буду ждать..." Ну а дальше... что дальше. Куртку он оставил ей, и только сейчас понял, что снаружи даже холоднее, чем он о том думал. А согрется "обычным" способом не выйдет, нельзя привлекать к себе лишнее внимание... \Квартирка Джона Аллердейса\

Captain America: /Банк на Уолл-Стрит\ Кеп медленно встал с койки осмотрел палату. В ней он был не один. Ещё был двое стариков, которые удивлённо смотрели на Америку. -Ну подумаешь, слегка потрепало!- возмущённо говорил Капитан.-Что такого-то, м?, подолжал он. Дедки не отвечали Стиву. Хотя какие они для него дедки. Роджерсу девяносто два года, а им лет под восемдесят. А может они удивляются, что герой в синем трико? Ну во всяком случае не смеются. Кеп хмуро глянул в сторону удивлённых людей и самодовольно хмыкнул. - Так-с...нужно уходить отсюда...Нью-Йорк в опасности. Нужно спешить!, Стив сделал один шаг и упал на четвереньки. Идти было сложно, но ветеран переборол себя и смог-таки дойти до выхода из палаты. В коридоре было просторно и очень даже спокойно. В основном в госпитале были пожилые люди и это ни чуть не смущало Капитана. Он пытался идти спокойно, но это ему не удавалось. Правильно, сколько он здесь пролежал! И вправду, сколько? Все мышцы страшн болели и сковывали движения героя. Тот на каждом шагу, наровил упасть. Вот так всегда- какой-нибудь грабила отдубасит Кепа, а тому в больнице лежать. Кстати Носорог не тдубасил, а просто метнул Америку в стену. Какая раница? Эффект-то тот же... Покалеченному Стиву медсестра вернула щит. Довольный ветеран пощеголял к лифту и спустился на первый этаж. Дальше он направился осмотреть город. /Квинс\

Dazzler: >>>Алькатрас Кто-то упорно и назойливо стучал молотком по стене, даже не молотком а кувалдой. Звуки отзывались в голове с утроенной силой.Где-то далеко послышался стон. Она попробовала открыть глаза, казалось веки весили полтонны. Промучавшись пол минуты, брюнетка наконец-то открыла глаза. Все расплывалось, да так, что брюнетка могла видеть только силуеты стоявших неподалеку людей. Сново послышался стон и один человек из стоявших неподалеку людей подошел к ней. - Она очнулась.- голос как удар молотом отдался в голове девушки. Свет в палате замигал и погас на мгновение.- Какого?!- воскликнул голос намного громче в этот раз. Искре захотелось ударить оравшего человека башкой об стенку, раз эдак 5, что бы наверняка. Она было потянулась к стоявшему, но резкая боль в боку быстро успокоила ее пыл. Вновь раздался страный звук, похожий на стон. Из неоткуда вынырнул силует в белом халате. Бубня что-то успокаивающее человек повертел что-то в руках, а затем Элисон почуствовала легкую боль в правой руке. Силуеты стали еще расплывчивей, глаза сами по себе закрылись и все окунулось во мрак... Блэр резко открыла глаза. Все вновь было расплывчатым. Девушка сконценрировалась на вазе, стоявшей на столе. Потихоньку силует становился четче и под конец Искра могла нормально видеть окружавшие ее предметы и двух мужчин в полицейской форме, мирно сопящих на скамейке около выхода. - Мило... как я сюда попала, скажите мне кто нибудь...- подумала Элисон.- Копы, ничего хорошего это не обещает, надо отсюда мотать... Мутантша попыталась поднятся с кровати, но ее остановили куча проводков и резкая боль в правом боку. Кое-как удержавшись от крика, брюнетка трясущемися руками стала выдерать проводки, перед этим усмотрительно вцепившись зубами в подушку. - Остался только один...- облеченно подумала Блэр и вытыкнула последний провод. По палате раздалося пищание.-Черт...-Элисон схватилась за раскалывающуюся голову. В ту же секунду стоявший неподалеку аппарат вяло пикнул и расплавился. Но громкий звук уже разбудил сидящих копов и один хотел было ринутся за врачом. Кое-как сосредоточившись Блэр нехорошо посмотрела на охранника и перед ним вдруг резко вспыхнул шар, невероятной яркости, от чего тот был ослеплен и без сознания упал на пол. Второй охранник, подскочивший к Искре получил по затылку,стоявшей на столе бутылке, с какой-то жидкостью. Пискнув он тихо упал на пол. Облизнув пересохшие губы, Блэр охая и кряхтя сползла с койки, держась за правый бок. - Ну и что дальше?Прелестно...- она разраженно сжала зубы.- Надо отсюда выбиратся...проблема в том, что тут тихо, как на кладбище..хотя нет там повеселее будет...- даже в этой ситуации Блэр умудрялась ехидничать на всевозможные темы. Оккуратно подойдя к двери, она ее приоткрыла и выглянула в корридор, в котором к ее превиликому удивлению никого не было, кроме одного сидящего на стуле копа. Тот мирно храпел. К счастью этого звука хватило для того что бы преобразовать из него подобие каната. -Мало ли что...-бесумно подойдя к охраннику, она резко схватила его за волосы и треснула башкой об стену. - Аууу..что б его..- прошипела Блэр схватившись за ребра.- Так, я это одолжу заранее спасибо.- Вытащив у копа пистолет, девушка быстро пошла к регистрационному столу. Выйдя в другой корридор наполненный людьми, она ловко схватила одну из медсестр и самым сладким оглоском поинтересовалась. -А где у вас лежат одежды поступивших к вам людей?Я спросила у доктора но она попросила обратится к одной из медсестр.- мелила чепуху Элисон, надеясь на лудшее. То ли медсестра попалась дура(блондинка), то ли Иске прото повезло, но та ничего плохого не заподозрив, показала девушке комнату и даже нашла ее шмотки. -Спасибо милая.- улыбнувшись Эл, кое-как натянула свою одежду и надела на шею мини Айпод. Включив его она заметно расслабилась. - Что же теперь дело за малым...-даже не даумываясь над тем что она вся облеплена бинтами и всем тому подобным, девушка бодро пошла по корридору к выходу иногда хватаясь за постоянно нующий бок.- Почти... -Девушка вы куда?- вдруг послышался голос с права. Блэр даже не оборачиваясь щелкнула пальцами. Говорившая с громким звуком ''ПЛЮХ'' упала на пол и все внимание находившихся в помещении людей, сразу перешло на нее. Искра же выбравшись на улицу, как можно быстрее и незаметней стала уходить. По дороге пытаясь вспомнить, что с ней произошло, а заодно прикидывая сколько у нее сломанно ребер. >> Пока не знаю куда.

Valkyrie: *первое сообщение. Чуть разомкнутые губы, она продолжала жадно хвататься за воздух, словно это был единственный способ наполнить им легкие. Но это было далеко не так. Просто тщательно выработанный инстинкт не давал ей покоя, заставляя совершать их, с каждым разом, все более размеренные и глубокие, полной грудью. Будто бы до этого ей приходилось глотать его насильно, под чутким руководством холодных прикосновений рук. Неуклюжих, свободных, невероятно спокойных и уверенных в себе, ведь это их работа. В сопровождении мутных и равнодушных голосов, говорящих на незнакомом языке. Или это она не могла различить среди этих звуков – обыкновенные слова? Успокаивающие, может взволнованные немного, опешившие, призывающие коллег поторопиться, так как девушка была чрезвычайно сильна и, не смотря на ослабленное состояние и истощенный организм, умудрялась сопротивляться, извиваясь на прямой жесткой кушетке, жмурясь от ярких ламп, свет которых бил в глаза, ослепляя, обезвреживая, обезоруживая. Заставляя чувствовать свою беззащитность и из-за нее же впадать в странного рода панику, что не была прежде присуща матерой наемнице, повидавшей и испытавшей на своем веку многое. Она захлебывалась в этом кислороде, пыталась вырвать руки и ноги из цепких человеческих тисков, ощущала себя маленьким новорожденным котенком, от которого захотели избавиться, выбрав при этом самый изощренный, но уже ставший традиционным, способ – утопить. А котенок пищал, кричал, рвал глотку, царапался, в общем, делал все, что было только в его силах. Котенку хотелось жить, и он был готов на все, что угодно, все, что только захотят эти люди, лишь бы его больше не окунали мордочкой в воду. Не заставляли захлебываться в ней. То же самое испытывала и Алиса, когда ее заставляли дышать против воли. Ощущения были, словно ее пробудили от какого-то глубокого сна и теперь делали все, только бы она не заснула снова. Чтобы ее сердце билось, качало кровь, работало и не замедляло своего темпа. А ей так хотелось, чтобы ее отпустили, прекратили искалывать и без того бледные белые руки иглами, заставляя спать искусственным сном, не тем, в котором она пребывала до своего пробуждения. А она не хотела искусственно. Она хотела по-настоящему. Ее руки вздрогнули, ощущая, что, наконец, имеют хоть какую-то свободу, но глазам было не суждено открыться и увидеть, что комната заполнена мглой. Удивительно, но она чувствовала это всем телом, и это нельзя было объяснить. Это просто чувство, смешанное с уверенностью. Поровну. Ладони выскользнули из-под чистой белоснежной простыни, по пути блуждая по ее белой рубашке, коснулись обнаженной шеи, но не собирались останавливаться на достигнутом. Подушечки пальцев отстранились от едва теплой кожи, с легким волнением опустились на глаза. Алиса резко села, отчего в голове неприятно заныло. Но от желания снова упасть на мягкую подушку она мягко говоря отказалась. Продолжая прижимать подушечки пальцев одной руки к бинтам, что частично обвивали ее голову, девушка другой рукой одернула покрывало и почувствовала, как колкий холодок пробежался по ее телу. Рубашка была максимум чуть выше колен – ноги обволокла прохлада, отчего Валькирия притянула их к себе, прижимая к груди, крепко обнимая. Она чувствовала себя беззащитно с этой повязкой, но снимать ее с себя не решалась. Как будто сняв ее со своих глаз, она увидит что-то страшное. Но разве могут быть кому-то страшны голые белые стены и отсутствие мебели в небольшой комнатке с высоким потолком, капельницей и кроватью? Могут. Как она могла оказаться здесь? Почему в голове так неприятно и одновременно сладко ныло, но ни одной зацепки на счет того, как она оказалась здесь. Но сомневаться в том, что девушке приходилось сопротивляться - не приходилось. Что-что, а именно это она помнила более чем отчетливо. Душой и телом. Но, опять же, не глазами. Может все дело не в ней самой, а в ее глазах? Неужели они могли как-то подействовать на тех, кто заставлял ее дышать, колол что-то, тихо шептал и переговаривался с другими, такими же, как он? Неужели ее оливковых глаз и хищного, цепкого, ястребиного взгляда могли испугаться? Что же она сделала... Но, что бы это ни было, им это вряд ли могло понравится.

Prince Namor: /Первый пост/ Нэмор резко распахнул двери больницы, входя в огромных размеров помещение. Зал был, как впрочем и во всех подобных зданиях, действительно большой и по нему копошились десятки людей: больные, врачи, медсёстры. Но это было не так важно для МакКензи. Он, обходя и толкая людей, на которых у него по-прежнему была жуткая злоба за причиненный Атлантиде ущерб, направился к регистратуре, в которой сидела молодая девушка, быстро печатающая что-то на клавиатуре. - К вам должны были недавно привезти девушку. У нее, по всей видимости, глаза сильно повреждены. В какой она палате? Медсестра посмотрела на парня таким взглядом, словно он сказал, что сейчас взорвёт к чертям собачьим всю больницу. Она повернулась лицом к Нэмору и, не вставая со стула, спокойно ответила: - Да. Недавно её привезли. А вы ей собственно кем приходитесь? - Я её жених, - долго не думая, соврал МакКензи, поправляя волосы, чтобы не было видно заострённых ушей. – Потому требую немедленно сказать номер её палаты. - Во-первых, не надо повышать на меня тон и что-то приказывать, - так же спокойно ответила девушка, вставая со своего стула. – А во-вторых, она очень измотана, потому ей необходимо отдохнуть. Приходите завтра. Нэмор глубоко вздохнул и выдохнул, стараясь сдержать свой гнев, появившийся уже при первом слове в адрес медсестры. Невозможно было даже представить всю ненависть Нэмора к людям. Такая злость просто не может спокойно отлёживаться внутри парня. Но сдерживать он её только недавно научился, когда «Молот» приступил к реконструкции его города. - Так. Слушайте сюда. Или вы немедленно говорите номер палаты. Или я разнесу вашу чёртову больничку по кирпичикам. И уж поверьте, я не шучу. После этих слов, Нэмор тряхнул головой так, чтобы стали видны его острые кончики ушей. Таким образом он попытался показать своё «нечеловеческое» происхождение. И, как ни странно, на хрупкую медсестру это подействовало. Она посмотрела на оба необычных уха, а потом, просмотрев какой-то планшет, лежащий у неё перед носом, произнесла номер палаты. - Вот видите. Не так уж это было и сложно, - улыбнувшись и спрятав свои уши обратно под шевелюру, произнёс МакКензи. – Всего доброго. Направившись в сторону нужной палаты, Нэмор невольно вспоминал недавние события. Драка в баре, возле которого он случайно оказался и девушка, учувствовавшая в этой борьбе, которая ранее смогла остановить МакКензи от разрушения Нью-Йорка. Её он был очень обязан, потому оставлять её одну на произвол судьбы не хотелось. К тому же она была довольно симпатична для асгардца. Дойдя до нужной палаты и вздохнув для успокоения, Нэмор сначала постучал, а потом вошёл внутрь, со словами: - Валькирия, к вам можно?

Valkyrie: Стук. Одновременно с ним Валькирия резко подняла свою голову, что до этого покоилась на ее обнаженных коленях, словно дикий зверь, уловивший приближение чужака на своей же территории. Вот только какую роль она сейчас играет - травоядную или хищную, она не знала, да и не это сейчас было так важно. Жгучая обида все еще заставляла девушку с неприязнью вдыхать больничный запах, наполненный какой-то чистотой и отвратительными лекарствами, от которых у нее уже, по всей видимости, выработалась аллергия, потому что сразу же после стука в дверь, Алиса чихнула, уткнувшись носом и покрывало, после чего, морщась от колкой боли в голове, видимо той все-таки сильно досталось, попыталась сесть. Она свесила длинные стройные обнаженные ноги с кровати, что были перебинтованы в области лодыжек, мягко впивая ноготки в жесткий скудный матрац от которого болела спина и выпрямилась, обретая более горделивый и независимый вид. Впрочем, она обладала им и без этого, в ней было что-то такое, свое, Асгардское, что не было дано обычным одаренным. Девушка перекинула свои черные волосы, среди которых имелись и несколько ярко красных прядей, отчего край ночной рубашки сполз с ее плечика, оголяя его. Она тихо спросила: - Кто здесь? - Валькирия недоверчиво прошлась "взглядом" из стороны в сторону, все еще не решаясь снять с головы повязку. Или быть может в этой темноте ей было более комфортно, ведь она не знала, что комната так же переполнена им. Но во тьме вряд ли, что можно увидеть. Если только игры своего собственного воображения. Ей хотелось разорвать лежащую рядом подушку в клочья и взвыть, словно маленькое дитя, которое очень хочет вернуться домой, в безопасность, к матери, но позволить этого наемница себе не могла. Она просто ждала, что ответит незваный гость, обладающий приятным мужским голосом. В любом случае, я успею первой достигнуть двери, прежде чем он попытается ускользнуть. Мне нужно всего лишь еще одно слово, этот маленький колокольчик направления и только то. Нервы и без того уже на пределе, катись к чертям зрительская аудитория, - ладонь соскользнула с кровати и снова приблизилась к бинтам. Осторожно подцепила ноготком с указательного пальца, бинт, замерла, готовая его дернуть, а там - будь, что будет. Алиса знала только одно - глаза слишком переутомились после случившегося. И устало требовали сна. Самого, что ни на есть, настоящего. Ближе... Ближе... Тело напряглось.

Prince Namor: Нэмор неуверенно вошёл в палату белоснежного цвета. Он медленно начал оглядывать комнату, пока не наткнулся глазами на девушку в больничной одежде. МакКензи застыл, не решаясь полностью войти внутрь и закрыть за собой дверь. Его шокировали даже не перебинтованные глаза, а то, что Валькирия вдруг начала эти бинты снимать, стараясь использовать для этого ногти. - Лучше не стоит, - собравшись с мыслями, сказал Принц. – Может стать хуже. Парень выдохнул и закрыл дверь. Медленно и неуверенно парень начал подходить к девушке, по дороге говоря: - Не бойся – я не причиню тебе вреда. Я не знаю, помнишь ли ты меня, но меня зовут Нэмор. Принц Атлантиды. Я Нью-Йорк пытался разрушить, припоминаешь? Нэмор сейчас ощущал себя каким-то преступником, который специально заговаривает зубы своей жертвы перед тем как напасть на неё. По всей вероятности Валькирия подумала точно так же, так как стала пытаться снять повязки. Хотя кто знает этих асгардцев. Может они в принципе не любят, когда их лечат и вылечиваются сами. Всё возможно в этом сумасшедшем мире. - Я видел, что случилось в баре и полетел за машиной скорой помощи, чтобы…чтобы… - Нэмор немного замямлил, когда уже подошёл к самой кровати, на которой сидела девушка, не решаясь садиться рядом, дабы не испугать Валькирию. – Чтобы просто посмотреть, что с тобой всё в порядке. Ты меня тогда остановила и потому проследить, чтобы с тобой всё было в порядке – мой долг… как я считаю… Нэмор вздохнул, готовясь услышать любой ответ. В голове у него почему-то возник человеческий стереотип в виде цветов и фруктов для больных. Но, так как МакКензи принципиально отвергал все вещи, созданные или придуманные людьми, кроме одежды, некоторой еды и жилья, он не жалел, что не купил по дороге букет или каких-нибудь яблок.

Valkyrie: Отказалась ли она от своего решения, едва ровным и между тем приятный мужской голос предостерег ее? Ни за что. Алиса просто замерла, стоило было ловко продеть пальчик под бинт - взволновывать гостя, кем бы он ни был, ей не очень-то и хотелось, но пребывать в неведении было более неприятно. Так что если выбирать спокойствие посетителя и ее возможность прозреть, то Валькирия эгоистично бы выбрала второе в любом случае. Поэтому и не собиралась менять своей позы. Мало ли, чего хочет этот мужчина. После стычки с Натиском, Алиса была не очень уверена в том, что и дальше все должно пойти гладко. Наглец попросту позабавился с ней, но и она не осталась в долгу, вдоволь развлеклась, не смотря на последствия. Хотя ими являлось простое переутомление, следствие нескольких бессонных ночей и плохого питания. Когда много заказов как-то не замечаешь, как бежит время. В остальном - пара ссадин, царапин, что уже успели зажить, большего и быть не могло, ведь Асгардцы обладают некоторой устойчивостью повреждениями, так просто их не сломаешь. Но не в этом ли вся прелесть происхождения? Когда кости других трещат - испытывать не такую уж и огромную боль, иметь возможность вырваться за счет своей сверхчеловеческой силы, вывернуться за счет проворства и успеть при этом заломить противника за счет выносливости. Все просто, как дважды два, казалось бы. И не так уж, чтобы на первый взгляд. Выпутываться приходилось из самых абсурдных ситуаций, но скорее за счет того, что Валькирия начинала злиться и продумывать такое, до чего ее противник попросту не смог бы додуматься. Непредсказуемость - определение, точно описывающее действия Алисы и менять его на какое-то другое, она попросту не собиралась. Не ее профиль. Это все равно, что пойти после работы наемника воспитательницей в какой-нибудь детский сад "Ромашка". Навыки останутся, как ни крути. Еще зашибешь ребенка ненароком, придется со стенки соскребать. И искать новую работу с "отменными" рекомендациями. Она услышала, как захлопнулась дверь. Лениво покачнулась, подаваясь вперед телом, но так и не слезая с кровати, хотя теперь она имела возможность сделать это в любой момент, причем неожиданно для оппонента. Он начал приближаться, отчего девушка только слегка улыбнулась и осторожно надорвала краешек бинта. Отпустила руку, теперь оставалось одно резкое движение и она избавиться от них. Стоило ему сказать хоть что-то, что заставит чувствовать ее опасность. С недовольным Асгардийцем шутки плохи. Голос показался знакомым с того самого момента, как он назвал ее псевдоним. Назвал - значит знает. Значит пришел не просто так, хотя кто их, собственно говоря, знает. После Натиска ей было настолько плевать, что если бы ей сейчас предложили новый заказ, пусть и при таких обстоятельствах, то она бы взяла его не раздумывая. И устроила бы "побег". Прохлаждаться на кушетке больше не хотелось. Пошли доктора к черту, она отменно себя чувствует и даже, когда будет сдыхать - не дождутся. Она слишком далеко заходит, чтобы позволить себе такую роскошь. Пусть терпят. - Помню. Но не думала, что за это могут погладить по головке... Нэмор, - девушка заметно расслабилась. Она отлично помнила его, поэтому посчитала, что причинять вред он не собирается. Более того, следующие его слова заставили Валькирию врасплох. Чтобы о ней вообще кто-нибудь думал и навещал? Черта с два. Необычно. - Со мной все в порядке. И единственное, чего я вообще хочу, так это смотаться отсюда, как можно скорее. Тут пахнет мерзко, - Алиса осторожно приподнялась с кровати так, что ее короткая рубашка расправилась и теперь была ей явно намного выше коленей, но чтобы ее хоть что-нибудь смущало - никогда. - Что может случиться с Аргардцем? Да ничего, даже обидно как-то, - она потерла ладонью лоб, вместе с бинтами, после чего взъерошила волосы-дреды, рассыпавшиеся по плечам. Длинные, но весьма занятные, особенно подходящие под ее внешность. Не модель с глянцевой обложки, но и не обычная серая мышка. Да, "серой" ее назвать просто язык не повернулся бы, настолько она была не похожа на других. - Не заберешь меня? - лукаво спросила девушка, делая шаг вперед к нему. Останавливаясь. Вновь наклоняя голову на бок. Словно изучающе, но не видя при этом.

Prince Namor: У Нэмора возникло очень странное чувство, что девушка видит сквозь повязку, уже наполовину снятую с глаз, потому что от асгардца можно было ожидать чего угодно. Парень уже много раз общался с Тором и его надменность до сих пор удивляет МакКензи, хотя от девушки, наверное, такого ожидать не придётся. Хотя кто их знает… - Забрать тебя? Тебе же нужен покой и всякое в этом роде, - сказал Нэмор, глядя на «слепую» Валькирию. – Хотя ты же не человек, потому и рвешься подальше из этого места, я правильно понял? Парень осмотрел девушку с ног до головы. Выглядела она явно потрепанная, но готовая хоть сейчас ринуться в бой. Потому-то Принц не стал более отговаривать девушку от побега из больницы, а осмотрел комнату. Он подошёл к окну, находившемуся напротив двери палаты, и открыл его. Третий этаж. Не так уж и высоко, но парень не прыгать хотел, а улететь с помощью своих крылышек на ногах. Конечно, такие маленькие приспособления для полёта были первоначально рассчитаны на одного только Нэмора, но, натренированный, он мог выдержать ещё одного человека на своих руках во время полёта. Потому, взглянув за окно и почувствовав, что его кожа из-за подувшего ветра начала сохнуть в два раза быстрее, отошёл обратно к девушке. Летать он очень не любил как раз из-за того, что воздух сильно сушил кожу парня и это сказывалось на силе и вообще сознании. - Можем лететь, - сказал парень и сглотнул от жажды. – Сейчас только пару секунд. И тебе я думаю нужно одеться… Хотя как знаешь. Нэмор оглядел палату и подошёл к увиденному умывальнику. Он открыл кран и с наслаждением стал умывать своё лицо и руки. Пить ужасную человеческую воду парень не хотел, потому обошёлся только натиранием своей кожи, которая тут же впитала всю влагу. После этого, парень обернулся и со счастливым видом произнёс: - Теперь можем лететь. Надеюсь ты не боишься летать на руках Принца Атлантиды? >>> Заброшенный парк аттракционов 0.1

Mister Fantastic: <<< Парк аттракционов 0.2 - Рид, мы же собрались в ресторан. - Я знаю, дорогая. - Но ты все еще в халате! - Уже иду, мне осталось только кое-что подкрутить. И-и-и... Вот! Наконец-то! Можем идти в..., - Рид вылезает из-под какого-то оборудования, - Сьюзан? Ты где? Сьюзан! Франклин! Где вы... Ричардс открывает глаза и чуть приподнимается. Вокруг белые стены, рядом с кроватью аппарат искуственного дыхания, столик с вспомогательными медицинскими инструментами. К вискам, груди и запястьям Рида подключены присоски, фиксирующие функции организма. - Сон... - Рид устало откидывается на кушетку. - Какое счастье! Вы нас не на шутку перепугали, - мужчина с удивленным выражением лица медленно подошел к Риду. - В какой я больнице? - В Главном Госпитале Нью-йорка, - быстро проговорил врач, помечая что-то в обходном листе, - Сейчас я проведу небольшие тесты, чтобы убедиться в вашем... состоянии. - Состоянии? Я в полном порядке. У меня ничего не болит и... - Я имею в виду вашу психику. - Психику? - Для знаменитого ученого вы слишком много переспрашиваете. Вас доставили к нам в шоковом состоянии. Вы, выражаясь простым языком, бредили, - доктор внимательно посмотрел на Рида, - Вы хоть что-нибудь помните? - Торговый центр... Молот... О нет! Мне необходимо уйти, - Рид скинул одеяло и начал отлеплять "присоски". - Куда вы, мистер Ричардс? Уже два дня прошло. Я думаю все уже решили без вас. - Два дня... - Рид почувствовал усиливающуюся головную боль, - Делайте тесты и выписывайте меня. Только быстрее. Сколько же предстояло дел. Тем более, что к основному списку проблем добавилась еще одна - Рид не помнил, что произошло после Торгового центра. Он знал, что отправился на еще одно задание. Но куда? Обследования заняли пол дня, или скорее ночи. Ждать заказанного в Бюро автомобиля Рид не хотел, поэтому отправился в ФБР на такси. Потрепанный костюм, телефон, КПК с новым интересным сообщением и пугающая частичная амнезия. "Явно, день будет сегодня очень странным и тяжелым." >>> Остальные организации. Здание ФБР 0.1

Pain: Приватным рейсом из Австралии. - Осторожнее везите..! - Солидный человек в костюме шёл рядом с носилками. Двое угрюмых бойцов старались не показывать ему, что тот малость им надоел, и лишь молча катили носилки микроавтобусу. На носилках явно находилось тело. Это было ясно по форме белой простыни, которым оно было накрыто. Это было сделано для какой-то конфиденциальности. Наконец носилки были аккуратно, после нескольких прикриков нервного мужчины в галстуке, размещены в кузове микроавтобуса. В него так же залезли двое носильщиков, захлопнув за собой двери. Внутри их ждал ещё один человек, который начал включать какие-то медицинские аппараты. Кэйси, человек в костюме, достал из внутреннего кармана пиджака мобильный, и двумя кликами набрал какой-то номер, и пока шёл набор, похлопал два раза по дверям кузова, и машина двинулась в выезду со взлётной полосы. - Босс, всё готово. Через час объект будет находиться в госпитале... Да вроде неплохо, но следует... Даже так? Хорошо босс. Звонок окончился, и Кэйси, повернувшись в сторону удаляющегося фургона, стал набирать СМС-сообщение: "Главный Госпиталь города. Объект в коматозном состоянии. Охраняется усиленно" Это чувство, словно ты находишься в душной пелене чего-то плотного, не дающего нормально дышать и задерживающий мысли. Словно каждая родившаяся мысль, подобно птенцу кукушки должно пробиваться сквозь скорлупу, в итоге, вместо ожидаемого треска разрушенной преграды, начинает просто просачиваться сквозь стенку, словно сквозь упругое желе, освобождая место для новой, более большей, или наоборот, меньшей, мысли. От этого не хотелось ничего делать. Да и что можно было делать в подобном состоянии? Только думать, ибо никаких чувств более нет. Духота и давление. Абсолютная тишина. Но нет, она не звенит. Просто - ничего. Абсолютное ничего. Тьма и тишина, а мысли всё более отдалённы и отдалённы, с каждым разом смысл в них теряется всё больше и больше, но вдруг... Раздаётся звук. Звук, который начинает раскачивать эту устоявшуюся в бесконечности тьму. Что собой являет этот звук, разобрать невозможно. Сознание только чувствует его присутствие, и ощущает движение в, казалось, нерушимых сводах темноты. С каждым импульсом, а этот звук был ритмом, тьма раскачивалась всё сильнее, а звук становился разборчивее. Он был высоким. Спасение? Вдруг, сквозь бесконечность абсолютно чёрного стало пробиваться тусклое зелёное свечение, так, будто оно разъедало тьму подобно серной кислоте, разъедающей опущенную в неё монетку, только в разы сильнее. Свет становился всё ярче, а высокий звук всё отчётливее и громче. Гигантский тёмный монстр, который растворял в себе сознания, ослабил хватку, поддался внезапным нарушениям его величия, и... Вдох! Свет... Тусклый свет падающий с экрана аппарата поддержки жизнеобеспечения резал глаза, но довольно скоро к нему удалось привыкнуть. Мишель пока не воспринимала осознанно ритмичный писк аппарата, и лишь попыталась осмотреться вокруг. Вокруг было довольно темно. Единственным источником света был пикающий аппарат. С боку нависал силуэт капельницы, которая на данный момент являлась источником жизни не меньше чем любой из органов. Она попыталась подвигать рукой, и это у неё получилось, пусть и не так хорошо. Рука, словно обиженный слуга, работала плохо и через силу. Ещё несколько минут она молча лежала, и глядела в зеленоватый потолок палаты, который при нормальном свете был бежевого цвета. Остаётся ждать... Мне даже не припозднятся. Но вдруг она почувствовала, что где-то на уровне солнечного сплетения появился сгусток тёплой энергии, который разрастался и пускал корешки по всему организму, оплетая каждый орган, соединяясь с венами и жилами в единую цепь, заставляя сердце упиваться теплом, а мышцы снова могли нормально двигать тело. Вот только всё равно было трудно. Мишель подняла руки, и с радостью увидела как легко, относительно, ей удалось их поднять. Тем временем, снаружи палаты находилось несколько солдат, которые выглядели настолько непримечательно, насколько могли выглядеть мужчины в тёмных одеждах, патрулирующие дверь одной палаты день напролёт. Их было по меньшей мере пятеро. Только возле этой двери. В холе дежурило ещё двое, у лифта стоял один, и у входа на лестницу стояло двое. Все они имели вид обыкновенных людей, только очень недружелюбных с виду, и в них чувствовалась власть и сила. Разумеется, у каждого из них под одеждой было оружие. От пистолетов различных моделей, до пистолет-автоматов. Также у них были по наушнику, который являлся средством коммуникации между друг другом. Администрация больницы знала, что происходит в их помещении, но предпочитала попросту смирится с этим, так как прекрасно знала, кто за всем этим стоит, и боялись даже пискнуть. Не в первый раз больница оказывает честь этой организации, что сейчас "охраняла" здание. - Я за кофе. - Произнёс один из охранников палаты, направляясь к автомату, что стоял в другом конце коридора. - Только не задерживайся. Скоро подойдёт новый любимчик боса. - Да я быстро. - Отмахнулся боец, и попытался задавить зевоту. Всё таки они здесь уже около четырёх часов.

Cassie Hack: /"Прайматек"/ Находиться в одном обществе с мальчишкой еще куда не шло, но пребывать в непосредственной близости от него, когда взгляд то и дело коситься на хрупкую шею и начинаешь замечать за собой мысли об удушении, вовсе непереносимо, если приплюсовать к этому такие факторы как желания самого демона, порой противоречащие любому здравому смыслу и логике и периодические взгляды в сторону человека, похожего и нет, а может это только игра воображения, как бы то ни было, смотреть на представителя рода людского, который не тот, кем кажется, - суммируйте все это и поймете, что простая поездка по городу до места назначения может превратится в затяжную ленту молчания и мысленного удара головой о стену с восклицанием «Ну вот опять та же хрень!». «Хрень», действительно, та же, только правила немного поменялись и дело стало куда серьезнее, если раньше свою милую задницу Хэк могла вытащить откуда угодно по простой причине отсутствия ответственности за кого бы то ни было и малому масштабу происходящего, то теперь следовало думать на два шага вперед и как сказал…в общем, не делать не глупостей. «Хорошо поработали они», - помниться так сказала Мара, когда взгляд девушки упал сначала на перебинтованную руку, а затем поднялся к глазам незнакомца. Машина остановилась напротив входа в главный госпиталь Нью-Йорка. Благодарение небесам никак иначе, а то от разнообразности и двойственности собственных мыслей, Хэк действительно начинала подумать об убийстве. Вспомни улыбочку парня и мурашки по спине бегут сразу же, как то мерзко и противно он улыбается, хотя кто-то другой мог бы сказать, что это улыбка обычного подростка, весьма даже доброжелательная. Кивком головы указав Сайлару на место водителя, Питер предусмотрительно сел на заднее сидение, чтобы видеть и контролировать сразу обоих одаренных. Не то, чтобы он волновался об их послушании, но все же старая привычка нервировать людей своим присутствием и обязательно подкрадываться со спины, приучила его всегда садиться только сзади, за спинами потенциальных "жертв издевательств". Сайлар, стараясь не замечать присутствие подростка, открыл дверцу и сел за руль, тут же поврежденной правой рукой потянувшись к зеркалу заднего вида, чтобы поправить его. Рефлекторное движение, забывчивость, сделали свое дело и одаренный поморщился от боли, которая пронзила всю руку от плеча и до кончиков пальцев. Бинты ничуть не помогали, только скрывали уродливую кость, которая едва успела покрыться мясом, когда он выходил из здания Прайматека. О наличии кожи пока что говорить было рано, потому как из-за большого количества химикатов, которыми было отравлено тело мужчины, регенерация действовала крайне медленно. - Ну мы едем или как? - заметив замешательство своего поднадзорного, Питер гаденько ухмыльнулся. Он прекрасно понимал, насколько это должно быть больно, и потому двойне радовался, что посадил за руль именно Сайлара. Увы, ответа он не получил, однако приставать с дальнейшими издевками не стал, так как мотор автомобиля все же заработал и машина тронулась с места. До госпиталя ехали молча, причем молчание было тяжелым, из разряда "немой ненависти". Только подъезжая к главному госпиталю, подросток подался вперед и расслабленно облокотился о спинки сидений двух одаренных. - Вы чего такие кислые? Погода отличная, радоваться надо! «Можно я его вот прям…прям здесь», - неизвестно кому и какому Богу взмолилась девушка, прекрасно понимая, что подросток действует на нервы намерено. Хорошая психология, принципы которой летят в мусорный бак, если ее испытывают на тебе. «Сделай глубокий вдох, девочка, и расслабься, в конце концов, он прав, чего вы сидите такие кислые, хорошая погода, вы живы, более того не где-то на разных концах планеты, а рядом, пусть у кого и появился странный прикус типичного англичанина», - даже в бочке дегтя, есть ложка еще одного дегтя, другого сорта и более мерзкая. Чуть обернувшись к подростку, Кассандра наградила его милой ухмылочкой, ничего хорошего, правда, не передававшей и поспешила выйти из машины. Снова летний ветерок, запахи цветов и автострады вперемешку, так что вызывают чувство тошноты, явственное желание погасить эту феерию одним лишь вкусом и запахом никотина, который расслабляет и позволит не обращать больше внимания на тактичное выбивание чечетки на струнках нервов Питером. - Кого-то навещаем? – не без доли иронии, спросила она. - Да, - выбравшись из салона автомобиля, Питер засунул руки в карманы и нагло ухмыльнулся. – Мамашу Сайлара. Ее как раз на днях поимел целый взвод - надо теперь осведомиться, довольна ли она... Ехидная шутка показалась Питеру недостаточным ударом по Грею, и он, проходя мимо мужчины, намерено задел его правую руку локтем. Габриэль, не выдержав, коротко взвыл и, испепеляя подростка ненавидящим взглядом, оскалился: - Недоносок, я убью ... - левая рука все еще действует, причем действует отлично. Выставив ее, собираясь стереть Питера с лица земли, мужчина неожиданно схватился за голову и повалился на колено, едва сдерживая крики боли. Его тело мелко тряслось, из носа потянулась тонкая полоска крови. - Не забывай, кто тут самый умный, - вытащив из кармана руку, широко улыбнулся Пэн. Раскрыв ладонь, показав одаренным небольшой предмет, походящий по форме на электронный брелок для подъема автоматических ворот, какие любят ставить в гаражах, подросток довольно покачал головой. – Это штука взорвет твой мозг, даже пискнуть не успеешь. Так что - не шали. Убрав брелок обратно в карман, отпустив Сайлара, Пэн, как ни в чем не бывало, направился в сторону главного входа в госпиталь, на ходу отвечая на ранее заданный вопрос Кассандры. На сей раз уже серьезно: - К нам поступили сведения, что Амбал охотится за мощной игрушкой. Артефакт, с помощью которого можно заглянуть в будущее и получить в свое пользование старушку фортуну. По словам достоверных источников, этот артефакт - женщина. Таких детей даже чертятами не называют, да и ублюдок не вполне подходящее наименование, это не просто шалости или незнание чего-то, это намеренная подколка человека уже опытного, явно позаимствованная не из просмотра очередного боевика где ругательств на единицу времени больше, чем может выдержать психика обычного человека. Само собой все пошло как по сценарию, на минуту возникла мысль будто она сама попала в какой-то фильм, резкие шутки Питера, естественная реакция Сайлара и само собой финал – козырь в кармане этого малолетнего извращенца, своеобразные джокер, золотой пропуск – не будешь подчиняться, попрощайся с содержимом своего черепа, тебе оно больше не понадобиться. И неважно кто прав, кто виноват, виноваты все, в том что вообще появились на свет и своим существованием испортили пару жизней. «Поводок, стоит псу ослушаться, как они натянут его потуже, а если надоест, то просто пристрелят на месте». Девушка наклонилась к одаренному, произвольный жест, совершено ненамеренный, словно тебе уже вбили в программу функцию беспокойства и теперь хочешь, не хочешь, а выполнять придется, и пусть, по закону жанра, вашу милую компанию не замечает никто из снующего у входа медперсонала и посетителей вообще, формально вас не существует, даже когда Кейси смахнула пальцами выступившую из носа кровь и обернулась к Питеру, следуя за ним, это такой эпизод, стандартный, появись они хоть в костюмах бразильского карнавала, вряд ли бы внимания было уделено больше. - Провидица ты хочешь сказать? И чем же она таким его привлекла, кроме само собой дара, в мире множество людей обладающих подобными…качествами. Вопрос Питер проигнорировал, так как непонятное чувство - то ли колющей ревности, то ли примитивной зависти - неприятно сжало сердце. Едва сдержался, чтобы не похвастаться Сайлару своими глубокими познаниями в привычках его возлюбленной. Знает ли этот чернобровый ее также хорошо, как знаю я?.. Развивать тему не стал, так как не считал, что она того стоит - чтобы из-за нее переживать и терзаться. Каждую черточку, каждую линию и изгиб ее тела он знал также хорошо, как и то, что она просто женщина. Такая же кукла, которую можно превратить в свою послушную марионетку. - Я сам, - коротко качнув головой, Габриэль предпринял попытку подняться на ноги, но из-за головокружения был вынужден обождать пару секунд, прежде чем тело снова начало его слушаться. Показывать Кассандре свою слабость совсем не хотел, да и вообще, чувствовал себя виноватым в том, что она попала в лапы этих людей, не знающих ни чести, ни жалости. При мысли об этом горько усмехнулся - сам был не лучше, стоит ли жаловаться? «Что-то все такие напряженные» – «Бога ради, хоть ты не подливай масла в огонь» Кассандра тяжело выдохнула, направляясь ко входу и пытаясь хоть как-то, но пусть внутренне разрядить обстановку, казалось атмосфера поездки переносится и сюда, еще немного и у одного из них нервы точно сдадут и необдуманную глупость совершит все же либо Сайлар, либо она, Питер казался просто пофигистом в этой ситуации, улыбку натянул и отправился на зов приключений. И все же было интересно, первое – что такого в этом мальчишке, ему всего то лет четырнадцать-пятнадцать, а его уже завербовали, второе – что такого в этой провидице или как там ее настоящее имя, не из золота же она сделана раз Амбал на нее глаза положил. Госпиталь ничем не удивил, все та же суета сует, сидящие в ожидании своей очереди пациенты с не смертельными травмами, паникующие из-за собственной халатности медсестры с пациентами с ранениями фатального характера, регистратура как большая куриная ферма, а шум такой – филармония обзавидуется. «Надеюсь, этот умник знает, куда идти хоть». - Слышала? Охрана не хуже чем у президента, когда ему операцию на сердце делали, - Кэс резко остановилась и взглянула в сторону стоящих возле кулера с водой медсестер, сплетничающих обо всем и всех, как обычно. - Не говори, врачей пускают только после тщательной проверки, а этаж вообще весь перегородили и всех остальных вышвырнули, будто частная собственность. - Деньги, милая моя, деньги решают все. - Мне кажется, здесь еще и сила – только взглянуть на то, что прячут за пиджаком и сразу поймешь – опять дела свои проворачивают у полиции под носом. Дольше они не проговорили, во всяком случае все что нужно было долетело до слуха девушка, об остальном можно было догадываться, а впрочем – два и два сложить каждый может. - Кажется нам светит теплый прием. - Ты даже не представляешь, насколько горячий, - ухмыльнувшись, Питер обернулся к девушке. Его лицо - лицо пятнадцатилетнего пацана - озарилось насколько похабным блеском глаз, что можно было подумать, будто он не просто уже давно не девственник, но и никогда им не был. Он настолько хорошо умел смотреть на людей раздевающим, лапающим взглядом, что даже прожженный в любовных делах поневоле мог смутиться. - Я один собирался все устроить, поэтому не учел ваши боевые навыки. Но, ниче, в следующий раз устрою вам проверочку по полной программе - всегда хотел посмотреть, как Сайлар вскрывает череп, - доставая из небольшого кожаного мешочка, который был привязан у него на поясе, какую-то склянку, улыбаясь пробормотал Пэн. Казалось, что парень просто не умеет не улыбаться. – Нужно добраться до вентиляции, а там дальше до третьего этажа и нужной палаты нас никто не побеспокоит... - Если ты так хорошо все продумал, что мы здесь делаем? - перебив подростка, холодно спросил Грей. Находиться в подвешенном состоянии ему совсем не нравилось, к тому же, из-за вертящегося поблизости Питера он никак не мог остаться с Кассандрой наедине, чтобы объясниться. - Пока что активно бездельничаете, если меня не подводит зрение, - сосредоточено глядя на бутылочку, в которую вливал какой-то раствор, парировал подросток. Не дожидаясь новых вопросов, он всучил бутылочку Кассандре: - Мысленно раздели на две части - для себя и Сайлара. Это противоядие. От взгляда мальчишки, ей стало окончательно не по себе, и если бы не уверенность в том, что перед ней все же еще пацан (или она хотела так думать), то не миновать Питеру звонкой оплеухи и едкого замечания, на что, а на такое Кэс никогда поскупилась бы временем. Наверняка Мару это бы тоже развеселило, так как до того, демон предпочла лишь время от времени комментировать действия находившихся рядом с девушкой людей, это касалось и мальчишки, и Грея, и всех кто был в холле, при этом голос самой Мары был настолько скучающим. Кассандра с сомнением посмотрела на бутылочку. Чего-чего, а вот трех вещей в мире она на дух не переносила – самолеты, магия Вуду и разные средства, которые требовалось принимать во внутрь. Выпьешь что-то не то и скоро у тебя и лапы ломит, и хвост отваливается, и шерсть растет гладкая и шелковистая. Однако указаниям мальчишки все же последовала, они итак толпились на месте слишком долго, отвив половину сама, и протягивая оставшуюся Габриэлю, чуть поморщившись. «Будем надеяться, что все же хвост не отрастет» – «Да, брось, очень удобная штука». Дальше следовал план великого Гудини в лице Питера, сказать, правда, что Хэк была в восторге от него значило бы соврать. - Ну как, понравилась моча носорога на вкус? - ехидно поинтересовался Питер, но тут же добавил: - Шутка, - после чего поспешно отвернулся и направился в сторону лестницы, неподалеку от которой висел план эвакуации. Примерно сообразив, где находится вентиляция, повел одаренных следом за собой, на протяжении всего пути не переставая ощущать спиной тяжелый взгляд Сайлара. Добравшись до места, прошмыгнул за приоткрытую дверь, на ходу бросая фразу навроде "- Постойте на шухере". Что именно он там делал - неизвестно, однако обратно в коридор вышел довольным, словно объевшаяся сыром крыса. - Можно идти, скоро начнется. «А еще говорят, не бывает невыносимых людей, для этого парня все двери узкие». И вновь закатить глаза, и выдавить из себя что-то типа «хех», браво, юморист смешно до коликов в животе, и далее не обращать внимания. Честное слово, порой казалось, что в этом теле два человека, один все еще ребенок с шутками ниже пояса на уровне выпускного класса школы, второй какой-то странный субъект с извращенной фантазией. Оставшись на короткое время наедине с Сайларом «на шухере», как выразился подросток, хотела было что-то сказать, но замолкла на полуслове, просто продолжая смотреть на мужчину. Что именно «скоро начнется» уточнять не стала, словно предчувствуя – ничего хорошего, и пусть это несчастная микстура и была хоть мочой мартышки, но если она избавит от последствий отравления, а именно этого стоило ожидать, все к лучшему. Далее, все как по расписанию, мимо знакомого холла к лифту, двери открываются, дамы и господа, пункт назначения третий этаж госпиталя, палата несчастной провидицы. - Детям до 18 лет советую закрыть глаза и уши, - улыбнувшись еще шире, чем улыбался до этого (хотя, казалось бы, куда еще растягиваться рту?), демонстрируя все свои зубы, довольно прокомментировал Питер представшую перед ними картину. Распахнувшиеся двери лифта явили перед одаренными довольно интересную картину того, как заботливо приготовленное возбуждающее зелье может одурманить своим ароматом людей в радиусе нескольких десятков метров. Двое охранников, ранее стоявшие у лифта, прижимали к стене одну из мед сестер, торопливыми движениями освобождаясь от одежды и лаская податливое, изворачивающееся от похоти тело. Один из охранников забрался рукой под платье мед сестры, от чего та довольно изогнулась ему навстречу и громко застонала. - Я же говорил, проблем не будет. Только теперь нужно быстрее провидицу отсюда увести, пока ее... кхм. - Твою… «Мне это нравится!» Первое – шок. Второе – пришлось несколько покраснеть. Третье – на ум почему-то вспомнился Зюскинд со своим «Парфюмером», детали остались за кадром того, что видела Кэс, потому как провидицу действительно следовало найти и унести подальше от этого места Содома и Гоморры, ибо пока была именно вторая часть грехопадения, до первой просто еще не дошли, но навряд ли бог будет столь милостив, взглянет в сторону больницы и покарает невольных нечестивцев раньше, чем они бедную девушку оприходуют. «Сама смотри не попадись под горячую руку», тоже верно, хоть несколько и запоздало прокомментировала Мара, противоядие противоядием, а вот от загребущих руку только так и уворачивайся. Пройдя за Питером, Кассандра вошла в палату первая, то ли просто желая поскорее отвернуться от вакханалии, то ли совесть неожиданно вернулась из отпуска и теперь настойчиво говорила о бескорыстной и необоснованной помощи несчастной. Заочно названной провидицей оказалась девушка, немногим старше ее самой, пребывающей в странном полуобморочном состоянии, под четким контролем датчика жизнеобеспечения, который по совместительству являлся и единственным источником света в палате. Бесцеремонно отсоединив провода от тела пациентки, Кэс приподняла девушку за плечи с кушетки. «Мне только интересно как мы обратно пройдем, учитывая…» Фразу оканчивать не стала, просто передала ее на руки Грею (не все же самой таскать, или доверять груз щуплого телосложения парню, который наверняка просто выкинул бы девушку в форточку, аргументируя это тем, что так быстрее будет), а затем вышла вслед за остальными из палаты, мимо странного вида ада, обратно к лифту.

Pain: - А это ещё кто? - Промелькнуло в голове первым делом. Но озвучить мысль не удалось. Вместо хотя бы членораздельных звуков вырвалось приглушенное сипение, и связки, казалось, натянулись до предела, и малейшее движение шеей, челюстью, языком, казалось, порвёт их к чертям. Поэтому Мишель решила пока молчать. Очень хотелось что-то сказать. Неважно что. Просто в такой ситуации было трудно сохранять какую-либо лояльность, так как в твою палату врываются какие-то Бонни и Клайд с пасынком, а на фоне за дверью доносятся звуки секса: стоны, вздохи, рвущиеся блузы и расстёгивающиеся ширинки, опять вздохи и стоны... Так вот. Эти Бонни и Клайд, без единого слова берут, и лишают тебя подпитки (пускай даже она тебе уже и не нужна), после чего хватают на руки и выносят из палаты в одной больничной пижаме. Ну пижама ещё не страшно, так как вряд ли где-то в больнице можно будет достать свободную одежду, а носить с чужого плеча было не слишком привлекательной идеей. Вообще, звуки плотских утех а далее и сама картина всебольничной оргии были очень странными. Словно тут снимали картину какого-либо фильма ужасов или порно, а скорее всего первое и второе вместе взятое. На них явно чем-то воздействовали, либо вся больница, включая и посетителей, и охрану, решили устроить секс-бойкот начальству. И будет не удивительно, если начальство охотно примет в нём участие. В воздухе ещё слышался отголосок выпрыснутых феромонов. Сладкий запах искусственной страсти, вызываемой по команде. По вдоху. Никто не обращал на них внимание. Словно они были четырьмя Элами из старого американского сериала "Квантовый скачок". Или для тех кто не знает сериала, просто находились в параллельном измерении но могли наблюдать происходящее. Ещё проще - словно их тут и не было. А это уже попахивало либо абсолютно затуманенным разумом, либо флеш-мобом. Последнее, исходя из логических умозаключений, базирующихся на возрасте, положении, вероятности знакомства друг с другом и воспитанием людей, занятых этим постыдным для кого-то делом, являлось маловероятным, а ещё не до конца улетучившийся привкус феромонов в воздухе отрицал и наличие гипноза. Всё сделали цветы. Вообще ситуация обидная. Ты только что восстала из мёртвых, не подозреваешь о возможном раздвоении личности, набираешься в палате сил, и тут врываются какие-то фрики, хватают тебя, когда ты настолько беспомощна, что даже не можешь прошептать что-нибудь пакостное похитителям, но зато можешь лупить по спине длинного заросшего щетиной парня по спине, пока он тебя тащит на плече в лифт. Но так как это занятие было слишком трудоёмким для не до конца восстановившегося тела, оставалось послушно висеть, и по желанию наблюдать за развратом, который уже накалил воздух бронзовым дурманящим ароматом. Может он будоражил и четвёрку, но Мишель явно этого не чувствовала и не могла осознавать, так как ещё толком не "вернулась в этот мир" после долгого анабиоза. Хотя назвать состояние, когда твоё тело в морозилке и душа находится в покрытой рунами колбе на протяжении четырёх лет, трудно назвать анабиозом. Секс был лишь там, где они проходили. То, что весь этот бардак был их делом сомневался бы только последний придурок. Проходя все коридоры и холл, Мишель мельком увидела много чего новенького. Мало кто догадывается или может представить, как ещё можно использовать статоскоп, или что можно вытворять втроём и с капельницей. О своих болячках пациенты что попали под "опыление" явно позабывали. А вообще картина может порадовать лишь конченого извращенца-онаниста. А вот поучаствовать в таком может захотеть далеко не извращенец. Но разумеется и не человек с фантазией дивана. Вот только смотреть на это, и участвовать в этом - две большие разницы. И обычно окунаясь в разврат сознательно, ты потом всю жизнь не можешь себя за это простить. Разумеется, если ты себя уважаешь, или у тебя есть какое-то понятие о... совести..? Машина.

Sylar: Еще совсем недавно был весел, жутко доволен собой и с широкой лыбой, от уха до уха, смотрел на то, что вытворял мед персонал с пациентами. Не везде добровольный, осмысленный - все же в некоторых палатах были и люди в бессознательном состоянии, находящиеся давным-давно в коме - но все же царствовал секс в каждом уголке больницы, куда не посмотри. Звуки были слащаво красноречивыми, невольно вызывающими смесь смущения с возбуждением, либо еще более ядерное смешение неприязни и раздражение. Последнее было ближе к эмоциям Сайлара, который, вынужденный нести сопротивляющуюся девушку, кидал на Кассандру обеспокоенные взгляды и нехотя ловил странные ужимки молоденького парня, явно не равнодушного к происходящему. Грею не нравилось, что попутно любуясь тискающимися на полу парочками, подросток поглядывал и на черноволосую журналистку, словно не обращающую на все происходящее никакого внимания. - Тихо ты, - грозно посмотрев на девушку в пижаме, которая все никак не унималась, сквозь зубы процедил Сайлар. Питер уже успел заскочить в лифт вслед за Кассандрой, а оставлять их наедине в планы мужчины не входило, тем более что подросток так и норовил ухватить его любовницу, его возлюбленную и единственную за руку. - Еще не вышел из возраста, когда нуждаются в няньках? - встав между Кассандрой и Питером, глядя прямо перед собой, спокойным голосом спросил Сайлар, в ответ получил смешок и ехидную поправку: - От такой нянечки только импотент откажется. Сдержатся Сайлару помогло только то, что лифт остановился на первом этаже и в открытые двери тут же упала одна из одурманенных медсестер, на которую навалился уже седой врач. Переступить через них не представлялось никакой возможности, останавливаться или отвлекаться от своего занятия они явно не собирались, и потому пришлось применить силу. - Ну, чего ждешь? Разрешаю, - намекая на то, что использовать пульт при применении арестованным телекинеза не будет, Питер все же засунул руку в карман. Так, на всякий случай. Не дожидаясь второго приглашения, Сайлар резко повел пальцами, распрямил их и парочка, словно притягиваемая тросом, полетела к стене. Удар вышел сильный, на белоснежной побелке появились красные пятна, что смогло разъединить целующихся и заставить их отвлечься от своего возбуждения. К машине шли уже без приключений и лишних свидетелей, но после того, как "погрузили" девушку в пижаме в салон автомобиля, за углом здания появилось несколько черных джипов с затемненными окнами. Резко затормозив, из одного джипа вылез здоровяк и, посмотрев в сторону четверки, что-то закричал и начал размахивать руками. - О-оу, - словно сигнал уведомления, сработал Питер и поспешил сесть на заднее сидение вместе с "пижамной". - Эти уже по нашу душу, так что шевелите булками и затаскивайте их в машину, быстрее! Сайлар, припугни их и давай по газам жми! Припугивать серьезных ребят в черном Грей не собирался, но за руль все же сел и даже послушно вдавил педаль газа, набирая скорость сразу с места.

Wither: \Бруклинский мост\ Пробиваясь через стену проливного ливня и тьму сумерек, знаменуя свое шествие воем сирены, приближался к госпиталю белый автомобиль скорой помощи. Водитель не столько смотрел на дорогу, сколько оборачивался назад, дабы в очередной раз поглядеть на необычного пациента. Точнее, пациентов было двое: один - едва не утонувший в водах под Бруклинским мостом юноша вида довольно мрачного, с кожей слишком бледной даже для почти-утопленника; второй – опытный врач, за плечами которого было много спасенных жизней, много преемников, которым он успел передать свой накопленный в течение долгих лет опыт, а дома ждала любящая жена, годовщина свадьбы с которой должна была состояться через два дня, и двенадцатилетняя дочка, которой отец обещал прочитать на ночь сказку. Нижнюю часть его лица покрывал бинт, уже успевший хорошенько пропитаться кровью бедолаги. - Надо сменить - произнес сидящий рядом фельдшер, поглядывая на доктора напротив с явным намеком, что, несмотря на всё свое уважение к наставнику, он явно этой работой заниматься не хочет. - И чего ты ждешь? – спросил тот, копируя взор своего коллеги. Было заметно, как его руки дрожали. Врачом он работал уже как полдюжины лет, но подобного за всю свою практику еще никогда не видел. Да, им приходилось иметь дело с мутантами, но этот поверг в настоящий шок. С одной стороны было, конечно, странно, что в такую теплую, а порой и жаркую погоду, этот юноша был с ног до головы одет по-осеннему, да еще и в черную синтетику, в которой запариться легче, чем попасть под машину, выбежав на скоростную автомагистраль. Однако мало ли каких неформалов может преподнести природа, так что врачи особого значения шмоткам парня не придали, и это оказалось их роковой ошибкой. Когда утопающего вытащили из воды, врач, что сейчас лежал рядом с мутантом, по воле автоматизма стал делать оному искусственное дыхание. Едва коснувшись рта "пациента" он почувствовал просто адскую боль. Рефлекторно схватившись за челюсть руками, врач с ужасом понял, что медленно, но верно его кожа, мясо и даже зубы разрушаются, оставляя после себя одну лишь гниль, а затем потерял сознание от болевого шока. - Я... Я не могу даже смотреть на эту мерзость. Бедный Гарри, что это чудовище сделало с ним. Оставил бы этого мутанта помирать там дальше, но клятва Гиппократа не позволяет. Господи, святой кары на этих монстров не хватает... - Тут уж не нам решать, кого карать. Сообщим начальству, а там его наверняка отдадут властям, они уж решат, что делать. Давай ка лучше снова перевяжем Гарри и вколем ему еще снотворного. Нельзя, чтобы он проснулся в таком состоянии. Машина остановилась возле главного входа, и к ней уже выбежала пара медбратьев, уже за несколько секунд на улице успевших основательно промокнуть. Первым вытащили пострадавшего врача. Один из стажеров одарил коллегу, вытаскивающего тележку с Гарри, лицо которого было прикрыто бинтом, вопросительным взглядом. Тот, в свою очередь, ничего не сказал, а лишь сделал жест, знаменующий, что беднягу нужно скорее везти в помещение. После выкатили юношу. Врач, взявший на себя инициативу курировать процесс, едва вся процессия преодолела главный вход и вошла в холл, приказал отправить Гарри в операционную и позвать чуть ли не всех хирургов, что сейчас были в госпитале. - А этого пока оставить здесь, насчет него я сам разберусь - произнес он, указывая на парня, мирно лежащего на тележке с кислородной маской на лице. Доктор перевел дух, посмотрел на часы и обратился к дежурной медсестре: - Бетти, быстро вызывай главного врача, скажи, ЧП. Женщина, уже в годах, настолько быстро, насколько могла, дотянулась до телефона, набрала номер и кинула в трубку несколько отрывистых, но явно убеждающих бросить всё и ринуться спасать мир, фраз, а затем положила оную. "Куратор", которого, к сведению, звали Уолтером, одобрительно кивнул и снова проверил время. Это была старая врачебная привычка: фиксировать каждый момент, чтобы точно знать, сколько человеку еще осталось, а также указывать, когда он уже мертв. Главврач не заставил себя долго ждать, и спустя несколько минут двери лифта отворились, и из него выбежал запыхавшийся мужчина в халате, на вид которому было лет около пятидесяти. Где комиссия? - переводя дыхание, спросил тот. Уолтер вопросительно посмотрел на медсестру, а та лишь, улыбаясь, пожала плечами. Он улыбнулся в ответ. Даже в такой ситуации нужно было сохранять чувство юмора. Никакой комиссии нет, но есть проблемы посерьезнее, - Уолтер указал на бледного пациента - этот молодой человек - мутант, по вине которого рот Гарри превратился в месиво. Главврач сделал круг вокруг юноши, оглядывая его со всех сторон, затем подошел ближе и стал копаться в его карманах. Вытащив блокнот, пачку сигарет, кучу мелочи и скомканных банкнот, он, наконец, наткнулся на портмоне. Достав из сего атрибута паспорт, доктор перелистнул пару страниц и произнес имя своей новой головной боли: Кевин Форд... Так, ладно, везите его в комнату, где помещают буйных больных и привяжите ремнями Тем временем, чуть ли не вприпрыжку, строя на вечер миллионы самых разных планов и витая в облаках, по коридору радостно шла юная медсестричка, что совсем недавно устроилась в госпиталь на работу, чтобы платить за учебу и получить определенные навыки. Трудно понять, как такое милое создание, появившееся на свет разве что для того, чтобы смотреть по телевизору мыльные оперы и плакать, а также каждый день посещать любимые бутики, решило выбрать столь ответственную профессию, как врач. Может, сказалось какое-то детское потрясение, может, родители строго настояли, чтобы дочь продолжила их дело, может, повлияли пресловутые мыльные оперы. Но то было неважно. Важно, что здесь и сейчас она попадет в круговорот событий, кои раньше могла видеть только по телевизору, и не просто попадет, а станет той самой искрой, что разжигает пламя страстей. Девушка вышла из коридора в холл, продолжая думать о своем, и когда ее окликнул главный врач, он вздрогнула, крикнув и тут же прикрыв рот обеими руками. Повернувшись в сторону докторов и стоящей возле них тележки с юношей, она вопросительно приподняла брови. - Так, рабочий день у тебя пока еще не закончен, помоги доктору Фоксу с пациентом, а потом можешь быть свободна – после этих слов главврач посмотрел на Кевина Форда, затем на Уолтера и продолжил, но уже более тихим голосом – а я пойду позвоню нужным людям. Он удалился, стуча остроносыми ботинками по каменному полу, а девушка, потупив взор, провожала его взглядом. Не заставляя себя ждать, доктор Фокс толкнул тележку вперед и покатил ее в сторону палат для буйных больных. Медсестричка робко последовала за ним. - Простите, а что с ним? – спросила она, разглядывая симпатичного юношу. - Эх… Долгая история. Чуть не утонул, хорошо, что успели вытащить. Но соль в том, что он мутант, из-за природы которого пострадал мой хороший друг и коллега – усталым голосом ответил врач. - Мм… И что с ним теперь будет? – продолжила спрашивать девушка - Отдадим властям, а они разберутся. Может, посадят в тюрьму, а может и изучать станут, не знаю. - Но он еще так молод… Это несправедливо! - В мире очень много несправедливости, девочка. Ладно, вот свободная, давай положим его туда. Они остановились возле одной из многочисленных дверей в палаты. Студентка открыла, и доктор вкатил тележку в небольшое помещение с койкой посередине. Он снял с мутанта плащ и протянул его девушке, затем осторожно переложил парня на койку. Кофта с длинными руками, надетая на Форда, спасла Уолтера от соприкосновения с его кожей. Врач обвязал белыми тканевыми ремнями руки, ноги и торс Кевина. Не его лбу выступили мелкие капельки пота, ведь мало ли что еще могло вытворить это чудо природы. Закончив процедуру, Фокс тяжело вздохнул, затем стер со лба пот и обратился к девушке: Мне нужно покурить. Побудь немного тут, я скоро вернусь. После этих слов доктор вышел из палаты, а студентка любопытно разглядывала необычного пациента. Она не могла смириться с мыслью, что его поместят в тюремную камеру или, чего хуже, используют, как подопытную крысу, ведь перед ним открыто столько возможностей, впереди его ждет целая жизнь. И вот, медсестра поняла, почему захотела стать врачом. Она хотела давать людям второй шанс, на который у каждого из нас с роду имеется право. Этот юноша мог оказаться первым, кому она поможет. После долгой паузы, девушка стала рыскать по карманам плаща в поисках телефона. Ей повезло, главврач во время своего обыска не наткнулся на него, а что было еще лучше, так это то, что он выдержал испытание водой и не отключился. Листая список контактов, она вдруг наткнулась на подписанное над одним из номеров «Моя любовь». Недолго думая, студентка нажала на зеленую кнопку вызова. В это время главный врач набирал номер, по его словам, нужных людей…

Cassie Hack: Краснеть еще не приходилось. Да, были моменты в жизни, когда необходимо было защищаться, бороться, всеми силами стараться выжить, были и такие, когда ты сам не знаешь, что происходит и только и остается что строить удивленное лицо и спрашивать первого встречного – а что собственно говоря сейчас твориться. Пожалуй, спрашивать о том, конкретно царившем хаосе в здании госпиталя, не имело смысла. Она уже почти смирилась, кажется, с мыслью о царившем повсюду разврате, но нет – стоило выйти из палаты и ноги буквально понесли девушку к лифту, быстрее и быстрее, а щеки пусть и не покраснели, но румянец напомнил о себе. Если Кассандру занимал вопрос, что за вещество распылил пацан, то Мару больше интересовала вакханалия творившаяся вокруг. Представьте себе двух борющихся женщин и вы поймете каково сейчас было ей. С одной стороны смотреть было противно, с другой – так или иначе демон подмечал находчивость людей и волей не волей она оглядывалась на действие. Стоило дверям закрыться, как Кассандра облегченно вздохнула. Меньше всего ее сейчас волновало то, что происходило гораздо ближе, а конкретно три вещи – недоумение похищенной девушки, раздражение Сайлара и … реакцию Питера было сложнее описать, хотя бы потому что он не только пребывал в восторге и постоянном хорошем расположении духа, к тому же мог быстро сменить милость на гнев, и наоборот. Когда казалось можно было спокойно выдохнуть, Кэсс чуть не произнесла коронное «ай!» во весь голос, когда в лифт ввалилась парочка целующихся врача и медсестры. Из огня да в полымя, одно хорошо – быстро разобрались, быстро вышли, без вопросов, без приключений, и даже их попутчика, ясновидящая не промолвила не слова. Хотя на ее месте и Хэк давно бы язык чесался. Что сделать, привычка, профессия и природное любопытство. Дальше же все было как по сценарию – они вышли, недалеко остановились плохие (в данном случае) парни в черном, они сели в машину, гашетку в пол и забыть о тормозах. Это было куда привычнее, чем бесплатные уроки врачебной камасутры. - Так просто не отстанут, - смотря в зеркало заднего вида и видя как вслед за ними от больницы отъехало несколько машин, усмехнулась девушка. Обернувшись назад бросила короткий взгляд на похищенную, затем на Питера. – Может тебя скинем как балласт, раз она для нас ценный артефакт, пусть мы и не знаем еще в чем ее ценность, – делая акцент на последних словах продолжила Хэк, давая понять, что все-таки рисковать своей драгоценной шкуркой, пусть и с условиями, но привыкла за вещи ведомые ей. Даже с тем же Омегой, было четко ясно что, где, когда и какого хрена она вляпалась во все это дерьмо. Пока же ответы были только на половину вопросов, остальные оставались за кадром, в голове этого маленького мерзавца, который раздражал не только ее. Их обеих, если говорить честно. Впрочем, позиция Мары была более, так сказать, либеральной, то она предлагала задушить мальца, то буквально хотела его расцеловать, а учитывая специфику демона все это добром не могло закончиться, как ты не взгляни. - Тебя хоть как зовут? – попыталась наладить мосты общения с незнакомкой, все еще бросая взгляды на преследователей через стекло кузова.

Pain: - Хоть головой о крышу не стукнули... - Это было, наверное, единственным на данный момент разумным позитивным моментом. Все трое похитителей были мутантами. Парень, который, казалось, был небольшим сосредоточием злобы и ненависти, или просто - дремлющий очаг зла, показал это, без каких либо моральных колебаний швырнув в стену "ошалевшего" старика с медсестрой. Мишель этого не видела, но исходя из обращения мальца, который, как оказалось, держал парня "на поводке", было ясно, что обычный человек не смог бы отшвырнуть двоих взрослых людей, даже не сдвинувшись с места. А уж кому как не Мишель знать, двигался ли её похититель, или нет? Ещё было явно, что отношения между троицей были очень напряжены. Точнее, пока было заметно это лишь по отношению к мальчику, который, между прочим, действительно относился к своим подопечным не лучше чем к охранным псам. Почему Мишель акцентировала на этом внимание? Потому что это могло бы ей очень пригодиться в будущем. Да и в её положении ничего больше делать полезного не оставалось. - Сайлар. Кто они? Мишель кое-как попыталась заползти на заднее сидение так, что бы находится в обыкновенном сидячем положении, и к её счастью, это оказалось куда легче чем представлялось. А значит, ещё немного, и она полностью реабилитировалась для обыкновенных действий. С пробежками и молниеносными нападениями придется явно повременить. А вот попытаться что-нибудь разрушить, например черепную коробку мальчишки... Он явно был гнилым типом. Хотя он всего ещё ребёнок, да и не стоило горячиться, хотя бы не узнав, кто эта компания, и на кого они работают. - Так просто не отстанут... Может тебя скинем как балласт, раз она для нас ценный артефакт, пусть мы и не знаем еще в чем ее ценность. - Ценность? Проклятье... За мной устроили охоту... А я то уже смела думать, что благодарна воскрешению удачливому случаю... Сейчас Мишель чувствовала себя каким-то объектом, который нужен всем, и счастливец тот, кто ею сейчас владеет. Вот только этот счастливей рискует своей шкурой, в отличии от объекта, который велено всем защищать... Отвратительно чувство, хоть оно и заставляет чувствовать себя в безопасности, и даже позволяет играть на некоторых фактах, если правильно выбрать рычаги и вовремя на них нажать. Но это было пока лишь смутной дымкой мыслей, которые придётся додумывать позже. А сейчас... - Тебя хоть как зовут? - Обратилась черноволосая. Мишель думала, что если её тело уже её слушается и почти здорово, то значит и голос нужно было просто разбудить. Она прокашлялась, рассчитывая тем самым растормошить и прогреть связки, и попыталась произнести ответ. - Какая к чёрту разница? Ваших имён я не слыхала! - Это прозвучало сипло и негромко, но всё же прозвучало. И пускай эти слова отозвались непривычным дискомфортом и напряжением в связках. - Я понятия не имею, что вам от меня нужно. Так что сначала рекомендую держать слово вам.

Sylar: Покинув территорию госпиталя, свернув вправо, Сайлар вдавил газ до предела и рванул автомобиль в сторону трассы. Черные джипы, пассажиры которого уже вернулись на свои места, не отставали и по пятам следовали за четвертой одаренных, также выехав на трассу. Что говорили девушки с заднего сидения, Сайлар не слушал, полностью поглощенный дорогой и наблюдением за джипами. Он не знал, что это люди Амбала, да его это не особо и интересовало - единственным, о ком он сейчас думал, кроме преследователей, был сидящий на соседнем сидении парень. Его кривая ухмылка не сползала с лица даже сейчас, в момент погони, но Грей был уверен, что стоит ему предпринять попытки высвободиться из-под контроля, и белобрысый тут же схватится за свой чертов пульт и успеет активизировать внедренное в мозг Сайлара устройство. Относящийся ко всему происходящему менее серьезно, Питер, в свою очередь, внимательно прислушивался к диалогу Кассандры и Мишель. Состояние Грея его ничуть не интересовало. - Сейчас договоришься и в качестве балласта в окно вылетит твоя правая нога, а вслед за ней и все остальное тело, - развернувшись к девушкам, отозвался подросток. Будто подчеркивая серьезность своих намерений, он скептически посмотрел на ноги Кассандры и потянулся ладонью к правой лодышке, но голос очухавшейся Мишель отвлек его. Явно не ожидавший такого сиплого шепота, Питер удивленно поднял брови и тут же скулой приложился о спинку сидения, при особенно резком развороте. Забыв, что хотел сказать на истерику девушки, подросток упрямо выпятил нижнюю губу и недовольно посмотрел на Сайлара. - Грей, полегче, не бревна везешь! Ответа от Грея не получил, а на грозный взгляд, брошенный в его сторону, только хмыкнул. Заметив, что джипы проделывают те же маневры, что и их автомобиль, Питер решил не нервировать водителя. - Мы тебя сейчас от людей в черном спасаем, так что ты не истери тут и толково на вопросы отвечай, - снова развернувшись к девушкам, сказал Пэн и уставился в лицо Мишель, ожидая подробного и красочного рассказа. Ему не хотелось признавать, но об этом деле он знал не намного больше Сайлара и Кассандры, что нервировало и в тоже время разжигало любопытство. Так и не успев получить ответа, Питер был вынужден рукой упереться в крышу автомобиля, так как его сильно тряхнуло. В этот же момент он увидел, как из джипа высунулся человек с пистолетом и целится в их сторону. Стрелку хватило всего два выстрела, чтобы попасть в цель и разбить заднее стекло, из-за чего не особо смелый подросток тут же сполз на сидении вниз, прячась от обстрела. - Твою мать, Сайлар, какого хера ты делаешь, если даже от сраных джипов избавиться не можешь? - изменившимся голосом проорал Пэн.

Cassie Hack: А девчонка попалась не промах. Не сдалась сразу на волю случая и не пожелала плыть по течению, накинувшись на Кассандру с ответными вопросами, и та ее прекрасно понимала, сама бы точно так же поступила, если бы в палату ворвалась тройка казачков-разбойников, схватила за белы ручки-ножки и утащила с собой. И пусть по дороге можно было понять, чем объяснялась такая спешка – массовым помешательством персонала и не менее серьезной угрозой со стороны громил Амбала, тем не менее, наверняка шок – это меньшее что можно было испытывать на месте этой странной девушки. Вопросы о том, какова ее важность пришлось отмести как только машину не хило тряхнуло и только выставленная вперед рука не дал Хэк впечататься лицом в сидение впереди. А этого делать ой как не хотелось, хватило и тех нескольких…множеств раз, при знакомстве с этим альбиносом, то и дело лицо и голова оказывались либо под властью пудрящего мозги телепата, то встречались с картонно-бетонными покрытиями всего земного шара, как при этом еще не сломала нос и само лицо не распухло – оставалось загадкой, то ли сила ударов была такой, что сам организм не понимал, что собственно с ним произошло, то ли, а это скорее всего, прошлые травмы уже закалили, в конце концов, пока весь остальной мир подростков ее возраста думал о поступлении в колледж, она принимала решения связанные напрямую со своей жизнью и жизнь напарника. Как правила решения были простые – убить этим или тем. Но это все лирика, проза жизни – вот что сейчас развертывалось перед ними аки театр под открытым небом в Афинах. И похоже, следуя из вопроса, Питера, подосланный пионер директора сам мало что понимал в текущем положении дел. Просто превосходно. Мы втроем такие вот амиго вместе с сеньоритой, о которой ни черта не знаем. - Я - Снегурочка, впереди - Санта-Клаус, а это – олененок Рудольф, на первое время сойдет, - оборачиваясь и мысленно чертыхаясь не без доли иронии ответила на вопрос девушки Кэс. – Побеседуем за чашкой кофе потом, господа. Рука инстинктивно дернулась к карману джинс, пусто – проклятье! - в буквальном смысле этого слова. Оставалось только действительно бросить шибко умного подростка под колеса черных джипов, которые сами были каким то архаизмом. Сам то Амбал разъезжал на красивом белоснежном авто немецкой сборки. Красота, да и только. Судя по фотографиям, скудно поступающим в редакцию прямиком по почте из больницы, где после вот таких фотосессий отлеживались все фотографы любого издания. Перегнувшись через заднее сидение Кассандра откинула то, что можно было назвать то ли пледом, то ли брезентом, понять было невозможно, а времени на внутреннюю дискуссию чувства модельера и того меньше было. Искала она всего одну вещь, хоть мало-мальски полезную, без которой (Господи, я тебя умоляю) наверняка не отпустили бы ни их, ни даже Питера одного. В конце концов, они не в песочек поехали играть с этой самой провидицей и ее охранниками, ведерками и савками дело не ограничиться. Пара каких то пустых коробок в сторону и вуаля – да не вините автора за чрезмерную фантазии, все продиктовано логикой и нуждами наших героев, а что более всего было нужно чем… - Постарайся вести прямо, - обращаясь к Сайлару и опуская стекло крыши, улыбнулась девушка убирая пару патрон в карман брюк, а третий на пару секунд задерживая в руки и заряжая им миниатюрную, по меркам остальных, легкую, но тем не менее пригодную винтовку-винторез. Не сказать, чтобы Кассандра была снайпером. В сущности, навык обращения с огнестрельным оружием приходил примерно по такой формуле – заброшенный дом, слэшер, ты падаешь с лестницы и видишь рядом пистолет, либо ты быстро схватишь его и разберешься по какому принципу работает половина огнестрельного оружия в мире , либо тебя похоронят на ближайшем кладбище в братской могиле бомжей, так как ты в этом городе не живешь. Упершись одной ногой в спинку переднего пассажирского сидения, а второй в спинку заднего, Хэк высунулась в окно на крыше, на минуту вернувшись в салон, как только по оной прошлись очередью из пистолетов их старые добрые знакомые. Ты умеешь обращаться с ней? – голос Мары был ни на шутку встревожен, и было понятно почему, так скоро в нижние миры она возвращаться не хотела, на самом интересном месте то. Было дело – пришлось научиться, правда тогда не было такой трясучки. Выстрел. Пуля застряла в лобовом стекле одной из машин. Кэс опустилась в салон, ловя на себе несколько нахальный, впрочем он всегда таким был, но еще и недовольный взгляд Питера. Усмехнувшись девушка кивнула в сторону преследователей. Лобовое стекло одной из машин начало покрываться своего рода коростой, полностью лишая водителя обозрения и перекидываться ржавчиной на остальную часть автомобиля, что заставило машину буквально вылететь в кювет. бред, товарищи, знаю, но так мы три года будем ехать.

Ego: Переход: Тёмный переулок. Темный силуэт за тонированными окнами служебного автомобиля звучно щелкнул телефоном-раскладушкой, обозначая тем самым окончание так и несостоявшегося толком разговора. Устало потерев двумя пальцами переносицу, девушка наклонила голову в сторону окна, бросая взгляд на стремительно проносящиеся плакаты и многочисленные рекламные вывески - яркие, пестрые и кричащие для одних и бледные, бесчувственные, серые для нее. И дело здесь далеко не в темном стекле, отделяющем одаренную от настоящих, реальных красок. Нет, она просто устала. Устала от того, что вокруг нее и с ней в том числе, постоянно что-то происходит, что только сильнее сгущают над головой темные, почти что черные и злые тучи. Никакого просвета, для него в этом густом небе просто-напросто нет никакого места, возможно, хотя бы потому, что еще не время. Но придет ли оно - вот в чем вопрос. Пока черная полоса, не спешащая прерваться и уступить дорогу белой, не закончится, не видать ее глазам ничего светлого. А темное же начинало понемногу удручать и направлять поток мыслей в отнюдь не оптимистичную сторону. Оба звонка стали для девушки полной неожиданностью. Хорошо одно, что первым поступил звонок от медицинской сестры, именно он и помог Эго перехватить следующий позывной - уже от главного врача госпиталя, который намеревался расправится с возникшей проблемой самыми проверенными и действенными методами. Что же, она вполне готова помочь не без пользы для себя. Учитывая описание случившегося с одним из врачей, нельзя было поддавать сомнению личность их случайного пациента. Уничтожение органической материи путем элементарного прикосновения - Кэрол ни разу не встречала одаренного, способности которого явились бы аналогом способностей Кевина. Более того, девушка долго пыталась сообразить, каким именно образом можно обойти этот дар, но каждый раз - безуспешно. Но теперь, когда у нее проявился потенциал к мимикрии, может стоит попробовать? Ведь Форд вполне может дотрагиваться до себя без каких-либо последствий, стало быть парень имеет иммунитет к собственной силе. Что будет, если Эго попытается при опасном прикосновении скопировать его способность и обернуть против него самого? Его кожа не должна будет среагировать на это, а значит... Блондинку усмехнулась сама себе, под нос, продолжая вертеть в руках небольшой черный телефон. От отца уже давно не было никаких известий, от Кассандры - и в помине ни одного звонка, может стоит ей как-нибудь на днях набрать и пригласить куда-нибудь выбраться? Нет, у нее своих дел по горло, что ей до ее племянницы? Долохов был на задании, от Дакена тоже - никаких вестей. Забавно иметь так много друзей, но не поддерживать с ними постоянную связь. Однако, желания исправить все это у одаренной не находилось. Напротив, после всего произошедшего в ее жизни, хотелось зарыться с головой поглубже в одеяло, обнять подушку и глухо рычать, чтобы ни единая душа даже не подумала потревожить ее покой. Но, с другой стороны, оставаться одной ей жутко не хотелось. Память в последние дни принялась давать сбои и неизвестно, чем может обернутся очередной приступ. Пора бы уже перестраиваться на какую-то одну, определенную волну, а не метаться с одной на другую. Пора бы уже это понять. Автомобиль остановился напротив главного входа. Неспешно натянув на руки кожаные перчатки со стальными вставками - теперь девушка мало где появлялась без них, Эго вышла из машины, тихо хлопнув дверцей. Дойдя до двери со стороны водителя, девушка приоткрыла ее и натянуто улыбнулась своему водителю, так мило одолженному вместе со служебным автомобилем в офисе: - Я отойду ненадолго. Потом отвезешь меня еще в одно место и я тебя отпущу, - вновь тихий хлоп дверью, блондинка устало потерла затекшую в машине шею, поспешно поднимаясь по ступеням крыльца. Больницы. Одаренная ненавидела их за один мерзкий запах лекарств - слишком чистый, чтобы быть воздухом. Следуя за мужчиной в белом халате, который слишком эмоционально пытался донести до нее что-то, Эго сдерживалась, не давая себе остановится - чем дальше они заходили вглубь больничного корпуса, тем острее чувствовался этот запах. И как только врачи могут работать в такой атмосфере - непонятно. Но, по-видимому, это - их работа, они и сами пахли медикаментами, а ее же работа, по большей степени, пасмурная свежесть и чистый, влажный воздух. Чтобы я еще раз зашла сюда, ... - промелькнуло у нее в голове прежде, чем дверь за ее спиной закрылась. На губах появилась улыбка - отражение того, насколько врачи испугались своего необычного пациента. Связанный по рукам и ногам, Кевин еле слышно дышал, но даже если бы его грудь и не вздымалась вовсе, то это не прогнало с ее уст усталой радости - снова увидеть его. Скинув с себя кожаную куртку, блондинка повесила ее на стул около кровати. Вслед за ней последовали и перчатки. Любопытство брало верх над всякого рода рациональностью и вместо того, чтобы начать развязывать ремни, Кэрол склонилась над молодым парнем, осторожно приблизившись кончиками пальцев к его щеке. Ощутив легкое жжение, девушка мгновенно воспользовалась способностью к мимикрии и скопировала способность Форда, что дало ей следующее - возможность без какой-либо опасности для себя погладить его по щеке, что вызвало еще более радостную улыбку, пускай и грустную от того, в каком положении он находился. Опустившись рядом с ним, на кровать, Кэрол с упоением скользила подушечками пальцев по его щекам, губам, подбородку. Ведь прежде она никогда не имела такой возможности - прикасаться к нему, а теперь... - Кевин, - прошептала девушка, будто веря в то, что от одного лишь ее шепота, он, наконец-то, проснется.

Pain: Обычно, человек, которого похищают, в руках похитителя должен испытывать как имнимум страх. Но возможно ли боятся травмированного парня, пускай и вид у него был устрашающий, а перевязанная рука была, скажем, бонусом к образу, девчонку, кожа которой явно намекала на возраст выпускницы старшей школы и мальчишку с гнилым характером? Учитывая, что этот малый, лет 14 от роду, не только абсолютно спокойно хамит и угрожает более старшим напарникам, но и помыкает ими. Компания во главе с мальчишкой... Это было странно, но абсолютно не страшно. Разумеется, если речь идёт не о размазне-меланхолике, который боится звука своего дыхания. А учитывая, что у похищенной характер довольно закалённый, и она сама принимала участие в подобных затеях, то говорить что-то о доминации похитителей, учитвая сложившуюся ситуацию, и речи идти не могло. Это ещё и потому, что самый опасный, как казалось Мишель, участник группы был занят ведением автомобиля. Их хорошенько тряхнуло, что моментально повлекло замечания со стороны малолетки в сторону водителя. Камю не понимала, почему Сайлар терпит к себе такое отношение, но зацикливатся на этом не собиралась. Те, кто гнались за их авто, были довольно настойчивы, и Мишель приготовилась к долгой погоне, так как ей почему-то казалось, что скрыватся от погони, её бравые похитители не умеют. - Мы тебя сейчас от людей в черном спасаем, так что ты не истери тут и толково на вопросы отвечай. Мишель не терпела когда к ней так обращались даже старики. А слышать такое от какого-то сопляка... Он действительно думает - что он самый лучший на планете? Уставился ещё! Мишель оставалась с виду невозмутимой, но внутри она ожесточённо боролась с желанием схватить сопляка за шиворот, и... - Я - Снегурочка, впереди - Санта-Клаус, а это – олененок Рудольф, на первое время сойдет. Побеседуем за чашкой кофе потом, господа. Девушка была более вежливой, по сравнению с малолетним уродцем, по крайней мере тем, что хоть как-то уважала слова собеседников. Хотя её юмор показался Мишель дурацким. На нервной почве? В итоге, Камю откинулась на спинку сиденья, уперевшись одной рукой в переднее сиденье, а другой держась за подлокотник на двери. Спасают от людей в чёрном... Как мне знать, что на самом деле это те, кто нас преследуют, не пытаются спасти меня от них? Компания абсолютно идиотская. Впрочем, как и эта пижама... "Снегурочка" откуда-то достала винторез (подарок русских?), и вылезла в люк на крыше. Вдруг раздались отдалённые хлопки выстрелов, видимо пистолетных, и буквально через миг, заднее стекло автомобиля зазвенело, оплевав всех находящихся в салоне маленькими осколками. Отлично, подумала Мишель, прижимаясь к спине кресла, съехав немного вниз. Не хватало ещё по стеклу топтатся. Да и какого чёрта они стреляют, если они хотят меня заполучить живой? Кретины! Впереди орал не на шутку перепугавшийся "Рудольф". Мальчишка... Ответ на выстрелы сзади долго ждать себя не заставил. Обратно высунувшись из люка, "Снегурочка" произвела выстрел, и залезла обратно внутрь салона. Мишель приподнялась, что бы увидеть сквозь разбитое заднее окно результат её выстрела. Странные последствия выстрела. Хотя если учитывать возможный фактор гена Икс... Так или иначе, выстрел оказался очень результативным. Даже более чем, так как вторая преследующая машина, не ожидая такого неожиданного вылета из игры впередиедущего напарника, резко дёрнула в сторону, дабы не столлкнутся краем с вылетающим авто, и столкнулась с фургончиком, ехавшим по встречной полосе. Из салона "убегающей" машины можно было увидеть лишь то, как столкнувшиеся автомобили, приняв в местах удара форму мятой фольги, отлетели друг от друга. Что было дальше - уже находилось за поворотом. Но ясно было одно - от погони удалось оторватся. Слегка улыбаясь удаче стрелка, Мишель выглянула в окно, уже сев по свободнее. В каком я городе?

Sylar: Опасность миновала - по крайней мере, так казалось на первый взгляд. Сайлар, который мог без труда избавиться от автомобилей с помощью своих способностей, но из-за плохой репутации так и не получивший возможность сделать это, резко развернул руль и увел автомобиль в сторону. В какой-то момент даже пожалел о том, что Кассандра смогла так лихо разобраться с преследователями - если бы не ее поспешность, Питер бы сдался и отключил устройство, мешающее опасному убийце использовать свои возможности на полную мощность. Это позволило бы Сайлару не только смять джипы силой мысли, но и надоедливому подростку-надзирателю череп ударом об асфальт сплющить в однородную массу. - Сама ты олень! - перестав вопить от испуга, с запозданием спохватился Пэн. Больше всего на свете он ненавидел оставлять вот такие вот реплики без внимания, без ответного комментария и грубого ответа, и потому то, что Кассандра их фактически спасла, не имело никакого значения. Хамить ему она не смеет, тем более у Пэна на руках имеются козыри, о которых он в любой момент может ее известить и изгадить каждый отведенный жизнью день. - Притормози, ты не туда едешь. Надо возвращаться на базу, показаться боссу и сдать наш талисманчик с рук на руки, - все еще недовольный отсутствием уважения к себе, Питер повернулся к Сайлару и потянул рукой руль. Машину дернуло, мужчине пришлось быстро выворачивать руль и съехать на обочину. - Может ты тут и главный, но не лезь под руку, если не хочешь убиться. Понял? - не на шутку рассерженный, Сайлар обеими руками вцепился в руль. Ему нужно было перевести дух, успокоиться, иначе он даст волю своим инстинктам и набросится на подростка голыми руками. Увы, этот бой окончится не в его пользу - это было единственным сдерживающим фактором все это время. - Да я всего лишь... - начал было Питер оправдываться, но тут же замолк, поймав на себе взгляд черных глаз убийцы. Нахмурившись, подросток достал из кармана пульт управления и покачал им: - Заводи машину, давай. Тоже мне, полиция нравов нашелся... На лице Питера появилась широкая ухмылка, в глазах заплясали озорные чертики. Сайлару ничего не оставалось, кроме как в очередной раз признать себя проигравшим и, отвернувшись, повернуть ключ в замке зажигания. Двигатель зарычал, машина тронулась с места. Вырулив на дорогу, Грей начал разгонять авто до положенной скорости, когда неожиданно что-то резко затормозило их. Сильно ударившись грудью о руль, да так, что перехватило дыхание, Сайлар попытался узнать, что произошло, и поднял гудящую от боли голову. Капот был раздавлен всмятку здоровенной механической ногой робот, который, нагнувшись, заглядывал в салон автомобиля. Послышался скрежет металла, сильные пальцы робота, словно консервную банку, стягивали с машины крышу. - Рад вас видеть, дамы и господа. Прощу прощение, но девушку мы заберем с собой. Голос исходил из головы робота, которая представляла собой экран с постоянно передающимся изображением человека, сидящего в инвалидном кресле. Эдакий разговор он-лайн с тем, кто управлял этой здоровенной махиной.

Cassie Hack: На отклик Питера стоило только улыбнуться. Значит вот оно как – иметь младшего брата, так как у тебя есть только старший, пусть и объявившийся спустя несколько лет, это совсем другое, он учит тебя жить и становится почти отцом, а здесь можно мерзко оскалиться, предполагая собой то, что несмотря на ответную реплику ты его уделала. Ребячество, да, но что поделать такова ее природа, лучше относиться к ситуации с юмором чем с трагедией, а ведь стоило бы – она в руках, буквально в клетке, и даже ничего не может сделать для единственного человека что-либо значащего для нее. Машина вылетела на обочину, что заставило девушку со всей силы приложиться щекой к переднему сидению и только про себя и согласится с репликой парня про дрова, и возмутиться тому, что щенок полез под руку водителю. То ли его не волнуют их жизни, то ли жизнь украденной из лап Амбала пациентки, а может он просто ищет способа умереть, никак все это не входит ни в планы Кассандры, ни тем более Мары, которая просто так и норовит вылезти наружу и пообщаться с парнем тет-а-тет. Что бы ни шло, тем не менее, потирая ушибленную скулу, она никак не могла предполагать того, что случиться далее, уже готовясь разнимать назревавшую сору. Остается только предположить, о чем думает девушка в пижаме – наверняка считает их последними придурками присланными спасти или убить ее, не так важно, главное - в ее глазах Кэс уже представила всю троицу полными идиотами. Собственно говоря случилось следующее, они впечатались во что, а потом выяснилось что это … нога робота?! Вот здесь лицо ни на шутку скривилось от удивления, кадр не очень удачный, однако выражающий весь спектр эмоций – раньше такого не было. Нет, не судите строго, было конечно почти все – демоны, злые духи, одни слэшеры чего стоили, если учесть, что все отличались изворотливостью и порой могли околдовать то, что обычно принято дарить не день святого Валентина. Как вам плюшевый медведь, вырывающий глаза? Но чтобы такого – никогда. Ахренеть, это в арсенале Амбала? Кэлу стоит таким же запастись. - Вот это совсем плохо,- уже схватила за ворот пижамы девушку, чтобы при первой возможности выбежать из машины. – Сайлар? – имя произнесено, однако взгляд метнулся к Питеру, сразу как-то стал серьезным и каким-то другим, но к этому мы вернемся позже. Скажем просто, чтобы что-то совершил Грей, надо чтобы кое-кто мелкий и надоедливый, и противный, убрал руку от пульта.

Pain: Это превращалось в идиотский сон. Человеку, который жил обычной жизнью ячейки социального устроя общества, существующей по одному и тому же расписанию, могло показаться, что он действительно спит, либо его похитили инопланетяне, у себя на корабле поимев его сознание и напичкав наркотой, отправили обратно домой, переживать всё ЭТО. Мишель была бы не против, если всё это в итоге оказалось тем идиотским наркотическим сном. Но всё же ощущение реальности, такой чёткой и ограниченной, словно новая цифровая фотография, упёрто говорило об обратном, и очнутся в каком-нибудь загаженном притоне, пускай хотя бы притоне, с абсолютным забвением о событиях за последние пару месяцев, не выйдет. Хотя, входя уже в такие крайности, лично для Камю было бы всё же предпочтительнее сидеть сейчас в машине с тремя недопохитителями. Что-то подсказывало, мол если они затормозят хоть на две секунды, и Мишель тихонько выскользнет из машины, то эти проедут без неё ещё метров сто, пока не сообразят, что чего-то не хватает. Но останавливаться никто не собирался, так как не смотря на явное непрофессиональное поведение, виной которому был явно мальчишка "Рудольф", компания была довольно целеустремлённой, и могла решать возникающие задачи с поразительной скоростью и смекалкой. Мишель иногда косилась на сидящую рядом и на Сайлара. Видеть мальчика ей не удавалось, так как тот сидел в кресле перед ней, и его рост не позволял увидеть даже затылка. Разве что торчащие русые волосы. Вот только сейчас не было видно и их, так как "Рудольф" наклонился к рулю и дёрнул за него. Что за идиот!? Вовремя выставленная ладонь спасла лицо Мишель от встречи с задвинутым дверным окном, так как машину довольно нехило вильнуло, а затем авто резко остановилось, со скрипом съехав на обочину. Любой водитель на месте Сайлара, даже не обладающий сверхспособностями, размазал бы сопляка, за такое, по пешеходной зебре... И тут Мишель стала понимать, что сдерживало наёмника. Какой-то маленький пульт был у мальчишки в руках, и эта штуковинка явно не давала Сайлару съесть мальца живьём, без приготовления и приправ. Отличный момент, что бы попытаться слинять. И обстановка подходящая, рядом шоссе, которое забито автомобилями, и увильнуть между ними будет проще простого. Мишель уже посмотрела на ручку двери, и её рука плавно потянулась к ней, пока все были заняты межусобными ссорами. Сердце бьётся чаще, ладони становятся влажными. Мозг, кажется, работает быстрее любого сверхкомпьютера. Улавливает малейшие изменения окружающих предметов. Готов решать любые задания, в любых количествах. Все мышцы напряжены и готовы сделать рывок. Если повезёт, то даже удастся воспользоваться сверхскоростью, и этим оставить троицу без шанса на поимку беглянки. Ещё секунда. Ладонь уже легла на прохладную пластиковую ручку. Зрачки просто впивались в профиль девушки, в руки Сайлара, в торчащие волосы мальчишки. Но вдруг резкий и неожиданный блик за стеклом. Это заставило отвлечься на секунду, резко глянув в окно. Драгоценная секунда... Ты никогда не знаешь, сколько времени тебе нужно для какого-либо дела. Ты можешь делать всё либо медленно, неторопливо, либо в спешке, но никогда в темпе, который входит в определённые временные рамки, которые ты себе задаёшь. Если бы Мишель знала, что эта секунда будет последней перед тем как они тронутся, то не раздумывая рванула ручку двери, и выскочила из авто. Но когда машина начинает двигаться, а у тебя есть только один шанс, что бы сбежать, то лучше не рисковать, так как есть вероятность закончить свой побег только начав, неудачно выскочив из движущегося авто. Но об этом Камю будет думать уже после, так как сейчас она до сих пор колебалась, выскакивать или нет, но в итоге поняла, что уже действительно поздно. Не успело авто отъехать и на пятнадцать метров от места остановки, как тут же потеряло способность ездить навсегда. Что-то огромное и тяжеленное рухнуло прямо на капот, тем самым заставив всех сидящих на задних сидениях подлететь к потолку. Благо скорость автомобиля была не достаточно высока, что бы при столкновении от пассажиров и водителя остались лишь страховка и кровавые разводы. Мишель подкинуло вверх, вместе с сидящей рядом "Снегурочкой", и опять же, только выработанная как умение ездить на велосипеде реакция спасла от переломов и потери сознания. Хотя всё же приложится макушкой о потолок пришлось, хоть и не так сильно как было, если б Камю не успела поджать голову и ухватится руками за переднее сидение. - Рад вас видеть, дамы и господа. Прощу прощение, но девушку мы заберем с собой. - Произнёс чёткий голос, но для Камю он был сейчас размытым и неразборчивым, как крики спросонья. Зажмурившись и свалившись в нишу для ног, девушка приложила руку к ушибленному месту, стараясь погасить боль, как вдруг почувствовала, что за ворот её рубашки кто-то уверенно взялся рукой. - Вот это совсем плохо. Эти слова уже были более разборчивы. Миешль открыла глаза, и увидела перед собой лишь угол переднего кресла. Поведя головой, ещё щурясь от колкой боли в теме, девушка увидела тело огромного робота. На месте его головы был экран, проектирующий изображение какого-то щуплого человека в коляске, а за его спиной виднелась чья-то огромная стать в роскошном костюме. Рука человека сзади легла на плечо щуплого, создавая впечатление, что сейчас щуплый перекосится от тяжести этой большущий руки, но на самом деле тот даже не дрогнул, лишь посмотрев на босса снизу вверх. - Что за..?

Sylar: Если человек хочет рассмешить Бога, ему следует рассказать о своих планах. Это верно, потому что несмотря на многочисленные стратегии, тактики и схемы, мы не можем предсказать всего того, что произойдет на самом деле, во время непосредственного сражения. Их план был предельно простым - добраться до госпиталя и перевезти из него некую девушку, обладающую паранормальными способностями. Но что это за способности, за которые стоит подставлять свои задницы под пули людей в черном, разъезжающих на джипах? Что это за способности, которые вызывают столь ярый интерес со стороны криминального короля и заставляет его посылать на задание здоровенного робота? Сайлару было наплевать и на то, и на другое, и на третье. Он потерял свою уникальность, свою силу, свою свободу - только это было значимо и только это сейчас волновало все его существо. Ненависть сжигала его сердце, заставляла нервные окончания по всему телу сжиматься и держать тело в напряжении. Он не мог смириться с мыслью, что кто-то его использует. С самой идеей, что он должен кому-то служить, свои таланты растрачивать на чьи-то прихоти и быть послушным псом на привязи хозяев. Гнев - словно вирус, словно особый вид бактерии, гнев распространялся по венам вместе с кровью, заставляя от негодования клокотать каждый кусочек плоти. Ему пришлось слишком многое пережить, через многое пройти... и что теперь? После всего, что было, просто встать на колени и склонить голову? Без сопротивления, без борьбы, без лишних слов. Переступив через себя, через свое прошлое и стереотипы, через воспитание и воспитателей, Сайлар стал зверем. Настоящим, изощренным, хитрым зверем, не способным смириться с неволей. Не для того он разорвал все путы, сковывающее его сознание принципами. Не для того он перешагнул через грань человечности, чтобы стать чьим-то безмолвным рабом. Не для того... - Питер, отпусти меня, иначе все пропало, - сказано одними губами: глухо, шепотом. Питер был совсем близко, низко пригнувшись и руками обхватив голову - не боец, скорее изощренный садист, способный быть храбрым только если противник связан по рукам и ногам. Его хватило лишь на то, чтобы отрицательно помотать головой и начать дергать заклинившую ручку двери. - Питер, послушай... - Вы оказываете сопротивление правительственным агентам! Отступите, иначе мы вас арестуем! - не слушая, что ему говорит Сайлар, громко заорал Пэн роботу, словно у того могут быть проблемы со слухом. Подросток дрожал всем телом, дергая ремень безопасности - который машинально застегнул во время экстренного торможения - и ручку заклинившей двери. Он не боялся смерти или боли - самого страшного по мнению многих людей, но при этом испытывал непреодолимую клаустрофобию и теперь, когда со всех сторон его окружила безысходность и отсутствие варианта "унести ноги можно здесь", его кидало то в жар, то в холод. Он уже не думал об успехе операции, о том, что придется объяснятся перед Кэлом за провал и нести ответственность за потерю одаренной девчонки. Единственное, чего он хотел - выбраться из машины и вздохнуть полной грудью. - Глупо угрожать в вашем положении, молодой человек, - отшвырнув смятую крышу в сторону, ровным голосом отозвался Умник. Стоящий позади него человек лишь усмехнулся, никак не комментируя слова маленького сопляка, по вискам и лбу которого текли крупные капли пота, вызванные страхом. - Черт возьми, выбирайтесь из машины, быстро! - открыв дверцу и буквально вывалившись из салона автомобиля, глухо прорычал Сайлар. Он был уверен в Кассандре и знал, что она не подведет и в любом случае сможет вызволить свою соседку из-под огромной руки робота, который уже потянулся за своим живым талисманом. Быстро поднявшись на ноги, выпрямившись во весь свой немалый рост, Грей выставил руки перед собой и попробовал использовать телекинез. Трюк в госпитале сработал, но то было лишь малой долей того, на что в действительности был способен мутант. И теперь, все еще находясь под воздействием пульта управления, трюк не срабатывал на большие весовые габариты робота. Сайлару удалось лишь немного пошевелить его, заставив сделать небольшой шажок назад. - Питер, черт бы тебя подрал, у нас приказ. Отпусти меня, иначе провалим все! - с трудом увернувшись от сильного удара робота, который, обратив внимание на мешающую ему букашку, решил смять ее в лепешку, прокричал мужчина. Он откровенно врал, заговорив о приказе и о том, что радеет за его исполнение - ему нужен был только один щелчок переключателем, который вернул бы ему всю полноту способностей. - Питер! Робот, не ждавший сопротивления от новоявленных смертников, теперь не только хотел похитить Мишель, но и уничтожить ее телохранителей. Пэн оказался последним, кто все еще находился в машине и из-за сдавившего его сердце страха не мог выбраться наружу. - Питер! Это была победа. Подросток, отчаявшийся и уже не надеющийся выбраться из ремней безопасности не свихнувшись, полез рукой в карман и достал из него пульт управления. Щелчок, и Сайлар почувствовал, как к нему возвращаются его способности, полная власть над телом и безграничное чувство свободы. Не было смысла разматывать бинты и проверять раны - мужчина перестал чувствовать боль и теперь без труда сжимал и разжимал ладонь в кулак. - Вытащи меня отсюда! - Как прикажешь... - посмотрев на подростка исподлобья, шепотом выдохнул Сайлар. Его губы тронула кривая усмешка того превосходства, которое он всегда испытывал по сравнению с другими людьми. Уникальность, к нему вернулась его уникальность, ставящая Сайлара выше всех остальных. Резко разжатые пальцы и Пэна буквально выносит из автомобиля, с шумом ударяя о поверхность асфальта. Пульт вылетает из рук подростка, отлетев в сторону, но он ему уже и не нужен - по виску Пэна потекла струйка крови, на дороге он лежит в неестественной позе, потеряв сознание. - Теперь ты, - взгляд Сайлара обращен в сторону робота, откуда на него смотрит Умник и тот, кто все еще держит руку на плече инвалида. Ему не нужно знать, кто они и что им нужно. Грей нуждается лишь в осознании своей уникальности, в очередном доказательстве. Короткая разбежка, способность старого знакомого Тумана и тело превращается в неосязаемую материю, которая проникает в механическое тело робота. Еще мгновение, и изнутри робота начинают вырываться молнии.

Cassie Hack: В подобных ситуациях раскрываются многие истинные лица многих людей, простите за тавтологию. Когда, скажем так, человек находиться в относительной безопасности или думает, что обезопасен, то, как правило, ведет себя согласно общим принятым нормам и своим внутренним законам, но особо не выделяется, он может быть чуть менее изворотлив, чуть более дружелюбен, или наоборот направо и налево распространять браваду о том, насколько он велик и силен, быть последним мерзавцем и каждый раз показывать свое превосходство над другими. Последнее относилось именно к Питеру, вопрос Кассандры утонул в лязге рабочего механизма робота и полном равнодушии паренька, который сейчас не просто был объят страхом, он паниковал, бился в предсмертных конвульсиях подобно крысе в мышеловке, зная лишь одно – скоро мучениям наступит конец, и ему в том числе. Так, так, так, а вот и наш миленький маленький гном, который так настойчиво любил проявлять свою власть, - все происходило за считанные секунды, но за столь короткое время Кэс уже прониклась еще большим, если такое возможно было, презрением к этому существу, жалости не было, только подступающее к горлу отвращение на очередного представителя рода человеческого, который и до того не вызывал теплых эмоций, а сейчас и подавно. Парень настолько проникся чувством собственной угрозы и занервничал, что не слышал кажется ни черта, даже голос рассудка, который должен был присутствовать в нем. Отдать или просто переключить пульт, чтобы спасти их милые шкурки, - что может быть проще, однако Питер продолжал обхватывать голову руками и что-то там бормотать. Знаешь, Кэс, а мне даже жаль его немного, многие из вас такие, жалкие, никчемные создания, это невозможно изменить, убедилась на собственном опыте, даже дай вам власть и силу будете как мышки сидеть в своей норке и только время от времени высовывать носы, пока кошка не зацепит лапой одну из вас и вам не придется в страхе спасаться бегством. Толку, в общем, от их тюремщика и конвоира было немного, потому, предоставив разбираться с ним Сайлару, Хэк схватила девушку за воротник пижамы и потянула за собой как раз в тот момент, когда стальная рука робота потянулась к ней и готова была сжать хрупкое тельце в, буквальном смысле слова, стальной хватке. Обе буквально вывалились из машины на подогретый солнцем асфальт, первой поднялась на ноги Кэс и сразу же за руку потащила пленницу-пациентку-спасенную (нужное подчеркнуть) за собой, оборачиваясь на робота, который развернулся к ним и уже готов был в два шага преодолеть разделявшее расстояние. Если и было какое-то оружие, то оно осталось в машине, а Грей, пока мальчишка пребывал в кататоническом состоянии, ничего сделать не мог. Связались на свою голову. Я же говорила, от него одни проблемы будут, - Мара цокнула языком, явно намекая на давние события, недовольным тоном. - Цела? - когда они отошли на приличное расстояние, спросила Кассандра у похищенной, смотря все же на махину, которая заинтересовалась мужчиной. Правильная логика, сначала убей комара, потом дави лягушек. Следующим кадром для обеих стал фееричный, но короткий, полет Питера от машины на дорогу. Парень упал на землю словно подброшенный в воздух мешок картошки, выгибая руки под неестественным углом и роняя вперед себя пульт. А судя по тому, что впереди железная махина потеряла вообще всякий интерес к своей первоначальной цели, можно было догадаться, что мальчишка все же нажал нужную кнопку, что и явилось причиной его полета. Хэк медленно подошла к лежащему на земле парню, подошвой ботинка надавливая на пульт чуть сильнее. Пластмассовый корпус треснул и небольшой сонм искр возвестил о поломке оборудования, окончательном и бесповоротном. Сам их тюремщик продолжал лежать без сознания, медленно истекая кровью, все оставшееся время, за которое робот вобравший в себя туман, начал медленно разваливаться на части. Короткое замыкание, поломка генератора, Сайлар, - в общем, коктейль не самый лучший для работы техники, когда паразит, которого ты должен был убить, проникает внутрь тебя. Машину просто начало разворачивать изнутри, пока наконец с шумом, достойным лучших спецэффектов Голливуда, голова робота не взорвалась. Впрочем, как и все остальное тело. Кассандра склонилась над бесчувственным Питером и провела рукой по дорожке крови на лице, чуть улыбнувшись. Получил, маленький засранец. Убей его, так проще. Она поднялась на ноги, продолжая улыбаться уголками губ и переводя взгляд на Мишель, не видя, а уже скорее чувствуя, что рядом появился и Грей. - Что дальше? – что дальше, вот именно, Кэс все больше склонялась к тому, чтобы мальца придушить, а девчонку отпустить на все четыре стороны, она им без надобности. Но в их положении с этих двоих можно было получить и определенную выгоду.

Pain: - Что за..? Амбал? Какого чёрта ещё и Фиску от меня нужно? Так всё. К чёрту эту компанию... Приавительственные агенты? - Недоумению девушки не было предела. Это было слишком, даже для Кингпина - тягатся с правительством вот так в открытую. Но сейчас вопрос тсал немного иным боком. Какого чёрта правительству нужно от неё? Снегурочка уже вытащила не особо сопротивлявшуюся Мишель из раздавленного авто, причём явно позабыла, что если собираешся убегать, стоит смотреть под ноги, а не валятся на асфальте, ещё и схватив объект защиты за шиворот. Рубашка пижамы и так была тонкая и свободная. Не хватало что бы она её ещё и порвала. Хотя это лучше, чем случайно бы стянула. Мишель еле поспевала за чёрновлаской, так как та явно была в спешке и двигалась немного неуклюже. И вот спустя пару секунд, они уже на относительно безопасном расстоянии от робота, который в свою очередь сменил приоритет целей. Хотя Фиск должен был знать кто такой Сайлар, и просто отдать команду наплевать на конвой, и быстро схватить девчонку, после чего спокойно улететь. Но справок Король, или его люди не навели на эту тройку, и поэтому сейчас робот вступил в неравную схватку с мутантом, силы которого были практически безграничны. Разумеется много этого Камю не знала, и она лишь думала в данный момент, как бы поэфективнее приложить Снегурочку по голове, что бы та расслабилась минут на тридцать, и побежать, между остановившихся автомобилей. Разумеется, что парочка водителей решила остановится, что бы поглазеть на происходящее, или заснять это на камеру. Ведь не каждый день такое увидишь. В итоге, на шоссе образовалось ничто иное как "пробка". Мишель ещё пару секунд рассматривала одежду Кассандры, выискивая пистолет, так как следовало бы позаботится о прикрытии во время побега. Но атаковать черновласку не пришлось, так как та сама буквально отпустила Камю, отлучившись для уничтожения вылетевшего из руки Питера пультика. Пэин уже встречалась неоднократно с мутантами и иными различными личностями, такими как Карнаж к примеру, и телекинетик, пускай и мощный, её поразить ничем не мог. И вот, наступил момент, когда действительно нужно бежать, и Камю, кинув последний взгляд на Снегурочку и робота, побежала на середину шумящей и забитой стоящими авто дороги. Сначала бег был обыкновенным, но когда она пробежала между парочкой машин, вдруг почувствовала до боли знакомые ощущения. Всё вокруг начинает притормаживать, замедляя свой ход. Звуки становятся растянутыми и низкими. Не способными на резкость. И вернулось чувство превосходства и неуловимости, которое становилось с каждым ускоренным шагом всё сильней и сильней, пока лёгкие не стало резать огнём. Мишель резко остановилась возле стоящего фургона, и упёршись вытянутой рукой в бок этого фургона, стала приводить дыхание в порядок. Мышцы зудели как после первого занятия аэробикой, а с каждым вдохом, казалось, ты сейчас выплюнешь ком из себя. - Эй! Ты что, из больницы ударала, детка? Донеслось откуда-то сзади, но Камю не собиралась ему ничего отвечать. Она просто побрела далше, опираясь на автомобили и не обращая внимания на любопытные взгляды водителей и их пассажиров. Сколько я пробежала..? Мишель посмотрела назад, через разноцветные крыши пищащих авто и ругань водителей. Не было видно ни робота, ни разбитого авто, ни преследователей. Что-то подсказывало Камю, что никто преследовать её и не будет. Пока что. И нужно скорее возвращатся в... - Что это за город? - Спросила Пэйн у ближайшего водителя. Тот, смреив её недоумением ответил: - Гон-Конг. - Глумливая ухмылка. - Слушай ты, merdeux. - Камю резко схватила шутника за нос, почти перетянув его через окно. - Что за город? - Нью-Йорк! Нью-Йорк! - Начал вопить парень. - Merci. - Ядовито улыбнувшись, Мишель отпустила кровоточащий нос. Нью-Йорк... Прекрасно. Скоро за мной прийдут... Должны прийти.

Sylar: - Дальше... - едва слышно прошептал Сайлар, откинув голову назад и прикрыв глаза. Его губы растянулись в странную полуулыбку, трактовать которую можно было по-разному, в зависимости от возраста и степени испорченности стороннего наблюдателя. Как бы то ни было, правда заключалась в следующем: впервые за последнюю неделю, в течение которой он был вынужденно изолирован от общества и исполнял роль подопытного кролика, он наконец смог почувствовать себя по-настоящему сильным и это ощущение кружило голову, дарило уверенность. Уникальность, заставляющая его с тщеславием задирать подбородок и ухмыляться в лицо любой опасности, снова растекалась по его телу, наполненному мыслями, вкусами и талантами множества одаренных людей. Он помнил каждое имя, каждый адрес, каждый вздох жертвы, который становился последним по его желанию. Находясь в плену правительства, в комнате с белыми стенами и потолком, давящими на сознание и делающими окружающее пространство бесконечным, бессмысленным, Сайлар успел не раз потерять веру в себя и свое освобождение, и не раз усилием воли эту веру вернуть. - Мы немного поиграем в одну старую игру. Называется она "продай заложника"... Согнув приподнятые руки в локтях, направив ладони друг на друга, Сайлар смеющимися глазами посмотрел на Кассандру и краем глаза заметил едва уловимое движение, которое промелькнуло за спиной девушки и быстро скрылось, маневрируя между тесно остановившимися друг к другу автомобилями. Несложно было догадаться, что "движением" была та самая пациентка в пижаме, которую они вытащили из госпиталя и из-за которой произошла вся эта заварушка. Грей успел забыть о ней - слишком сильны были эмоции, вызванные возвращением его способностей. Если мутанты говорят, что хотели бы стать обычными людьми и готовыми жизнями расплатиться за такую возможность - им нельзя верить. Сайлар не понаслышке знал, что такое быть простым смертным и в тоже время познать, каково это, стать богом. Выбирая между двумя этими сущностями, лишь умалишенный изберет путь полнейшего ничтожества, никак не влияющего на свою жизнь. Она нужна Амбалу и Правительству - судя по всему, дорогой товар. Мальчишку может и не захотят купить, но вот ее... - всматриваясь вдаль - туда, где скрылась девушка, практично подумал Грей. Его пальцы начали издавать потрескивающий звук, словно электрический ток зашипел в розетке, и в тот же миг между ладонями сверкнула и мгновенно погасла миниатюрная молния. Пальцы все еще потрескивали, по ним пробегало электричество, когда одаренный резко выставил руку вперед и с его руки в сторону одного из автомобилей сорвалась молния побольше. Ударив в капот, оставив после себя черное пятно гари, молния прошлась по всему автомобилю и тот буквально подпрыгнул в воздух, тяжело приземлившись обратно и бампером уткнувшись в горячий от солнца асфальт. Началась паника: люди, в сердцах которых до этого любопытство побеждало чувство страха, стали разбегаться в разные стороны, боясь, что ненормальный псих, раскидывающий молнии, словно подобранные с земли камни, следующей целью выберет именно их. - Теперь у нас есть транспорт, - кивнув Кассандре на множество освободившихся от водителей и пассажиров машин, без тени улыбки обратился к девушке Сайлар. - Надеюсь, ты со мной? Сомнений в этом не было, ведь он видел будущее - их совместное, одно на двоих - и то, что она последовала за ним в этот ад, забыв о том, что он разыскиваемый, особо опасный преступник и убийца, лишний раз подтверждало необратимость грядущих событий. Вопрос был задан скорее из формальности, по старой привычке все уточнять и следовать законам непоколебимого порядка. Получив положительный ответ, Грей улыбнулся уголками губ и дернул головой, словно говоря "Молодец, девочка. Я не сомневался в тебе!" Словно желая закрепить, подписать образовавшийся между ними уговор, мужчина подошел к Кассандре и, едва касаясь кожи, указательным пальцем проведя по щеке к подбородку, второй рукой приобнял ее за талию и резко притянул к себе, целуя губы и грубо вторгаясь языком в ее горячий рот. Поцелуй был отрывистым, полным невысказанных обещаний и переполняющей страсти. С трудом сумев оторваться от губ девушки, Сайлар потемневшими от желания глазами внимательно посмотрел ей в лицо, снова ища подтверждение тому, что все в порядке, уговор в силе и добровольно принят обеими сторонами. - Выбери любую машину и подгони ее ближе к этому пацану - я пока верну нам наш талисман, - коротко поцеловав губы Кассандры, Сайлар выпустил ее из своих объятий и отошел в сторону. Он не обладал супер скоростью, какой обладала убежавшая от них девушка, но все же был уверен в том козыре, что был припрятан у него в рукаве. Туман - Грей отлично помнил имя того парня, чей череп вскрыл ради способности призывать любой предмет, где бы он не находился. Только включить фантазию, обрисовать его во всех подробностях и он в твоих руках... Тихо вздохнув, закрыв глаза, Сайлар сосредоточился. Он помнил лицо сбежавшей одаренной, представлял каждую линию ее тела и мысленно вырисовывал детали бесхитростной пижамы. Иди ко мне... Заранее зная, что попытка увенчалась успехом, Сайлар победоносно улыбнулся. В следующий миг он уже крепко сжимал руками появившуюся из ниоткуда девушку, которая, не до конца понимая, что происходит, вырывалась и снова пыталась бежать. - Слишком быстрая, - резко развернув Мишель к себе лицом, Грей на мгновение запрокинул голову и тут же ударил ею девушку. Столкновение лоб в лоб, если можно так выразиться - череп мужчины оказался сильнее.

Cassie Hack: Как же хотелось надавить ногой на хрупкое горло парня и лишить его доступа к кислороду, размазать внутреннее заполнение черепа – глаза, мозг, сосуды, - по асфальту, упиваясь сюрреалистической картинкой крови. В такие моменты следовало бояться саму себя, но похоже Кэс это только нравилось, всегда был шанс стать одной из тех за кем охотилась и кого убивала, по сути она и была таким же слешером, и Влад был таким, и да Габриэль, просто все заключалось в выборе команды-игрока. Грей был на стороне зла, а она где-то посередине, так как вряд ли какая-нибудь добренькая Мэри Сью будет упиваться слабостью противника, скорее сама протянет тому нож для своей милой и очаровательной спинки. Как-то слишком лениво она обратилась взглядом в сторону сбежавшей заложницы. Жалеть? Не о чем, толика симпатии к девчонке за прыткость, но не более того, а так могла бы спокойно обойтись и без нее, быть может просто недооценивая всю себя стоимость данного человека, или же просто обратив все внимание и гнев на валяющегося у ног Питера. Быть может она излишне много внимания оказывает именно ему, это кажется странным, нецелесообразным, однако будто шестое чувство толкает вперед и говорит о многом таком, о чем молчать должно. Обернувшись на вопрос Сайлара, Кэс только поняла, что слишком погрузилась в собственные размышления. Другой вопрос были ли эти мысли только ее, так как Мара молчала, никак не проявляя себя, при этом оставаясь рядом. Того и гляди что-нибудь да выкинет. Губы Кассандры расплылись в улыбке, тут не требовалось говорить «да», достаточно было кивка головы, едва заметного и непонятного человеку постороннему, наблюдая ему картину со стороны. Чуть потянулась навстречу подошедшему любовнику, руками касаясь такого незнакомого знакомого лица, непривычного, не лишенного привлекательности, но намекающего о другом человеке. И только очнувшись от поцелуя, борясь с желанием продолжить его, не отрываться ни на секунду, и взглянув в глаза возлюбленного, понять – перед тобой он, тот же темный взгляд, те же слова, которые витают в воздухе, но вряд ли будут произнесены, они понятны и так, в своем первичном состоянии недосказанности, потому как не время, не место, несколько другие декорации, чем должны быть во всех красивых сказках. Остается только благодарить небеса, что это не сказка, иначе бы все выглядело слишком нереальным. Выскользнув из рука Сайлара Кассандра направилась к машинам. Всего одна, а выбор не хуже чем в автосалоне, да еще и бесплатно. Правда, паранойя начинает говорить о неполном бензобаке, но в наше время топливо экономят, слишком много стоит, уже далеко не четвертак за литр, потому - аллилуйя! – за одним из фургонов девушка нашла похожего вида машину, на которой они выехали с территории Прайматек, разве что более элегантна и вместительна внутри, а так – обычный внедорожник, созданный извращенными умами инженеров для поездок в черте города. Кэс открыла дверцу, проверяя на месте ли ключи. Здесь повезло тоже. Видать удаче, наконец, надоело отфутболивать девушку направо и налево. На секунду задержалась, чтобы поднять отросшие волосы и закрепить импровизированной заколкой и посмотрела в зеркало заднего вида. - Постепенно, - улыбнулась она, смотря на радужку глаз, медленно начинавшую менять цвет. Через минуту машина уже была подогнана к месту, на котором стоял Грей, в руках беглянка без чувств, под ногами истекающий кровью и начинающий хмурить милый детский лобик Питер. – Карета подана.

Pain: Пройдя ещё пару шагов от окна, в котором тише воды ниже травы сидел тот неудачник с кровоточащим носом, Мишель вдруг осенило. - Сигарету. - Вернувшись к окну. Через пять секунд, водитель предоставил ей эту бесконечно ценную в коммерческом плане палочку смерти. - А огня? - Строго посмотрев на трясущегося бедолагу, во взгляде которого смешивалась и злость и страх и обида. Он протянул Мишель зажигалку, которой она тут же воспользовалась. Свежая горечь табачного дыма была бы не слишком уместной для человека, у которого ещё была некая отдышка после внепланового забега на сверхскорости. Да и после четырёх лет без употребления чего-либо, закашалятся от едкого дыма мог любой. Камю протянула зажигалку обратно водителю, и не спеша, повернулась уходить дальше меж авто, откашлявшись, как вдруг случился резки рывок и мгновенная смена картинки. Абсолютно другая картинка перед глазами. И ощущения. Кто-то её держал, причём довольно крепко. Сигарета была ещё в руке, и девушка, не долго думая, прижгла ею руку того, кто её схватил, вот только это совсем не помогло, и сигарета вылетела из руки. Через секунду её резко развернули, и она увидела того долговязого парня с телекинезом, который же её и держал, посмотрев на него с удивлением, мол, какого чёрта..? - Слишком быстрая. - И БАМ! Столкновение лоб в лоб. Ощущения, словно мозг в черепной коробке стал шариком из пинбола, и лоб просто орал колкой болью. Но... Этого не хватило. В силу своей выносливости, и закалке к боли и всякого рода "встряскам", Мишель удалось не вырубится от удара, и лишь воскликнуть "Ау!" схватившись за лоб, жмурясь от боли. Она услышала, как подъехало рядом авто, и сразу поняла, что сейчас придётся опять куда-то ехать. Только на сей раз без преследователей на джипах и без огромного робота. Судя по всему, Сайлар не испытывал желания попробовать отрубить заложницу ещё раз, наверное, что бы в случае второй неудачи не выглядеть идиотом, и поэтому просто потащил её за собой в машину, опять закинув а заднее сидение. Теперь ясно, почему она дала мне убежать. С такими то способностями её напарника... Да и это должно было сыграть роль в психологическом плане, мол, мы тебя даже отпустим, но ты всё равно не сможешь сбежать. Хотя если в следующий раз попробовать убежать намного дальше? Но это в следующий раз. А в этот, я хочу выяснить что им от меня нужно. Чёрт... Шишка будет обязательно... Идиот. - Даже вырубить нормально не можешь... /Далее - Заброшенный дом/

Umbral: Первый пост. Ego Для протокола: погода сегодня плавна и прохладна, местами разбавленна всплесками скуки и выхлопными газами. Просыпаясь в очередное утро, прожив чёртову кучу долгих, коротких, сладких, горьких, нудных, незабываемых, летящих, тянущихся, приторных, резких дней, недель, лет, ты не думаешь о том, сколько сахара отсыпать в кофе или о том, был ли ночью дождь. Ты привыкаешь к постоянству своего бытия, и бытия окружающего тебя мира. И если ты прожил свою кипу лет достойно, то первой твоей утренней мыслью будет нечто вроде: "Пора завязывать с марихуаной." Ты говоришь себе это в стотысячный раз, поднимаясь с кровати быстрее, чем твоя кровеносная система в голове. Проведя ладонью по заспанному лицу в попытке отогнать тяжесть, ты ещё пару раз хлопнешь себя по щекам, и воспользовавшись этим небольшим перерывом в туманности твоего сознания, осознаешь, что ты до сих пор трезв на разум. Что сколько бы ты ни курил, чего бы ты ни курил, у тебя никогда не будет кашля, проблем с лёгкими. Мельком глянув на свои пальцы, ты поймёшь, что никогда не будет жёлтых пятен на их кончиках. Посмотрев в сторону ты увидишь, что живёшь в небольшой конуре, а раздавшийся через секунду грохот проносящегося поезда выдаёт тебе твоё местоположение. Ты встаешь и направляешься к зеркалу. В комнате так душно, что тебе приходится протереть ладонью стекло, что бы встретится с собой. Ну привет. Ты понимаешь, что у тебя никогда не будет жёлтых зубов. Ты понимаешь, что у тебя никогда не будет воспаления кровеносных сосудов на лице. Что утром у тебя никогда не будет мешков. По крайней мере таких, что бы ты действительно испугался. Ты взбиваешь беспорядочные волосы на голове, думая о расчёске но не собираясь её искать. И тут ты слышишь чей то вдох сзади. Ты протираешь зеркало так, что бы увидеть в нём ещё спящую девицу. Вы оба голые, а воздух настолько спёртый, что даже твоё тончайшее обоняние не может различить ни одного запаха. Всё дело в том, что дурь не до конца выветрилась из тебя, и помимо вынюхивания запахов этой ночи, у тебя есть дела куда более весомые. Такие как найти одежду. Грохот едущего поезда. Ты оборачиваешься на все стороны света, пока не находишь все элементы твоей одежды. Но только глазами, так как сейчас ты идёшь в ванную, и нарушаешь затхлость помещения шумом бегущей воды. Ты не умираешь от ядов на которые ты подсел, но ты потеешь. У тебя нет зависимости, но ты зависим. Твой мозг неизменен, но твой разум дрожжевой пластилин на медленном огне. Грохот едущего поезда. Выйдя из душа, ты тянешься к полотенцу, зная что оно не твоё, и взяв его, ты вытрушиваешь себя как намокший пёс, после чего начинаешь водить махровой шкурой по своей собственной. Ты слышишь, что шум воды никого не разбудил, кроме твоего сознания. Выйдя из ванной, ты наконец ощущаешь всю грязную тяжесть своего вчерашнего дня, и тебе хочется открыть окно. Грохот едущего поезда. - Открой окно. Ты слышишь ленивое мурчание, но ты даже не помнишь её лица. - Рано ещё. Спи. Ты так привык к своему голосу, что даже его неестественная хрипота не заставляет тебя испугаться. Ты знаешь любой свой тембр, свой диапазон, свой диалект, своё произношение. Ты не смотришь на неё и идёшь в другой конец комнаты. Там можно заварить кофе. Ты осознаешь, что у тебя никогда не схватит сердце и у тебя не пожелтеют зубы. Ты заглядываешь в чайник на миниатюрной плите с двумя чёрными "лепёшками" газовой панели. Грохот едущего поезда. Ты разбавляешь его хриплым рёвом сильного напора из крана, заливая чайник. Ты ставишь его на "лепёшку", и чиркаешь спичкой. Своей спичкой. Ты принёс коробок своих карибских спичек, и ты сразу же заметил его на грязном столе. Ты роешься по ящикам в поисках кофе, и не находишь его. Плюя на всё, ты натягиваешь на себя свои чёрные джинсы. Тяжесть в твоих карманах, пока ты их одеваешь стоя, намекает на то, что кофе ты всё таки выпьешь. Ты надеваешь свою тёмную рубашку, синюю или чёрную, ты не разбираешь, так как в комнате царит полумрак, и замечаешь, что твой оберег на шее ещё при тебе. - Ты уходишь? Она приподнимается со своим разочарованным голосом, а ты даже не смотришь на неё, застёгивая верхние пуговицы, слушая лязг своих многочисленных браслетов на запястьях. - Я за кофе. Ей так хорошо, что она хочет верить. - Открой окно. Грохот едущего поезда. Ты молча натягиваешь свои носки, сев на край кровати. Ты даже не отвечаешь ей, и молча направляешься к выходу из этой гигантской мутной микроволновой печи. Ты выходишь через тяжёлую дверь, обувая на ходу свои кожаные мокасины. Грохот едущего поезда. Ты бредёшь по обесцвеченной улице. Для тебя это утро такое же блеклое и бледно-серое, как и чёртова кипа прошлых бледно-серых утренних часов. Ты не носишь часов, потому что за столько лет ты научился определять время без них. Ты знаешь, что сейчас где-то половина седьмого утра. Ты редко мог назвать день недели, зато ты всегда знал в какой фазе находилась Луна. Ты знал, что сегодня в это время ты мало кого встретишь, и мало кто встретит тебя. Ты идёшь по тротуару, пытаясь сориентироваться в своем местоположении. Ты смотришь на лежащие рядом и вдалеке дома и понимаешь, что вчера ты совершил путешествие на чёртову окраину этого чёртового города. Вдалеке остался грохот едущих поездов, а ты думаешь где бы перехватить кофейка. Ты даже не думаешь о том, выключит ли та обкуренная шлюха кипящий чайник? В твоих лёгких больше не чувствуется наполненности и грязи. По крайней мере такой, что бы она тебе навязывалась. Ты бы предпочёл более экологически чистое место для прогулки и утреннего кофе без сахара и сливок, но пока выбирать не приходится. Ты идёшь, слыша вокруг себя голубей, шуршащих помойками бродячих собак и котов, ютящихся под асфальтом крыс и скачущих воробьёв. Больное подобие того, что называется фауной. Но даже на этом больном подобии ты умеешь играть, и от этого у тебя слегка подымается настроение. Ты думаешь, что сейчас ни одна кофейня не работает. Ты считаешь, что ты недостаточно выспался, но в том месте нельзя спать дольше. Ты думаешь, что тебе стоит отоспаться, так как тело начинает слегка ломить. Ты не можешь умереть от ядов на которые ты подсел, но это не освободило тебя от отходняков. Твой мозг переключает мышление в иное русло. Ты придумываешь спать на крыше. Тебе всё равно где. Почти всё равно. У тебя есть небольшой нюанс по этому поводу. У тебя всегда есть какие-нибудь нюансы. Ты подымаешься на крышу по пожарной лестнице. Там тебя никто не увидит и не достанет. Пять этажей, и ты в своей личной колыбели, один на один с затянутым смогом или тучами, ты не разбираешь потому что не хочешь, небом. Тебе даже всё равно, что нет матраца и подушки. Ты знаешь, что у тебя никогда не будет сколиоза. Ты ложишься прямо под прохладными лучами мегаполисского солнца, и засыпаешь. Быстро, и крепко. Достаточно крепко, что бы не проснутся от сигналов оживших автомобилей. Ты даже не знаешь какого типа твоя колыбель. Ты взял её себе, ненадолго, без обещания вернуть. Оно тебе не нужно. Ты вернёшь, так как ты пользуешься ровно столько, сколько необходимо, не набирая лишнего. Ты живёшь так долго потому, что живёшь легко, не отягощая себя ничем лишним. Ты просто ложишься на эту грязную крышу, не думая о том, насколько ты запачкаешься, подкладываешь под голову руку и засыпаешь. Потому что тебе хочется спать, а не искать уюта. Иногда ты видишь сны. Ты видишь сны чаще чем своих друзей. Тут не стоит тебя в этом винить. Друзья непостоянны, а твои сны… бывают вещими. Благо ты научился узнавать, чему стоит верить, а чему нет. Но сегодня тебе повезло. Во второй раз. Ты ничего не помнишь, и со спокойной совестью ты просыпаешься в вечере. Присмотревшись чуть внимательнее ты понимаешь, что сейчас наступили сумерки, а значит, ты выспался. Тебе по прежнему жутко хочется кофе. Ты подымаешься с пола крыши, и поправляешь одежду, после чего спускаешься вниз, по той же лестнице. Не спеша, приходя в чувство. Спустившись, ты вылавливаешь из возникшего потока фар и сигнальных гудков такси, и говоришь везти тебя в лучшую кофейню города. Ты не учишь их названия, так как они для тебя не важны. Ты запоминаешь суть вещей. Где то вдалеке ты уже не слышишь грохот едущего поезда. В такси не пахнет ничем. Молчаливый таксист привозит тебя в центр. Ты расплачиваешься и даёшь ему немного сверху. За молчание. У тебя столько денег, что ты можешь запросто купить его развалюху, на которой он тебя возит. Ты молча выходишь, хлопнув дверью, и чувствуешь как авто уезжает. Ты стоишь прямо перед входом в кафетерий. Тебя сейчас не заботит твой вид, тебе просто нужно кофе. Входя внутрь, ты стойко и непринуждённо существуешь в нём. Ты ведёшь себя как молчаливый волк, который не тронет, пока его не ударить палкой. Ты не смотришь на глаза продавщицы, что терпеливо и принуждённо ждёт, пока твои глаза знакомятся с меню. Глаза. Вдруг ты вспоминаешь, что в нагрудном кармане твоей рубашки лежат солнцезащитные очки. Твоя повседневная маска. Твоё личное съёмное клеймо. Не глядя ты достаёшь их, и весь мир тускнеет. - Кофе без сахара. - Вам обычный? - Мне обычный. - Со сливками? - Обычный. Ты садишься за ближайший столик, и двое, что сидели за ним, две девушки, перебираются на ближайший свободный. Ты их пугаешь. Твоя компания их пугает, а ты всего хотел завязать беседу. Но ты не расстраиваешься, так как сейчас, пока ты ждёшь свой заказ, сидя в тусклом уюте кафетерия, ты осознаёшь, что не знаешь ЗАЧЕМ ты это делаешь. Зачем ты знакомишься, флиртуешь, уводишь, раздеваешь, трахаешь, уходишь. И так до бесконечности. Это твоя ещё одна персональная зависимость. Ты чёртов наркоман. Кофе обжигает губы и язык, но тебе плевать, так как оно бодрит. Бодрит, и тебе хорошо. Ты сидишь невозмутимо и гордо, но не напыщенно. У тебя это отлично получается. У тебя талант к этому. Те, кого ты пугал, сейчас готовы обнимать тебя, но им не хватает смелости подсесть обратно. Что ж, ты и не настаиваешь. Ты опускаешь в пустую чашку купюру, способную оплатить твою жидкую батарейку, и выходишь, ненарочно «вильнув хвостом». Теперь ты другой. Теперь ты готов снова оставить свои карибские спички и дурь дома у какой-либо приглянувшейся девахи. Ты выходишь из кафетерия, и видишь… Дверь не успевает закрыться за тобой, как ты понимаешь, что нашёл развлечение на сегодня. Вон оно, выходит из автомобиля, что стоит перед входом в больницу. Ты знаешь что это больница, так как не раз покупал там амфитамины. Ты запоминаешь её белоснежные волосы и перчатки, и несешься по тротуару, искусно скользя между прохожими. У тебя в этом талант. Ты переходишь дорогу, вслед за её удалившейся за дверью спиной. Ты ныряешь вслед, и видишь её удаляющийся белоснежный затылок. Ты идёшь за ней. Дежурный в приёмной тебя знает, и пропускает без разговоров, лишь коротко кивнув. Поздоровался. Ты же смотришь только туда. Туда, куда она свернула. Твои ноздри уже выловили её запах, и теперь ты её не потеряешь. Можно расслабится, но ты спешишь. Тебе интересно. Она ныряет в лифт, а ты идёшь по лестнице. Ты ни с кем не столкнёшься, пока сам того не захочешь. У тебя талант в этом. Ты вычисляешь этаж, просто принюхавшись. Ты знаешь на каком она этаже, так как вы с ней на одном. Ты знаешь это потому, что запах идёт из коридора этажа, на котором ты остановился. Ты ничего не читаешь и ничего не слушаешь. Всё, что тебе нужно, ты видишь сам. Коридор пуст, и ты знаешь в какой она палате. И ты садишься на пластиковое кресло ожидания прямо напротив двери. Её двери. И ждёшь. Иначе для чего здесь стоят эти кресла? Ждёшь пока она выйдет. Ты не хочешь её пугать, и решаешь действовать иначе. - Ох, простите. Это палата..? Боже…Вы явились за этим беднягой? Можно мне с вами на Небеса? Ты делаешь вид, что ошибся палатой. Ты делаешь вид, что ты поражён ею. И только последнее не является обманом.

Ego: Umbral Есть вещи, которые никогда не будут зависеть от тебя напрямую. Три жалких года. Твой хрупкий мир в котором ты жила и воспитывалась почти сошел на нет. Твой террариум, искусственный вакуум, созданный заботливыми руками твоего отца, он подвергся опасного рода деформации, за которой последовало разложение. Идеалов, законов и правил, принципов, следов от тех ценностей, которые были взращены и воспитаны вниманием, любовью и заботой. Скоро от него ничего не останется и тебе придется искать его тень повсюду, цепляясь за нее, как за последний глоток чистого воздуха. За то, что сможет ослабить удавку на шее, с каждой потерей самостоятельно стягивающую горло в своих объятиях все сильнее, пока оно само не начнет молить - шептать, хрипеть, кричать о том, как ему невыносимо. Нет, тебе совершенно не хочется об этом думать, ты не хочешь сосредотачиваться на потерях, ты хочешь видеть то, что у тебя есть, что ты имеешь. Видишь свой мир. Видишь его в лице молодого парня, чья грудь под ремнями понемногу вздымается, пускай слабо и не совсем уверенно, но ты уже можешь выдохнуть. Эта часть твоего мира осталась не тронутой и теперь, сейчас, в данный момент, в этом помещении сосредоточение руин ее мира - Кевин, который даже не подозревает об этом, хотя бы потому, что ни физически, ни морально не способен к восприятию окружающего мира. И даже не способен почувствовать то, как бледные и подрагивающие от подступившего волнения пальцы прикасаются к еще более бледной коже его щеки, вызывая улыбку и новое облегчение. Он здесь, он рядом, он настоящий, живой. Пускай, когда очнется, вновь отправиться промышлять своими делами, не совсем чистыми на руку и далеко не законными, но он ее кузен и останавливать его, приковывать к морали и пытаться перевоспитывать, вкладывая в его буйную голову основы, правила, ты не вправе. Единственное, что ты вправе, так это просто быть. Рядом с ним, все еще глубоко в себе, но уже освобожденным от пут только благодаря тому, что вторая, свободная рука все же решила поступить намного адекватней первой. Стало быть теперь он - имеющий возможность к передвижению в пределах палаты и уже не заключенный. Но то, насколько хорошо ты знаешь Форда подсказывает, что надолго он здесь не задержится, даже если ты выйдешь из палаты, отлучишься до ближайшего автомата за бутылкой обычной, но не совсем холодной минералки. По возвращению его здесь уже не будет. Останется только пояснить главному врачу все обстоятельства дела, а ее статус сделает свое дело. И поверят, даже несмотря на ее молодой возраст. Что-что, а это было последним, что могло сыграть роль. Лайтмен прекрасно знал, на что идет, когда связал себя с тобой окончательно и оставалось только довериться его чутью. Тому, кто так же стал частичкой полуразрушенного мира и уже готов танцевать на его руинах. - Ох, простите. Это палата..? - рука вздрогнула и отдернулась от подбородка Кевина в то время, как серо-голубые глаза с некоторого рода категоричностью устремились к двери, обрамляя ими силуэт случайно заглянувшего в палату мужчины. Нет, считать себя застуканной? Глупости. Но ладони поспешно укрылись в карманах. - Боже…Вы явились за этим беднягой? Можно мне с вами на Небеса? Слова мужчины вызывают улыбку. Усталую, задумчивую, но улыбку, с которой она следит за его губами, произносящими слово за словом так, как его глаза скрывают солнцезащитные очки. - Еще не время думать о Небесах, - поднявшись с края постели, Кэрол приблизилась к стулу и подняли перчатки, неспешно одевая их, стараясь не обращать внимание на незнакомца в дверях и оглядываясь на дремавшего на парня, что, по словам врача, был в относительной норме, но все еще не пришел в себя. А он и не торопился просыпаться, он казался настолько усталым и измученным, что сейчас его тело попросту было тяжелее голоса разума и упрямо требовало отдыха, который и получала. Подняв взгляд на небольшое зеркало, над тумбой, где обычно находятся личные вещи пациента, Льюис коснулась своих волос, пропуская их сквозь пальцы, скованные в обтягивающую руку черную кожу, будто бы это могло принести ей облегчение, а принесло лишь неловкую небрежность на которую ей не хотелось обращать внимание. Захватив с собой куртку, Кэролайн снова, уже обернувшись, взглянула на Кевина. Еще несколько мгновений, она еще долго его не увидит, пока снова не случится беда, но каждая проблема того стоила. Тихо вздохнув, она обернулась, снова встречаясь с незнакомцем, вот только теперь намного ближе. Становится неловко, но она все равно направляется к нему на встречу, раскрывая дверь шире, чем была открыта им и минуя мужчину в дверях, едва прикасаясь к нему своей курткой. - Простите. Дурманящий запах больничных лекарств. Это становилось невозможным - продолжать терпеть без последствий. Единственное спасение - пластиковые кресла, стоящие напротив палаты и автомат с напитками в конце коридора. Врач обещал подойти, поэтому искать его сейчас, по всему госпиталю, было бы совершенно бессмысленным занятием. Порывшись в карманах и найдя в ней необходимую мелочь, девушка двинулась прямо по коридору до автомата и выбрав ту самую минералку, о которой говорилось ранее, принялась спускать монеты - одну за другой. Еще немного времени и Гончая уже держит в руках небольшую, но на радость прохладную бутылку объема 0,5, олицетворяющую для нее маленькое, но спасение в этом маленьком медицинском аду. Больше здесь нечего делать. Но возвращаться в служебную машину нет никакого желания. Переход: Улицы.

Gideon: /Дубаи - Нью-Йорк/ Спустя два месяца после той истории с косой, всадником, фениксом и картами, Гидеон большую часть посветил тому, что большое внимание старался уделять своему быстро расширяющемуся бизнесу. Проблем оказалось больше чем ожидалось, доверенные лица компании не справлялись с возникшей большой нагрузкой, когда глава компании посветил себя поискам карт. Бизнесмен ехал в чёрном лимузине и слушал, что говорит сидящий напротив доктор Шедоу. - У Профсоюза возник ряд вопросов по поводу того случая, когда новый прототип скважины которую мы продали для бурения в Новой Зеландии, дал трещину. Большое количество метана оказалось под землёй, вспыхнул пожар, вся вышка взорвалась... - начал читать первую папку с делом, поверенный экстернала. - Никто не пострадал, но страховые компании не станут больше покрывать такие расходы... Сейчас нам предъявлен иск в суд о том, что наши буровые машины не пригодны для той работы, для которой мы её продаём... Мы терпим большие потери на рынке индустрии, наша продукция не высококачественная и это создаёт ряд проблем... - посмотрел учённый на Гидеона, который смотрел в окно и задумался о чём-то. - Простите сэр вам это не интересно? - спросил снова коллега. - Нет, продолжай пожалуйста... Я знаю, что ты прав! Мы сдаём позиции, я читал все отчёты о делах компании и движении наших денежных средств! За несколько месяцев мы потеряли около десяти миллионов, я в курсе! - пояснил Гидеон и снова задумался. - Может быть нам сэкономить на затратах? - спросил доктор, раскрывая серебристый ноутбук. - Я уже рассматривал этот вариант, суть не изменится, нам нужна не экономия, а качество и эффективность работы нашей продукции... - Гидеон посмотрел вдруг на доктора и его папку, что он держал в руках, а потом спросил. - У тебя есть что-нибудь новое для меня? - спросил настойчиво бизнесмен. - В Дубаях хотят поднять индустрию, а точнее машиностроение на новый, более высокий уровень, государство предложило весьма сомнительный контракт! - протянул папку с этим делом, учённый в руки своему боссу. Гидеон раскрыл папку и изучая первую страницу уже понял в чём дело. - Я слышал об этом, им нужны прототипы спортивных скоростных моделей различных машин, что имеются в Нью-Йорке. Слишком дорого обходится поставка различных образцов из заграницы и компаний прародителей. Я понял что им нужно! Они хотят нажиться на одном заказчике, но это невозможно сделать не переступая закон... - усмехнулся Гидеон и откинул на сидение папку. - Мы могли бы нанять кого-нибудь! Угнать машины и перевести их нелегально в Дубаи, думаю это будет стоящим делом! Сами подумайте босс, государство ОАЭ закрепит наши позиции и в дальнейшем мы приобретём верного союзника не только на бизнес рынке, но и в политике! - улыбнулся доктор Шедоу. - Политика вещь опасная, ты видел условия контракта? Там около пятидесяти машин, лишний раз мы можем засветиться, если дело прогорит! - ответил спокойно глава компании. - Но с другой стороны на нас давят сроки, если мы сейчас упустим шанс взять правительство за яйца и не возьмём ОАЭ под свой контроль, то этим воспользуется любая заграничная компания и тогда работать будет сложнее, если все переметнуться к конкурентам! - дал веский аргумент для принятия положительного решения, доктор Шедоу. - Риск слишком велик, однако кто не рискует тот не пьёт шампанского! - улыбнулся Гидеон, открывая бутылку шампанского из мини-бара лимузина. - Звони им, пусть высылают список моделей, скажи, что это наш контракт! - Гидеон опустошил тут же бокал, а потом обратился к шофёру. - Генри, давай к главному госпиталю Нью-Йорка! Пора мне навестить кое-кого! Доктор Шедоу тут же набрав номер премьер-министра Объединённых Арабских Эмиратов, отвлёкся от телефонного разговора, посмотрев на Гидеона: - Мы едем за Кевином, сэр? - Как видишь, сам я очень редко нуждаюсь в обслуживании государственных лечебниц, так что: да мы едем за Кевином, мой друг! - отшутился бизнесмен. - Кевин будет ответственным за это задание, я хочу чтобы мой сын взялся за это дело и поднял компанию на новый уровень! Самому мне долго нельзя оставаться в Нью-Йорке, ты знаешь мои проблемы Эрик Леншер, Кандра, Галлио, Ксавьер и другие... - А не слишком ли молод Кевин для дел такого рода? При всём моём уважении, я не сомневаюсь в вашей мудрости мистер Гидеон, но я не думаю, что бывший студент Ксавьера потянет это задание! - спросил Шедоу, сомневаясь в Кевине. - У нас ведь есть подходящие кандидатуры для дел такого рода: Карлос, Томми, Аркадий, Якоб и многие другие головорезы Нью-Йорка... - Мне нужен именно Кевин! Пора мальчику стать мужчиной! Я слишком долго игнорировал его присутствие, пора ему себя показать на деле! - Гидеон отпил ещё виски, а потом увидев через тонированные стёкла, что они подъезжают, сказал шофёру, чтобы тот остановился и открыл дверь и вышел. Доктор Шедоу, поправив на себе строгий костюм, взял в руки свой чёрный дипломат с делами и пошёл прямо за Гидеоном, сказав шофёру Генри, чтобы тот ждал их здесь. Экстернал и человек вошли в больницу, направляясь прямо к столу-ресепшену, где сидела молодая студентка медсестра. Гидеон сразу одел чёрные очки, а потом пошёл за Шедоу, когда тот узнал где содержат Кевина. - Я считаю, что брать Кевина на такое задание, когда мы стоим на волоске от банкротства, это неразумно! - вновь начал говорить Шедоу, когда Гидеон уже собрался входить в палату к сыну. - Тогда зачем он нам нужен, если по твоему он бесполезен? Подумай сам, слабым среди нас не место! Ты это знаешь лучше чем другие! Сейчас мы и узнаем насколько он подходит, чтобы стать сыном Офры! - Гидеон постучался в дверь и открыл её, входя вовнутрь, вместе с доктором Шедоу. Экстернал улыбнулся смотря на мальчишку в больничной кровати и в больничной одежде. Мужчина в деловом костюме снял свои тёмные очки и спрятав их в нагрудном кармане пиджака, сказал с улыбкой: - Здравствуй Кевин, вот и свиделись!

Wither: В последнее время Кевин практически не отдавался какому-то определенному делу, каким обычно посвящают себя люди заинтересованные, деловые и предприимчивые. При этом же ему редко удавалось в полной мере отдохнуть. Юноша был будто мрачным призраком города, который порой целыми днями бесцельно шатался по его улицам, наблюдал за нравами, за радостями и горестями людей, чтобы либо одобрительно улыбнуться, вспоминая какие-то вырезки из своей жизни, а потом почувствовать тревогу, уходя мыслями глубже и представляя, что за этим обычно следовало, либо же робко про себя позавидовать. Да, для парня были открыты все пути, благодатная судьба подарила ему доброжелателя в виде нового отца, который мог дать все, что пожелает блудная душа. Форд, несомненно, пользовался своим положением, но зачастую лишь для того, чтобы купить себе самую дорогую сигару или самый дорогой коктейль в баре, не больше. Пока что Кевин не нуждался в золотых горах, царском пафосе, свите из слуг, дорогой машине и т.д. Скорее всего это было из-за того, что он к тому моменту еще не успел отвыкнуть от привычного образа изгоя, которого одни презирают, другие цинично используют и бросают на произвол судьбы. Так, пренеприятное происшествие, случившееся с Фордом на Бруклинском мосту с одной стороны могло являться наинелепейшей причиной смерти, а с другой - возможностью наконец-то хорошенько выспаться. Снов он не видел, и, скорее всего, это было к лучшему, так как привычные ему сновидения были отнюдь не про зеленые бескрайние райские луга с цветами и птичками. Лишь на несколько мгновений посетило его приятное чувство присутствия рядом кого-то, встречи с кем он давно с трепетом ждал, мимолетное ощущение нежного прикосновения, ласкающего кожу и прекрасный женский голос, произносящий его имя. В этот момент он всем сердцем желал вырваться из царства Морфея, чтобы увидеть ангела, который спустился к его бренной душе и заключить его в объятьях, но, увы, слишком сильно потрепало мутанта и слишком много воды он проглотил. Он должен был умереть в той катастрофе, но видимо всем своим прошлым невезением он расплачивался за то, что выживет в такой ситуации. В госпитале Форд был в первую очередь пациентом, а уж потом мутант бандитской наружности, который не по своей воле, но всё же чуть не убил фельдшера. Врачи таки поняли, что лучше не стоит прикасаться к коже парня, и кое-как смогли переодеть его в больничную одежду без происшествий, поставить капельницу и обмотать, где требуется, бинтами. Когда были совершены все требуемые процедуры по оказанию медицинской помощи, спокойствие в палате юноши нарушалось лишь изредка, когда в нее мельком заглядывала медсестра. В сознание парня будто бы вынудили вернуться, словно совершенно неожиданно бессилие оказалось одолено вспышкой совести, нет, даже долга. Форд открыл глаза и стал лицезреть своего долгожданного посетителя. Трудно сказать, что мутант ожидал увидеть здесь своего названного отца, но что-то внутри подсказывало ему, что по другому быть не могло. С одной стороны было приятно, что сам Гидеон одарил его своим вниманием, а с другой нагло сбежать из больницы при родственнике было уже неприлично. Парень немного приподнялся, разминая шею. Всё тело ныло, а где-то чувствовалась и пара крепких вывихов. Он вопросительным взглядом окинул койку, на которой лежал, а затем стал искать глазами свои вещи. Только когда Кевин удостоверился, что они мирно себе лежат на тумбочке, он обратил взор на своих гостей. Отца сопровождал доктор Шедоу, и Кевин приветливо кивнул ему, игриво постукивая пальцами по шлангу капельницы. Мутант немного поморщился: его не покидала мигрень, видимо, не обошлось без сотрясения мозга, а потом скорчил некое подобие ухмылки и голосом уставшим, но ехидным спросил: А где цветы и апельсины?

Gideon: Гидеон спокойно проигнорировав весёлое ироничное приветствие больного сына, развернул свободное кресло и удобно уселся на него, задрав с деловым видом ногу на ногу и открыл крышу от маленькой бутылки бренди. Гидеон отпил немного, а потом поморщился слегка и посмотрел снова на Кевина. Сердце отца не обливалось кровью, словно при виде того, как его сын мог бы умереть недавно. Наоборот Гидеон был настолько жесток и суров к так называемым "детям Офры", что напоминал главного убийцу по прозвищу "Заклинатель Змей" в отряде наёмных убийц, известные как "Гадюки". Его же самая молодая змея, сейчас валялась с пару ушибами, сломанными костюмами прямо в постели и не могла толком встать, не воспользовавшись креслом-каталкой или костылём. Доктор Шедоу, улыбнулся смотря на Кевина, а потом подошёл и пожал тому руку, стараясь чтобы молодой юноша не напрягался. - Здравствуй Кевин, рад тебя очень видеть! Смотрю быстро стал идти на поправку, весь в отца! - пошутил весело учённый, а потом посмотрел на Гидеона, взгляд которого показывал полное равнодушие к их беседе. - Давно тебя не видел твой отец и я тоже, в новостях говорили про тот случай на мосту! Мне жаль, что мы не смогли ничем помочь! Ты взрослый парень и наверное уже понимаешь, что отец не может просто так появиться в Нью-Йорке! У нас возникли ряд проблем, но как видишь, твой "крёстный" здесь, не смотря не на что! - пояснил Кевину, доктор. Однако молчаливый Гидеон, который осматривал комнату и препараты к которыми был подключён его сын, интересовался больше этими вещами, чем самим Кевином. Доктор Шедоу хорошо знал своего старого друга, поэтому он прекрасно понимал, что Гидеон словно машина, всегда умел выключать эмоции и амбиции в любой нужный для него момент, поэтому сейчас он старается действовать по максимуму, чтобы быть полезным, а не салфеткой для утирания слёз своему крёстнику. - Что это?! - прервал любезную беседу Шедоу и Кевина, Гидеон, когда встал с кресла и поднял старые оборванные вещи на манер носящих бедных подростков в Нью-Йорке. - Только ни говори, что ты живёшь в нижнем Бронксе... - призрено смотря на одежду, сказал отец, а потом кинул её обратно, словно она была заражена чумой. Экстернал осмотрел и ботинки Кевина, а также то что у него было при нём. Бизнесмен понял, что Кевин копия один в один был как Домино. Импульсивный, самостоятельный и в отличии от Горгона и Тарантула, которые выглядели под стать своему статусу, эти два сорванца были что белая, что бежевая ворона в компании - два сапога пара. - Звони Генри, пусть принесёт мой запасной костюм! - тут же приказал Гидеон и уже услышал, как его советник набирает номер по телефону. - Генри, припаркуйся пожалуйста где-нибудь рядом, далее в заднем салоне лимузина, возьми чехол босса с костюмом, тот что чёрный! Будь добр занеси его на второй этаж в палату № 1408. И ещё кое-что: в квартале отсюда есть отличный магазин "Prada", возьми там мужские туфли, размером... - доктор Шедоу взглянул примерно на стопу Кевина и тут же продиктовал размер его ноги. - Благодарю, Генри! - Шедоу тут же отключил блютус наушник и повернулся к Гидеону, кивнув о том, что поручение выполнено. Гидеон теперь же наблюдал за бинтами и состоянием, в котором находился Кевин, его взгляд был изучающим, словно перед ним был лягушка, которую нужно было порезать и вскрыть. Однако экстернал теперь только посмотрел в глаза мальчишке и спустя пару секунд молчания, начал говорить: - Кевин, если с тобой что-то произойдёт, я тебя из могилы достану и лично покажу, что такое ад! Ты всё понял?! - отвесил подзатыльник отец сыну. - Бруклинский мост?! Ты что опять курил? - Гидеон спрашивал это всерьёз. - Ты известный сын бизнесмена, ты наследник могущественной империи, которая обращает даже воздух в золото! В следующий раз если ты снова влипнешь во что-то, то я хочу быть первым в курсе твоих дел и услышать это лично от тебя, а не от дешёвых бульварных газетёнок... Не позорь имя своей семьи! Ты ещё юн и не понимаешь, что твоя жизнь может быть стоит куда больше чем моя или Шедоу! Как ты предстанешь прессе и публики наречённым моим сыном, если ты уже создал себе имя самоубийцы спрыгивающего с моста?! - Гидеон продолжал говорить спокойно, но понятно было, что он злиться на Форда. - Для чего тебе дана это чёртовая татуировка? Чтобы я знал, где ты и всегда мог тебе помочь, сын! - глаза отца тут же стали светиться и татуировка на коже Кевина стала трансформироваться в злобную шипящую змею, которая оплела его руку по самый локоть и стала сжимать сильно, что сейчас кости руки у Кевина готовы были сломаться от ужасной боли. - Стой, остановись... - сказал вдруг Шедоу, кладя руку на плечо Гидеона. - Он своё уже получил, друг! Гидеон успокойся, это может и подождать! Теперь главное, что он жив! Ты ведь помнишь зачем мы здесь? - сказал спокойно советник семьи. - Помню! - более спокойно сказал Гидеон и разжал кулак, а татуировка с изображением гадюки вновь пошла по коже и стала рисунком компаса, возвращаясь обратно на своё место. - Не подводи меня больше сын! У тебя нет права на ошибку! Ни у кого из нас нет! За свои грехи я до сих пор расплачиваюсь, ты слишком молод, чтобы расплачиваться за свои и мои тоже! Семья нужна для того, чтобы заботиться друг о друге! Если ты выкинешь ещё один такой номер, ты потеряешь семью уже навсегда валясь трупом в сточной канаве! - дал понять Гидеон своим поведением, что сейчас он разочарован в Кевине, но это старается не показывать, хотя бы так открыто, как это мог показать любой другой отец пребывая в гневе, кричащим и угрожающим выселить парня из дома на улицу. Гидеон взял бутылку бренди и достав одну карту из некой таинственной шкатулки, коснулся ей своей ладонью, так что карта вдруг засветилась тёмной энергией и не смотря на адаптивную защиту экстернала и его силу воскрешения, порезала всё же ему ладонь, заходя чёрной энергией прямо в рану и проникая по руке. Алые капли божественной крови упали прямо на дно бутылки, смешиваясь с алкоголем в странной мистической реакции. Шедоу осторожно взял у Гидеона из рук спиртное, а потом помог крёстному присесть в кресло, карта словно выпила из него всю энергию и поэтому было видно, что кожа полубога стала очень бледной и на ней появились алые вены, словно некий яд сейчас проник в тело отца и его тело боролось с ним. Шедоу взял бутылку и протянул её Кевину, а потом улыбнулся будто ни в чём не бывало: - Пей! Знаешь английский писатель Самуэль Джонсон всегда любил говорить: Бордо - это напиток для мальчиков, порт - для мужчин, но тот, кто мечтает быть героем, должен пить бренди! - улыбнулся Шедоу и подошёл к Гидеону, слушая что тот шепчет ему на ухо. Шедоу спокойно кивнул и сказал, что всё уладит и всё сделает, говоря при этом на латыни, как и Гидеон. - Твоему отцу не безопасно здесь оставаться! Ему пришлось пожертвовать своей божественной жизнью, чтобы дать тебе снова шанс встать на ноги! Поступок достойный истинного родителя! Поэтому я должен буду увезти его обратно в компанию, в моей лаборатории, его силы и жизненная энергия будут вновь восстановлены! - Шедоу на удивление грамотно умел находить язык и с таким как Гидеон, и с таким как Кевин и даже с такой как Домино. Шедоу даже никогда не боялся Горгона, он всегда был спокоен, когда находился рядом с ним. В эту самую минуту в палату постучался и зашёл в чёрном костюме водителя лимузина, личный шофёр Гидеона, по имени Генри. Шофёр повесил чехол в шкафу Кевина, а сам осмотрел Гидеона и пощупал его пульс. Шедоу дал нужные указания шофёру и попросил, чтобы тот посадил экстернала в кресло-каталку и положил в машину. - Одевайся и поедешь с нами! У отца для тебя есть особое поручение! У тебя есть шанс показать себя! - улыбнулся Шедоу, смотяр, как шофёр увозит отца в сторону лифта.

Wither: Кевин был, мягко говоря, в некотором замешательстве, а когда его глаза встречались с хоть и не выдающим себя, но пронизывающим взглядом, в юноше рьяно нарастало чувство паранойи, как будто вместо пары глаз на него смотрели тысячи очей, улавливая каждое его движение и каждый вздох. Форд не боялся, страх в нем уже давно заменился коктейлем из апатии и отчаяния, но определенно чувствовал, что ожидать чего-то хорошего от отца явно не стоит, ибо вряд ли он растянул такую долгую паузу, чтобы потом во весь рот улыбнуться и сказать, как он рад видеть своего названного сына живым, спросить, как у него дела, ничего ли не болит и не хочет ли он выпить содовой и съесть шоколадку из аппарата, что стоял в коридоре. Парень намеренно кашлянул, чтобы как-то отвлечь внимание и разрядить гнетущую его обстановку. Грудь сразу же обдало неприятной, но терпимой болью, видимо салон такси, когда то сворачивалось всмятку от удара грузовика, поломал Кевину еще и пару ребрышек. Но даже "нытье" костей было приятней, чем в неведении ожидать своего приговора. Мутанта буквально великодушно спас начавший беседу Доктор Шедоу. Форд не мог, да, в принципе, и не стремился понять, были ли его слова следствием педантичного расчета или же являлись порывом искренности, ему оставалось лишь принять их и ответить в такой же манере: - Взаимно, док. И правда, я почти как новенький, разве что там подпаять, сям смазать. - парень понял, что пошутить ему отнюдь не удалось, но, несмотря на это, всё равно, хоть и наигранно, но улыбнулся - Ничего, док. Автокатастрофы на то и нужны, чтобы люди в них попадали, просто на этот раз обстоятельства сыграли не в мой Блэк Джек. Сын Офры хотел было продолжить тираду о том, что прекрасно всё понимает, и что беспокоиться за него не стоит, но оказался неожиданно прерван отцом, простой вопрос которого поставил Кевина в тупик. В плане одежды юноша никогда не был особенно привередлив, разве что она должна была быть синтетической, удобной и темной, а под эти критерии нередко подходили шмотки из довольно дешевых магазинов. Новую одежду он покупал не часто и имел привычку полностью донашивать ту или иную вещь. Сейчас же его "мундир" как раз находился на последнем издыхании. За одним вопросом сразу же последовал второй, на который мутант тоже не дал ответа, так как правда о том, что Форд действительно имел квартиру в Южном Бронксе, квартплату за которой задерживал уже третий месяц, вряд ли была бы для Гидеона сладка. Когда же отец отдал приказ принести костюм для Кевина, тот уж не мог молчать. - Нет-нет-нет. Я ненавижу фраки, смокинги, пиджаки и не в меру неудобные к ним брюки. Черт подери, я не обязан на весь мир кричать о своем статусе и носить шмотки за бешеные деньги. Уж своим гардеробом я в праве распорядиться сам, мне не нужна нянька. Из-за тяжелого состояния юноша не был способен вложить достаточно эмоций в свою речь, о чем, в принципе, не особенно пожалел. Если ты порычал на хищника больше тебя, будь готов услышать рык в разы громче твоего. На подзатыльник же он ответил лишь капризное "Ау!" якобы показывая, что пропустил сопровождающие его слова мимо ушей, но это было отнюдь не так. Истинный ответ остался в мыслях мутанта и звучал, как "Я вижу исчадие ада всегда, когда смотрю в зеркало, и чувствую преисподнюю всякий раз, когда даю волю своей силе. Удивишь меня смертью, старик?" Далее парень вслушивался в каждую фразу Гидеона, еле сдерживаясь, чтобы не нахамить. Лишь в ответ на "...твоя жизнь может быть стоит куда больше чем моя или Шедоу" он тихо, якобы про себя, но чтобы особенно внимательная персона могла услышать, произнес: "Куда уж дороже?" Внезапно руку в месте, где находилась татуировка в виде компаса, стала терзать жгучая невыносимая боль. Кевин рефлекторно согнулся и схватился за конечность, стиснув зубы и смотря на нее шокированным и бешеным взглядом. Парень едва сдерживался, чтобы не закричать. Он уже было резко вытащил иглу, что соединяла его со шлангом от капельницы и хотел воткнуть ее в извивающуюся по поверхности его кожи змею, но судьба опять ниспослала ему благодать в виде Доктора Шедоу, который, к великому счастью юноши, успокоил Гидеона. Но сюрпризы на этом не закончились, а продолжились манипуляциями экстренала с бутылкой бренди и картой, которая была буквально пропитана мистической ересью, к которой Форд должного интереса никогда не проявлял, но именно это нечто сейчас могло исцелить его от ран, нужно было лишь глотнуть благородного напитка. Перед тем, как выпить, парень стал с интересом наблюдать за состоянием отца, которое резко переменилось не в самую лучшую сторону. Для мутанта было настоящим открытием, что личность таких возможностей может может быть обессилена. Кевин ловил каждую секунду, в течение которой мог наблюдать сие зрелище, ибо вряд ли в ближайшее время он сможет лицезреть его еще хотя бы раз. В ответ на слова Шедоу Уизер с усмешкой (если судорогу лицевых мышц можно было назвать усмешкой: после случая с татуировкой у юноши надолго пропало желание улыбаться) испил из бутылки и поморщился. Сначала он ничего не почувствовал кроме непосредственно вкуса самого бренди, но спустя пару секунд мутант стал ощущать, как энергия мощными потоками струится по его телу, заставляя раны затягиваться, кости срастаться, а боль и прострацию улетучиваться. Форд давно не чувствовал себя так хорошо, как теперь. Он был полон сил, и если бы ему предложили пробежать без остановки другой десяток километров, он бы без колебаний согласился. Может, лучше было предоставить мое лечение врачам? - он ухмыльнулся - дешево и сердито. В палату вошел шофёр и положил рядом с парнем чехол. Чтобы как-то отплатить Гидеону послушанием, Мор достал из чехла костюм, не спрашивая, из какого материала он сделал, отец не мог не учесть особенностей сына. Кевин немного нехотя натянул брюки, затем черную рубашку, туфли и пиджак. После сей процедуры он подошел к зеркалу, поглядел на себя любимого, затем намочил волосы водой из раковины и зачесал их расческой назад. - Заставите платить за костюм и выздоровление? Тогда запишите в счет еще золотые "Касио"... нет, "Ролекс", запонки, темные очки и шляпу, дорогую шляпу. Раз заставили примерить шик, то шика должно быть много. Кевин оставил пару верхних пуговиц рубашки расстегнутыми: даже в таком вальяжном наряде он не мог не сохранить элементы небрежности. - Надо кого-то убрать? - улыбчиво спросил парень, но так, чтобы интуитивно можно было понять, что он говорит серьезно.

Gideon: Гидеон сидел в чёрном лимузине и смотрел на Кевина сквозь тёмные очки. Лучи света так и пытались просочиться сквозь тонированные стёкла лимузина. В старческих руках, где кожа почти облезла и были видны выходящие вены, лежала чёрная трость с серебристой головой черепа, упирающаяся в пол машины. Экстернал не смотря на временную слабость и болезнь, вёл себя как всегда: строгое молчание и оценивающий взгляд. Взгляд который всматривался прямо тебе в душу. Любому бы прохожему показалось бы, что Гидеон спокойно заглядывает в самые потаённые места человеческой натуры, выворачивает её на изнанку и вытряхивает самые плохие качества, страхи и потаённые твои желания. Кто так думал, был не далёк от истины, проблема в том, что Гидеон умел ломать людей, как ветки слабого дерева. Создавал такие ситуации, при которых любой бы сделал то что хотел бы бизнесмен. Неудивительно, что "Офра Индастриз" достигла таких высот под предводительством мутанта. В машине, шофёр Генри переключил свободной рукой радио и на заднем фоне от Гидеона, где сидел водитель доносились слова и мелодии известной песни: Iggy Pop - In the Death Car - Много воды утекло с последней нашей встречи... - спокойно начал отец, когда машина тронулась и доктор Шедоу достав из чёрного дипломата шприц, закатал рукав крёстному отцу и ввёл в вену экстернала содержимое препарата. - Больше всего я старался, чтобы в мой бизнес не вмешивали тебя Кевин! Но, увы, Карлос и Горгон заняты другими поручениями... - о своей дочери Гидеон умолчал, для него она умерла навсегда. После того, как Домино выбила из рук собственного крёстного косу всадника и помогла Фениксу одолеть его, то теперь для него она была мертва. - Нравится костюм? - вдруг перевёл тему экстернал и склонился к Отнимающему Жизнь лицом к лицу, медленно рукой снимая очки. Прямо на глазах, внешность Гидеона менялась, его лицо приобрело снова нужный оттенок света и он буквально молодел на глазах. Глаза экстернала чуть-чуть горели ярким белым светом отражая его природную силу. - Даже моль меняет гардероб... - Гидеон стряхнул пыль с плеча чёрного костюма своего сына. Жуткий ветер свистит в ночи. На кого там мой пёс рычит? Что-то тянет меня из дома – НарезАть круги просто так. Детка, это тебе знакомо? А ты помнишь, один чувак Предлагал покататься? Ну, Я звоню ему? Да не будет он лезть в душу, Мы до фени ему. Слушай: Мы поедем на мертвом автомобиле. Живые – в машине смерти. - Пойми, ты мой младший сын, а мои дети не ходят в обносках! Ты великий человек, в тебе течёт "проклятье", которое куда ужаснее любого укуса вампира или обращения оборотня! Ты можешь решать кому умирать, а кому жить! Человек забирающий чью-то жизнь - это особая привилегия, не проклятье, это дар! Мёртвый бог возрождается в твоих руках, когда ты используешь свою силу! Помнишь свой первый раз? Словно вся вселенная прошла сквозь твоё тело! Тогда ты ощутил страх, но в тоже время и огромную власть! - Гидеон вновь облокотился спиной на кожаное сиденье лимузина, а потом вновь надел тёмные очки, понимая насколько сильно лекарство, что вколол ему советник и как оно восстанавливает его клетки. - Пора тебе войти в круг... Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделал! Ты любишь задания такого рода! - улыбнулся Гидеон. - Гарантирую будет весело! - бизнесмен кивнул и Шедоу подал папку с делом Кевину. Ты не против - открою окно? Подышу. И проснусь заодно. Отключи магнитолу, плиз, Там играют такую хрень. Дай-ка руку. Вот так… И вниз.. О-о-о, сегодня удачный день. Ночь? Ну, да. И безмолвие. Рай. Не перебивай. Ты представь: ничего больше нет, Только этот наш драндулет. И мы едем на мёртвом автомобиле . Живые – в машине смерти. Ты умеешь играть на мандалине? Так играй… - Здесь список машин! Спортивные, особые экземпляры которые были выставлены на Женевской конвенции, также те что были засняты в популярных голливудских блокбастерах и всякий раритет! - показывал на список моделей советник семьи. - Пятьдесят штук ровно, срок: одна неделя! Что требуется? - улыбнулся Гидеон. - Угнать их все! Я хочу, чтобы ты занялся этим, работа для новичка твоего типа, ничего сложного и сверхъестественного! - спокойно сказал Гидеон, смотря в окно машины, любуясь музыкой. - Стандартный договор Кевин! Если ты не сможешь, лучше откажись сразу... - предупредил Шедоу. - Он сможет! Он мой сын! - твёрдо и уверенно сказал экстернал. - Если кто и сможет то только он! - Гидеон взял договор у Шедоу и протянул его Кевину. - Тогда Кевин тебе придётся подписать здесь и здесь... - указал советник на место для подписи "исполнителя". - Не бойся за полицию, она под нашим контролем, если что случиться, то полиция под нашим контролем! Мы сможем вытащить тебя без всяких судебных разбирательств и задержаний в тюрьме! - спокойно сказал Шедоу. - Если всё пройдёт гладко, как мы предполагаем, ты попадёшь в круг, сын! Или ты хочешь снова надеть свои обноски и жить среди крыс, которые называют тебя уродом?! Пора взять то что вам принадлежит по праву, мистер Форд! - улыбнулся Кевину его отец. - Если ты справишься, то я хочу, чтобы ты занялся размещением бизнеса нашей компании в Америке! В частности здесь... В Нью-Йорке! - улыбнулся ещё шире Гидеон. - Думаю ты потянешь! Дай потрогаю твой живот. Как же странно: он там растёт, Мой ребёнок. Растёт и дышит. Он не знает, что скоро он умрёт, Как все люди. Да он не слышит! А услышит - так не поймёт. Ну, ты тоже шутить умеешь - Не краснеешь. Детка, жизнь – это как кино: Только зритель реален, но Он едет на мёртвом автомобиле. Мы - живые в машине смерти. Сыграй мне на мандолине. /Улицы/

Wither: Кевин чувствовал себя в высшей степени обновленным и готовым к поиску приключений и проблем на свои чакры. Мистические манипуляции Гидеона и подаренная им обновка сделали свое дело. Создавалось ощущение, что там, на Бруклинском мосту Форд все таки погиб, но то был человек совершенно другой, полный отчаяния, душевной немощи, ненависти к самому себе, жизни, смерти, в особенности к смерти. И на могиле того, прошлого Уизера, появился росток личности абсолютно новой, в какой-то степени возвышенной и величественной. От старого образа у Форда остался только промокший, но еще готовый послужить верой и правдой блокнот с эскизами и пара револьверов, которые так же чудом уцелели. Нельзя начать что-то новое, не опираясь на старое - руководствуясь этим правилом, мутант оставил сии вещи при себе. Уходя из госпиталя, юноша ловил удивленные взгляды врачей и медсестер, которые еще несколько часов назад видели его не в меру изувеченным и находившимся при смерти. В ответ он невинно улыбался, робко махал им рукой и благодарил нынешнюю медицину за ее чудеса. Лимузин был даже просторней, чем казалось на первый взгляд. Кевин, еще не отвыкнув от привычки садиться в самое дешевое такси, с упоением наслаждался комфортом и уютностью транспортного средства. Атмосферу портила одна небольшая деталь в лице Гидеона. Несомненно, Форд проявлял уважение к своему названному отцу, но у него по спине пробежали мурашки, когда парень, взглянув на экстренала увидел бессильного старика, изрезанного морщинами, облезающего и лысеющего на глазах. Эффект же был не столько во внешнем виде главы Офры, сколько в его взгляде. О да, даже когда тот потерял львиную долю могущества, очи его смотрели на все по-прежнему, как хищник на жертву, которая вскоре должна принадлежать ему. Сей коктейль приятно разбавила песня Игги Попа. Трудно сказать, что Уизер был поклонником певца, но композиции Игги не так уж и редко звучали в его наушниках, когда он гулял по сумеречному парку, размышляя о своем. Гидеон начал беседу первый, что спасло юношу от проявления лишней инициативы. Мутант сейчас мог только с наигранной усмешкой задать вопрос аля "как дела?". Экстренал не стал церемониться со вступлением, и сразу перешел к делу. Что ж, Кевин был готов к этому. - Не так уж и много, отец. Твой капитал на свои капризы я старался не тратить. - Мор ухмыльнулся - Твое любезное и благородное принятие меня в семью ведь не было простым актом благодушия и заботы, ведь так? Даже родные отец и мать лелеют дитя, надеясь на то, что оно подаст им стакан воды, когда они постареют. Мне следовало ожидать, что придется нести ответственность, и вот ты пришел с ее грузом. Остается только его принять на свои плечи. В нужный момент мутант умел говорить и мыслить по-деловому, правда подавляющая часть подобных реплик была им ранее заучена, импровизировать в этом плане он не особенно хорошо умел. Когда юноша говорил, Гидеон внешне изменялся в лучшую сторону, однако метаморфозы, вызванные уколом доктора Шедоу, были несколько неожиданными, так что Форд пару раз запнулся в своей речи. - Не могу отвыкнуть от своей любимой футболки с Симпсонами, а в остальном костюм великолепен. Оглядев салон, Уизер заметил на столике портсигар и сразу потянулся к нему, не спросив разрешения. Достав сигару, мутант покрутил ее в руках и пригубил, осторожно опалив второй ее конец дорогой зажигалкой, лежащей рядом. Кевин вдохнул приятный дым с немного крепким, но изысканным ароматом, подержал его в горле и смачно выдохнул. Последующие слова экстренала хоть и несли ободряющий характер, но не были особенно приятны Форду. Он никогда не любил обсуждать свой дар и власть, которую он дает. Я тебя понимаю, но одна из причин, по которой я сейчас не терроризирую город в облике безумного маньяка убийцы, оставляющего от жертв только прогнившую одежду, это осторожность, с которой я подходил к своей силе. Очень трудно, поглощая таким образом чью-то жизнь устоять перед упоительной эйфорией, которая потом заставит убивать еще и еще. Для меня твой мертвый бог - лишь наркотик, вместе с возможностью добывать который у меня появилась зависимость. Парень хотел было продолжить, но остановился. На этот счет у него было слишком уж много мыслей, расходившихся с суждениями Гидеона. Форд с любопытством принял папку от Доктор Шедоу, знакомясь с материалом и слушая эдакий брифинг от дуэта, сидящего рядом. - Угнать? Бизнес у нашей компании, как я погляжу, не такой чистый, как кажется на первый взгляд. Так, пятьдесят машин, это примерно по семь в день, то есть по одной чуть более, чем на три часа, и это при непрерывной работе без перерывов на сон и еду. Хотя, есть ведь Мак-авто. Кевина терзали сомнения, но, в конце концов, это был его первый и, возможно, последний шанс действительно доказать, что он на что-то способен. Ободряемый словами отца, Мор улыбнулся и уверенным голосом произнес: - Док, ручку пожалуйста. Генри, будь любезен, включи что-нибудь из Led Zeppelin, да позадорней, у меня впереди долгая дорога! \Улицы\

Hawkeye: Клуб "Stels" ------------> «Мрак… Какой смысл люди вложили в это слово? Вечность? Пустота? Провал? Тьма?.. Что именно оно значит? Какое оно значение имеет для меня на данный момент? Я уже провалился в пустоту? Или я ещё вишу над пропастью? Спета ли моя песня, или звучат ещё отдалённые звуки? Погас ли свет для меня, или же нет?.. Я умер, или я ещё жив? Умер. Наверное. Иначе бы не сходил с ума со всем этим пафосным бредом. Ну да. А что? Ну вот. Разговорчики «сам с собой». Вот это стопроцентный бред. Да-да, именно так. Сколько литров крови из меня утекло? Хотя. Важно ли это?.. Я же умер. По крайней мере, ничего не вижу. Тогда почему я ещё мыслю? Браво, Бартон, снова пафосный бред… Бред-бред-бред-бредятина! Но действительно... Как я могу ещё вообще что-то соображать, если я уже тю-тю? Возможно, это и есть «тот мир». А. может быть, у меня мозг ещё не умер. Вроде в медицине бывает такое. Хотя я не уверен в том, что погибает первым сердце или мозг. Тьфу… Сердце не погибает, а просто останавливается. Ну вот… И снова… Чёрт возьми… Что это было? Что за?.. Агх!!!... Какое жжение… Чёрт возьми… Словно утюгом проехались… Чёёёёёёёрт!..» Машина скорой помощи неслась по улицам Нью-Йорка, оглашая их громким воем сирены. Доктора всю дорогу пытались спасти одного из Мстителей. Ему уже поставили капельницу, надели кислородную маску и пережали конечности во избежание большей потери крови. На половине пути к госпиталю сердце остановилось. Что делают доктора в таких ситуациях, знают все : они хватаются за дефибриллятор и пытаются заставить «человеческий моторчик» вновь работать. Несколько секунд вернуть человека к жизни не удавалось, но в итоге экран с диаграммой ЧСС перестал пищать и пульс восстановился. Клинт ничего не видел. Перед глазами у него стояла чёрная пустота, по которой плыли какие-то разноцветные точки. Он хотел посмотреть на то, что происходит, но не мог. Просто не мог. Потому что не знал, как это сделать, потому что ничего не чувствовал. Но, если видеть он не мог, то слух постепенно возвращался. Это были какие-то приглушённые и непонятные шумы, перерастающие в отчётливые голоса медработников и визг сирены. В госпитале машину давно поджидала команда опытных хирургов. Как только из бусика первой помощи вытолкали каталку, врачи дружно схватились за неё по обе стороны и на лёгком бегу направились в одну из операционных. Что делали с его телом, Клинт не знал. Единственное, что он испытывал всё это время – боль и усталость. Порой ему казалось, что он сходил с ума, порой он слышал голос главного хирурга. А потом он просто отключился. И провалился в глубокий сон.

Iron Lad: Медленными шагами неизвестный мужчина, в костюме со шляпой, шел по коридорам госпиталя. «Мир - огромный скотный двор, очистить который вовсе не так легко, как конюшни Авгия, ибо пока его метут, быки остаются в нем и наваливают новые кучи навоза. Он основан лишь на победах и мечтах простых людей. Но все ли так думают? На каждого спасителя мира есть своя работа. Гигантский монстр вылез из-под земли в финансовом квартале? Зови Фантастическую Четверку. Магнето пытается истребить человеческую расу? Работа Людей-икс. Кто там еще остался? Сорвиголова? Ему есть чем заняться на просторах Адской Кухни. Вторжение инопланетных кораблей, да и остальные угрозы уничтожения мира? Это работа мстителей. Но их больше нет. Они распались. И что? Что делать дальше? Что супергерои будут делать, если над миром нависнет угроза межгалактического плана? Мстителей нет, а другие одаренные вряд ли справятся в одиночку. Поэтому именно я должен найти человека, человека который сможет объединить всех достойных героев Земли. Я должен найти того кто соберет всех Мстителей заново. И я нашел. Клинт Бартон, так же известный как Ястребиный глаз. Но почему он оказался здесь, в больнице? Что с ним случилось и жив ли он и все ли с ним в порядке?» Наконец найдя нужную палату, паренек со стуком открыл дверь. -Можно войти?-спросил незнакомец. Медленно подходя к койке Бартона, мужчина снял шляпу. -Привет Клинт!-с улыбкой сказал парень -Я пришел к тебе затем, чтобы ты помог мне собрать Мстителей вновь, объединить всех сильнейших супергероев мира в одну команду. Хочу, хочу чтобы ты взял на себя все командование по сборам членов организации. Уговаривать я тебя не стану, хочу просто чтобы ты знал. Ричардс медленно подошел к окну и посмотрел на улицу. -Без Мстителей не будет мира, один сильный суперзлодей и все миру конец. Для чего были созданы Мстители? Они были созданы для устранения угроз, с которыми не могут справиться другие супергерои. Мстители - самая престижная и мощная команда супергероев во всём мире, в рядах которой состоят борцы с преступностью, сверхлюди и искатели приключений, которые посвятили себя защите планеты Земля от угроз, которые находятся вне возможностей обычных представителей власти. И эта угроза может нависнуть над Землей в любое время, и тогда уже не успеть собрать всех Мстителей. Поэтому я хочу, чтобы этим ты занялся прямо сейчас! Ну и конечно я буду помогать тебе в этом.- На этих словах Железный Парень закончил свою речь. Он медленно подошел к койке Бартона и посмотрел на него. -Теперь мир в твоих руках Бартон. Ты решаешь отказаться тебе или согласиться!-Натаниэль присел на стул стоящий рядом с койкой.

Hawkeye: Клинта выписывать не хотели, не глядя на все его упрямства и возмущения. Единственное, что его удерживало тут, почему он всё-таки не рискнул сбежать по-тихому – медсёстры. Дамы – слабое место Клинта, впрочем, как и у всех мужчин. Правда, всё это никак не скрашивало тот факт, что еда здесь была, мягко говоря, не очень… Конечно, стоит брать во внимание, что после операций ни один врач в здравом уме не позволит съесть вам жареную картошку или отбивную, однако Бартон твёрдо считал, что на него это не распространяется. Стакан минералки, гречневая крупа, фрукты, салаты… От всего этого уже просто тошнило. -И это главный госпиталь Нью-Йорка? – с досадой сказал Клинт, ковыряя вилкой в тарелке. – И куда, чёрть возьми, меня занесло?.. -Можно войти? Бартон повернул голову и увидел в проёме двери мужчину. Лицо его было надёжно спрятнао под шляпой. -Я вас знаю? Незнакомец вошёл в палату и приблизился к койке. -Привет, Клинт! -Какие люди!.. – усмехнулся Бартон, пожимая руку товарищу. – И какими судьбами здесь? -Я пришел к тебе затем, чтобы ты помог мне собрать Мстителей вновь, объединить всех сильнейших супергероев мира в одну команду. Хочу, чтобы ты взял на себя все командование по сборам членов организации. Уговаривать я тебя не стану, хочу просто, чтобы ты знал. Бартон, решивший-таки сделать хоть один глоток воды, поперхнулся. «Натаниэль, да ты часом не спятил?.. Собрать всю команду? Насколько это реально? Сколько у нас шансов?..» - сам себя спрашивал Соколиный Глаз, осознавая, однако, что сам себе противоречит. Не самообман ли это? Он сам ни раз, на этой самой кровати, задумывался, что, будь Мстители начеку в тот день, кто-то бы не потерял дочь или сына, кто-то бы не остался без мужа или жены… -Теперь мир в твоих руках, Бартон. Клинт опустил взгляд на стакан с минералкой. О чём он думал – кто знает, потому что он сам не понимал. Все события, вся эта ситуация, всё просто вопило о том, что Мстителей пора собрать вновь. -Допустим… Но ты погляди : Кэп пропал, Тор без понятия где, Тони сейчас занят со своими делами… Из чего мы соберём команду? «И как же всё-таки глупо. Сам понимаешь, что надо, надо соглашаться, пора уже браться за дело, а всё ещё сомневаешься… Или боишься? Нет, это вряд ли…» -Знаешь… Я думал о всём этом. Честно. Вопрос в том : а получится ли?..

Iron Lad: "Почему мир должен страдать? Каждый человек, живущий на Земле достоин лучшего. А что место этого люди получают? Грабят магазины, избивают друг друга. Но ведь есть и другие, которые защищают, спасают, которые готовы на все ради друзей и семьи. И что может стать с ними без Мстителей? Нависнет угроза и погибнут люди, среди которых будет немало и хороших. Разве я могу допустить такое? Я не хочу смотреть, как люди гибнут. Не хочу видеть, как умирает кто-нибудь из них. Именно поэтому Земле нужны Мстители. Защитить мир, людей, защитить все живое на Земле." -Допустим… Но ты погляди : Кэп пропал, Тор без понятия где, Тони сейчас занят со своими делами… Из чего мы соберём команду? Натаниэль поднял глаза вверх и уставился на потолок. -Из чего? В команду входили более сотни супергероев. Девушка-Паук, Человек-Паук, Дух, Воитель. Стоит начать с них, я каждый день вижу их в телевизоре, как каждый из них устраняет суперзлодеев. Раичардс потихоньку начал отпускать голову и его взор остановился на Клинте. -Знаешь… Я думал о всём этом. Честно. Вопрос в том : а получится ли?.. Глаза Железяки широко открылись. Он был удивлен такой неуверенностью Клинта. -Как ты можешь спрашивать такое!? Разъяренным голосом сказа Натан. -Если бороться за дело, то оно всегда получится. Собрать Мстителей конечно не раз плюнуть, но я уверен что они хотят объединится, хотят опять команду, хотят опять стать героями всей галактики. И я спрашиваю тебя в последний раз! Ты готов? Готов собрать величайших героев вселенной вместе? Ты готов собрать Мстителей!? Натаниэль встал и серьезным взглядом посмотрел на Клинта. Натан чувствовал, что Клинт сомневается. Знал, что он может и отказаться, но все равно надеялся, что все будет хорошо. «Ну, давай Клинт, соглашайся. Соберем Мстителей и все будет хорошо, все как в старые времена. Будем сидеть в Башне Старка. Как только узнаем об опасности, сразу ринемся в бой. Все как раньше.» -Ну что ты согласен?..

Hawkeye: "Воитель, Паук, девушка-Паук, Дух... Действительно… Пусть нас будет мало, но можно попробовать всё вернуть… Но уже не будет прежней команды, всё изменится. У нас не будет такого тактика, как Кэп, у нас не будет силы Тора… Хотя, с другой стороны, если Роуди согласится, он легко сменит Старка, да и Питер со своим паучьем чутьём будет хорошей заменой Дардевилу…» -Как ты можешь спрашивать такое!? -Посуди сам, - невозмутимо ответил Клинт, - все разбросаны по городу, все чем-то заняты, где-то бегают… Согласятся ли они все вновь стать командой? -Если бороться за дело, то оно всегда получится. Собрать Мстителей конечно не раз плюнуть, но я уверен что они хотят объединится, хотят опять команду, хотят опять стать героями всей галактики. И я спрашиваю тебя в последний раз! Ты готов? Готов собрать величайших героев вселенной вместе? Ты готов собрать Мстителей!? «Я не знаю… Право, я не знаю. С другой стороны – чего тут сомневаться? Бартон, ты сам всё видел недавно, видел, как один ночной клуб превратился в кровавую кашу, и никого рядом не оказалось! Никого! Ни Железного Человека, ни Человека-Паука. Там был один Соколиный глаз, который не смог остановить ненормального маньяка. Ну да, приехало ФБР… ФБР обычно вызывают на место преступления, когда оно уже совершено. Или они просто ехали мимо и мне повезло… А Мстители… Они бы спасли добрую часть народа… Мы бы спасли многие жизни…» -Ну что, ты согласен?.. Клинт вновь прокрутил в голове все «за» и «против», прикинул, как быстро ему удастся слепить команду и удастся ли?.. Шанс был, была возможность, был повод, были герои, жаждущие прежних времён… -Ладно… - неуверенно произнёс Бартон. – Давай попробуем. Только сперва вытащи меня отсюда.

Iron Lad: «Большое трехэтажное каменное здание, построенное в 1856 году? И что это? Центральный госпиталь? Снаружи здание выглядит неплохо, но внутри. Как будто никто ничего нового и не сделал в этой больнице с тех лет. Просто люди занесли сюда новое оборудование и его только меняли. Повара я думаю, тут готовят не очень. По пище сделанной здесь можно сказать, что продукты тут тоже со времен построения больницы. И как Клинт тут может находиться? А с одной стороны тут такие медсестры. Клинт наверно тока на них и пялится тут.» -Посуди сам, все разбросаны по городу, все чем-то заняты, где-то бегают… Согласятся ли они все вновь стать командой? Сквозь мысли Натан услышал невозмутимый голос Бартона. -А разве раньше не так было? Когда мстителей не было, все были заняты своими делами, а потом их собрали, предложили вступить в Мстители, и что думаешь? Все они восхищались, что были Мстителями. Думаю, они согласятся вернуться. «И что? Он согласится? Думаю да! Клинт всегда был по-своему ответственный. Думаю, мы соберем Мстителей. Месте легче, чем одному.» -Ладно… Давай попробуем. Только сперва вытащи меня отсюда. «Да, да, да! Он согласился! Согласился! Теперь мы соберем всех Мстителей и будем как обычно спасать мир. Наконец, наконец после стольких месяцев Мстители вновь соберутся» -Вытащить тебя отсюда? Да проще некуда! «Ну что! Броня… одевайся на меня.» Через несколько секунд броня была уже на Ричардсе. Он взял Клинта в одну руку. -Ну и где твое снаряжение?

Hawkeye: -Вытащить тебя отсюда? Да проще некуда! -Слава Богу! – обрадовался Клинт, забыв о всём, что омрачало его мысли. – А я уж думал, не видать мне больше кока-колы и чипсов… Бартон аккуратно вытащил иглу от капельницы и попросил Натаниэля подать его вещи, что врачи даже не додумались постирать, хотя они все были заляпаны кровью. «Не пойду же я по Нью-Йорку в этом дебильном пациентском халатике, ей-богу!» Мысли о том, что придётся устроить побег ради воссоздания команды, волновали кровь и заставляли коварно улыбаться – кто ещё бегает из госпиталей только для того, чтобы позвонить Человеку-Пауку и сказать ему : «Хей, чувак! Как жизнь? Мы тут Мстителей вновь собираем, присоединишься?» Бартон зашнуровывал кроссовки, когда он вдруг вспомнил про одну важную вещь… -Погоди одну секунду, - попросил Клинт у Натаниэля. Покопавшись в тумбочке, которая, как полагается, стояла у кровати, он извлёк какой-то бланк госпиталя и ручку. Он быстренько написал свой номер мобильного телефона и пару слов вроде «детка, перезвони», свернул лист и спрятал его под матрас, место, куда мог заглянуть только один человек. -Чёрт возьми, а она такая красавица… Как думаешь, перезвонит? Клинт обхватил одной рукой своего товарища, чтобы было проще уходить отсюда. -Ну и где твое снаряжение? -Да у меня с собой даже мобильника не было, расслабься… Готов? Бартон наконец отцепил от себя провода, идущие от аппарата, отвечающего за состояние сердечного ритма, который тут же пронзительно заверещал. -Пошли отсюда, а то сейчас понабегут эти дюдики… «Свобо-о-о-о-ода!.. Эх, вот только куда мы махнём? Да уж, интересный вопрос.» ---------------------> Квартира Клинта Бартона

Iron Lad: "Мстители! Скоро мы будем снова в сборе. Душа радуется, поет. Когда еще полетишь в броне со своим другом на поиски других супергероев. Паук, Девушка-Паук, Дух, Воитель. Чтобы позвонить им понадобится немало денег на телефоне. А почему я пришел именно за Клинтом? Может потому что у меня деньги на телефоне кончились, и я знал где он находится? Нет! Клинт был всегда в роли капитана. Правда второго, первым был Кэп. Но теперь Бартону выпал шанс, шанс стать больше чем другом и для других супергероев входящих в состав Мстителей." -Чёрт возьми, а она такая красавица… Как думаешь, перезвонит? Натан с улыбкой посмотрел на Клинта. -Все гоняешься за медсестрами? Она перезвонит. Мало у кого из девушек есть номер телефона Ястребиного глаза. Ну, разве только у всех медсестер больниц, в которых ты лежал. «Клинт. За эти несколько месяцев ты несколько не изменился. Только если чуть-чуть. Стал еще большим развратником.» Тут Натаниэль почувствовал, как Клинт обхватил его одной рукой. -Ну ты и извращенец! - смеясь сказал Ричардс. - Тебе что медсестер не хватает? -Да у меня с собой даже мобильника не было, расслабься… Готов? «Да уж и кто будет обзванивать всех? У меня денег на счету нет!» -Ну я то готов! Немного подлетев в воздух, сказал Железный Парень. -Пошли отсюда, а то сейчас понабегут эти дюдики… -Ну, пошли? Только куда? Думаю слетаем до твоего дома. Надо будет с чьего-то телефона обзванивать всех. На меня не смотри, у меня денег на счету нет. Слетаем до твоего дома, ты приведешь себя в порядок, сядем за телефон и обзвоним всех. Натаниэль вылетел через открытое окно в палате и на сверхзвуковой скорости понесся к Клинту домой. ---------------------> Квартира Клинта Бартона

Dr. Lightman: - Сделаешь так еще раз, и твое бездыханное тело окажется закопанным перед воротами психушки Аркам, - раздраженно процедил сквозь зубы Кэл. Он ненавидел, когда к нему кто-то прикасался, тем более так фамильярно. В этом деле он не делал ставки на пол или возраст - все нарушители личного пространства могли оказаться по горло в унитазе и Кэл не пожалел бы спустить воду. Вытерев губы тыльной стороной ладони, Директор Оружия Х отодвинулся назад и стал отрешенно следить за работой санитаров, приехавших на машине скорой помощи. Один из них - тот, который был занят меньше всего - украдкой поглядывал на Люси Форд, в основном заинтересовавшись ее ножками. Кэлу это не понравилось. У них с Люси Форд ничего не было и он вообще толком разглядел ее только сегодня, но все равно что-то отдаленно напоминающее чувство ревности кольнуло в сознании и мутант недовольно нахмурился, сложил руки на груди, отчего мускулы напряглись. Кэл смотрелся очень внушительно и если бы санитар посмотрел в его сторону, то тут же провел бы параллели и перестал бы пялиться на Форд, но санитар был заинтересован только ею и больше ни на что не обращал внимания. Форд решила довести дело конца и доказать свою правоту Кэлу любой ценой. У него не было желания ловить такси и ехать черт знает куда только для того, чтобы узнать диагноз незнакомой ему женщины, но раз девчонка не собиралась отступать, то и он не мог, не признав своего поражения. Услышав, что его назвали мужем и поймав на себе взгляд Люси Форд, Кэл поднял руку и без особого энтузиазма помахал, подтверждая ее слова. - Хорошо, угощаю, - сунув руки в карманы, мутант направился к выходу. Он оценил находчивость девушки, как она ловко обманула санитаров и узнала место, куда им нужно было ехать, но говорить об этом вслух не стал. Похвалы от Кэла, даже самой скудной, можно было добиться только в случае, если ты сможешь соорудить ядерную бомбу из микроволновки и одной магнитолы, и запихнуть ее в глотку террористу повнушительнее. Поймать такси в этой части города было делом нелегким. Желтые автомобили просто отказывались подъезжать к тротуару и забирать клиентов, спешащих по делам. Причина таилась в том, что дорога была слишком узкой, но Кэла такие тонкости не интересовали. Увидев, что мимо них через несколько минут проедет такси, мутант вышел на дорогу и встал прямо перед ним, преграждая путь. Таксист ударил по тормозам. Рефлексы у него были натренированными, выработанными на протяжении многих лет, поэтому долго таращиться на Кэла он не стал. Вышел из машины и, матерясь, накинулся на психа, бросившегося под колеса. - Ты бля че творишь? Я тебе бля башку сейчас размазжу! Это был афроамериканец. Весь дерганный, как тот рэп, что гремел у него из магнитолы. Он мог бы еще долго что-то говорить со странным акцентом, но Кэл воспользовался аргументом, при виде которого все затыкаются. Затихнув, таксист перевел взгляд с кобуры на лицо Кэла и обратно. Что-то в этом парне говорило, что оружием он воспользуется без зазрения совести. - Насчет учеников и школы, - Кэл расслабленно откинулся на пассажирском сидении. - У меня потеря памяти, я помню только последние полтора года из своей жизни, так что не знаю, ходил вообще в школу или нет. Главный Госпиталь Нью-Йорка, - обращаясь уже к таксисту, добавил мутант.

Lucy Ford: Поймать такси оказалась не такой простой задачей, об этом подсказали уже пара машин, проехавших мимо, до того, как Форд и Кэл остановились на тротуаре улицы. Однако, чтобы такое сложное занятие обернулось так просто, девушка и представить себе не могла. Еще один плюс напротив вас, господин директор Оружия Икс. Форд несколько ошарашено уставилась на ставшего посреди пути машины мужчину и уже хотела было что-то сказать, или хотя бы попытаться оттащить самоубийцу за шкирку, но, слава всем Древним Богам, сработала реакция водителя, он во время остановился, не доехав до стоявшего человека меньше метра. Само собой подобная выходка разозлила таксиста, само собой он набросился на Кэла с руганью, от которой несло многолетним опытом и воспитанием в районе гетто, где каждый вечер кого-то либо убивали, либо грабили, где каждый миллиметр был поделен между уличными бандами, а оружие продавали детям с пяти лет. Как бы то ни было, но язык этот был, по всей видимости, очень знаком спутнику Люси, Кэл, не церемонясь и без лишних слов, продемонстрировал водителю оружие, пока еще мирно покоящееся в кобуре. Если ты не соображаешь быстро при виде ствола у твоей головы, значит, ты скоро станешь трупом, - таков закон жизни в подобном месте, где очевидно рос таксист. Ругань прекратилась, негр стал самой любезностью, а точнее говоря, самим страхом. Пушка у него тоже наверняка была, в бардачке, как и положено, только ее еще следовало достать, а у этого парня пушка была под рукой. Сев на пассажирское сидение рядом с Кэлом, Форд вскинула бровью на замечание мужчины. - Вот как? Интересно, - улыбнулась она. – Несомненно, мужчина таких талантов должен был где-то учиться. Всю дорогу она молчала. А что было говорить. Торжествовать еще рано, говорить о делах при посторонних не очень-то и хотелось, к тому же, более приватная беседа еще предстояла. Форд в этом нисколько не сомневалась. Это не было предвиденьем. Женской интуицией скорее. Пресловутой и, как всегда, безошибочной. Такси остановилось недалеко от главного входа в госпиталь. Задерживаться надолго водителю был не резон, по многим причинам, это читалось по глазам, по мимике, по тому, как нервно он барабанил пальцами по приборной доске. Просроченная лицензия, не охота платить за минуты парковки или же совершенное чуть раньше преступление, - выбирайте, что больше нравится вам. - Вы угощаете, - выходя из машины, кинула Форд, не дожидаясь пока Кэл расплатится с водителем, если несчастный негритос вообще захочет после такого знакомства брать у него деньги. Поправив куртку девушка направилась прямиком ко входу в больницу. В сумке раздался звонок телефона с знакомой, но вполне приятной мелодией, отвечая на вызов, Люси обернулась к мужчине. – Да, он со мной. Угу, - она замерла на мгновение перед дверьми корпуса, - хорошо, я ему передам. Что именно и кому именно она должна была передать, Люси не стала пока комментировать, вместо этого, уверенно подойдя к стойке регистрации, она приняла на себя вид обеспокоенной горожанки, которая с ног сбилась, но добралась до больницы, несмотря на чудовищные пробки и таксистов-хамов. - Здравствуйте, простите, минуту назад сюда доставили женщину, Хэмфорт, Рита Хэмфорт, понимаете ли… - А вы должно быть племянница, да санитар меня предупредил. Сейчас она в операционной, туда не разрешен вход посторонним, но вы можете подождать на этаже в холле. Третий этаж. - О, спасибо вам огромное, - мило улыбнувшись, Люси Форд едва заметно кивнула Кэлу и направилась к лифту. Уже стоя там и убрав телефонный аппарат в сумку, она произнесла, смотря прямо перед собой. – Совещание в Вашингтоне завершилось. Мистер Уэст просил вам передать, что копию документов о внутренних разработках компании он уже передал на стол Президента. Осталось ознакомиться вам с ними, - она обернулась к Кэлу. – Чуть позже, - взгляд серо-зеленых глаз не отрывался от Кэла до тех пор, пока лифт не остановился, и двери не открылись. Первой вышла девушка, бросая короткий взгляд в сторону широких дверей. – Хотите поспорить или чисто ради интереса решили уточнить? – спросила она у мужчины. – Спор, кстати, намного интереснее, не говоря уже о том, что дарит чувство удовлетворения от победы. Что скажете?

Dr. Lightman: Она так подчеркнула слово "таких", что Кэл машинально сжал кулаки. Ему много что в жизни не нравилось и такие подчеркивания входили в этот длинный список, занимая место между пятнадцатым и семнадцатым пунктами. Что она имела ввиду? Кэл отвернулся к окну и уставился на проезжающие мимо автомобили. Эта встреча, просмотр фильма и поездка в госпиталь доставили ему много неприятностей и поводов для злости. Счетчик таксиста набирал обороты - от одной мысли, что придется обогащать еще этого нигера, нервы Кэла накалились до предела. Еще пару градусов и он мог бы взорваться и взорвать все к чертям собачьим. Таксист, сбрасывая скорость из-за видневшийся впереди пробки, потянулся к радиоприемнику и стал ловить нужную ему волну. Из динамиков полились мелодии всех жанров и эпох. Только одна, которую можно было определить как Iggy Pop - Passenger, более-менее понравилась Кэлу, остальные сильно резали слух. Гребаный нигер, будто почувствовав это, не дал певцу пропеть и несколько аккордов, тут же перевел на другую радиостанцию. На скулах Кэла заиграли желваки. Салон такси заполнился негритянским рэпом - что-то про сексуальных цыпочках, продажных копах, жестокие правила улиц и кровавые разборки между бандами. Слушая все это дерьмо, Кэл представил, как резко хватает водителя сзади и прижимает к спинке сидения. - Нравятся истории про копов, которых мочат? Копы могут обидеться. Крепкие руки Кэла сильнее сдавливают глотку. Нигр пытается вырваться из железной хватки, глотнуть воздуха, но нихрена у него не получается. Нормальный человек на его месте давно бы покраснел, или посинел от нехватки кислорода, но этот ублюдок был черным - таким же, как когда Кэл только начал его душить. - И рэп твой - полный отстой. Нигр стал сопротивляться уже не так уверенно и решительно, как пару секунд назад. Кэл крепко стиснул зубы, хладнокровно сдавливая глотку водителя. Еще мгновение и тот стих окончательно. Заглох, как прогнивший мотор. - С вас 13 долларов 25 центов. Гребаный сукин сын был жив. Его негритянский рэп сменился на другой, уже в другом исполнении, но смысл был тот же. Тяжелые времена, решетка и продажные копы, которые засадили не того парня. - Помню, - откликнулся Кэл на слова выходящей Люси Форд. Достав из кармана мелочь, отсчитав нужную сумму, Кэл высыпал деньги на пассажирское сидение и стал выходить из машины. - Эй! Кэлу было насрать на то, что подумает о нем таксист. Соприкасаться с ним даже из-за передачи денег он не собирался, хотя на руках и были перчатки. Он говорил что-то еще, оставаясь сидеть в своем такси, но быстро заткнулся, когда из динамиков послышалось какой-то сжеванный рэп и тут же замолк. Удостоверившись, что ненавистная музыка больше не играет, Кэл довольно заулыбался. - Новость так себе. На Прайматеке достаточно макулатуры, - равнодушно отозвался Кэл. Ознакомление с официальными документами тоже было в списке вещей, которые он не любил. - И то, что мы сейчас делаем - это не повод для споров. Это проверка, ясно? Стандартная проверка сотрудников. Звучало правдоподобно, но на деле Кэл отказался от спора по другой причине. Он не был уверен в своей безоговорочной победе.

Lucy Ford: И все же противоречивость желаний давала о себе знать. Если бы Форд так и осталась в душе маленькой наивной девочкой, то давно бы одарила Кэла оплеухой, крикнула «Хам» и удалилась по своим наиболее важным делам. Например, можно было бы сходить в салон к Джирардо и обновить маникюр, в последнее время времени на это было все меньше и меньше, а в полусонном состоянии появляться у него девушка не хотела. Ее учили всегда преподносить себя в лучшем виде и свете, скрывая умело недостатки и недомогания, так однажды она пришла на выпускной вечер института с чудовищной лихорадкой, но никто ни о чем не догадался. Это не мазохизм, это твои прямые обязанности, появляться всегда в обществе и удивлять всех своим крепким здоровьем, нервами, а также сволочным характером, благодаря которому вышеописанное и не произошло. Хотя Люси уже представила себе на мгновение сцену, в которой присутствовали ее ногти, лицо Кэла и пара крепких выражений. - Проверка сотрудника, значит? – смотря в сторону дверей операционной, задала она скорее риторический вопрос, не требующий немедленного ответа. – Одних рекомендаций мистера Уэста вам недостаточно, в отличие от большинства ваших сотрудников я не на улице росла, не говоря уже о том, что учитель у меня был один из лучших, - сверкнув глазами в сторону Кэла, она прошла вперед. Это было своего рода пунктиком – сомневаться ни в себе, ни в отчиме, она не позволяла никому. Тот, кто осмеливался смеяться или подвергать сомнению действия и их результаты рисковал приобрести себе нового недруга. И молите своих богов, чтобы недруг не превратился в полноценного врага. Впрочем, на этом краткое введение в отношения, закончились. Форд не любила долгие рассказы на ностальгические темы собственного детства, ее биография и история - ее личное дело, как и каждого своя. Так что, господа, держите своих скелетов в своих шкафах, и не предлагайте ей правую берцовую кость в качестве дружеского подарка. Дверь операционной открылась. К мужчине и женщине в холле подошел хирург, халат поблескивал в свете от крови и плазмы. - Мисс Хэмфорт? – он снял перчатки, затем маску. - Форд, - поправила его Люси голосом уже совершенно другим, чем тем, с которым обращалась к Кэлу. Подобным голосом говорят те, кто уже не надеется увидеть любимых и близких живыми, еще минута и девушка расплачется, или упадет в обморок. Уж что предпочтительнее для врача будет. - Да, простите. С вашей тетушкой все в порядке…вернее, на счет ранения можете не беспокоиться, - он отрешенно посмотрел в сторону, подбирая слова, сообщать плохие новости всегда не просто, даже если есть надежда на лучшее. Обнадеживать врачи не любят в равной степени, в какой не любят сообщать родственникам о смерти пациента. – Мы обнаружили отек бронхов, опухоль, если быть точнее. Скажите, ваша тетя курит? Люси будто бы на миг задумалась. - Да, раньше она курила, бросила год назад. - Это хорошо. Значит, ей будет легче. Видите ли, мы считаем, что опухоль злокачественная и требует немедленного хирургического вмешательства, пока не пошли метастазы по всему дыхательному пути. Боюсь, вашу тетю придется задержать в больнице. Насколько сказать трудно. Сейчас операцию мы провести не можем, это требует…другого оборудования. - Хорошо, - Люси кивнула, по щекам побежали слезы. – Хорошо, делайте, что считаете нужным. - Я постараюсь освободить время на завтра. Не переживайте, главное, что мы во время ее обнаружили. Можно сказать этот несчастный случай ей жизнь спас. Хирург бросил короткий взгляд на Кэла и удалился. Как только он скрылся за дверьми, Форд достала из сумки зеркальце и проверила, не растеклась ли от всей этой театральщины тушь. - Вручите медаль выпускника или поставите печать на задницу? – убирая зеркало обратно, поинтересовалась Люси у Кэла. – Где предпочитаете узнать плохие для большинства одаренных новости здесь или в интимной обстановке офиса?

Dr. Lightman: В больницах Кэл бывал не так часто, как многие другие люди, которые всю жизнь только и тратили свои нервы и деньги на то, чтобы провериться у врача, обнаружить какую-нибудь опухоль, аллергию или прыщ на заднице, и лечь под нож. Альтернативой ножу всегда были таблетки, очень дорогие и всегда до крайности противные, от которых при глотании глаза на лоб лезут. Это, своего рода, магический ритуал, без которого не обходится ни один человек, вне зависимости от возраста и места проживания. К врачам ходят все, даже если из черепушки не торчит топор и нигде на теле нет огнестрельных ранений. Говоря начистоту, Кэл никогда не был в больницах. Познакомившись с самим собой всего пару лет назад, он быстро обнаружил, что обладает даром регенерации и потому никакая медицинская помощь ему никогда не требовалась. Оказавшись в больнице сейчас, из-за собственного упрямства и нежелания идти на поводу у Люси Форд, Кэл смотрел на людей с недовольным видом. Все они казались ему лгунами, симулянтами, которым на самом деле не нужно никакое обследование или вмешательство врачей. Прячась за стенами больницы, прикрываясь мед картами, они отлынивают от каких-то важных дел, работы, семейных обязательств и черт его знает от чего еще. Все эти вздохи, ахи и охи, которые наполняли палаты больницы и разносились вдоль длинных коридоров, вызывали у Кэла отвращение и еще большую ненависть ко всему живому и двигающемуся, что было способно врать. - Да-да, один из лучших. Я в этом не сомневаюсь, - отстранено пробормотал Кэл, поглядывая по сторонам. Уверенность Люси Форд в непогрешимости ее отчима вызывала раздражение, но развивать тему Кэл не стал. Оперевшись плечом о стену, он сложил руки на груди и с кислой миной уставился на врача, вышедшего из операционной. Его халат и перчатки были заляпаны кровью. Прислушавшись, Кэл услышал четкий чавкающий звук тела, принадлежащего той женщине, которую подстрелили в кинотеатре. После ухода врача из операционной, оставшиеся там медики принялись зашивать рану. Именно это и вызывало четкий чавкающий звук, который услышал Кэл. - Тетушка Хэмфорт жива и будет здорова – это отличная новость! – обратив на себя внимание врача, неожиданно восторженно сказал мутант. – Спасибо, док. Спасибо за все, что вы делаете. Врач, только сейчас заметивший Кэла, удивленно моргнул. Машинально кивнув головой в знак благодарности за похвалу, он развернулся и ушел обратно в операционную. Кэл перевел взгляд на Люси Форд, заранее приготовившись к тому, что девушка будет очень довольна собой и просто засияет от счастья. К его большому удивлению, она осталась невозмутима и даже не пыталась развернуть тему того, что она была очень права, делая предсказания без всяких кофейных гущ и пролетающих по небу гусиных стай. - Обратись к моему секретарю. Все печати для задницы и других частей тела она прячет у себя, в верхнем правом ящике стола, - оттолкнувшись от стены, Кэл направился в ту сторону, откуда они пришли, желая поскорее выбраться из здания больницы. - Нет, оба варианта не подходят. У меня сегодня выходной день. Вам на это наплевать, но я помню и собираюсь пойти в парк. -------парк

Kaori: переход из Благотворительный фонд «Hope» 0.1 Первая точка её путешествия. Роддом при госпитале оказался довольно недурным, не было той суеты, которой представляла себе всю дорогу колдунья. Во внутреннем дворе даже был большой цветник, над которым кружили толстые мохнатые шмели. Кружили не обращая на этот суетливый мир ровным счетом никакого внимания, что им до всех, у них есть цветы, зачем им все. Ей нравилось наблюдать за ними. Это не осы, от которых не знаешь что ожидать. Шмель никогда не тронет тебя первым и это ей в них нравилось больше всего. В странной нирване и прострации она пробыла в этом месте общим счетом около пяти дней. Ребенок возжелал родиться в тот час, когда мамбо и хунган только-только просыпаются, чтобы начать свой ежеутренний ритуал. За час до рассвета, когда ночные демоны еще кружатся над городскими крышами, когда лик бога скрыт за темнотой, когда человек, встреченный на улице, может оказаться и не человеком вовсе, ребенок зашевелился в утробе матери, впервые требуя свободы… Первые схватки разбудили девушку под утро. Это было не похоже ни на что дотоле испытанное, спутать было невозможно. Роды начались на несколько дней раньше того срока, который положил опытный врач. Как и следовало ожидать, кроме встревоженного и не до конца проснувшегося дежурного врача, рядом не оказалось никого, кто мог бы помочь Микаэле в ее тяжелом положении. Ребенок стремился на свободу, женщина кричала, дежурный врач носился по палате, как полоумный, пытаясь сообразить, что ему делать. И не мудрено. В этом госпитале он был недавно. Номеров знакомых врачей наперечет, и все спят, звони не звони – не ответят… А тут девушка кричит и страдает. Вырванная с корнем из своей постели старушка-медсестра, принимавшая роды чуть ли не у всего Нью-Йорка, только цокала в расстройстве языком, разводила руками и качала головой. Микаэла от крика уже сорвала все связки, когда в дверях появился мужчина, врач в белом халате и с отчего-то обветренным лицом. Он мягко отстранил бабульку-медсестру в сторону, та подняла глаза, охнула и осела куда-то на пол. Осела, да так, на заднице, и отползла в угол палаты. Дежурный кинулся было к пришедшему врачу, но тот взял его за плечо и, глядя в глаза, произнес: – Принеси воды… И больше ничего. Малыш родился на удивления здоровым, не смотря на тяжелые роды. Однако врачи настаивали остаться в госпитале еще хотя бы пару-тройку дней, говорили о каких-то анализах и о бумажных формальностях. Девушка не стала вслушиваться в их монотонные объяснения, послушно согласилась, куда ей торопиться, ведь впереди её ждала тюрьма. Как говорят - перед смертью не надышишься. Отчего-то осознание, что это всего лишь задание не приходило. Точнее оно приходило, а затем куда-то уходило, оставляя на душе подозрительную тревогу.

Azazel: [Вторая игра] Как приятно, когда все идёт по твоему замыслу. Ты знаешь, что и когда должно произойти, ведь это ты спланировал. План Азазеля был гениальным. Переспать с десятками, сотнями женщин и даже тысячами женщин лишь их оплодотворения. Пройдёт ещё время, много времени, прежде чем дети родятся и достаточно подрастут. Тогда они и понадобятся. Все отпрыски Азазеля связаны между собой, а так же и с ним самим, поэтому ими так легко манипулировать. А манипуляция ими – часть плана по захвату этих людишек.… Когда-то давно, когда людей не было, Азазель был не просто ангелом, он был Архангелом. И ему очень не понравилось, что «создатель» сотворил людей по своему подобию. Впрочем, не только он был недоволен.… Тогда бог подарил им тела как у людей. Но все же этого было мало, ибо создатель уделял большее внимания людям. Прошло много веков, прошло много сражений, восстание на небесах, война неафимов и серафимов….План Демона идёт как надо. Женщины Земли рождают ему детей, сами того не подозревая, что когда то они переспали Падшим Ангелом. Микаэла Веласкес – она отличается от остальных хотя бы тем, что знает секрет отца ребёнка. И она этого не боится, наоборот, она рада этому. Эта крошка практикует магию Вуду, промышляет криминалом, от неё получится хороший сын, не такой, как «добренький» Курт. В последний месяц Демон следил за Каори, так она себя называла. Конечно, он не ходил за ней повсюду, он лишь мысленно, с помощью своих способностей следил за тем, чтобы беременность прошла успешно. Роды у девушки были тяжелыми, впрочем, как и у Мистик, и у остальных женщин.… В момент, когда дитя появилось на свет, Азазель почувствовал его, настало время наведаться в родильное отделение. Демон появился в больнице, на нужном ему этаже, в нужном корпусе. Дав знать о своем прибытии, он послал телепатическое сообщение «мамаше» о том, что Демон забирает новорожденного в иное измерение. Быстрым шагом, двигаясь по коридору, он вскоре нашел своего ребёнка, мальчика. Взяв его на руки, Демон принял свой истинный облик красного мужчины. Дитя поначалу заплакало, но вскоре плачь прекратился, а Неафим лишь улыбнулся и исчез и ребёнком. В его королевстве Демона уже ждал его правая рука. При появлении в замке, Азазель передал ребёнка своему «заместителю», взявшим правление Бримстона на то время, пока нет истинного Короля. Вот и все, ребёнок передан, ещё одна часть задуманного плана удалась. Именно на этого ребёнка возложена большая надежда, поэтому он и будет воспитываться в родном ему измерении. --------> "Ядро" Мюнхен. Германия



полная версия страницы